Между Мио и Мииоко большая разница

— Спасибо тебе, Шиничиро! — сказал мужчина, хлопнув Сано по спине. — Выручаешь! — Да ладно, мне несложно, — ответил брюнет, покрепче взяв коробки, в которых лежали инструменты. — Только… почему один я всё таскаю? — он сощурился, смотря на Абэ-сана. В молодости девушки явно не обходили его стороной. Да и сейчас тоже наверное. Мужчина был высоким, широкоплечим, со смазливым лицом. Красиво уложенные назад чёрные волосы придавали его виду суровость. А большие голубые глаза наоборот — некую миловидность. — А, ну… у меня-я… руки болят! Да! Сходил вчера в тренажёрный зал, так руки болят! Даже телефон нормально держать не могу! — постарался отмазаться Джун, ускоряя шаг. — Я пойду пока! — Э! Я дороги не знаю! — крикнул Шиничиро, стараясь догнать знакомого. — Точно… — Заберите хотя бы ту маленькую коробку, которая выше всех, — брюнет остановился перед мужчиной, чтобы тот хоть как-то облегчил его ношу. Глубоко вздохнув, Абэ всё же взял одну маленькую и одну среднюю коробки. — Спасибо! — Сегодня должна приехать одна джазовая группа из Киото, которая будет выступать на открытии моего магазина. Они единственные, на кого мне хватило денег, — спустя несколько минут сказал мужчина. — Сможешь встретить их со мной сегодня на вокзале? Итоко сказала, что придёт. — Постараюсь. — Можешь и младших своих взять. А то они наверное и не знают, что такое нормальная музыка. Сейчас что у нас там популярно? Рок? Металл? — после этого сразу же вспомнились слова одного близкого человека: «Нормальная музыка — это та, которая идёт от сердца. А всё остальное — херня. Ну, кроме джаза, он всегда был позором» — Манджиро сегодня с друзья вроде как. Если Эма захочет, то возьму её с собой, — ответил парень, спустя некоторое время.

***

— Никогда не любила джаз, — пробубнила Омори, посильнее вытягивая рукава бежевого джемпера с замком. — Не мог получше группу найти? — Ну это хотя бы не рок, — ответил Абэ, закатив глаза. Она как была всем недовольной в старшей школе, так и осталась. Иногда он жалеет о том, что они двоюродные брат и сестра. Но не перестаёт меньше любить её. Просто иногда Ясуко выбешивает всех своим поведением. Собственно, как и сам Джун. — Ты на святое не посякайся, бизнесмен недоделанный, — девушка вплотную подошла к брату, сверля того взглядом. — Ну согласись же, что из вашей школьной рок-группы ничего не вышло! Вот где сейчас Юичи? Минори? — брюнет сложил руки на груди, смотря шатенке в глаза. Она разозлилась. Ему хватало одного лишь упоминания её школьных друзей, чтобы разозлить её так, как будто кто-то разбил её любимую палетку теней или разлил кофе на отчёт о налогах. — А? — Закрой рот! — Может, успокоим их? — спросила Эма, глядя на ссорящуюся пару. Омори-сан уже начала активно махать руками, старясь вырвать из брата извинения перед ней. — Да не. Всё нормально, думаю. — Кстати… а Мио-сан где сейчас, ты не знаешь? Она… ну, жива? Я просто только недавно про неё вспоминала, — она успела уже раз сто пожалеть, что спросила об этом, смотря на то, как сжимаются руки Шиничиро, и на то, как он погрустнел. — Мы не списывались уже несколько лет. Возможно, и вправду уже не жива. — Я сколько раз просила тебя не упоминать о них?! Ты глухой? Тебе может помощь нужна какая, а?! — Ясуко схватила брата за ворот рубашки, ударившись своим лбом об его. — Бесишь меня! — «Внимание, встречающие! Поезд с рейсом “Вакканай-Токио” прибывает на первый путь» — объявили по громкоговорителю. — О, наш, — Эма повернула голову в сторону источника звука, а после перевела взгляд на спорящих. — Абэ-сан, Омори-сан, они приехали. После этих слов слева от их компании проехал поезд, который начал сбавлять скорость, и спустя минуту остановился. Из вагонов начали выходить толпы людей с огромными чемоданами и сумками. Спустя минуты четыре, когда почти все уже разошлись, на перрон вышла большая компания людей, некоторые из которых держали в руках чехлы с музыкальными инструментами. Джун сразу же оживился, поправляя ворот рубашки. Он подбежал к светловолосому мужчине и пожал тому руку, поклонившись. Эма начала осматривать гостей. Около трёх девушек и шести парней. И не факт ведь, что эти девушки вообще играют в группе. Возможно, обычные гримёры. Среди всей этой толпы одна фигура показалась ей очень знакомой, но Сано решила не придавать этому пока особого значения. — Ну что ж, Нандзё-сама, предлагаю отметить ваш приезд за бутылкой прекрасного саке, — Абэ обнял за плечи, скорее всего, продюсера и двинулся в сторону лифтов. — Балда, неси нормально! — крикнула девушка парню, который нёс в руках два больших круглых кейса, в то время, как сама русая несла около четырёх-пяти чёрных сумок. Возможно, с оборудованием. — Почему другие нормально несут? Ты мне щас все барабаны порвёшь! После этих слов Шиничиро замер и оглянулся на девушку. У неё были короткие, еле доходящие до подборка, русые волосы с длинной чёлкой, которая закрывала глаза. Одета была в чёрную толстовку поверх белой футболки, чёрные шорты и белые носки с такого же цвета шлёпками. — Голос… знакомый, — сказал Сано сестре, которая также рассматривала незнакомку. — И фигура… тоже. — Давно не виделись, Мииоко, — сказала Омори, подходя к девушке. — Ты изменилась. — И тебе привет, — ответила русая, слегка улыбнувшись. — А ты нет. — А может, и не изменилась, — шатенка потрепала подругу по волосам, путая их. — Тебе бы чёлку заколоть, а то глазёнок не видно, — она зачесала её волосы назад, а после прописала Айкаве щелбан. — За то, что на звонки не отвечаешь. — Прости, — виновато пробубнила девушка, потерев лоб, а после отдала подруге в руки две сумки. — Чтобы без дела не ходила. — Мииоко, девочка моя, ну что, ты рада? — Нандзё приобнял племянницу за плечи, потерев их. — Это же была твоя мечта! — Я хотела немного другого, — она опустила голову вниз, шаркая шлёпками по плитке вокзала. — Но спасибо. Наверное… — А чего же ты хотела? — Уже не важно, — она слегка улыбнулась, прикрыв глаза, что мужчина еле заметил из-за её волос. — Ты тоже сумки мои неси. А то все без дела тут ходите, — она всучила ему оставшиеся три сумки и пошла вперёд, догоняя Омори, которая шла теперь впереди всех.

***

— Ох, я так рад, что вы согласились играть на открытии! — сказал Абэ, подняв чашку вверх. — Предлагаю, выпить за это! — Такие бабки заплатили, ещё б мы не согласились, — прошептала Айкава, сжав в руках бокал с газированной водой. — Концерты у таких, как твой брат — это единственное, что способно нас всех сейчас прокормить. — Я понимаю, Мииоко, — кивнула Омори, делая глоток саке. — Надеюсь, вы не подведёте нас. — Не знаю. Я давно уже не играю от души. Только для кого-то. В барах там всяких и на таких «праздниках», — на последнем слове девушка показала свободной рукой кавычки. — А если играть не от души… — То это будет неправильная музыка, — продолжила фразу шатенка. — Но, надеюсь, всё пройдёт хорошо. — Слышала, Юичи развёлся, — отпив немного воды, перевела тему Айкава. — С кем ребёнок остался? — Конечно, с Имамурой. Его жене не было дела до их обоих, — ответила Ясуко, вытерев пальцем намокшие, от алкоголя, губы. — А у тебя как на личном? — Никак, — Мииоко нахмурилась, сжав руки, которые до этого положила на колени. Она встала с пола и направилась в сторону уборной.

***

— О, нет, он снова напился, — Омори вздохнула, смотря на пьяного брата, который нёс откровенный бред, позорясь перед Нандзё-самой. — Отвезите его кто-нибудь пожалуйста домой. Я не смогу его к себе взять. — Мииоко, девочка моя, подойди пожалуйста! — мужчина позвал свою племянницу, которая до этого стояла у входа в бар, что-то смотря в телефоне. — Ты же машину водить умеешь? — Да, — она кивнула, убирая телефон в карман шорт. — Отвези нас всех в отель, пожалуйста, ты единственная не пила. А потом и остальных по домам, — Таро положил руки на плечи удивлённой девушки. — У меня даже прав нет. — Это неважно! — ответил ей дядя, сжав руки, вызвав тем самым дискомфорт у Айкавы. От мужчины за три версты несло алкоголем, из-за чего охота было поскорее избавиться от его компании, да и в принципе ото всех, кто сегодня пил. Кроме Ясуко, её компания всегда приятна. И аромат её вишнёвых духов перебивал стойкий запах алкоголя. — Давайте я вас всех отвезу в отель, а Мииоко отвезёт Абэ-сана и Омори-сан домой? — предложил Шиничиро, вытащив зажжённую сигарету изо рта. — Да, давайте так! — быстро согласилась девушка, убирая руки дяди со своих плеч. — Отвези ещё, пожалуйста, Эму домой. Я не хочу, чтобы она сидела рядом с пьяницами, — сказал брюнет Айкаве, когда уже все расселись по машинам и на улице остались только Мииоко и Сано. Блондинка стояла поодаль от них, переписываясь с братом. — Ладно. Она всё там же живёт? — Шиничиро кивнул, а после крикнул сестре, чтобы она садилась в машину. — Садись на переднее сиденье, — приказала Мииоко, открывая дверь. Как только она села в машину, то обернулась на свою подругу. Её брат уже лежал на коленях Омори, похрапывая, в то время, как сама Ясуко дремала, облокотившись на стекло.

***

Как только машина остановилась около дома Сано, Эма кинула короткое прощание и побежала домой, к брату. — Майки! Мио-сан жива! — она забежала к нему в комнату и заметила, что тот уже крепко спал, обнимая одеяло обеими руками. — Ты уснул… — Я не сплю, — пробубнил парень, вытирая руками глаза. — Кто там живой? — Мио-сан! — после этих слов Манджиро резко вскочил, забирая с вешалки чёрную куртку, и побежал на первый этаж. — А кто тогда в тясицу? — он начал обувать кроссовки, смотря на растерянную сестру. — Я не знаю! Ты хочешь сейчас пойти и проверить? — Да!

***

Мио сидела за котацу, смотря на себя в зеркало, которое всегда носила в школьной сумке. Она смыла разводы, что остались от туши, и пыталась накрасить глаза по новой. Её главной целью было визуально увеличить свой глаз. Конечно, не как Ясуко, которая красила глаза в стиле гяру, тем самым делая свой глаз в два раза больше, но всё же. — Мио-сан! Мио-сан, вы тут?! — послышался голос Эмы за сёдзи, которые буквально через секунду раздвинулись, показывая Айкаве Манджиро и саму блондинку. — Тут… Представляете, Мио-сан, вы, оказывается, живы! — Как это… жива? А почему я тогда призрак? А с чего ты взяла, что я жива?! — девушка подскочила на ноги, бросая тушь на стол, даже не закрыв её. — Сегодня приехала джазовая группа, которая будет выступать на открытии ресторана Абэ-сана, — Эма завела руки за спину, смотря на огорчённую старшеклассницу. — Уж лучше бы я умерла, чем в джазовой группе играла, — сказала Айкава, пиная деревянную дощечку, которая держала конструкцию из покрывал. Как только деревяшка упала, то девушка увидела барабанную установку зелёного цвета. — Ой. — О, это же ваша! — Это установка Шиничиро, если говорить честно. — В смысле? — спросил Майки, садясь на пол в позу лотоса. — Он говорил, что хотел сначала играть на барабанах, купил самую лучшую установку, но у него не получалось, поэтому он перешёл на гитару. А когда узнал, что я играю на барабанах, отдал мне её, — Мио повторила движение Манджиро и тоже села на пол. — Но… — У Шиничиро вроде не было никогда барабанной установки, — перебил сестру парень, задумавшись. — Блять, — прошептала Айкава, опустил голову вниз и зажмурив глаза, чтобы отогнать подступившие слёзы. — Как я сразу не догадалась. У него даже палочек нигде дома не было. Он её купил для меня. — Эма, Манджиро, вы тут? — послышался мужской голос где-то вдалеке. Мио сразу же подскочила, восстанавливая конструкцию из покрывал и досок, скрывая себя и барабанную установку. — Да, мы тут, Шиничиро! — крикнула девушка, отодвигая сёдзи. В проходе показался высокий, худощавый брюнет. Он держал в одной руке фонарик, а другой теребил серебряную цепочку на своей шее. — Эма, я Мииоко просил тебя отвезти не для того, чтобы ты потом ушла из дома сюда. Если ты так хотела погулять, то могла поехать со мной. Мы бы пешком прошлись до дома, — брюнет тяжело вздохнул, переводя взгляд на брата. — Я думал, ты спишь. — Так получилось, — ответил Майки, смотря на старшего уставшим взглядом. — Долго не сидите тут. А то комендантский час, сами понимаете, — после этого он ещё раз осмотрел тясицу и вышел. — Пронесло… — сказали брат с сестрой, как только Шиничиро скрылся за поворотом. — А красивый-то какой… — взвизгнула Мио, падая на пол и вместе с этим роняя всю конструкцию на себя. — И высокий… А главное, что без этой глупой причёски… — Во второй раз втюхались? — спросил Майки, подходя к девушке, чтобы убрать с неё покрывала. — Наверное, да! Слухайте! А вы же будете присутствовать на репетициях? Сможете посмотреть, как я играю и потом сказать мне? — Можем заснять, — предложила Эма и достала свой телефон из кармана белой кофты. — О, крутяк! Давайте! А у вас игры на телефоне есть? — У меня есть, — сказал Майки и достал свой телефон. — Забирай, — он кинул на девушку мобильный, который приземлился ей на живот. — Завтра отдашь. — Спасибо, Манджи! А то я не знаю, где мой, — она включила телефон и начала искать змейку. — А тебе он разве не нужен? — Мне звонят только Шиничиро и дед, иногда Кенчик. Но все они могут позвонить и Эме. — А как же этот… Как его там… Что-то на «Б»! Клыкастый короче! — жестикулируя левой рукой, пыталась вспомнить имя мальчика Мио. — Баджи. Он, если ему что-то надо, сам придёт. Всё нормально, — ответил Майки, подходя к выходу из тясицу. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Мио-сан! — сказала Эма, слегка поклонившись. — Спокойной, детки!

***

— Вас что, нужно было до номеров провожать или что? — негодовал Шиничиро, смотря на девушку со сломанной рукой. Несколько пьяных тушек вчера свалились друг на друга, в результате чего их клавишница сломала руку. — Сломала руку?! — крикнул Абэ, идя по коридору больницы. Как только дверь в палату открылась, то все увидели рассерженного брюнета. — Вы не могли после открытия руку сломать, — мужчина нахмурился, проходя вглубь комнаты. — Ну всё как обычно! И где нам теперь клавишника искать?! — Омори, ты же умеешь играть, — сказал Шиничиро, смотря на слегка недовольную шатенку. Она подняла левую руку вверх, показывая свои длинные ногти. — Спилим, не волнуйся. — Я тебя щас спилю! Я их позавчера сделала! Знаешь, сколько денег отдала этой дуре, которая наращивать не умеет?! — Ясуко сложила руки под грудью, нахмурившись. — Тем более, Эма-чан же умеет играть! Я сама лично её учила! И тогда все посмотрели на блондинку, как на седьмое чудо света. Сано сжалась, так как такое внимание было ей непривычно, и опустила голову вниз. — Ты наша последняя надежда! — сказал Абэ-сан, падая на колени перед школьницей и складывая руки в жесте мольбы. — Пожалуйста! — Хорошо, — слабо кивнув, робко ответила девушка. Шиничиро подошёл к ней и погладил по волосам, хваля. — Не зря же училась. — Что за кипиш опять, — дверь в палату открылась и на пороге показала сонная Айкава, которая со вчерашнего дня, кажется, не переодевалась. Только толстовку сняла и заменила её на чёрную кофту на замке, которая сейчас была растёгнута. — Э, Юрико, ты чё, руку сломала?! А кто на синтезаторе у нас играть будет?! Омори что ли?! — Я, — Эма улыбнулась, смотря на удивлённую девушку. — Это конец, — прошептала русая и вышла в коридор, захлопнув дверь. — Мииоко! — Ясуко побежала за ней, злясь на подругу за то, что она, как обычно, сделала поспешные выводы. — Она не рада, — блондинка посмотрела на брата, который провожал свою бывшую девушку задумчивым взглядом. — Клавишники всегда имели для неё особое значение. Не обижайся на Мииоко, Эма. Пожалуйста, — Шиничиро вздохнул, покачав головой. Он помнит, какой отборочный тур она устроился среди вторых и третих классов их школы, на роль клавишника. Одна лишь Омори Ясуко смогла ей угодить. Одна, среди около пятнадцати клавишников их школы. Больше никто. Блондинка кивнула.

***

— Дракен, у тебя есть память на телефоне? — спросила Сано у парня. Тот лишь на секунду опешил от такого вопроса, а после кивнул. — Засними как я играю, пожалуйста, и отправь Майки. — Хорошо, — ответил Рюгуджи, доставая свой мобильный. Эма побежала к импровизированной сцене, где будут слушать, как она играет. — Засними потом, как они все вместе играют. И скинь мне потом всё, — блондин подошёл к другу, держа в руках надкусанные тайяки. — Эма-чан играет просто прекрасно! Такую прелестную игру я мог слышать только от Омори-сан, — названные лишь слегка покраснели, отмахнувшись. — Делов-то, — сказала Ясуко, погладив блондинку по плечу. — Молодец! Не слушай Мииоко, если она начнёт нести какой-то бред. Клавиш… — Клавишники имеют для неё особое значение, слышала уже, — кивнула Сано, сцепив свои руки в замок. — Небось, Шиничиро сказал! — она слегка пихнула школьницу в бок, из-за чего та начала смеяться. — Так ты щекотки боишься! — Только не надо меня щекотать! — Не буду, — она слегка подняла руки вверх, делая вид, что сдаётся. — Ну что, братец ваш ещё любит Мииоко? — Не знаю. Но я бы хотела этого, наверное. Сколько у него было девушек, а только с Мио-сан он был по-настоящему счастлив, — тихо ответила Эма, чтобы Шиничиро её не услышал. — Да и Мио-сан была хорошим человеком. А сейчас не знаю… — А сейчас её жизнь помотала. Она получила не то, что хотела, вот и сердиться. Барабанщики вроде нужны всем, но в тоже время их пруд-пруди, поэтому её никуда и не брали. Вот её Нандзё-сама к себе и пристроил, не чужой человек всё-таки, — сказала Омори, обняв школьницу за плечи. — Ты хорошенькая такая выросла! Всё налюбоваться не могу! — Ну что вы! Я, признаться честно, всё детство вами восхищалась. Вы такая красивая! И мальчики за вами толпами бегали! Да и сейчас тоже, — Эма слегка покраснела, отвернувшись от удивлённой шатенки. — Ну что за милашка ты, Эма-чан! Но, если честно, толпы мальчиков — это не всегда хорошо. Никогда не ясно, хороший он человек или нет. Добрые у него намерения или нет, — она покачала головой, отгоняя плохие мысли. — Но, главное, чтобы был человек, который сможет за тебя постоять! У тебя вот, такие люди есть, — Ясуко кивнула в сторону Кена, который нёс на спине спящего блондина. — Тебе же этот татуированный нравится, да? — шёпотом спросила она у девочки. Та лишь еле заметно кивнула и опустила голову вниз, чтобы волосы прикрыли пунцовые щёки. — Ох уж эта подростковая любовь. Помню, как помогала вашему братцу понравится Мииоко. — Омори, не позорь меня перед моей сестрой, — процедил мимо проходящий Шиничиро. — А покраснел-то как!

***

— Ты если играть нормально не умеешь, то зачем вообще согласилась?! — сразу после окончания репетиции спросила Айкава. — Для понтов или что?! — Я… не знаю. — Ты куда вперёд паровоза бежишь? Сначала основы изучи, а потом уже на сцену иди, — Мииоко кинула свои палочки на пол и вышла из зала, где проходила репетиция. — Девочка моя! — крикнул Нандзё, догоняя племянницу. — Не трогай меня! Ты… ты обещал мне хорошее будущее! И где оно?! Какого хера я шастаю с идиотской джазовой группой по барам, чтобы мне хватало хотя бы на еду?! Ты сказал, что меня ждёт великое будущее! «Всё у тебя будет, Мииоко, далеко пойдёшь! Хоть рок, хоть кантри!» – разве ты не так мне говорил?! — кричала Айкава, надрывая горло. Она не видела лица дяди из-за подступивших слёз, но была уверена, что тот рассердился. — Я так зла на тебя! Лучше бы я осталась в Токио! С Шиничиро! Ты это всё сделал для того, чтобы я за бесплатно в твоём тупом джазе выступала! Ты же помнишь, что я первые три года не получала ни гроша?! Пока я не устроила точно такой же концерт! Мне что, теперь раз в четыре года орать на тебя, чтобы хоть чего-то добиться?! — Заткнись, — тяжёлая рука мужчины ударила русую по щеке, из-за чего на ней остался ярко-красный след от ладони. — Закрой рот, Мииоко, ты ничего не знаешь! — Нет, это ты ничего не знаешь! — после этого Айкава побежала к выходу из здания, около которого стоял Шиничиро и курил, сидя в телефоне. — Отойди, — буркнула девушка, отодвигая парня, который загораживал проход. — Мииоко, у тебя всё в порядке?

***

— Надеюсь, ты не заснял это, — сказала Эма, подходя к Дракену. — Заснял… и отправил Майки уже. Если что, обрежете, — глаза девушки округлились, а сама она стояла, открывая и закрывая рот, как рыба. — От-отправил?! — Да. Не нужно было? — Да уже без разницы… — пробубнила Сано. Через пару минут на телефон пришло уведомление. Сообщение от Майки: «Я случайно посмотрела видео…»