Пуговицы вместо глаз

Они поселились в отеле. Сириус, как завсегдатай таких мест из-за того, что свою жилплощадь отдал двум подросткам, взял инициативу на себя. Гарри все еще чувствовал легкую дрожь после «аварии», из-за чего с облегчением выдохнул, когда они приехали до места назначения.  — Туда мы пойдем завтра, — сказал Сириус, когда остановился возле здания со светящейся вывеской.  Гарри не стал возражать и поплелся следом за мужчиной. Воздух ощущался чище, неподалеку звучали совы, словно они и никуда не уезжали с деревни. Город встретил их ночной тьмой, давящей тишиной и безлюдностью улиц, словно кто-то установил комендантский час и не было ни одного нарушителя. Гарри поежился, стараясь не обращать внимания на мигающую лампочку единственного фонаря в центре.  Дверь была слишком скрипучая. Сириус заплатил за два номера мужчине среднего возраста со шрамом на лице, словно его пытался разорвать дикий зверь. Один ключ Бродяга запихнул себе в карман, в то время как второй кинул Гарри.  — Приятного вечера, — улыбнулся работник на ресепшене, на чьем металлическом бейджике печатными буквами было выбито имя «Римус».  Гарри дежурно поблагодарил Римуса и, уточнив расположение своего номера, направился по озвученной инструкции.  Деревянная лестница, хлипкие перила, длинный коридор — все это вызывало раздражение. Коричневые двери по обе стороны с нумерацией номеров намекали об ужасной шумоизоляции, о чем тут же подумал Гарри.  — Спокойной ночи, — хлопнул по плечу Сириус.  — Спокойной.  На двери висела табличка с написанной от руки цифрой «31». Пройдя внутрь, Гарри повесил кожанку на настенную вешалку и снял заляпанные кроссовки. Пары минут на улице хватило для того, чтобы на белоснежной подошве скопилась грязь. Маленький чайник, объем которого едва превышал размер среднего стакана, стоял на столе вместе с прозрачной кружкой и одним пакетиком чая. В сахарнице лежало два кубика, но открытый вид не внушал доверия — Гарри перенял брезгливость Петуньи. Большая кровать занимала практически все пространство, а рядом стояла тумбочка со светильником. Открыв еще одну дверь, он обнаружил ванную комнату с душевой и унитазом. Возле раковины лежал маленький тюбик зубной пасты и одна щетка с мылом. Гарри присвистнул, оценив уровень заботы о клиентах.  На тумбочке возле кровати еще был набор из полотенец, но Гарри не стал их использовать, предпочитая личные вещи. Петунья позаботилась о них двоих, положив в сумки все для поездки.  Гарри с шумом вздохнул. Принимая душ перед сном, он напрягался из-за скребущих звуков и скрипа пола за дверью — шумоизоляция действительно была отвратная. Обернув бедра полотенцем, он вышел из ванной, ощущая как холод пронизывает тело. Ночная прохлада после проливного дождя проникала в помещения, сохраняя запах сырости. Кажется, краем глаза он заметил пробегающую сороконожку.  Укрывшись одеялом, Гарри отключил светильник, уткнувшись лицом в подушку. Запах порошка обнадеживал, что несмотря на первое впечатление в этом отеле действительно следят за чистотой. Топот ног в коридоре действовал на нервы, не давая ему уснуть. Стало еще хуже, когда к скрипу прибавились чужие стоны, напрочь отгоняя сон. Если бы не его упрямство, в этот момент он мог бы заниматься тем же, что и в соседнем номере, вместе с Тео.

༅

— Привет.  Гарри смотрел на яркую улыбку, благодаря всех богов за то, что он сидел в этот момент. Искрящийся неподдельным счастьем парень все еще держал свою руку на его плече и стоял непозволительно близко.  — Кто это? — поинтересовался Сириус. Вопрос прозвучал неразборчиво из-за огромного куска бургера во рту.   — Простите, — склонил голову Тео, протягивая свою ладонь для рукопожатия, — Теодор Нотт. Я… — Мой одноклассник, — поспешил изъяснится Гарри, чувствуя как хватка на плече стала жестче.  Гарри физически почувствовал как тяжелеет воздух, задерживая взгляд на сцепленных ладонях.  — Друг, значит, — хмыкнул Сириус.  Бродяга слишком хорошо знал своего крестника, чтобы не заметить как сильно он занервничал в компании «одноклассника». Сириус оставил их наедине под предлогом перекура, предварительно предложив Тео сходить вместе. Отказ встретился с одобрением в серых глазах — он, как ни странно, был против курения. В свое время Гарри пришлось опустошить пачку сигарет, задыхаясь от кашля и чувствуя отвратительный привкус пепла на кончике языка, придающий горечь любой жидкости после веселого вечера.  — Что ты тут делаешь? — перешел к делу Гарри, не теряя ни секунды.  Карие глаза, при ярком солнечном свете отдающие янтарным, не выражали никаких эмоций.  — Хотел сделать тебе сюрприз, — пожал плечами Тео, опираясь об спинку стула, — не скучал? Изящные пальцы вытащили салфетку из подставки, начиная скручивать бумажное изделие. Зеленые глаза не пропускали ни одного кадра, наблюдая как сгибаются фаланги, конструируя фигуру журавля.  — Ты не ответил.  — Посмотри на меня, — Тео чуть опустил голову, расплываясь в улыбке после выполнения просьбы.  — Что? — раздраженно выдохнул Гарри.  — Я вот скучал, — смущенно пробормотал Тео.  Гарри слабел перед своим возлюбленным, из-за чего не смог устоять от такой картины. — Бродяга не знает обо мне, — сдался Гарри, — не делай ничего неприличного.  — Например? Ухмылка, дразнящая своей соблазнительностью, вновь появилась на пухловатых губах. Гарри отодвинул ногу, все еще чувствуя как носок чужой обуви приподнимал край широких джинс.  — Я ее сломаю, — процедил Гарри, перемешивая растворившийся сахар.  — Как грубо, — усмехнулся Тео. Неловкое молчание перебивалось стуком алюминиевой ложки об внутреннюю часть чашки. Бледно-зеленая скатерть в клетку выбивалась из общего интерьера, словно была единственным ярким атрибутом в захудалом кафе в коричневых тонах.  — Так, — прочистил горло Гарри, — почему ты здесь? — Позвонил тебе домой, — начал Тео, выставив готовый журавлик перед собой.  — Трубку взял Дадли. Он и сказал, что ты поехал сюда.  Объяснение казалось бредовым даже для Тео. Нелюдимый, холодный и закрытый Теодор Нотт, появившийся в их школе лишь в прошлом году обучения. Уложенные кудрявые волосы, отливающие золотом на солнце, темно-карие глаза, при приглушенном свете завораживающие непроглядной тьмой, ямочки на щеках и одежда с иголочки. Вещи не выделялись дорогими брендами, при отдельном рассмотрении были обычным предметом базового гардероба, но на подтянутом теле сидели идеально. Это был именно тот случай, когда украшали не тряпки, а их обладатель. Гарри бы не обратил внимание на новенького, если бы не Малфой. Драко сразу же подметил цепкий взгляд Тео, неустанно следящий за каждым действием самого Поттера. Поначалу он посчитал это очередным трепом своего самого любимого приятеля, пока не почувствовал чужое наблюдение.  Тео не мелочился. Сразу показал свое намерение, сказав о своей симпатии. Гарри послал его на все четыре стороны, но после одного случая принял чувства привлекательного парня и стал его партнером.  — Не хочешь прогуляться? — предложил Тео, вновь скользнув ногой.  — Нужно предупредить Бродягу, — бегло произнес Гарри, вновь отодвигаясь дальше.  — Я не могу украсть тебя на свидание? Гарри не мог устоять перед расстроенным выражением лица, из-за чего позволил себя украсть, оставив записку на салфетке для Сириуса. Теодор сжимал его руку в своих ладонях, оставляя украдчивый поцелуй на костяшках под угрозы своего парня. Происходящее походило на сон — теплый солнечный день без единой тучи на небе и насыщенная зелень на листве не вязались с вчерашней грозой. Поиски подвоха оказались тщетными. Тео шел по безлюдным улицам так, словно знал каждую окрестность как свои пять пальцев. Гарри хотел задать ему вопросы, но по какой-то причине молча следовал за ним, как та самая Алиса побежавшая за кроликом, очарованная старинными часами. Казалось, будто в самом конце все карты раскроются, и ему не было смысла сотрясать воздух пустыми разговорами. Ответ оказался более волнующим, чем он мог ожидать. Тео привел его к поместью в нежно-розовых тонах, выглядящему точно также, как и на фотографии старинной брошюры. Деревянная табличка с названием, красивый сад и каменистый интерьер ощущались чем-то до боли знакомым.  — Где мы? — сухо спросил Гарри.  — Я тут живу, — ошарашил Тео.