Фэнг, Том I

      После очень слёзной встречи мы наконец вошли в поместье Рейнхарта. Это было воистину привлекательное зрелище, хоть и несравнимо с коридорами замка, но свои прелести здесь определённо имелись. Как я упомянул ещё на входе, простенько, но со вкусом.       Нас тут же решили угостить, против чего никто не был. Хотя то, что с нам будет обедать Фило, сразу говорило, что бóльшая часть блюд пропадёт, если будем зевать. Так что надо будет быстро набрать себе самого вкусного. Хе-хе, как же я скучал по этому.       Нас привели в обеденный зал, где стол уже был заставлен самой разнообразной едой. Если у знати есть хоть какие-то плюсы, то это то, что гостей они угощают хорошо. Даже если здесь яд, я не против его заглотнуть, лишь бы насладиться этим пиром.       Ох, Фило уже начала собирать всё себе. Не так быстро, пернатая! Я начал набирать себе в тарелку всякого, и в итоге это превратилось в гонку. Мы с Фило соревновались, что быстрее соберёт больше еды. Зачем мне это? Я же не съем такую гору! Но моя гордость не позволяла уступить младшей, так что в итоге у нас обоих в тарелках была какая-то какофония из еды. Фило, может, и считает это вкусным, но я надеюсь, что не начну блевать с этого. Рафталия же ничего нам не сказала, она даже улыбалась, смотря на нас.       После того как наша гонка закончилась, остальные уселись за стол. Мелти оказалась между мной и Фило. Даже не знаю, она просто хочет общаться с нами обоими или так защищает мою порцию от нападения голодного Филориала? В любом случае я не против.       Обед проходил довольно тихо, без каких-либо проблем. Я общался с Фило и Мелти, Эклер — с Рейнхартом, Рафталия иногда успокаивала меня и Фило, когда мы начинали спорить, Копейщик просто тихо сидел, иногда посматривая на остальных.       Идиллия, иначе и не скажешь. Так было, пока дверь не открылась и не вошёл он.       Герой Щита, он… выглядел так, будто у него серьёзные проблемы со сном. Мешки под глазами хоть и раньше были заметны, но сейчас они буквально первое, на что обращаешь внимания, смотря на его лицо. Судя по зевку, он действительно проснулся недавно. — Наофуми-сама, вы хорошо спали? — Не очень. Эх.       Он обратил на меня внимание, но ненадолго — быстро отвёл взгляд и уселся за стол, подальше от меня. По сути мы с ним сидели на разных краях. Он сел слева от Рафталии, в то время как я был справа, после Фило и Мелти.       На Героя Копья он никак не отреагировал, или уже знал, что случилось, или всё ещё просыпался. Двигался он действительно очень заторможенно. Может, и мыслит так же? Помню, когда мне приходилось долго не спать, я едва мог мыслить. Сколько времени он не спал до этого? После прихода Героя Щита повисла долгая тишина. Никто не решался даже пискнуть. Эх, обед, который начался так бодро, в один миг испортился. Даже еда будто стала более пресной. По крайней мере, я потерял всякое удовольствие от процесса. Мерзость.       Обед проходил в тишине, очень напрягающей и мучительной тишине, которую никто не решался прервать, хотя всем и было неприятно от этого.       На моё удивление, нас спас именно Герой Копья. Я был уверен, он собирался молчать до последнего, чтобы не вызвать срач с Щитом, однако, видимо, он храбрее, чем я думал. Или глупее. — Итак, какие у нас дальнейшие планы?       Вот это, если честно, хороший вопрос. Я как-то не думал об этом и не спрашивал ни Эклер, ни Мелти. Конечно, я обдумывал объединить Героев, собрать недовольных и силой праведного гнева пойти на церковь, но это всё было ну очень расплывчато. Эльхарт, Герой Лука и, возможно, теперь Герой Меча просто собирают для нас поддержку на случай возвращения. Полномасштабной гражданской войны не планировалось. Да и опять же, война во время Волн — это как камешек в ботинке: будет только мешать. — Мое матери уже должны были об всём сообщить, так что, скорее всего, она направляется в столицу, чтобы отвоевать её.       Услышав это, Копейщик взбодрился, однако ни Мелти, ни Эклер не разделяли его энтузиазма. Герой Щита старался сосредоточиться на словах Мелти, но ему давалось с трудом, остальные же слушали внимательно. — Итак, получается, нам надо просто дождаться её, и всё? — решил я спросить, надеясь получить ответ, что же гложет Мелти.       Она посмотрела на меня и отрицательно покачала головой. Естественно, ничто не бывает так просто. — Фэнг, помнишь то оружие, которое держал в руках Балмат? — спросила Мелти, на что я кивнул. Тот сверкающий, как злое солнце, меч я не забуду, но что что это была за хрень, так и не понял. — Это была Копия Четырёх Оружий. Один из самых мощных артефактов, когда-либо созданных.       Погоди. Копия Четырёх Оружий? Такое вообще возможно? Как? Как вообще можно скопировать Святое Оружие? Это же невероятной мощности побрякушки. Скопировать их силу невозможно, тем более запихнуть всю эту мощь в одно оружие! Да любого, кто коснётся этой Копии, должно разорвать на куски от перегрузки характеристик.       Тело не выдержит таких резкий и больших повышений статистки. Это как сброс уровня наоборот. От резкого понижения статистики чувствуется слабость, ибо ты уже привык к своим характеристикам. А тут от резкого повышения тело тоже с непривычки может словить чего похуже. Оно тупо не успеет подстроиться под такую мощь.       Оттого повышение уровня требует с каждым разом всё больше очков — чтобы тело хоть немного адаптировалось и изменилось под новые характеристики. Нарастило мышцы, сделало плечи шире, глаза более зоркими и так далее. У полулюдей от этого и происходит взросление тела при поднятии уровня. Не знаю как, но их тело лучше к этому адаптировано. — Как он это выдерживает?! — резко спросил я, вспрыгивая со стула, чем сразу вызвал волнение остальных. — Как можно выдержать силу всех Четырёх Оружий сразу?! — У него не вся сила, лишь треть. Алхимики, создававшие эти Копии, смогли добиться только такого результата.       Все равно это офигеть сколько. Понятно, как он одолел Короля Мудреца. С такой хреновиной можно целые страны раком поставить. Сука, вот как они планируют победить Шильтвельт — используя эту Копию. Пиздец. — Это правда? — Рейнхарт повернулся к Мелти. В его глазах был виден страх, хотя в остальном он старался держаться спокойно. — Да, мы сами всё видели, — вместо Мелти ответила Эклер. Рейнхарт напряжённо выдохнул и начал обдумывать услышанное. Мне бы тоже хотелось как следует поразмышлять, но времени мне явно не дадут. — Тогда выходит, что королева, как дура, идёт на смерть? — Все обратили внимание на Героя Щита, который сидел, уперев кулак в щеку, смотря на всех исподлобья. Как какой-то злой граф, ей-богу. — Она не умнее своего тупого мужа.       Ох, вот это он зря сказал. Я посмотрел на Мелти, которая сжимала вилку в руках, едва сдерживаясь, чтобы не накричать на Наофуми. Фило испуганно покосилась на неё. — Похоже, вся ваша семейка умом не блещет. — Наофуми-сама! — одёрнула Щита Рафталия, схватив его за руку. В тот же миг между глаз Герою Щита влетела вилка, которую бросила разгневанная Мелти. Ох, блять, что сейчас начнётся… — Заткнись! Не слова больше! — Что? Неприятно слышать правду?       Герой Щита встал со своего места, как Мелти. Они вышли из-за стола, стоя друг напротив друга. Я был в ступоре от происходящего, как и все вокруг, поэтому никто не мешал этим двоим выяснять отношения. — Напомнить ли тебе, принцесса, что именно твой папаша-подонок виноват во всём, что сейчас происходит? Если бы он действительно был мудрецом, как его называют, он бы уничтожил церковь ещё до моего призыва! — Ты вообще понимаешь, что несёшь? Если бы отец это сделал, то случился бы народный бунт! Страна бы оказалась на грани гражданской войны! — А что происходит сейчас? Не это ли грядёт?! Признай, ты просто хочешь оправдать своего отца! Хотя на самом деле ему плевать на свой народ, как плевать на то, что будет война! — Если бы ему было плевать, он бы не пожертвовал собой, спасая нас!       В последние слова Мелти вложилась больше всего, настолько, что её голос в какой-то момент охрип. Герой Щита удивился этим словам, но не поверил. Он замотал головой и собирался обвинить Мелти во лжи, но я не позволил этого. — Она говорит правду. Король Мудрец спас нас, без него мы бы не выжили, — я встал рядом с Мелти. Герой Щита несколько минут стоял как вкопанный не только из-за моих слов, но и от того, что я впервые заговорил с ним. Казалось, что мои слова чем-то его задели. Его глаза бегали по комнате то ко мне, то к Рафталии, то к Фило. Сама Рафталия встала и положила руку на плечо Щита. — Наофуми-сама, послушайте их.       Герой Щита склонил голову и обессиленно выдохнул. Он направил взгляд на меня, я увидел гнев, отчаяние, грусть, но вместе с тем и облегчение. Я не знаю, что творилось у него в голове, но там явно не меньший бардак, чем в моей. Я тоже не понимаю: что мне делать? Как поговорить с ним? Сейчас я ворвался в разговор, только чтобы оправдать Мелти, но дальше этого как будто невозможно зайти. Будто это край обрыва, который мне не пересечь. — Ладно. Предположим, что это правда. Чего вы от меня хотите?       Я отошёл назад, дав немного остывшей Мелти слово. Она всё ещё выглядела злой, но хотя бы не в бешенстве. Выдохнув, дабы ещё немного успокоиться, она продолжила разговор: — Герой Щита, Наофуми, я прошу вас, помогите нам спасти Мелро… — Отказываюсь.       Какого? Ты даже договорить ей не дал, а уже шлёшь на хер? Это не дело! Так нельзя! — Прошу, выслу… — Ничего я спасать не буду. Эта страна может катиться в ад.       Мелти нахмурилась: ей было больно, внутри всё ещё горел гнев. Я боюсь и слово сейчас вставить, ибо кажется, в этот раз на меня тоже сорвутся. — Можете просить что хотите, деньги, власть, женщин, но пожалуйста, я вас умоляю… — Нет значит нет, — Герой Щита подошёл ближе и угрожающе смерил Мелти взглядом сверху вниз. — Наофуми-сама, может… — Я сделал свой выбор, и меня не переубедить. На этом всё.       Он повернулся и зашагал к выходу. Я не мог молчать. Ощущение, будто это тот самый момент. Момент, где он окончательно уходит в свой мир, навсегда. Опять всё смешалось. Опять гнев срастался с горем. Хотелось плакать, кричать. Всё это снова началось. — Ну и вали!       Щит резко остановился.       Как же я злюсь на него! Не подумав о нас, просто уходит, будто ничего и не было, готовый всё забыть! Это так бесит! — Нам не нужен Герой, который убегает от проблем! Не нужен тот, кто всех бросает!       Мы вновь встретились взглядами, в этот раз не было никакой горечи, только гнев. Мы будто ненавидели друг друга. И какая-то часть меня действительно его ненавидела. Это действительно были мои мысли, но только одна их сторона. Другая сторона не проявляла себя. Я не знал, почему не могу выговорить эти мысли, а вместо них просто кричал на Героя Щита, обвиняя его во всём. Я не мог это понять. — Это всё? — спросил он, стоя у выхода. Я попытался что-то из себя выдавить, но получилось только жалкое мычание.       Герой Щита отвернулся и снова зашагал прочь. Медленно, будто намекая, что у меня есть шанс его остановить. Но я не мог, что-то мешало мне. И самое хреновое: я не понимал, что это. Будто кость в горле застряла и не давала ничего сказать, или какой-то противный шум не давал ясно мыслить. Я не мог понять, что мне делать. — Завтра мы уезжаем. Рафталия, Фило, вы поняли? — Да, Наофуми-сама. — Да, папа.       Герой Щита ушёл, закрыв за собой дверь. А я остался стоять на месте и осознавать, какую херню я только что натворил. — Твою мать.       Я сел за стол и ударился об него головой. Это просто пиздец какой-то, иначе и не скажешь. Я всё испортил за пару минут. Долгие дни путешествия, куча потраченных сил… и я буквально просрал всё за две минуты. Сука! — Мда, это было то ещё зрелище, — высказался Копейщик, пока я всё ещё прижимался лицом к столу, не желая пересекаться взглядом с ним, или Эклер, или тем более с Мелти. Мне стыдно перед ними. Я буквально разрушил все их надежды в один, сука, момент. Это просто кошмар. — Я не ожидала, что Герой Щита окажется…таким. — Поверьте, он хороший человек. Но сейчас у него тяжёлые времена.       Эклер, конечно же, ожидала чего угодно, но не такого. Но знающая Героя Рафталия успокаивала её. Если подумать, то Щит действительно стал хуже, чем был раньше. Может, он и был грубым, но никогда не отказывал никому в помощи, особенно если ему обещали награду. Но теперь даже это не помогло.       Я почувствовал тёплое прикосновение. Повернув голову, я увидел Фило, которая поглаживала меня по спине. Эти попытки успокоить только сильнее напомнили мне, что я жёстко налажал. Пиздец, это же каким надо быть идиотом, что так обосраться? Наверное, таким, как я. Абсолютным дебилом.       Я начал яростно биться головой о стол. Боль помогала притупить разочарование в себе. Но внезапно меня остановили — Рафталия обхватила меня, поглаживая по макушке. — Фэнг, успокойся.       Как я могу успокоиться? Всё это, весь это пиздец… — Это моя вина. Если бы я не ушёл от вас, если бы не накричал на него, всё было бы лучше. Может, мы бы уже спасли Мелромарк, а Король Мудрец был бы цел. Я всё испортил. Всё испортил.       Я жалкий кусок дерьма. Отброс. Я не заслуживаю быть частью отряда Героя. Я не заслуживаю кого-то, кто будет заботиться обо мне, как Рафталия. Я не заслуживаю сестры, как Фило. Я не заслуживаю имени Фэнг. Я ничего не заслуживаю. Я жалкий придурок. — Фэнг, ты не виноват. — Нет, виноват. Почему я вообще так реагирую? Я не понимаю. Что со мной не так? — Ты не хочешь терять Наофуми-саму. Ты боишься, что без него ты снова вернёшься к старой жизни.       Я ненавижу то, как жил раньше. Я пытался уверить себя, что всё лучше, чем смерть, но получалось хреново. Каждый день воруй или умрёшь, жри жуков или умрёшь, работай за жалкий медяк или умрёшь. Это худшая жизнь из возможных. Я даже от болезни сдохнуть не мог, ведь, сука, здоровье у меня, как у монстра. И каждый день, каждый, сука, день одно и то же. Я застрял в сраной петле, которую, к сожалению, не мог натянуть на шею.       Но с ними всё было иначе. Нет нужды жрать дерьмо, лишь бы не сдохнуть от голода. Нет нужды воровать и рисковать быть избитым, нет нужды выживать, можно было просто жить. Я хотел, чтобы так было всегда. Но его слова про то, что он вернётся в свой мир, будто бы обратили всё в прах. Будто отобрали у меня всё, что я обрёл. Это было ужасно.       Но почему именно так? Ведь уходит только он. Ни Рафталия, ни Фило, лишь он один. Так почему меня это так задевает? Почему мысли об именно его уходе приносят так много боли? Почему?! — Фэнг, знаешь, я ведь тоже была разбита, когда услышала это.       Я посмотрел в глаза Рафталии, заметив маленькие слёзы. Видимо, даже вспоминать о том дне больно не только мне. — В тот момент я чувствовала, как моё сердце разрывается. Ведь Наофуми-сама был для меня невероятно важен, — она говорила это с придыханием, в голосе чувствовалась тяжесть, с которой она произносила каждое слово. — В один момент даже промелькнула мысль отправиться вместе с ним. Но я не решилась на это. Не смогла оставить тебя и Фило.       Она отказалась от любимого человека ради нас? Но почему? Ты на должна была. Ты, ты, зачем ты приносишь своё счастье в жертву? — Мне было очень больно, но я смогла принять это. Я решила, что даже после его ухода буду жить счастливо, несмотря ни на что.       Зачем? Почему? Как можно так себя мучить? Ты не заслуживаешь такой боли. Ты не должна так страдать. — Жизнь меняется, и даже если мы теряем что-то или кого-то, мы не должны позволять этому нас сломить. Мы должны двигаться дальше, ценить то, что у нас осталось, и быть готовым принять всё, что будет.       Я не выдержал и просто начал       плакать. Какого чёрта?! Это, сука, несправедливо! Я ненавижу это! Ненавижу эту истину! Ненавижу!       Я просто хочу, чтобы жизнь стала такой же, какой была во время наших путешествий. Мы вместе странствуем и проходим через приключения. Хочу снова ехать в повозке Фило и напевать с ней песни. Хочу, чтобы Рафталия снова хвалила меня за успехи. Хочу… хочу снова услышать ворчание Босса, чтобы он вечно строил из себя недовольного. Хочу вернуть эти счастливые моменты своей жизни хотя бы ненадолго.       Я только через несколько минут успокоился. В комнате остались только я, Рафталия, Фило и Мелти, остальные ушли. Наверное, для них это была крайне неловкая сцена. Вытерев слёзы, я отпустил Рафталию лишь для того, чтобы на меня накинулась Фило. Она держалась за меня, как будто я спасательная верёвка, что не даёт ей упасть. — Я поговорю с Наофуми-сама. Фило, можешь остаться с Фэнгом и Мелти. — Хорошо, мама.       Рафталия ушла, а мы втроём остались в обеденной комнате. Фило отпустила меня, и я опёрся о стену, скатившись по ней. Похоже, всё же Фило была спасательной верёвкой.       Я задрал голову и посмотрел вверх. Это, конечно, пиздец, иначе и не скажешь.       И я до сих пор задаюсь вопросом: что мне делать? На этом всё? Накричал на Героя Щита и разошлись? Нет, это не то, чего я хочу. Но я не могу этого сказать словами. Мне будто что-то не мешает. Не понимаю. Да почему я ни хера не понимаю?! — Фэнг? Тебе уже лучше? — спросила Мелти, усевшись рядом со мной. Фило поступила так же. Если бы не всё остальное, я бы порадовался сидеть между двумя девчонками, что озабочены моим состоянием. Мда, двусмысленные шутки в такой ситуации. Ты действительно низок, парень. Во всех смыслах. — Немного. Прости, что устроил тут сцену. — Ничего, я сама повела себя не лучше.       Фило немного посмеялась не пойми с чего. — Вы лаяли как волки.       Скорее как щенки, которые пытались напугать большого волка. Жалкое зрелище. Как и вся моя жизнь в принципе. Ненавижу это. — Ладно, нужно развеяться, — я встал, потягиваясь. Надо как можно быстрее привести себя в порядок, иначе мысли совсем с важных вещей съедут. Лучше не думать о всей этой херне с Героем Щита. Рафталия обещала с ним поговорить, вот пусть и говорит, а я займусь чем-нибудь другим, тем, что не вызывает во мне мешанину эмоций. — Фило, вы тут дольше нас. Есть тут что-то интересное? — Хм, наверное… Я мало ходила, папа не разрешал гулять здесь одной.       С одной стороны, это понятно — неизвестно, что может случиться, но с другой, Фило, скорее всего, сможет за себя постоять. Она же Королевский Филориал, вашу мать. Уж если захочет, спосбна и голову кому-то раздробить. — Хорошо, тогда осмотримся сами.       Фило радостно кивнула и потянула меня и Мелти за собой.       В поместье была очень приятная и уютная атмосфера, хотя, по ощущениям, я очень выделялся, выглядя здесь как серое пятно — буквально. Среди стен довольно приятного оттенка белого (не знаю, как он называется) я выглядел буквально вороной, что залетела в дом. Фило вписывалась в это место гораздо лучше за счёт своего платья.       В этом месте оказалось не так много интересностей, как я ожидал. Неужели этот Рейнхарт действительно из порядочной знати? Редкий вид, конечно, но не вымирающий, слава богу.       Сейчас мы были в библиотеке — она и близко не стояла с той, что была в замке Мелромарк, но в целом тоже неплохо. В конце концов я приметил пару интересных книг, одна из них была про некоего императора Кайзера. Я решил оставить её на потом, думаю, будет интересное чтиво.       Выходя из библиотеки, я заметил, как Мелти почему-то пристально смотрит в окно. Мы с Фило подошли к ней, и, если честно, это было не лучшее зрелище.       Рейнхарта куда-то уводили, наставив на него копья. Твою же мать. Мы только приехали, а тут вот такая хрень. Переварились, походу, во мне наконец драконьи чешуйки.       За тем, как уводили Рейнхарта, наблюдал какой-то мужик. Даже со второго этажа, где находилась библиотека, я мог понять, насколько это жирный ублюдок. Смотреть на него было мерзко. Боюсь представить, как сильно он воняет. Вместе с ним также был отряд рыцарей из тридцати человек минимум, стоящих вокруг кареты, в которую заводили Рейнхарта. — Фило, а давай сыграем в прятки! — внезапно Мелти повернулась к Фило с очевидно фальшивой улыбкой. Но младшая была слишком рада предложению, чтобы заметить обман.       Фило радостно закивала, энергично топя ножками в желании поскорее начать. — Хорошо, тогда вы с Фэнгом прячетесь, а я буду искать!       Очередной довольный кивок. Мелти прикрыла глаза и начала считать. Фило радостно побежала дальше по коридору, собираясь спрятаться. А я просто надел маску Тени. Если Мелти надеялась и меня обмануть, она слишком многого хочет. Не закончив считать, Мелти открыла один глаз, проверяя коридор. Как ей казалось, в нём никого не было, и она выдохнула с облегчением. — Не думала, что Фэнг поведётся. — А я и не повёлся.       Мелти обернулась на мой голос, сначала испугавшись, но быстро успокоилась, вспомнив про маски Теней. — Не делай так больше. — Ничего обещать не могу. Так каков план?       Я посмотрел в глаза Мелти, надеясь найти ответ. Думаю, ей немного жутко от такого. Маска Тени не показывает глаза, только черноту вместо них. Это отлично работало как маскировка и как элемент запугивания. — Надо предупредить остальных, а потом я уведу этого человека. — Стоп. Уведёшь? В смысле сдашься ему?! — я перешёл на более высокий тон, ведь какого, собственно, хуя?! Я проделал весь этот путь не для того, чтобы просто так отдать Мелти. Тем более какому-то жирному уроду. — Фэнг, ты не знаешь этого человека. Если он узнает, что здесь Наофуми и остальные… — А что будет с тобой?! — я схватил Мелти за плечи, ощущая ещё бóльшую панику.       Часть меня хотела сбежать, взять с собой Мелти и оставить Героя Щита здесь как месть за то, что он хочет сделать. С другой стороны, я не мог бросить остальных, меня в дрожь бросало от этой мысли. И опять я задаюсь вопросом: что мне делать? — Фэнг, со мной всё будет в порядке. Я смогу выбраться.       Хотелось бы верить. И я верю. Но, блять, волнуюсь. Мне страшно за неё. Не хочу отпускать Мелти одну. А ведь я могу и не отпускать Мелти. В конце концов, есть пара вещей, что поможет мне. — Мел, у меня есть план. И это очень хреновый план, если подумать. Но он есть.