Фэнг, Том I

      Мы провернули очень мутную схему. Я до сих пор не уверен в этом. Мы рассказали план Копейщику и Эклер, и хоть и с кучей претензий, но они согласились. Больше всех протестовала Эклер, но и она в итоге сдалась под общим напором. До сих пор помню, как злобно она нахмурилась, когда обратилась ко мне: «Если с принцессы Мелти хотя бы волосок упадёт, ты умрёшь самой ужасной смертью».       Мне не в первый раз угрожали рыцари, но это определённо был самый страшный из всех. В первую очередь, потому что я сам бы себе не простил, если бы из-за моего плана пострадала Мелти.       Почти все приготовления были готовы, осталось только одно, самое сложное для меня. Это будет очень тяжёлый разговор. Я наговорил ему слишком много херни, но если хотя бы попытаюсь сделать первый шаг, то, может, он поймёт всё и простит меня? Я могу только надеяться.       И вот я здесь, стою перед дверью в их комнату, которую я нашёл по запаху. Я никогда не забуду этот запах. Такой странный и будто бы чужеродный для мира, но при этом идеально дополняющий его. Это трудно описать тем, кто не способен чувствовать запахи, так же как и я. До сих пор я не нашёл ни одного такого человека. Хотя была вроде Фило, но на её счёт я не уверен. А ещё в этом запахе было что-то родное для меня, такое привычное и естественное, что отсутствие этого вызывало диссонанс в голове. Чувство, будто одной ноты в мелодии не хватает.       Я вдохнул поглубже. Будет трудно, но главное — не поднимать много шума. Хоть в этот раз не накричи на него, придурок. Пожалуйста.       Открыв дверь, я стал свидетелем спора Героя Щита и Рафталии. Не став вдаваться в подробности, я резко хлопнул в ладоши, привлекая их внимание. — Фэнг? — Ну и какого чёрта ты припёрся? Как всегда добрый Герой Щита, и как всегда жестокая Рафталия. Ничего необычного. — Нет времени объяснять. Лезьте в шкаф. — Ага. Сейчас, только вещи соберу. — Зачем? — Как зачем? Ты говорил мне валить, вот я и ухожу в Нарнию.       Что такое Нарния? Ладно, насрать, нет времени на эту странную Геройскую хрень. — Лезь в шкаф, или я тебя запихаю.       Моё ангельское терпение не бесконечно, и, если он его растратит, один из моих кинжалов окажется между его ног. Пожалеешь, что до сих пор с Рафталией не покувыркался.       В итоге Рафталия сама начала запихивать Героя Щита в шкаф. Он сопротивлялся, но знаете, иногда с Рафталией трудно спорить, особенно когда она настроена серьёзно.       Я мысленно поблагодарил Рафталию за сделанное. Дело осталось за малым.       Нацепив на лицо маску Тени и повесив крест церкви Трёх на шею, я ринулся по коридору. Спрятать этих двоих было легко, однако и найти их не представит труда, если план провалится. В таком случае придётся прорываться с боем, а я не уверен, что нам хватит сил. Хоть у нас и два Героя, численный перевес был очень давящим фактором. Даже Герои не всегда могут одолеть толпы врагов, особенно если это довольно высокоуровневые наёмники.       Я встретил Мелти там, где мы договорились. Она уже была в своём платье, которое не носила с тех пор, как мы пустились в бега. Но данная ситуация требовала этого, ведь нужно, чтобы нам поверили.       Мелти посмотрела на меня, спрашивая, всё ли готово, на что я кивнул без промедления. Хотя я всё ещё не полностью уверен в том, что мы собираемся сделать, это, пожалуй, лучший вариант из возможных.       Мы направились вниз, чтобы якобы случайно встретиться с нашим гостем. Перед спуском я удостоверился, что Эклер и Копейщик находятся недалеко. На них также были маски Теней, Мелти отдала свою Копейщику. Наш гость не заметит их, даже если у них ужасный уровень скрытности. Маска Тени компенсирует всё.       Я уже мог его видеть, несмотря на то что сейчас меня не замечали, хотя я стоял прямо перед глазами, я всё равно чувствовал угрозу. Не знаю от чего. Возможно, я чувствовал угрозу не для себя, а угрозу для Мелти. Она вышла следом за мной и «удивилась», встретив эту жирную тушу. Похоже, у неё есть кое-что общее с сестрой — актёрское мастерство. Правда, Мелти в этом плане лучше Гоблинши. Мелти во всём лучше Гоблинши. — Лорд Рабье?       Жирный бурдюк, именуемый Рабье, явно был удивлён, что так быстро нашёл «похищенную» принцессу. Он явно ожидал чего-то другого. Но, несмотря на это, мерзкая тщеславная улыбка растянулась на его морде. — Принцесса Мелти, какое счастье, что вы в порядке. Мы все боялись, что Дьявол Щита уже убил вас.       Надеялись, что мы сделали за вас вашу работу? Хуй там плавал! Пока я рядом, Мелти не пострадает! — Не стоило так бояться. Мне очень сильно помогли. — И кто же?       Ну, теперь мой выход. Появившись прямо перед Рабье — хотя нет, буду называть его Жирныч, — так вот, появившись перед Жирнычем и напугав его, я встал во весь рост и показал ему крест церкви. Похоже, он удивился, но не в плохом смысле. Жирныч был очень доволен.       Вблизи он кажется ещё более мерзким, особенно эти его дерьмовые усики. Эта хрень только привлекает внимает к тому, насколько жирная у него морда. Блядская смесь, сбрей их на хер. А лучше пойди соверши самоубийство. Так всем здесь будет лучше. — Тень. Ха, не думал, что среди вас есть кто-то столь… специфичный.       Я молчал, мне лучше не говорить, чтобы не выдать свой настоящий возраст. Стоит помнить, что у церкви есть моё описание, там точно указано, что мне примерно двенадцать лет, а такое можно понять по голосу. Но Тени всегда скрывают о себе всё, начиная от внешности и иногда пола, заканчивая мелочами по типу роста.       Так-то я вполне сойду за карлика. Хотя, слыша это от него, я чувствую желание язык ему отрезать. Держись, потом разберёшься с этим Жирнычем. — Благодаря ему я была спасена. Что касается Героя Щита, то я не знаю, где он сейчас.       Не совсем ложь, просто Мелти не говорит всей правды. Мне хочется верить, что она научилась этому от меня, хотя, скорее всего, научила её этому королева. Вот кто истинный мастер подобного . — Что же, тогда эту Тень ждёт достойная награда. Прошу вас отправиться со мной, в мои земли. Там мы обеспечим вашу безопасность. — С удовольствием.       Он клюнул, отлично. Теперь дело за остальными. Я незаметно подал сигнал Эклер и Копейщику, чтобы они поняли, что всё идёт по плану и теперь они должны выполнять свою часть. Рабье провёл нас к своей карете, точнее, провёл только Мелти. Он думал, что я поеду в грузовой повозке с его наёмниками. Однако я был умнее и просто устроился на верхушке кареты. И опять же, благодаря маске и моим показателям скрытности, меня никто на заметил. Это просто потрясающе, вот что я называю «спрятаться на видном месте». Я буквально в центре внимания, но меня в упор не замечают. Маски Теней — лучший друг воров и скрытых убийц. Понятно, почему технология их изготовления так скрывается. Имей к подобному доступ хоть одна группировка из подполья, и они прогнут под себя всех. Хотя не исключено, что в таком случае будет создано что-то, что сможет противостоять скрытности масок. Так уж устроен мир, что против сильного оружия создают ещё более могущественное.       Тишина была снаружи, но внутри кареты этот Жирныч пытался разговорить Мелти. Она умела обходила все темы, завершая диалог почти сразу. Однако жирная туша не спешила отступать. Он бы всё равно не смог, он настолько жирный, что ходит с трудом. Я не удивился бы такому. Через несколько минут мы прибыли на земли этого Рабье. Можно сказать, они были противоположны землям Рейнхарта. Всё здесь было нарочито вычурно богатым. Это создавало очень неприятное чувство у меня. Будто мне все вокруг пытаются впарить фальшивое золото. Я терпеть это разводилово не могу. Он играет на банальной тупой жадности. Никакой изысканной манипуляции, как это делает тот же Белукас. Это просто ставка на глупость.       Особняк, к которому мы приехали, был ещё хуже. Я был готов поклясться, что кто-то обратил его в золото с помощью магии, только, к сожалению, золото это опять фальшивое. Боже, меня в дрожь бросает. Даже в имитации оргазма от проститутки нет столько фальши.       Рабье повёл Мелти в свой особняк, и, естественно, я тайно следовал за ними. Не знаю, подозревает ли Жирныч о моём присутствии, но в любом случае мне нужно потянуть время. Уже темнеет, выезжали мы когда ещё был закат, сейчас время близилось от сумерек к ночи. Эклер и Копейщик уже должны были рассказать про план остальным, осталось совсем немного до нашего освобождения. И ещё неплохо было бы освободить Рейнхарта, в конце концов, мы должны ему за помощь.       Жирныч завел Мелти в одну из комнат, что-то похожее было в доме Лавкрафта. Комната, в которой проводят разговоры и совещания. Как я понял, такие есть у всех. Обычно место довольно приятное, и часто тут заранее есть угощения, как, к примеру, фрукты на столе в этой комнате.       Сравнение с Лавкрафтом было неслучайным. Если не учитывать, что только у него я был в подобной комнате, то всё ещё оставалась одна общая вещь между двумя этими знатными придурками: они рабовладельцы в самом плохом смысле этого слова. Те, что воспринимают своих рабов исключительно как вещи.       Это то немногое, что мне о нём рассказала Мелти, но даже этого хватило, чтобы я начал ненавидеть это жирное недоразумение.       Они оба уселись, Мелти сидела на диване, а Рабье в кресле напротив. О моём присутствии всё ещё не подозревали, и Жирныч опять начал наседать на Мелти с вопросами: — И всё же вы уверены, что не знаете, куда направился Дьявол Щита? — Сожалею, но большую часть времени я провела связанной, с мешком на голове и запертой в комнате поместья. — Подумать только, как мог Ван оказаться последователем дьявола? Как жаль, такой добрый юноша был.       Ага, был. Теперь ты ему голову отрубишь, а полулюдей на его землях захлестаешь до смерти. Сука, так и хочется сейчас его ударить, но нужно, чтобы он максимально ослабил бдительность. Давай, Мелти, не разбей. Ещё немного, и я смогу. Я должен. Похоже, вот оно, моё первое убийство. Жирное, уродливое недоразумение, которое кто-то назначил знатью. — Принцесса Мелти, можете ответить на вопрос? — Конечно? — Это правда, что с Дьяволом Щита путешествует получеловеческая девушка енотовидного типа?       Что? Какого чёрта? На хрена ему эта информация? — Да. А вас это волнует? — Не то чтобы. Просто енотовидные редко бывают среди ассортимента рабов. Знаете, они довольно уродливы и мало что умеют.       Скажи это Рафталии: красавица, так ещё и готовить умеет, драться и вообще поможет в любой мелочи. Не женщина, а мечта. Ей-богу, Герой Щита, включи мозги. — Но была у меня одна, о ней отзывались как о миловидной. Хотя для меня лично все полулюди мерзкие. Я это к чему клоню: может, это всё же моя прошлая собственность?       Нет. Такого не может быть. Точно. Мир не настолько тесен. Сказал пацан, который за неделю встретил столько новых и старых знакомых, что можно позавидовать. Особенно с учётом того, насколько маловероятны были эти встречи. — Не уверена, всё же исключений из правил бывает немало. — Может быть. Но есть ещё одна вещь: эта полулюдка была из деревни Лоурон. Слышали о такой?       Нет. Так всё же он… Мелти заметно напряглась — заметила, что расспросы имели очень конкретный характер. Будто бы Рабье чего-то добивался. Нельзя больше ждать, нужно убить его сейчас. Он сосредоточен на разговоре, лучшего шанса не будет. — Знаете, ведь если это так, то когда Дьявола Щита постигнет наказание, я потребую вернуть её мне. И будьте уверены, в этот раз она не выживет.       Вот же сукин сын! Я быстро подскочил и направил лезвие кинжала в эту жирную уродливую шею, намереваясь убить эту тварь. Но лезвие едва даже не коснулось его кожи, когда Рабье схватил мою руку. Я был в шоке, особенно когда он посмотрел на меня. Он знал. Знал, что я всё это время был здесь.       Рабье резко взмахнул рукой, которая держала мою, и бросил меня в стену, находящуюся за Мелти. Я почувствовал резкую боль по всему телу, мне, очевидно, сломало много костей. Маска Тени слетела с меня, лишая меня шанса раствориться в пространстве. Мелти быстро вскочила и подбежала ко мне, начав лечить меня магией. Что же, похоже, мы полностью себя выдали. План немного споткнулся в реализации.       Рабье встал с кресла и медленными шагами приблизился к нам. — Очень грубо пытаться убить своего спасителя, принцесса.       Ты никакой не спаситель. Ты ублюдок. — Могу сказать похожие слова. Вы ведь тоже собирались убить меня.       На её заявление Рабье только рассмеялся, настолько нагло, насколько это возможно. У меня кровь вскипела от этого звука. Я достал второй кинжал, готовый напасть. — Не несите глупостей. Вас бы убил Дьявол Щита, после того как вы рассказали мне о том, где он. Но, похоже, вы «не знаете». Надеюсь, рабский герб освежит вашу память.       Услышав эти слова, я резко встал перед Мелти, защищая её от Рабье хоть как-то. Злость становилась всё сильнее. Не нужно было смотреть со стороны, чтобы понять, что на моём лице сейчас яростный оскал. Я не позволю этому куску жирного вонючего дерьма тронуть Мелти! Никто не обратит мою принцессу в рабыню. Никогда! — Ты не посмеешь! — А кто меня остановит? Ты?       Отвечая на его вопрос, я быстро побежал вперёд и собирался ударить обоими кинжалами, но он резко откинул свой плащ и достал с пояса хлыст. Одним ударом обвязал одну мою руку и мощным рывком снова ударил о стену. Я чувствовал себя игрушкой, которую вечно бросают, и это неприятно. — Это всё? Или ты ещё попрыгаешь?       Я быстро поднялся на ноги и, недолго думая, решил использовать магию. — Wind Walking! — крикнул я и начал нарезать круги по комнате.       Рабье не упускал меня из виду, атакуя хлыстом. Его мерзкая улыбка так меня бесила, он будто не воспринимал этот бой всерьёз. Конечно, для него это ничто. Жалкий пацан, пытается что-то противопоставить великому лорду. «Глупость», — скажут многие. «Пустите первым», — скажу я. — Aqua Slash!       Мелти выпустила заклинание, чем заставила Рабье отвлечься. Он отбил её заклинание, а я тем временем приближался со спины. Ещё пара секунд, и он труп.       Выставив кинжалы вперёд, словно хищник свои клыки, я готовился вонзить их в жирную тушу. Но через секунду Рабье резко развернулся и рубанул меня из-под низа. Я не взял броню, думал, что она будет тормозить меня в этой битве, и сейчас поплатился за эту глупость, когда по моему телу от левого бедра до правого плеча прошлось холодное лезвие. — Фэнг! — резко воскликнула Мелти, когда я упал на живот. Из меня текло столько крови. Это так пугает. Такого раньше не было со мной. Холод, тело пронизывал ужасающий холод. Я не мог пошевелиться, сил не было. Сознание медленно угасало. Я умираю?       Почувствовав ногу на своей голове, я едва мог слышать голос. Голос Рабье. — Хе-хе, жалкое зрелище. Собственно, чего ещё ожидать от такого недоразумения. — Нет! Aqua… — Заткнись!       Резкий удар хлыстом был самым ужасающим звуком в этой комнате. Мелти, что он с ней сделал? — Пора покончить с этим. Передавай привет Ариону.       Я не понимал, что несёт Рабье, но явственно осознавал одно: моя история закончится здесь… Нет! Я приложил все усилия, чтобы подняться. Это казалось невозможным, тело было в десятки раз тяжелее обычного. Но я не мог сдаться. Я должен был встать! Я должен был бороться! Я должен защитить Мелти! — Ух ты, какой упёртый. Жаль, этого мало…       Я не знаю, что собирался делать Рабье, но понимал, что для меня это добром не кончится. Я должен был подняться, должен был… — Air Strike Shield!       Этот голос! Он был как спасение. Будто только услышав его, я мог быть уверен, что мне ничего не угрожает. — Second Shield!       Тень от тела Рабье и его нога на моей голове исчезли. Я смог подняться и посмотреть в сторону входа. Герой Щита, Наофуми, он пришёл, не оставил меня. Даже после всего, что я наговорил ему, он не бросил меня. — First Heal!       Я почувствовал, как рана на теле начала заживать. Я потерял много крови, но заклинание Героя придало мне немного сил. — Братик! Мел!       Фило подбежала ко мне и Мелти, она была в форме Филориала, так что поднимала меня своими крыльями. Посмотрев на Мелти, я ужаснулся: по её лицу проходил след от хлыста, что разорвал её кожу. Будто кто-то ножом провёл, оставив шрам. Ублюдок Рабье! — Фэнг, пей, живо, — Герой Щита дал мне зелья, и я без промедлений его выпил. Стало немного лучше, хотя лёгкая слабость всё ещё ощущалась.       Вместе с Героем Щита были и Копейщик с Эклер. Отлично, план сработал. Они рассказали всё Герою и потом, найдя Фило, отправились к землям Рабье. Имея карту, Эклер точно знала, где что, и с помощью масок Теней она и Копейщик прошли. А отряд Героя Щита использовал магию Иллюзий Рафталии, чтобы не выдать себя. Так они и добрались до нас.       Стоп, а где Рафталия? Посмотрев за остальных, что стояли впереди, я увидел, как она подходит к Рабье, что сидел, потирая ушибленный затылок. Рафталия держала в руках меч, который сжимала очень крепко. Её хвост распушился, что свидетельствовало о том, что она в ярости. Я никогда не видел Рафталию в таком состоянии. И даже не видя её лица, я ощутил страх от того, что может быть в её глазах. — Рабье, он?.. — Бывший владелец Рафталии.       Я не ошибся и теперь полностью понимаю гнев Рафталии. Во мне сейчас кипит неменьшая злость. В голове промелькнула лишь одна мысль. Рабье должен умереть. Другой судьбы для него быть не может и не будет никогда.       Наблюдая за этим с не самого лучшего места, увидел, как Рафталия направила меч в горло Рабье. Одно движение могло оборвать ему жизнь. — Ты помнишь меня? — он подняла его голову лезвием. Лицо Рабье сначала было наполнено страхом, а потом исказилось в жестокой ухмылке. — Всё же мир тесен. Да, я помню тебя. А ещё я помню, как было приятно, когда ты наконец сломалась!       Рабье выбил оружие из рук Рафталии ударом своего меча. Он пытался уколоть её, но Рафталия быстро увернулась. Уйдя вбок, она быстро подняла меч и встала в боевую стойку. Рабье за это время успел подняться. Копейщик хотел вмешаться, но Герой Щита остановил его. Если я правильно понял, то это бой Рафталии. Мы же должны вмешаться, только когда будем нужны. А пока, она должна сама это сделать. Должна отомстить своими руками.       Без лишних слов они начали битву. Мой взгляд не поспевал за их движениями, наверное, это из-за слабости после ран. Но я точно мог сказать, что пока они держатся на равных. Это было очевидно, когда они на несколько секунд остановились после удара мечами. Ни на ком не было серьёзных ран, была лишь лёгкая отдышка. Стоит заметить, что у Рафталии она была короче, что неудивительно, учитывая тушу Рабье.       Звон, сопровождающий удары клинков, становился всё чаще и громче, будто с каждым разом удары были всё более яростными. В чём можно было не сомневаться, если вспомнить, кто сражается.       Мне действительно не так трудно понять ненависть Рафталии. Всего пару часов мне понадобилось, чтобы возжелать этому ублюдку смерти. Единственное, что понять я не могу, это то, насколько сильно Рафталия жаждет этой мести. Рабье пытал её долгое время, издевался как физически, так и психологически. Трудно представить, что он творил, и даже страшно.       Резкий звон, опять, и меч выбит из рук Рабье. Казалось, это идеальный шанс, но у него оказался ещё один хлыст. Одним взмахом он захватил клинок Рафталии и, пока она была в растерянности, вырвал оружие из её рук. Чёрт. В этот раз Рафталия не сможет уйти. Хотя на её поясе есть второй меч. Раньше его не было.       Рабье снова замахнулся хлыстом. Рафталия будто застыла, я не мог разглядеть её эмоции, но предположу, что она ощутила страх. Вспомнила, каково это — быть беззащитной в ожидании удара хлыста.       Но в этот раз её не ранят. Герой Щита встал между Рафталией и Рабье, закрывая её щитом, как бы ожидаемо это ни звучало. Хлыст обхватил руку Щита, это по идее должно причинить ему боль, но не стоит забывать, о ком мы говорим. Герой Щита даже не дрогнул, а Рабье впал в ступор. Я решил этим воспользоваться и бросил один из кинжалов из драконьего клыка в его руку, которой он держал хлыст. Лезвие пронзило кисть насквозь, заставив Рабье выронить хлыст. — Zeveit Tornado! Фило запустила магию в Рабье, и он отлетел к окну. Рафталия, наконец прийдя в сознание, схватила рукоять и достала её из ножен — клинка не было, что ввело меня в ступор. Рафталия побежала на обескураженного Рабье, и в этот момент из рукояти появился клинок света, что пронзил грудь Рабье. Мощным толчком Рафталия разбила окно тушей Рабье, выталкивая его. Он тщетно пытался за что-то ухватиться, но не смог и выпал в окно.       Я вместе с остальными подбежал к окну, смотря вниз, где была мёртвая жирная туша. Несмотря на то, что Рабье погиб, я не почувствовал удовольствия. Может, хотел убить его сам?       Рафталия выдохнула, будто огромный груз свалился с её плеч. Я не знаю, что она пережила, будучи рабыней Рабье, но спрашивать не буду. Я достаточно узнал об этом человеке, чтобы понять: он жестокое чудовище, которое не щадит никого. — С ним покончено, идём за Ваном, — произнесла Эклер, видимо имея в виду Рейнхарта. — Думаю, я знаю, где он, — с тяжестью в голосе сказала Рафталия. Похоже, скоро мы наведаемся в её камеру.       Я посмотрел вниз, вспоминая про кинжал, который был воткнут в кисть Рабье. Надо забрать его и хорошенько почистить. — Идите, я догоню. — С чего это? — спросил Герой Щита, в его глазах было… волнение. Верно, я же недавно чуть не умер. И ему не плевать на это. Хе-хе. Невольно по моему лицу растянулась улыбка, которую я поспешил прикрыть. — Мой кинжал. Не хочу, чтобы он долго был в этой вонючей туше. — Оставь его, это всего лишь ножик. Я покачал головой и пристально посмотрел на Наофуми: — Для меня нет. Ведь его мне подарил ты.       Герой Щита был в ступоре, явно не ожидая подобной сентиментальности. Я тоже удивлён, что выдал такое. Я ведь даже не посмел выбросить этот кинжал. Несмотря на то, что он постоянно напоминал о том времени, которое мы провели вместе. Ведь это был первый подарок, который мне кто-либо когда-либо сделал. — Встретимся у входа. Вы же разобрались с охраной? — А как иначе. Надрали им задницы, — отозвался Копейщик, отдав честь.       Ха, хорошо, что мы его спасли, уверен, без него пришлось бы хуже. Как минимум со стражей бы разбирались дольше, а в таком случае… Ух, не хочу думать об этом.       Правда, странно, что никто в этой комнате не услышал шума битвы, когда они пробирались. Но тут были свои танцы со смертью, так что, думаю, это неудивительно.       Используя Wind Walking, я спускался вниз, приближаясь к мёртвой туши. Это я себе надумал, или от него уже воняет? Не хочу даже думать об этом. Вполне вероятно, что во время удара случилось много негигиеничных вещей.       Я резко достал кинжал из его кисти. Когда оружие покинуло конечность, Рабье издал болезненный стон. Он жив? Быстро среагировав, я вонзил кинжал ему в горло. Он кашлянул кровью и раскрыл широко глаза. Он посмотрел на меня и прошептал: — Дьявольский отпрыск.       Это были последние слова Рабье, одного из самых ужасных ублюдков, которых я встречал в своей жизни. Он назвал меня дьявольским отпрыском. То есть если использовать призму церкви, то меня назвали сыном Героя Щита? Ха, было бы… славно.       Так это и есть чувство после убийства человека? Я ожидал другого, чего-то, похожего на оргазм после хорошей мастурбации. Но ничего. Только какая-то пустота и вязкое противное ощущение, но вместе с тем какое-то извращённое удовольствие. Чувство власти над одной из сутей бытия. Оружие в руках способно решить жизни мне подобных. И мне это нравится. Чёрт. Наверное, я превращаюсь в маньяка. Надо отвлечься.       Покинув труп, я отправился ко входу в особняк, где меня уже ждали остальные. В пути я старался отвлечься от мыслей о том, что только что было.       Фило приветливо махала, что выглядело не очень уместно после всего, что произошло. Но кажется, Фило не сильно это беспокоит. А вот другие явно осознают все происходящее и понимают, насколько все серьёзно.       Рафталия провела нас за собой прямо до углубления в земле. Это была небольшая лестница, которая опускалась к двери. Выглядело всё как вход в гробницу, где лежат трупы, много трупов. И чувствую я, что так оно и окажется в итоге. — Рафталия, можешь не заходить, если… — Не волнуйтесь, Наофуми-сама, я готова к этому.       Рафталия пошла первой. В то место, которая часто видела в своих кошмарах. Она простояла перед дверью несколько секунд, прежде чем открыть её. Как только это случилось, мне в нос почти сразу ударили мерзкие запахи: гниль, кал и в особенности кровь — всего этого было в изобилии внутри этого склепа. По-другому назвать это трудно, ведь все, кто находится здесь, были очень близки к смерти.       Когда мы вошли, послышались голоса: кто-то начал плакать, кто-то пискнул и сразу замолк, а кто-то молился, чтобы сегодня была не его очередь. Тут пахло не только всеми перечисленными ранее запахами, но и отчаянием. Чувством, что глубоко пропитало душу каждого, кто здесь находился. — Всё в порядке, мы пришли… освободить вас, — Копейщик сразу попытался всех ободрить, однако явно не был уверен, что мы это одобрим. Всё же тут не просто парочка рабов, а как минимум дюжина, и забрать их всех будет проблематично. Особенно учитывая, что нам лучше уйти по-тихому. С кучей рабов это будет сделать труднее. — Всё так, как сказал Герой Копья. Мы вытащим вас. — Неожиданно, но Герой Щита вышел вперёд. Вау, он впервые так себя ведёт на моих глазах. Это очень радует. — Герой Копья? — подал слабый голос один из рабов. Копейщик будто бы собрался с мыслями и одарил всех одной из самых добрых улыбок, которые я видел: — Да, это я. А с мной Герой Щита.       В подтверждение своих слов Копейщик поднял своё оружие, чтобы все его видели. Герой Щита поступил так же. И мне показалось, что драгоценные камни в их оружиях начали сиять подобно путеводным звёздам, что дают веру в выбранный путь.       Рабы смотрели на них, не отрывая взгляда, в их глазах сияла надежда. Надежда, что теперь они наконец обретут свободу и что кошмар для них наконец закончился.       Мы принялись освобождать рабов, довольно полезными оказались навыки взломщика. Жаль, нет Крана, иначе бы управились быстрее. Клетки открывались одна за другой, освобождая еле живых полулюдей, некоторые были почти скелетами.       Рейнхарта мы нашли почти сразу, он был немного дальше по коридору. Прикованный к стене, он был без сознания. Не прошло и пары часов, как его уже начали пытать. Мы освободили и привели его в чувства. Открыв глаза, он ещё плохо соображал. — Герои Копья и Щита? Леди Сието? Это действительно вы? — прохрипел он, держась за голову. Эклер помогла ему удержаться на ногах. — Да, мы здесь. Лорд Рейнхарт, что они от вас хотели? — Ничего. Они просто забрали меня с моих земель, обвинив в измене стране. Рабье должен получить мои земли во владение. — Ну, теперь этого не будет. Рейнхарт посмотрел на меня, я же лишь ответил: — Рабье мёртв. Я удостоверился в этом.       Не задавая большое вопросов, Рейнхарт, опираясь на Эклер, пошёл с нами.       Мы проверяли оставшиеся клетки, в то время как Рафталия как будто искала что-то конкретное — или кого-то. Она остановилась, посмотрев через решётку. На полу, прикованный к стене подобно Рейнхарту, сидел мальчик-получеловек собачьего вида. Примерно мой ровесник, может, младше. — Кил!       Рафталия открыла дверь клетки, которая, на удивление, оказалась не заперта — видимо, раз уж он прикован, в этом нет необходимости. Мальчик поднял голову и испуганно смотрел на Рафталию. — Кто ты? — Кил, это я, Рафталия!       Мальчик не поверил. Он качал головой, хотя это было похоже, словно она качается от бессилия. — Нет, Рафталия маленькая девочка. Не взрослая женщина. — Хорошо, давай я докажу тебе, что настоящая. За два месяца до катастрофы мы с тобой пошли в море, чтобы найти красивую ракушку и подарить её моему папе на день рождения. Ты едва не утонул, но сестрёнка Садина спасла тебя…       Глаза Кил расширились, он будто не верил в происходящее. Я бы на его месте впал в шок, за которым последовала бы радость и слёзы. Собственно, это и произошло. — Рафталия… Это правда ты! — Кил хотел броситься и обнять Рафталию, но кандалы ему не дали. Я быстро подошёл и начал взламывать замки на них. Это было не так трудно, у кандалов удивительно простые в устройстве замки. Когда руки Кил оказались свободны, он попытался встать, но чуть не упал. Я подхватил его. — Долго не ел. Тяжело, знаю.       От сильного голода трудно заснуть, голова всё никак не может успокоиться, постоянно выдавая мысли о еде. В итоге недосып и усталость. Как следствие, ты превращаешься в вялое дерьмо, которое еле осознаёт происходящее.       Я помог Кил добраться до Рафтали, и они обняли друг друга. Я же вернулся к Герою Щита и Фило, что наблюдали за этим. Не нужно было слов, это лишь бы помешало им. — Кил, ты знаешь, где Рифана?       Кил ничего не ответил, но по его усиливающимся всхлипам я уже мог предположить худшее. — Кил? — Она в пыточной. С утра.       Рафталия кивнула и, отдав ослабленного Кила нам, быстро направилась туда, где была эта пыточная. Наофуми сразу же бросился за ней. А мы с Фило всё ещё стояли. По взгляду Фило я понял, что она чего-то боялась, но после нескольких секунд раздумий пошла за теми, кого называла мамой и папой. — Рифана умерла? — спросил я, когда Фило ушла. Кил сжал кулак и, еле сдерживая новый поток слёз, смотрел в пол. — И какое тебе дело?       Верно. Я здесь как пятое колесо истории. Но проблема в том, что я всё ещё часть истории. Всё, что происходит, касается и меня. — Хочешь верь, хочешь нет, но Рафталия для меня как семья. — Правда?       Ого, он довольно легко в это поверил. Ну, он простой пацан, не был вынужден жить в дерьме всю жизнь, только последние два месяца. И, видимо, доброе сердце из него не выбили. Крепкий парень. — Да. Я не вру про это. Так скажи, Рифана…       Я не успел закончить, и Кил кивнул. Эх, я удивлён, как до сих пор не услышал плача Рафталии. Если она не плачет, то она явно гораздо сильнее, чем мне казалось. — Мне взять тебя с собой? Если ты не хочешь… — Я должен увидеть это, — уверенно сказал Кил. Видимо, вспомнил поговорку «Видя смерть, мы становимся сильнее, чтобы беречь жизнь». Я не очень понимаю, в чём смысл, но повёл парнишку за остальными.       Когда мы пришли, Рафталия уже стояла на коленях, рядом присел Герой Щита и Фило. Мы подошли последними и даже так чувствовали всю горечь в этой комнате.       На холодном полу лежал труп. Это была получеловек вида ласки, по крайней мере, так кажется. Её кожа уже стала бледной, холод от неё ощущался, даже если не касаться. Она прижимала к груди маленькую палочку, к которой был привязан листок. Почему-то это было для неё невероятно важной вещью, настолько, что, даже умерев, она не выпустила её из рук. Кто-то скажет, что это глупый мусор, но для маленькой девочки это было настоящее сокровище. Когда свалим отсюда, я спрошу Рафталию или Кил об этом. — Возьмёшь её с собой? — Нельзя её здесь оставлять, она должна быть похоронена как положено. Там, где мы все были счастливы.       Внезапно сзади подошла Мелти и протянула нам плащ. Это был тот, что мы купили ей. Мы закутали в него останки Рифаны, он идеально охватывал её.       Рифана была не старше Мелти или Рафталии, если вспомнить про её настоящий возраст. Она умерла здесь, в холодной камере, где её пытали без жалости. Никого не было рядом, когда она покинула этот мир. Никто не дал ей надежу, что после смерти её ждёт что-то хорошее. Никто не пришёл к ней. Она умерла как отброс.       Я сжал кулаки, наблюдая, как Рафталия уносит тело своей подруги. В голове были самые ужасные мысли. А ещё я размышлял о том, что бы мы могли сделать иначе. Но всё это было бессмысленно. Рабье мы уже убили. Рифана уже мертва. Мы ничего не можем сделать. Я ничего не могу сделать. — Моя страна позволила этому случиться, — сказала Мелти. Она была мрачной. Будто чувствовала вину за то, что Рифана умерла. Нет, не надо этого, ты не виновата, Мелти, виновата церковь и те, кто её поддерживает. Такие, как Рабье, что считали полулюдей животными. Все они виноваты, и все они заплатят, когда я до них доберусь. — После того, как я столько времени провела за границей, наблюдая за работой матери, я думала, что понимаю и людей, и полулюдей. Но… этого я ни понять, ни простить не могу. — Как я тебя понимаю.       Я думал, что привык к жестокости. Думал, что видел все людские пороки, но каждый раз убеждаюсь, что дно гораздо глубже, чем кажется. Сегодня я впервые ощутил гнев от того, что погиб незнакомый мне человек. Я не знал Рифану и теперь не узнаю, но она были близка для Рафталии. Если я не могу разделить с ней печаль, то хотя бы буду опорой, какой была она для меня.       Мы выходили из этого места, и слава богу — я уже начал ощущать тошноту от мерзости всего, что здесь происходило. Эклер выглядела почти такой же подавленной, как и Рафталия. Да, ведь страдали её люди, а она ничего не сделала. Какой после этого она правитель земель? Никакой, собственно. — Сейчас может начаться паника, если кто-то обнаружит труп, — заключил Герой Щита, когда мы вышли на улицу. Сказано верно, но по-быстрому свалить будет трудно: большая часть здешних рабов передвигается с трудом, а мне всё ещё приходится придерживать Кила, чтобы он не свалился. — Нам не удастся быстро уйти своим ходом, нужны Филориалы и повозка, — вставил свои пять медяков Копейщик. Так-то оно верно: используя это, мы могли бы уйти незаметно, особенно учитывая, что у нас всё ещё есть маски Теней. Пройти таким образом вполне возможно.       Стоило об этом подумать, как со стороны начала быстро приближаться одна серая назойливая птица. Твою же мать.       Уже успевший меня знатно достать Филориал резко остановился напротив и начал активно шуметь. Господи, спаси нас. Это пернатое недоразумение будто кричит всем, где мы находимся. — Гве! Гве! Гве!       Я отдал Кила Мелти и поспешил заткнуть клюв этого придурка. Почему-то я уверен, что это мальчик. Именно мальчик, молодой и глупый. — Братик, не обижай Скара! Он знает, где найти повозки! — Скара? — Так Наофуми его назвал, не спрашивай почему.       Даже не знаю, что меня больше удивляет: то, что Фило понимает Филориалов — хотя она одна из них, это было ожидаемо, — или что технически моему Филориалу дали имя без моего участия? Хорошо, что имя крутое, иначе бы я устроил бы кое-кому разнос, как только бы мы покинули город.       Нехотя я отпустил сжатый клюв Скара, и он продолжил «говорить», пока Фило слушала и кивала. Она правда его понимает или притворяется? — Он говорит, что услышал наш разговор и знает, как быть. В стойле, где они прятались, есть много повозок. — Это то, что нам нужно. Умная скотина тебе попалась, Фэнг.       Можно было и без комментариев, Щит, тем более что эта тварь умом блещет редко. И он может быть очень назойливым. Прямо до ужаса. — Ладно, веди нас.       Когда я это сказал, Скар радостно закивал и показал крылом идти за ним. Меня всё больше и больше напрягают Филориалы, уж больно много у них человеческих повадок. Это настораживает.       Мы шли осторожно, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. А это очень трудно, когда перед тобой Филориал, сзади плетутся еле живые полулюди, а рядом двое из четырёх Героев. Беспалевность уровня орущей сучки. Господи, спаси нас.       До стойла мы добрались быстро, там нас уже ждал Филориал Эклер. Она погладила его, видимо пытаясь найти покой в этом действии.       Рафталия всё ещё не выпускала из рук тело Рифаны, будто мать, которая не хочет расставаться со своим ребёнком. Сравнение очень даже точное. Прямо идеальное, я бы сказал.       Копейщик стоял снаружи на стрёме, на случай, если кто-нибудь придёт. Он сам вызвался на это, обосновав тем, что сейчас он — тот, кому легче всего, и он должен работать усерднее от этого. Странное оправдание, но в целом приемлемое.       Мы с Щитом и Рейнхартом помогали полулюдям забраться в повозки. Мы взяли три, и сначала я удивился этому, ведь Фило легко узнать, она сраная огромная птица, нас спалят. Но мои опасения были развеяны самой Фило: — Не волнуйся, братик, Фило просто сделает так! — и с привычным звуком трансформации она обратилась в самого обычного Филориала, а точнее, в то, как она выглядела до того, как стала королевским Филориалом. Эх, ностальгия, как же я охреневал от её быстрого роста.       Но предаваться воспоминаниям времени не было. Усадив последнего получеловека в повозку, мы и сами туда залезли. Трое из нас надели маски Теней: Герой Щита, управляющий повозкой с Фило, Эклер, держащая поводья своего Филориала, и Копейщик, который сел за управление Скаром. Последний очень сильно возмущался этому. Как объяснила Фило, Скар хочет, чтобы им управлял только я. Это очень мило с его стороны, но после моих нежных объяснений: — Ты, тупое пернатое, если карлик вроде меня будет вести повозку, это будет выглядеть достаточно подозрительно, чтобы нас остановили. А потом меня насадят на копье, а тебя скормят ездовым драконам. — ГВЕ!       После этого Скар всё-таки согласился на наши условия — какой послушный мальчик. Хотя мне всё равно пришлось ехать в повозке Копейщика, чтобы Скар не сильно плакался по этому поводу.       Пока суматоха не началась, мы направились к выходу из города.       Стражники хотели было нас осмотреть, но после пары золотых монет (на минуточку, из моего кошелька) нас пропустили без лишних вопросов. Когда мы отъехали достаточно далеко, я решился начать расспрос касательно того, что будет дальше: — Итак, возвращаемся в поместье? — Только чтобы удостоверится, что мои подчинённые выполнили приказ и бежали.       Рейнхарт ехал вместе со мной, прикрытый плащом. Копейщик обернулся и обратился к нему. — Это понятно, но куда поедем потом? — Регион Сието должен быть недалеко отсюда, — влезла в разговор Эклер. Если честно, звучит довольно удобно. Церковь вряд ли будет нас искать там. Зачем нам прятаться в разрушенной деревне? Незачем, вот поэтому мы туда и идём. — Церковь не найдёт нас там? — Они уже забрали оттуда всё, что могли. А бандиты забрали всё, что можно и нельзя, — ответила Рафталия на вопрос Щита. Голос её был непривычно мрачным. Также слышались нотки гнева. Она всё ещё держала тело Рифаны рядом, прижимая голову мёртвой девочки к груди. — Понятно. Тогда едем туда.