С тобой

Столкнувшись поутру в коридоре с Коей, Леон так и хотел съязвить: «Что, проснулось, чудовище?». Его раздражала эта девушка до глубины души, причём теперь уже даже непонятно было, чем же больше: тем, что её поведение и слова выходили за рамки его понимания, или же тем, что Дориан привёл её к ним домой, да ещё и рьяно вступался за неё. Но от едкости он всё-таки воздержался, потому что прекрасно понимал, что ему за такую грубость устроит младший. Пришлось натянуть на лицо не слишком приветливую улыбку и, опустив какие-либо слова, уйти в ванную. От греха подальше, чтобы мирное утро не переросло в грандиозный скандал с возможными жертвами. В скором времени гостья собралась уходить, Дориан провёл её до двери. - Ты точно не хочешь позавтракать? – спросил парень, прислонившись к открытой уже двери. – Может быть, хотя бы кофе выпьешь? - Спасибо за заботу, но я действительно ничего не хочу. И спасибо за кров, ты очень добр. - Думаю, каждый на моём месте поступил бы так же и не оставил тебя ночевать непонятно где. Нет, не каждый. И Дориан и сам бы никогда не подумал, что приведёт домой едва знакомую, причём достаточно странную девушку. Коя чуть пожала плечами. - Может быть, но я сомневаюсь в том, что это так. Сколько раз я оказывалась ночью на улице, и ни разу никто не предложил мне такую помощь. - Наверное, оно и к лучшему, потому что если ходить домой к каждому, кто это предложит, можно нажить себе проблемы. Девушка окинула Дориана пристальным взглядом, задержавшись на глазах. - Ты опасаешься чужих из-за боли, которую тебе когда-то причини, но при этом всё равно открыт людям и доверчив. Это очень странное сочетание. Дориан вопросительно выгнул бровь, а Коя, выдержав паузу, с лёгкой улыбкой добавила: - Но мне ли говорить о странностях, да? - Я не собирался этого говорить. Или ты и мысли читать умеешь? – идиот, сам же себя выдал. Улыбка на губах Кои на мгновение стала ярче, а затем вернулась к едва заметной. - Я не умею читать мысли, но я прекрасно знаю, что обо мне думают. Ты не обидишь меня этим. Это факт. - Не умеешь, но всё равно знаешь… Интересно. Нам с Леоном так продюсер говорит – что мы ведём себя так, будто знаем всё лучше всех. - Извинись перед Леоном за то, что я вас потревожила, я правда не хотела причинять вам неудобства, - вдруг перевела тему Коя. – Я бы сама это сделала, но вижу, что я ему не нравлюсь. Дориан закрыл рот, глянул в сторону второго этажа, где сейчас был старший. Значит, Коя всё-таки слышала, как тот изображал деспота и нелестно отзывался о ней. - Мне действительно пора, - добавила девушка, вырывая Дориана из размышлений о том, как он будет выговаривать близнеца за его поведение, - папа уже должен был вернуться. Спасибо ещё раз за ночлег. Пока. Она вышла за порог, но обернулась и произнесла: - Совсем забыла… - сунула руку в карман и, достав что-то, вложила Дориану в ладонь. Дориан разжал пальцы и обомлел. У него на ладони лежал деревянный кулон с ненавязчиво поблёскивающей золотой надписью на арабском языке. Его давно потерянный амулет. Только теперь он был на другом, целом шнурке. Все мысли разом выбило из головы. Дориан поднял непонимающий взгляд, желая потребовать ответов, но перед ним был лишь пустой дверной проём. Кои не было и в коридоре, след простыл. К нему спустился Леон, поинтересовался: - Ну что, сумасшедшая ушла? Надеюсь, что больше мы её никогда не увидим. И, Ди, в следующий раз выбирай девушку поприличнее и спи, желательно, не со мной, а с ней. Он нахмурился, видя, что Дориан не очень-то его и слушает. - Ди, что случилось? Эта больная наговорила тебе чего-то? Да не слушай ты её! – обнял младшего за плечи. Ничего не говоря, Дориан на пальце поднял кулон к лицу близнеца. Леон вновь нахмурился и, не веря своим глазам, взял амулет, провёл большим пальцем по резным буквам. - Нет… - Да, Леон, - Дориан встал перед братом и скрестил руки на груди. - Только не говори, что это она тебе его отдала… - Именно. Попрощалась уже, потом сказала: «Забыла совсем» и вручила его мне. Леон передёрнул плечами, снова неверующе посмотрел на медальон. - Может быть, это подделка? – предположил он, подняв взгляд к лицу близнеца. - Это было бы правдоподобнее, но что-то мне подсказывает, что это мой кулон, - Дориан забрал амулет, поднёс к лицу, внимательно разглядывая. - Ты от неё «даром ясновидения» заразился? Младший наморщил нос и локтем толкнул брата за подколку. - Не язви, а лучше помоги надеть, - ответил он и, вручив медальон обратно старшему, повернулся к нему спиной. - А я бы на твоём месте не рискнул носить на себе что-то, принятое из её рук… - А ты в ударе нынче, да? И в первую очередь это – подарок отца, а Коя просто вернула его мне. - Освятить его, что ли? А то мало ли… - задумчиво проговорил Леон, будто не слыша близнеца. - Леон! - Ладно-ладно, шутки в стороны, - Леон хотел уже надеть кулон на младшего, но помедлил, уже серьёзно добавляя: - Ди, а ты уверен, что тебе стоит его носить? Он же… будет напоминать тебе о той ночи… - Да, возможно, будет. Но в ту ночь я его лишился, а до этого на протяжении многих лет носил, не снимая. И, возможно, он действительно был моим талисманом, потому что с тех пор всё пошло как-то наперекосяк… Леон чуть кивнул вместо ответа и взялся за концы шнурка. Застёжка совсем мелкая, пальцы могут не справиться; Дориан терпеливо ждал и не торопил его, смотря в стену перед собой. Но, посомневавшись пару секунд, Леон всё-таки застегнул кулон на шее близнеца. - Ну, как ощущения? – участливо спросил он, когда младший развернулся к нему. Дориан задумался на мгновение и, решив разыграть брата, заорал, после чего закатил глаза и притворился, будто падает. Старший рефлекторно схватил его за плечи, удерживая, но поняв, что тот просто прикалывается, отпустил и, недовольно поджав губы, скрестил руки на груди. - Это нихрена не смешно, Ди. Я тебе запрещаю так надо мной шутить! - Смешно, видел бы ты своё лицо, - хихикая, отозвался младший. - Вот именно, я же поверил! - А раз поверил, я теперь буду над тобой так прикалываться, - Дориан тоже скрестил руки на груди, довольно ухмыляясь. - Попробуй. Я в таком случае съезжу в клинику, возьму рецепт на какие-нибудь транквилизаторы и буду тебе их колоть, когда ты будешь расходиться. Теперь уже младший обиженно поджал губы. - Я не буйный псих, чтобы со мной так поступать. Поняв, что задел близнеца, Леон обнял его за плечи и, примирительно улыбнувшись, сказал: - Ди, не обижайся. Ты же знаешь, что я никогда в жизни так не поступлю, максимум – скручу и буду держать, пока не успокоишься. Без подколки всё равно не получилось. Дориан деланно недовольно поморщился и несильно толкнул его в бок. За такими разговорами они переместились на кухню и сели завтракать. Дориан рассказал о том, что вчера был в том самом заброшенном отеле, где когда-то едва с жизнью не попрощался. Леон был в шоке. Отчитал его за такой безрассудный поступок и взял с него обещание, что больше он не будет гулять по ночам в одиночестве. И днём, на всякий случай, тоже. В студию близнецы приехали с традиционным опозданием, поприветствовали всех. - Ты как, Дориан, готов не щадить горла своего? – поинтересовался Эван. - Он лучше, чем кажется, - ответил за брата Леон, - даже девушку вчера домой привёл… - Опа! – воскликнул Прежан. – Вот это новости! И кто она? Или это так, на одну ночь? - Я с ней вообще не спал и не собирался. Просто ей было негде переночевать, потому что она забыла дома ключи, а я решил помочь и пригласил её к нам. Эван вопросительно выгнул бровь. - Полностью разделяю твоё недоумение, - снова взял слово Леон. – Но Дориан решил всех поразить своим благородством: и приютил на ночь, и взамен ничего не потребовал. Хотя с такой бы и я не потребовал… ни груди, ни задницы, да ещё и на голову больная. Недоумение в глазах Прежана стало сильнее. - Больная на голову? – переспросил он. – Это шутка такая? - Никакая она не больная! – вступился за Кою Дориан. – Она просто немного отличается от других! - Ты влюбился, что ли, что так выгораживаешь её? – по-доброму подколол его Прежан, чуть толкнув локтем. - Конечно, влюбился, - фыркнул младший Ихтирам. Леон вновь не смог промолчать. - Это было бы очень иронично и очень в духе Дориана! Вокруг столько сногсшибательных девушек, которые сочтут за счастье провести с ним хотя бы одну ночь, а он нос от них воротит и выбирает это недоразумение с замашками Ванги! - Почему Ванги? – не понял Эван. - Помнишь, когда Дориан сбежал, я однажды рассказывал вам про то, что ко мне в парке пристала ненормальная и говорила, что я кого-то потерял и прочие странности? – Эван кивнул. – Так вот это она – та, кого вчера привёл Дориан. - Дела… Мелкий, так вот почему ты так давно на женщин не смотрел? Особенную ждал? - Ага, Адлер меня покусал, вот теперь тоже только «эксклюзивы» меня заводят, - огрызнулся младший Ихтирам. - А Адлер-то тут при чём? – вновь не понял Эван. - При том, что я с ним встречался. А ты думал, лейбл просто так сменил гнев на милость и снова пошёл нам на уступки? - Дориан, неужели ты с ним…? – спросил Леонард. - Не может быть! – воскликнул Прежан. – Это же того не стоит! - Стоит. Но нам это ничего не стоило. Со мной поехал Леон, и вместо секса Адлер получил спектакль. - О, представляю, что за сцену там устроил Леон… - покивал Эван. - А вот и не угадал. Скандала я не устроил и кулаками не махал, а поступил куда тоньше. - И что же ты сделал, если не секрет? Боюсь, у меня фантазии не хватит, чтобы угадать. - А Леон сказал, что ночь эту мы проведём втроём, и что мы с ним первые начнём, - на этот раз ответил за старшего Дориан. – И полез меня целовать и раздевать. Причём мне о своём плане ничего не сказал! И я сидел всё время с пришибленным видом, глаза таращил и едва инфаркт не заработал от шока! - Ну вы даёте! – Эван согнулся от смеха пополам, держась за живот. - Вы хотя бы вид сделали бы, что у вас есть совесть, - вмешался в их разговор Фишер. – Я сижу, жду, когда вы вспомните о том, что пришли сюда для того, чтобы работать. А вы болтаете и думать ни о чём не хотите. Близнецы мгновенно напряглись, настороженно посмотрели на продюсера, опасаясь того, что он мог слышать то, о чём они говорили. Но по Рональду было не похоже, что это так, едва ли бы он так спокойно реагировал на подобные откровения. Потому Дориан и Леон облегчённо выдохнули, посмеялись, переглянувшись, с того, что таким глупым образом едва не сдали себя. И все разошлись по своим рабочим местам.