С тобой

У меня есть кое-что про запас, Я знаю, ты меня прикроешь, Внутри, снаружи и посередине, Я знаю, ты меня прикроешь. Мои колени в кровоподтеках, Я знаю, ты меня прикроешь, Внутри, снаружи и посередине, Я знаю, ты меня прикроешь. Breaking Benjamin, Medicate©

Разрываясь, пропел дверной звонок. Дориан заглянул в дверной глазок и, выдохнув, открыл друзьям. Игра началась. Потому что и Эван, и Леонард уже звонили им, но он забыл сказать им о том, что Леон всё вспомнил, а значит, нужно делать вид, что чудо свершилось этим утром. - Привет. Надеюсь, не помешаем? – с лёгкой улыбкой произнёс Эван. - Вы всегда мешаете, - фыркнув, в шутку ответил младший Ихтирам и скрестил руки на груди. - Вредничаешь, это хороший признак, - заключил Прежан. – Я так понимаю, что у вас всё в порядке? И кстати, где второй из вас? Опять у себя? Леон слышавший, что пришли друзья, и до этого стоявший около лестницы так, чтобы его не было видно, решил, что сейчас его выход и, глубоко вдохнув, вышел из укрытия. - Я тут, - сообщил он. – Привет всем, - махнул рукой в знак приветствия. - Привет, - отозвался Эван. – Как ты? - Правильнее спрашивать – как вы? А лично я хорошо. И у меня есть для вас одна новость… - Надеюсь, хорошая? – уточнил Прежан и взглянул на Дориана. Плохих новостей из уст Леона совсем не хотелось, а младший являлся отличным индикатором того, какова весть. Но Дориан выглядел спокойным и, что удивительно, не пытался встрять и сказать за старшего. - Думаю, что хорошая, - ответил Леон и скрестил руки на груди, губы тронула лёгкая улыбка-ухмылка. – Я всё вспомнил. Ну, как новость? - Да ну? – воскликнул Эван. – Ты серьёзно? – Леон кивнул. – Хвала небесам! Свершилось! Он кинулся обнимать друга и даже расцеловал в обе щеки. Леонард реагировал куда сдержаннее, но было заметно, что и он очень рад новости о том, что беспамятство Леона осталось позади. В очередной раз оказавшись стиснутым в объятиях, старший Ихтирам шикнул от боли, тихо выругавшись себе под нос, и слегка согнулся, держась за левый бок. - Эван, твою мать, руки не распускай! – прикрикнул Дориан. - Мелкий, не ревнуй, не только же вам друг друга трогать! – смешливо отозвался Прежан. Дориан скрестил руки на груди и поджал губы, гневно смотря на него. - А я думаю о том, чтобы не сделать Леону больно, а ты нет, - ответил он. - А тебе что, больно? – непонимающе спросил Эван, вернув взгляд к старшему близнецу. Тот посмотрел на него, как на последнего идиота. - А до тебя это только сейчас дошло? - Извини тогда, - развёл руками Прежан и, подумав пару мгновений, нахмурился и добавил: - Это у тебя до сих пор рёбра болят? А чего так? Срослось же уже всё вроде бы… - Посттравматический болевой синдром, - без запинки отчеканил Дориан и подошёл к близнецу, встал рядом с ним. - Хреново… - протянул Эван. – И что, с этим сделать ничего нельзя? - Можно пить обезболивающие, что Леон и делает, - говоря, младший как-то само собой опустил голову брату на плечо. – Врачи говорят, что такая реакция организма на травмы нормальна, главное, чтобы не началась атрофия мышц, поэтому им важно давать физическую нагрузку. И если боль будет слишком интенсивной или затяжной, можно начать делать инъекции нейроблокаторов. Но я надеюсь, что до этого не дойдёт. Леон вопросительно взглянул на Дориана, обо всех этих мрачных перспективах он слышал впервые. - Как-то странно ты помогал мне не допускать атрофии, - шепнул он близнецу, - абсолютно от всей физической нагрузки оградил, даже от самой лёгкой. Младший встрепенулся, поднял голову, и тоже тихо ответил: - А сразу после срастания переломов физическую нагрузку давать нельзя, к тому же последний гипс тебе сняли совсем недавно. А теперь проконсультируемся с врачами и начнём для тебя профилактику и реабилитацию. И я заниматься вместе с тобой буду. - Ты будешь заниматься вместе со мной спортом? Ого, - с лёгкой ухмылкой произнёс Леон, снисходительно и игриво смотря на младшего. - Представь себе. Буду контролировать тебя, чтобы не отлынивал. Со стороны их разговор выглядел так мило, интимно. Они стояли совсем близко, смотрели друг другу в глаза и говорили так, чтобы только второй слышал. - Если вспомнить твои отношения со спортом, то скорее уж я буду тебя контролировать. И волноваться буду я, чтобы у тебя проблем с дыханием не началось. Они спорили, но без агрессии, совершенно забыв про друзей. Подождав ещё какое-то время, Эван поинтересовался: - Голуби, мы вам не мешаем? Близнецы синхронно повернули к нему головы. - До этого момента не мешали, - всё с той же ухмылкой отозвался Леон. - Обиделся бы и огрызнулся, но, блин, как же я рад видеть тебя прежним! Пусть в своём естественном амплуа ты и невыносим. - А мне некоторыми видами спорта можно заниматься, так что не надо делать из меня немощную неженку, - не смог не ответить на слова близнеца Дориан. – И не раз в жизни мне приходилось бегать безо всякой подготовки и ничего со мной не случилось. - Раз на раз не приходится, - парировал старший. – И тебе можно заниматься плаванием, аэробикой, танцами, а я предпочитаю силовые нагрузки. - Сомневаюсь, что если я сяду на тренажёр, то дух испущу, - скептически отозвался Дориан, вновь сложив руки на груди. - Может быть, но лучше не проверять. - Не беспокойся за меня, сейчас это моя роль. - А я тебе уже говорил – отвыкай от этого. Эта роль тебе не к лицу. - Вы посмотрите на них! – воскликнул Прежан. – Прилипли друг к другу и в упор не хотят никого замечать! - А ты чего хотел, Эван? – хитро ухмыльнувшись, отозвался Дориан и, зайдя старшему за спину, обнял его поперёк живота, положил подбородок на плечо, с каким-то непонятным азартом в глазах смотря на друга. – Вроде бы, должны были вы уже привыкнуть к нашим взаимоотношениям. Этот приступ нежности казался переборовым и даже несколько покоробил. А в словах будто бы слышался какой-то не тот смысл. Постаравшись не слишком задумываться над этим, Эван спросил: - Может быть, сядем уже? А то стоим посреди дома, как неродные. - Сам хотел предложить, - кивнул Леон. Они расселись в гостиной, продолжая беседу, в которой теперь уже участвовали по возможности все. Так прошёл почти час, время пролетело попросту незаметно, как один миг. Слишком уж они все отвыкли от нормального общения друг с другом и теперь не могли наговориться. Пока Эван что-то взахлёб рассказывал, эмоционально размахивая руками и, как и обычно, посягая этим на личное пространство Леонарда, сидящего в кресле рядом с ним, Леон взглянул на непривычно пустой стол и, когда друг закончил, предложил: - А может быть, выпьем? Эван и Леонард пересмотрелись, вроде как и отказываться не было причин, но в то же время они не были уверены, что Леону можно употреблять алкоголь. - А у нас нет ничего, - отозвался Дориан. Леон вопросительно выгнул бровь, удивлённо смотря на близнеца. Он и вспомнить не мог такого времени, когда бы у них дома не было совсем никакого алкоголя, даже одной бутылочки чего-нибудь горячительного. - Так можно купить, - пожав плечами, предложил Прежан и, встав, добавил: - Мы этим и займёмся. Это же уже традиция, что напитки с нас. Или мы ещё не решили точно, что будем пить? - Будем, - кивнул Леон. - Тогда ждите, скоро всё будет. Хорошо, у вас магазин совсем близко от дома. - И успокоим продавцов своим визитом, - высказался Леонард, тоже встав. – А то думаю, что они уже волноваться начали из-за того, что мы у них так долго не появлялись. Эван и Леон посмеялись с его слов, и Прежан похлопал его по плечу в знак одобрения. Друзья собрались быстро и, когда они ушли, Леон обратил внимание на поникшего младшего. Тронул за руку и спросил: - Ди, что случилось? Подождав всего мгновение, он предположил ответ на свой же вопрос. - Ты не хочешь, чтобы я пил? - Нет, пей, если хочешь, - чуть пожав плечами, ответил Дориан. - А если честно? Дориан развернулся к близнецу, несколько секунд смотря на него с какой-то непонятной эмоцией в глазах, и ответил: - Честно, всё в порядке. Я просто задумался… Самому давно хотелось выпить, а по правде говоря – напиться. Леон помолчал немного, внимательно вглядываясь в лицо младшего и пытаясь понять, говорит ли он правду, и кивнул. - Хорошо. Но я понять не могу, а почему ты не выпил, если хотел? - Потому что у меня были дела поважнее, а точнее – ты. Не мог я себе позволить напиваться в доску и расслабляться. - Но я же позволял себе это? – серьёзно подметил старший. – Вот об этом я и говорю: конечно, я очень ценю твою заботу обо мне, но ты с ней перебарщиваешь. А я не хочу, чтобы ты перенапрягался, так и до нервного срыва недалеко, тем более, что поводов для такого поведения нет, - он обнял Дориана одной рукой за плечи, мягко улыбнувшись ему. – Хорошо? Дориан ответил лёгкой, благодарной улыбкой, даже расслабился как-то от слов Леона, и на душе стало спокойнее. Он бойко и упрямо не хотел уступать Леону его же роль: более сильного и заботливого, но тот планомерно отвоёвывал её обратно. Это происходило как-то само собой и расставляло всё на свои места. Эван с Леонардом действительно вернулись быстро, с полными пакетами, в которых задорно позвякивали бутылки. Следуя традиции «незапланированных пьянок» они купили для начала кучу пива, а на потом коньяка. Когда все снова заняли свои места и открыли бутылки, Эван поднял свою и сказал: - За твоё здоровье, Леон! Других тостов сейчас быть точно не может! Леон усмехнулся и потянулся к другу, чтобы чокнуться с ним, а Дориан сказал: - Полностью поддерживаю! Раздался перезвон, и все выпили, закрепляя произнесённые слова. - Я уже почти забыл вкус пива, - со скомканной улыбкой проговорил Леон, крутя в руках початую бутылку. - Я над ним издевался, - встрял Дориан, тыча в сторону близнеца, - зелёным чаем поил. Эван прыснул смехом и утёр с лица пиво, поскольку до этого оно было во рту, а теперь потекло по подбородку. - Ты в своём репертуаре, - деланно поморщился Дориан, - только сел и уже обляпался, как свинья. - Вот что у вас с Леоном за привычка из-за одного раза начинать издеваться и прикалываться? - Не одного, - со знанием дела подметил младший Ихтирам. – Я таких случаев могу вспомнить очень много с того времени, когда мы жили вместе, а если прибавить сюда ещё и время в турах… - Короче, Эван, ты порося, смирись, - подытожил Леон слова близнеца и сделал глоток пива. - Ну всё, традиционная нечестная схема нападения двух на одного продолжается, - развёл руками Прежан. – Но если Леону мне сказать нечего, потому что он, как видно, если и обгаживается, то делает это втихую, то тебе, Дориан, я отвечу. Ты сам вечно обливаешься и роняешь на себя всё. Вспомнить хотя бы тот случай, когда ты смеялся с того, что я облил кофе новую белую футболку и вывернул на себя тарелку с хлопьями. А как замахивался бутылкой и вылил её содержимое себе на голову? - Это было всего два раза! – воинственно воскликнул Дориан, хоть и понимал, что не прав, и махнул рукой с бутылкой. Пиво облило и диван, и его самого, а потом ещё пена полилась. Эван покатился с этого действа со смеху, едва с дивана не упал, посмеялся и Леонард. А Дориан насупился, уязвлённо поджав губы и сверля взглядом хохочущих товарищей, потому что только что сам же подтвердил, что Эван прав. - Всё, Леонард, успокаиваемся, - глубоко вдохнув и выдохнув, чтобы усмирить хохот, произнёс Эван, - а то совсем ребёнка расстроили, заплачет ещё. Это уже было перебором. Обычная ситуация для их четвёрки и обычная реакция Дориана. - Идите вы, - буркнул он и, продемонстрировав друзьям, а в первую очередь Эвану средний палец, ушёл на кухню за полотенцем. Вернулся Дориан всё с тем же полотенцем, продолжая протирать руки от уже несуществующей влаги, и, проходя мимо Эвана, со всей силы ударил им друга по плечу и груди. Легко отняв полотенце и вырвав тем самым из младшего Ихтирам возмущённо-испуганный вскрик, Эван хотел хлестануть в ответ, но тот быстро отбежал на безопасное расстояние. Словив близнеца, Леон усадил его к себе на колени, заявляя: - Всё, мы в домике! - Нет, я всё, конечно, понимаю, - отозвался Эван, закинув полотенце себе на плечо. – Но мне одному кажется, что у наших близнецов развитие происходит не как у всех – от детства к взрослости, а по спирали? - Кто бы говорил, - нагло ухмыльнувшись, ответил Дориан – близость близнеца всегда придавала сил и энтузиазма для нахальства – и откинулся назад, налегая спиной на Леона. Старший тихо шикнул от боли, морщась и рефлекторно немного сгибаясь. Дориан тут же отодвинулся и развернулся к нему, тревожно спрашивая: - Лео, что такое? Больно? - Да, есть немного… - покивал Леон, выдавив из себя слабую улыбку. – Или не немного. Дориан пересел на диван, не сводя с близнеца волнительного взгляда и успокаивающе поглаживая по бедру. А ведь ничем не может помочь, не может забрать его боль. От этого самому становилось больно и горько. Немного пересидев болевой приступ, Леон сказал: - Пойду, таблетку ещё одну приму. Дориан кивнул, но, когда старший направился к лестнице, спохватился и кинулся за ним. - Леон, а ты уверен, что лекарство это с алкоголем можно мешать? - Почти на всех лекарствах написано, что их нельзя мешать со спиртным, но если бы это на самом деле было так, людей на земле жило бы куда меньше, - отмахнулся Леон. - Может быть, всё-таки не надо? Или хотя бы не пей больше. - Ди, всё будет в порядке. Не волнуйся. У Дориана неприятно кольнуло сердце от того, сколько раз Леон говорил ему когда-то эти слова, успокаивал, а в итоге всё закончилось совсем не хорошо. Нехотя, но он всё-таки согласился и отпустил старшего на второй этаж. Леон вернулся быстро и сразу же вновь взялся за бутылку. - Подожди хотя бы немного, - одёрнул его Дориан, придержав за руку с бутылкой. Эвану такое волнение казалось несколько чрезмерным, потому что они все не раз мешали спиртное с лекарствами, в том числе и сам Дориан так делал, но он решил ничего не говорить. В конце концов, у близнецов всегда были особые отношения, и они могли наплевательски относиться к своему здоровью, но только не к самочувствию второго. Общение продолжалось, закончилась первая партия пива, до дна дошла и вторая; Леон быстро догнал товарищей. - Вот смотрю на тебя, Леон, и даже не верится, что ты буквально только что всё вспомнил, - произнёс Эван безо всякой задней мысли. – Мне казалось, что от амнезии должен быть какой-то отпечаток, а ты себя ведёшь совершенно нормально! Как обычно! - И до этого ты говорил, что я странно себя веду, потому что нормально, - усмехнулся в ответ старший Ихтирам, - и теперь снова. Намекаешь на то, что я такой хороший актёр и дурил вас всех своим беспамятством? Ну что ж, спасибо, в таком случае мне впору подаваться в кино. Иногда правда грызёт и так хочется её озвучить, а если сделать это в форме шутки, то никто и не подумает, что только что ты признался, а самому станет чуточку легче. Красивый самообман в действии. - Да нет, просто… - А я тоже когда всё вспомнил, вёл себя совершенно нормально, - вмешался в разговор Дориан, перебив Прежана. – Да, чуточку растерян был сначала, потому что слишком долго у меня длилась амнезия, но каких-то неадекватных действий я не совершал. И это притом, что я стукнутый на голову, чего же вы от Леона хотите? – он посмеялся и взглянул на близнеца. Только Леон услышал, что в смехе младшего была толика напряжённости, а в глазах его читалось тщательно сокрытое за смешливым блеском желание оградить его от неудобных вопросов и разговоров. Эвану и Леонарду бросилось в глаза только то, как близнецы смотрели друг на друга, пусть на секунды, но вновь забыв о том, что в комнате находится кто-то ещё. В этом ощущалось нечто, чего Эван и Леонард были не в силах понять, но отчётливо чувствовали: какое-то напряжение, игра, разговор без слов. Разорвав зрительный контакт с братом, Дориан подсел ближе к нему, прижавшись боком, и вернул внимание к друзьям. - Так что, Эван, я тебя убедил? – снова заговорил он. - Или ты и дальше желаешь играть в Шерлока Холмса и искать в поведении Леона какие-то несоответствия? Да, нападение – лучшая защита, даже в несерьёзной форме, даже когда перед тобой лучшие друзья. - Чего же ты сразу ощетиниваешься и укусить пытаешься? – всплеснув руками, воскликнул Прежан. – Я же ничего не того не имел в виду! Наоборот, я в шоке с того, что Леон в полном порядке, но это же здорово! - Извиняй, Эван, - отозвался Леон, - ты же сам знаешь, как это бывает… Нельзя нападать на одного из нас. - Да ну вас, - беззлобно буркнул Эван и припал к горлышку бутылки, глотая тёмный хмельной напиток. - Обиделся? – умильно, с нотками издёвки поинтересовался Дориан и положил голову Леону на плечо, не сводя лукавого взгляда с товарища. Эван показал ему средний палец, не отрываясь от бутылки, и бросил в него полотенцем, которое так и осталось у него. Дориан незамедлительно швырнул полотенцем в отместку, попал в ни в чём не повинного Леонарда, который отвлёкся на мобильный телефон. - Меня-то за что? – не понял Норват, которому пропахшее пивом полотенце прилетело прямо в лицо. - А я всегда говорил, что Дориан у нас косой! – гогоча и едва не хрюкая при этом, воскликнул Эван. Нет, всё-таки, алкоголь ещё не полностью захватил контроль над разумом, потому что Дориан не стал доказывать свою меткость при помощи броска в друга бутылкой, а откинулся на спинку дивана и скрестил руки на груди, сверля его взглядом. Обратив внимание на то, как обиженно младший дует губы, чего он сам даже не заметил, Леон обнял его за плечи, ещё сильнее прижимая к себе, слегка покачивая из стороны в сторону. Дориан не смог не улыбнуться от этого, но деланно недовольно наморщил нос и попытался высвободиться из объятий близнеца, но уже через две секунды успокоился и, поёрзав у него под боком, устраиваясь удобнее, положил голову на плечо. - А им жизни мало, чтобы друг другом насладиться… - проговорил Эван, пытаясь подрожать стилю прочтения шекспировских пьес, что у него достаточно хорошо получилось, и уже нормально добавил: - Ладно, не буду вас отвлекать, пойду лучше, возьму чего-нибудь перекусить. Он встал, забрал злосчастное полотенце, чтобы наконец-то вернуть его на кухню, и, хитро ухмыльнувшись, добавил: - Или хозяева дома наконец-то вспомнят о таком понятии, как гостеприимство, и сами меня покормят? Стараясь не заржать, близнецы отрицательно покачали головами. - И чего я жду? – развёл руками Прежан. – Столько лет вас уже знаю, а всё равно на что-то надеюсь. Вот, спит в вас арабская кровь, потому что говорят же, что восточные люди очень гостеприимны. - Самые гостеприимные – кавказцы. Кстати, это действительно так, - со знанием дела отозвался Дориан. - А мы по-арабски можем только поговорить. Показать? – не остался в стороне Леон и добавил уже на указанном языке: - Эван, ты дубина. Но это не лечится, потому нам приходится терпеть. - Мне даже не обязательно понимать, что ты сказал, чтобы быть уверенным, что это гадость какая-то, - вздохнул Эван. - С чего ты взял? – с самым невинным видом спросил Леон, хлопая ресницами и подражая тому, как младший ведёт себя в подобных ситуациях. – Я сказал, какой ты друг хороший, как ценю тебя… - Сказки мне не рассказывай, - с лёгкой улыбкой, показывающей, что никакой обиды и быть не может, махнул рукой Эван, - оставь их для кого-нибудь, кто вас хуже знает. Поскольку закуски они не купили, как-то не подумали, Эван соорудил из того, что нашёл в холодильнике, два пухлых бутерброда и, вернувшись к друзьям, с аппетитом уплетал их. - А вы есть не будете? – с набитым ртом поинтересовался он, стараясь не уронить на себя внутренности бутерброда. - А с твоим аппетитом нам ничего не останется, - со смехом отозвался Леон, но почти сразу же уже нормально добавил: - А вообще, хорошая идея, я тоже не прочь перекусить. Ди, ты как? Младший пожал плечами. Желудок вроде как был пустой, но алкоголь притуплял чувство голода. - Сейчас закажем что-нибудь, - кивнул Эван и, облизав пальцы, достал мобильный телефон. Еду привезли быстро. Под разговоры все трапезничали и вместе с этим выпивали. К половине восьмого закончилось пиво, а ещё через час и коньяк. Остался только хмельной блеск в глазах и желание продолжать вечер. Толком даже не сговариваясь, парни переместились к входной двери, чтобы отравиться за добавкой. Эван шутил по поводу того, что Дориана лучше оставить дома, потому что если сейчас он начнёт переодеваться и прихорашиваться, то закроются даже круглосуточные магазины, за что получил в свой адрес парочку нелестных слов. И Дориан надел куртку прямо поверх домашней одежды, сунул босые ноги в ботинки и, не зашнуровывая их, вышел в коридор, не смогши удержаться и уже из-за порога крикнув: - А я первый вышел! Обломитесь! Поскольку все уже были очень весёлые, никто не стал убеждать его привести себя в хоть сколько-нибудь нормальный вид, только Леон настоял на том, чтобы он застегнул куртку и едва не сломал замок, помогая ему, потому что младший упирался. Про ботинки же все забыли, но Дориан каким-то чудом умудрился не запутаться в шнурках и не поцеловаться с асфальтом, только один слетел, когда они уже возвращались обратно. - Ох и будет ругаться Фишер, если узнает о нашей пьяной вылазке и о том, что наша дива выходила на улицу в образе бомжа, - с улыбкой выдал Эван, когда они ввалились в квартиру. - Похуй, - отозвался Дориан и, отправив ботинки в полёт, плюхнулся на пуфик около двери. - А кому-то уже хватит, нет? – хитро сощурившись, поинтересовался Прежан. - А кому-то пора завязывать с глупыми вопросами, - младший Ихтирам выудил из пакета в руке друга бутылку и ушёл в гостиную на диван, где всё-таки снял куртку. К нему присоединились и все остальные. Эван решил так просто не успокаиваться и добавил: - Кстати, хотя бы по той причине, что ты никогда не носишь пакеты, тебе надо наливать меньше всех. - А чего я должен носить? – резонно поинтересовался Дориан, откинувшись на спинку дивана. – Это вы привыкшие таскать тяжёлые инструменты, а я певец, мне ничего не нужно, кроме микрофона, и начинать носить что-то тяжелее него я не хочу. - Повезёт же какой-нибудь женщине, - гоготнул Эван. – «Дорогая, ты скоро там? Что значит, пакеты тяжёлые?! Я же жду!». После второй части высказывания и того, как красиво Эван спародировал Дориана, со смеху покатились уже все. Посиделка продолжалась почти до полуночи. Потом ещё полчаса они не могли попрощаться, потому что вновь и вновь завязывался новый разговор. Когда друзья всё-таки ушли, близнецы вернулись в гостиную. Перелив скудные остатки коньяка в бокал, Дориан сделал маленький глоток и встал, собирая бутылки, которых накопилось как-то слишком много. Будто не музыканты весело отдохнули, а компания запойных алкоголиков кутила на протяжении трёх суток, не просыхая. Неожиданно Леон схватил Дориана за запястье, останавливая, и тот дёрнулся, будто его ударило током, испуганно распахивая глаза. Память ведь никуда не делась, просто была подавлена. А сейчас, когда всё наладилось, страх вероломно пробудился, тем более, что Леон был нетрезв, а именно в таком состоянии он доводил до того, что младшему приходилось его бояться. Леон тотчас разжал пальцы и отдёрнул руку, в глазах мелькнула растерянность и сменилась чем-то тяжёлым. Он ведь всё прекрасно видел, прекрасно понимал. И на сердце стало тоскливо и больно от того, что близнец его зачем-то обманывал. И от того, что сам себе позволил обманываться, потому что искренне хотел этого. - Я помочь тебе хотел, чтобы ты сам всё не убирал, - произнёс Леон, объясняя свои действия и не смотря на близнеца. Не дожидаясь ответа Дориана, он забрал пять бутылок и унёс их на кухню. Когда пустой стеклянной тары не осталось в гостиной, Леон сказал: - Я спать пойду, - и вновь не ожидая реакции младшего, ушёл на второй этаж. Дориан тяжело вздохнул и опустил голову. И опять он виноват, снова всё испортил, не нужно было шарахаться. Но он даже не понял, как так получилось: разум не успел ничего осознать, а тело уже сделало своё дело. Умывшись, чтобы хоть немного снять ощущение сильного опьянения и прояснить мысли, Дориан зашёл к Леону, тот уже лёг. И, ничего не говоря, тихонечко лёг рядом. На душе было мерзко, но даже не от того, что так отреагировал, а потому что заставил этим Леона усомниться в том, что всего его слова - правда. - Я не боюсь тебя, Леон. Я не лгу, - на грани слышимости произнёс Дориан и поцеловал старшего в плечо. - Ты имеешь право бояться, - также шёпотом, пусть их никто не мог подслушать, ответил Леон. – Но я надеюсь на то, что со временем я сумею вновь завоевать твоё доверие. Дориан тихо, с толикой горечи рассмеялся и уткнулся носом близнецу в шею. - Ничего ты не должен. Я доверяю тебе бесконечно. А если иногда я дёргаюсь, то это не твоя вина, а тех, кто пробил мне голову, - ответил он и, нащупав в темноте руку Леона, переплёл их пальцы.