Море потерянных страстей

      — Ты же знаешь, что привороженные со временем понимают , что не любят человека, к которому они были приворожены?                   — Плевать. Я сделаю так, что даже когда приворот истратит всю свою силу, он уже будет любить меня.       Многовековые деревья шатались на усиливающемся с каждой минутой ветру, что гнал грозовые тучи в сторону столицы, погружая её в мрак пред значимым балом. Осенний бал во Дворце был совмещён с осенним фестивалем, проводимым на главных торговых улицах, где каждый торговец, артист или простой авантюрист могли проявить себя во всей красе.       В любом случае, надвигающаяся гроза не сулила ничего хорошего. Пока Тара и Кэл под маскировкой пробегали по торговым улицам в сторону леса, где обрывался магический след их друга, до них долетали обрывки сплетен и злобный шёпот, что само небо не верит в нынешний фестиваль, что их ждёт самый ужасный год и кронпринцессу небеса не хотят видеть на престоле.       — Не обращай внимание, — сжимая сильнее её руку в своей, напоминает ей провор. — Мы и так потеряли много времени, пока искали его во Дворце.       Тара лишь поджимала губы и ускорялась. Солнце уже постепенно стало скрываться за горизонтом, окрашивая лес в дали в чёрный цвет.       — Я волнуюсь за него, — тихо говорит девушка, когда они пересекли чёрту города и теперь шли по неровной землистой дороге.       Она прекрасно понимала, что игнорировать его — вариант кратковременный и потом всё равно придется всё объяснить, но она и не подозревала, что это доведёт его до такого состояния. В сердце до сих пор что-то больно кололо от воспоминания одного лишь вида мутных, до этого вечно блестящих, хрустальных глаз, как из них медленно стекали слёзы, а руки были сжаты в кулаки до побеления костяшек; то, как он дёрнулся в сторону, когда она протянула руку, его злой взгляд, полный ненависти и обиды, и этот почти рычащий голос.       — Нам стоит объясниться, — произносит провор, когда до опушки леса оставались считанные метры. — Мы оба виноваты в том, что он в таком состоянии.       Тара посмотрела в серые глаза парня, что тоже перестали так ярко гореть. Видно, что тот тоже беспокоится о своём друге, хотя они оба были не против того, что они теперь вместе.       — Думаешь, он поймёт? — тихо спросила Тара, смотря на узкую ветящуюся среди огромных деревьев тропинку.       — Возможно, нет, но лучше так, чем и дальше отмалчиваться.       Тара на это лишь поджала губы, вслед за провором ступая на извилистую тропу. Из глубины леса то тут, то там слышилась удары, крики диких животных, скрип деревьев и шелест их листвы. Лес жил своей жизнью, полной тайн и загадок для обычного человека без магических способностей. Их мир был полон людей с магией, но в большинстве всё же оставались людей без способностей. Многих это угнетало на протяжении многих веков, многих угнетает и сейчас. Тара всегда не понимала, почему люди без способностей так к ним стремятся; с магией приходит и опасность, неужели им на это плевать? Многие инженерные достижения используются сейчас в повседневной жизни только благодаря проворам, что и без магии обладали особенным складом ума.       — Стой, — Кэл останавливается резко, из-за чего Дункан чуть не врезается в его спину.       — Что такое? — недоуменно спросила она, смотря на парня, что внимательно смотрел вперёд.       — Ты слышишь, что животные как-то взбунтовались? — он немного поворачивает голову в её сторону.       — Разве?       Признаться, девушка думала, что эти звуки, издаваемые животными всегда такие резкие и громкие. Если это не так, то что их побеспокоило?       — Дальше будь осторожнее, — Кэл схватил руку кронпринцессы и сжал в своей, продолжая двигаться вперёд.       Тропинка переставала со временем виться и выходила к небольшой полянке, по крайней мере света оттуда шло больше. Тара даже успела порадоваться, что наконец увидит солнце после этих страшных и высоких деревьев. Однако её надежды рухнули так же стремительно, как и в миллиметре от неё пролетела до боли знакомая стрела.       — Чёрт, — парень рядом чертыхается и возводит барьер, ища источник нападения.       Тара смотрит на дерево, в которое вонзилась стрела и сердце больно рухнуло вниз. Эта была знакомая стрела с наточенным наконечником и белоснежным концом. Это была стрела полуэльфа, Робина М'ангила. Перед глазами поплыла картинка от осознания того, что ещё какой-то жалкий миллиметр и ей бы прострелили голову.       — Кэл, — она зовёт провора, что всматривается в крону каждого дерева, надеясь найти лучника, — это стрелы Робина.       Парень перед ней застывает, а защитный барьер пропускает по себе помехи, выдавая его психическое состояние. У них сейчас в голове один вопрос на двоих: неужели они настолько задели его чувства, что он решил убить их прямо перед коронацией Тары? Смотря на стандарты светского общества, можно спокойно сказать, что его унизили и испортили репутацию. Теперь с таким, как он, мало кто захочет знакомиться из девушек высшего общества.       — Робин, что за херня?! — поднимая глаза к кроне деревьев, спрашивает провор.       Ответ долго себя ждать не заставил, и в следующую секунду в барьер прилетела точно такая же стрела. Она была чем-то испачкана, но они не успели осмотреть её полностью, потому что их вновь отвлек резкий звук со стороны: так с полянки шли в их сторону около десятка громил, хищно улыбаясь. Они попали в западню. Ещё и Робин теперь на стороне врага, драка обещает быть тяжёлой.