Омаки к МКСВ: Воронья головоломка 3
21 октября 2025 г., 12:43
— Та-а-а-ак… — задумчиво протянул Радость. — И зачем мы здесь?
— О чём ты? — спросил Ностальгия, довольно смотря в экран, демонстрирующий вид от первого лица на небольшой деревянный коттедж с островерхой и покатой крышей. — Хорошо же сидим?
— Ностальгия, это ты получаешь удовольствие от просмотра бытовой чепухи. Но больше никому подобное не нравится. Зачем тут присутствовать мне и остальным эмоциям? Даже Совесть, — Радость указал пальцем на дремлющего парня, завернувшегося в свой плащ, как в одеяло, — предпочёл пойти спать!
— У нас же были такие планы! Закупиться омелой и развесить их по всему отелю, а затем с помощью супер хитроумной уловки столкнуть их вместе под одной из омел, а потом!
— Что потом? — тоскливо вздохнул Печаль. — Рейвен применит поцелуй самки богомола и откусит Тайянгу голову, а потом возьмётся за нас? Омелы работают только в фильмах.
— К тому же не стоит забывать, что под одной из омел можем оказаться мы сами, — заметил Страх. — Ладно, если этим вторым окажется Тайянг, поржём вместе, а если Саммер?
— Я хоть что-то предлагаю, — обиженно надулся Радость.
— Тихо. Мария уже стучит в дверь, — одёрнул его Гнев. — Сейчас будем заходить. Нам надо произвести хорошее впечатление перед наставницей Марии.
Изнутри донёсся возбужденный визг и топот крошечных ножек. Дверь распахнулась, и на улицу выскочила смуглая девчушка с белозубой улыбкой и раскинутыми руками.
— Тётя Мария!
— Какая милашка! — хором произнесли эмоции, дружно кинувшись к пульту.
Печаль, Ностальгия, Радость дёргали рычажки, выставляя малышке десять баллов милоты из десяти. Даже проснувшийся Совесть высказал своё одобрение.
— Очаровательная! Миленькая, как Руби в детстве! Такая непринуждённая! Как я скучаю по Янг и Руби! — доносились отовсюду возгласы.
— Так! — резко собравшись, Ностальгия хлопнул в ладоши. — Мне срочно нужно увеличить площадь моей комнаты для стендов с воспоминаниями об этом миленьком маленьком создании!
— Опять?! — возмутился Злопамятность. — У тебя и так уже не спальня, а спортивный стадион! Ты на что свободное место тратишь? У нас уже памяти столько нет, сколько ты воспоминаний к себе натаскал. Просто выкинь ненужный хлам, и дело с концом.
— Я тебя самого сейчас выкину, — размял кулаки Ностальгия. — Что, по-твоему, я должен выкинуть?! Драгоценные воспоминая о воспитании Руби и Янг, их первые шалости и победы? Тот день, когда они назвали нас дядей и сказали, что мы самые крутые? Воспоминания о буднях команды STRQ, которые, замечу, мы уже не сможем воссоздать? Или воспоминания о том, как Рейвен призналась, что любит нас, и мы навсегда останемся её семьёй, — с каждым словом Ностальгия распалялся всё больше и больше. Никогда ещё благодушный на вид старичок не выглядел так угрожающе.
— Предлагаю выкинуть стенд с воспоминаниями о наших дегустациях первых попыток Рейвен приготовить, — выдвинул идею Злопамятность. — Всё равно это была не еда, а сплошная отрава. Полусырое, полугорелое и с кучей перца.
— Это не отрава, а еда, приготовленная с любовью!
— Нам пришлось выпить три таблетки от живота, и лишь чудо спасло нас от диареи.
— Любовь всегда приносит боль, — отмахнулся Ностальгия. — Вы избавитесь от этих воспоминаний только через мой труп.
— Тогда стенд с воспоминаниями о домашней работе во время учёбы в Сигнале.
— Тех днях, когда Рейвен совершала свои первые шаги в мир воспитанных девочек?! Её первые решенные задачки по математике, её труд и работа над собой, её злобное пыхтение над работой над ошибками, — Ностальгия схватился за сердце, а потом, резко подобравшись, угрожающе потянул руки к шее Злопамятности. — Да я тебя!
— Да… — устало потёр переносицу Гнев. — Не думал я, что доживу до момента, когда количество «драгоценных» воспоминаний о Рейвен переплюнут по своему объему суммарные воспоминания о Саммер и наших племянницах.
— Не о Рейвен, а о малышке Рей! — наставительно направил на него палец Ностальгия. — Прошу не путать.
— Советую подумать ещё раз, — скупо заметил Злопамятность. — Это не просто маленький ребенок, а маленькая Эмбер. Эмбер, которая Дева Осени. Напоминаю: — Злопамятность достал свиток из кармана пиджака, нашёл нужный файл и начал зачитывать, — Эмбер называла нас старым пердуном, скучным старикашкой, вредным занудой, бумером и другими не очень приятными эпитетами.
Ностальгия поморщился, признавая это.
— Сейчас ей около шести и она маленький милый ребёнок, — Злопамятность убрал свиток обратно. — Но через пять-шесть лет она станет подростком, и её характер сильно испортится. Стоит ли напрасно копить воспоминания о той, кому мы скоро станем не нужны?
Ностальгия печально вздохнул.
***
С каждым следующим днём и новой произнесённой Ностальгией фразой нервный тик у Злопамятности становился всё сильнее и сильнее. — Ребят, она назвала нас мистером Птичкой. Совсем как Руби в детстве. — Эмбер так мило возмущается из-за того, что мы взлохматили ей волосы, вытирая от снега. Она так похожа на маленькую недовольную Янг. — Она спросила у нас, что такое объявление! Ребят, нам срочно нужно включать режим «Учитель»! Как давно я этого ждал… — Она забралась к нам на колени! Помните, как Руби и Янг в детстве также… — А-а-а-а-а! Она не хочет с нами расставаться! Она такая миленькая… Шмыг. Печаль, одолжи носовой платок, кажется, мне он сейчас понадобится. — Да вы уже задолбали! — вспылил Злопамятность. — Предложите ей уже тогда называть себя дядей, раз вы так скучаете по этой социальной роли?! — Хорошая идея, — воспылал энтузиазмом Ностальгия и ринулся к Пульту Управления. — Да кто же тянул меня за язык, — устало провёл рукой по лицу Злопамятность. — Это же Эмбер. Трудный подросток Эмбер. Мисс Я Знаю Лучше, Как Мне Жить. Она же нас ни во грош не ставила. Ностальгия проигнорировал его возмущения. — Не-а. Ты же не парень тети Марии. Услышав это, Ностальгия поник. — Ну хоть у кого-то здесь остался разум, — вознёс благодарность потолку Злопамятность. — Вы как мать и сын… — Я забираю свои слова назад, — передёрнулся Злопамятность. — Бабушка учила тетю Марию… А это значит, что ты мой старший брат! — Она назвала нас братиком, — всхлипнул Ностальгия. — Она назвала нас братиком! Я всегда мечтал о миленькой младшей сестрёнке… — Ты же вроде как-то говорил, что Рей — милая маленькая сестрёнка, — скептически посмотрел на него Злопамятность. — Она милая, а не милая-милая! Между милой и миленькой две большие разницы, — наставительно поднял вверх Ностальгия. — Ладно-ладно, я сдаюсь. Будет тебе расширение. Всё равно лучше увеличить площадь твоей комнаты, чем ждать времени, когда весь этот хлам будет вываливаться в коридор, — Злопамятность передёрнулся от зрелища отплясывающего победный танец Ностальгии. — Не дай Братья, скатиться на старости лет в такой маразм, — Злопамятность грустно посмотрел на празднующих эмоций и печально вздохнул. — Всё равно, наверняка они думают о нас гораздо иначе.***
(где-то в это время)
В тёмном-тёмном помещение, за круглым-круглым столом, за стульями с длинными-длинными спинками сидели женщины в черных-черных накидках с накинутыми капюшонами, из-под которых виднелись лишь красные-красные глаза и черные-черные пряди волос. Они ждали своего предводителя, своего вождя и дождались. Низенькая маленькая фигурка степенно шагала к своему месту. Полы её не по размеру большой мантии тянулись за ней следом, а меч висевший на её поясе, казалось, был в два раза длиннее самой незнакомки. Достигнув своей цели, она залезла на стул и откинула капюшон, открывая лицо двенадцатилетней пухлощекой малышки. — Объявляю тайное заседание Клана Бранвен открытым, — выдвинув меч из ножен, девочка вскинула пылающий огнём клинок вверх. Её жест повторили другие эмоции Мозгового Центра. — Свидетельствуем! — все синхронно убрали мечи обратно в ножны. — Прошлый план: заставить Озпина понять, что наш брат единственный кто достоин участвовать в турнире Витал, провалился, — сложила девочка пальцы домиком под подбородком. — Предлагаю новый план: заставить одну из команд-неудачников понять, что наш брат больше достоин участвовать в турнире Витал, и им лучше самостоятельно передать его команде право на участие. Ваши предложения, соплеменники? Сверху, с картины, изображенной на круглом потолке, Кроу, скрестив руки на груди, осуждающе смотрел на обсуждающих темные планы девушек. Но лишь статуи близких Рейвен людей, расположенные у стен, могли разделить его чувства.***
(в другом месте в это время)
— Тогда скоро увидимся, сестрёнка. За окном Мозгового Центра зашумело. Эмоции побежали выглядывать в деревянное окно уютного коттеджа, так похожего на их родной дом. Снаружи они увидели, как старая, давно уже не меняющаяся Гора Семьи, одна из гор в Лесу Забвения, составляющих личность Эмбер, начала трястись. Детализированная статуя с Таер в кресле-качалке, с маленькой Эмбер, сидящей на подлокотнике, и с более схематичной фигурой тёти Марии, придерживающей рукой спинку кресла, стала меняться. Из земли проклюнулась новая статуя, которая быстро стала расти вверх. Сначала показалась голова, потом фигура вылезла по плечи, потом по пояс, а когда стали показываться колени, статуя молодого парня, ловко подхватив Эмбер, посадила её себе на плечо и крепко встала на ноги, выдернув ступни из земли. Эмоции зааплодировали физическому проявлению роста личности их подопечной. — У нас появился братик! — всхлипнула Печаль. — Я обведу этот день в календаре. — У нас появился братик, который будет с нами играть и дарить подарки, — взвизгнула Радость. — Как думаете, что он подарит? Может, плюшевого мишку? Как у Энни? Идея про плюшевого мишку захватила всех. Свой собственный плюшевый мишка — это так… Захватывающе!
