Девушка с обложки

Август 1994 года На улице в конце лета стало значительно холоднее. Температура с привычных тридцати-тридцати пяти градусов опустилась до двадцати, но это было даже на руку торговцам на рынках, ведь проводить в душных палатках весь день очень сложно, многие падали в обмороки и жаловались на головные боли, но никто не уходил. Знали, что прибыль с продаж – единственное, чем можно прокормить семью. Сейчас же наконец стало прохладнее, а потенциальных покупателей и того больше. Родители желали купить своим детям к школе хоть какие-то вещи. Пусть это будет тоненькая блузочка не самого лучшего качества и затёртые брюки, но всё же лучше, чем ходить в давно маленькой по размеру одежде, доставшейся по наследству от старшего брата или сестры. – Лен, как тебе этот рюкзак? – спросила Морозова у подруги, взмахнув своими длинными распущенными волосами, украшенными декоративной заколкой тёмно-коричневого цвета, и указав рукой на голубой рюкзак, на котором были изображены герои диснеевского мультфильма, наверное, популярного сейчас среди детей, но неизвестного для Юли. Мультфильмы она смотрела только в детстве, в перерывах между футбольными матчами, которые так любил лицезреть её дедушка, да и американские ей никогда не попадались, только советские, до сих пор горячо любимые и родные. – Симпатичный. Думаю, Серёже понравится, – честно ответила Рыбакова, оценив вещицу. – Я считаю, надо брать, а то мы здесь до обеда ходить будем, народу ещё больше соберётся, – протянула Морозова, подняв голову к солнцу, которое ещё только восходило вверх и грело не так сильно, как это бывает во второй половине дня. – А что ты хотела? Все стремятся закупиться к школе, – Лена обвела взглядом пространство вокруг себя и осмотрела людей, которых к девяти часам утра собралось довольно много. Здесь можно было встретить самых разных представителей московского общества, начиная от небогатых родителей, пытающихся найти достойную одежду своему недовольному и не выспавшемуся ребёнку, заканчивая гастарбайтерами из ближнего зарубежья, которые буквально заполонили столицу и этот рынок. – Нам, кстати, тоже не помешало бы купить обновок к учёбе. У меня элементарно тетрадей нет для конспектов. Да и юбку бы новую купить стоило, – говорила Рыбакова, пока подруга расплачивалась за рюкзак. – У меня тетради с прошлого года остались, я с тобой поделюсь, – произнесла Морозова, беря подругу под руку и продолжая двигаться вперёд, рассматривая ассортимент товаров, от большого количества которого разбегались глаза. – Юбку тебе тоже подыщем, не переживай, – улыбнулась Юля. – А я вот в этот раз без обновок останусь, – уже с печалью в голосе проговорила она. Лена знала, что та очень любила красивую одежду и обожала наряжаться. – Серёжа в первый класс идёт, а Вите на заводе зарплату уже полгода не выдают. Надя моя вся в расстроенных чувствах, денег на еду еле-еле хватает, а тут такие траты к школе. Я пытаюсь помочь хоть как-то. – Это ты молодец, конечно. Но я считаю, что Виктор, как глава семьи, должен что-то решать и пытаться заработать деньги, – заправив за ухо выбившиеся из незамысловатой причёски пряди, воскликнула Рыбакова, которая хорошо знала о ситуации в семье сестры Морозовой. Виктор постоянно пил, а Надя с утра до ночи корячилась в продуктовом магазине, не забывая выполнять всю работу по дому и воспитывать будущего первоклассника. – И я так считаю, Ленка. И Наде говорю, что нужно с этим что-то делать, но она всё твердит, что он с горя пьёт, что он бросит, как только всё наладится... – вспоминая слова старшей сестры, покачала головой Морозова. – Любит его сильно, наверное, – заключила Юля, ведь иначе она никак не могла оправдать терпеливое отношение сестры к неудачливому и пьющему мужу. Подруги провели на рынке ещё около получаса, сумев по достаточно выгодной цене прикупить ветровку и брюки для Серёжи. Оставалась только надеяться, что Юля угадала с размером, и племяннику не придётся ходить в слишком больших вещах, которые и так ему достаются от отца из шестидесятых. Также девушки на последние деньги Лены смогли купить ей джинсовую юбку, привезённую, как и многие товары на этом рынке, из Турции. Правда, пришлось немного поторговаться с женщиной, являющейся хозяйкой одной из самых популярных на рынке точек с молодёжной одеждой. Рыбакова долго сомневалась, ведь юбка была короткая и обтягивающая, а значит, в такой на занятиях по педагогике не появишься, но Юля обещала сводить её на дискотеку или ещё куда-нибудь, где можно будет похвастаться обновкой. – Лен, смотри, парфюмерный! – радостно закричала Морозова, показывая рукой в сторону небольшого магазинчика, расположенного в центре рынка, который не каждой женщине хватит сил обойти стороной. – Ого, здорово! – искренне обрадовалась Рыбакова, любившая духи не менее подруги. – Идём посмотрим, – Юля схватила рыжеволосую за руку и потащила в сторону магазинчика, над входом в который висело его название. «Мишель» – именно так было написано большими буквами. Девушки понимали, что денег им не хватит и на несколько миллилитров парфюмерии, заполонившей все полки в маленьком и светлом помещении. Повсюду пахло приятным цветочным ароматом, а на кассе стояла миловидная женщина лет сорока, одетая в нежно-розовую блузку и белую юбку до колен, спокойно наблюдавшая за девчонками, которые внимательно осматривали всё вокруг и аккуратно брали в руки флаконы, открывали их и подносили к носу, дабы вдохнуть волшебный и манящих запах. – Милые дамы, вам что-то приглянулось? Или нужна помощь? – с мягкой улыбкой обратилась хозяйка магазинчика к девушкам, которые уже пять минут находились в помещении, но ещё ничего не сказали и не спросили. – Ой, извините нас, пожалуйста, – сделала виноватое лицо Лена, поставив красивый флакон в форме женского тела на полку. – У нас ведь денег нет, мы просто так зашли. Не удержались, – Рыбакова немного покраснела и, опустив голову вниз, стала теребить края своего жёлтого лёгкого платья с цветочной вышивкой. – Вот эти духи просто волшебные... – произнесла Морозова, продолжая вдыхать акватические и цветочные ноты. – Да, это парфюмерия японского дизайнера, – поддержала разговор женщина, понявшая, что прибыли после визита двух подруг ей не ждать. – Давайте я научу вас правильно слушать духи, – она лёгкой и грациозной походкой вышла из-за прилавка и подошла к студенткам, аккуратно забрав красивый белый флакон из рук Юлии. Хозяйка взяла с полки маленькую бумажечку и несколько раз пшикнула на неё духами, а после развеяла аромат в воздухе и дала девушкам насладиться им сполна. – Обязательно заработаю деньги и куплю эти духи, – завороженно произнесла Морозова, одурманенная запахом. – И тебе подарю на День Рождения, Ленка, – добавила она, взглянув на подругу, на лице которой сразу же засияла широкая улыбка. – Хороший выбор. Духи действительно стоящие. Помнится, во Франции мне встречались похожие, – нежным голосом, словно вспоминая что-то, произнесла хозяйка. Она отвела свои светло-карие глубокие глаза в сторону и на несколько секунд замолчала, немного улыбаясь нахлынувшим воспоминаниям. – Вы были во Франции? – выкрикнула взбудораженная Лена, не выдержав. Она знала людей, побывавших в странах ближнего зарубежья, но знакомых из Европы у неё никогда не было, поэтому узнать о жизни там, в совершенно другом измерении, как казалось Рыбаковой, было очень интересно. – Я там жила со своим мужем пятнадцать лет, пока он не умер, а обстоятельства не вынудили меня вернуться на Родину, где за последние несколько лет всё так круто изменилось, – с особой печалью в голосе произнесла женщина. – Я приехала сюда хоронить родителей, но в агентстве ритуальных услуг меня жестоко обманули и оставили без гроша. Всё, что у меня есть – этот магазинчик, оставленный в наследство от отца, который всю жизнь занимался парфюмерным делом. Теперь я пытаюсь заработать денег и улететь в Марсель. Меня там дочь ждёт, Мишель, – разоткровенничалась хозяйка магазинчика. Видимо, ей совершенно не с кем было поговорить, и обычные студентки стали единственными, с кем она смогла завести разговор и даже поделиться своими трудностями. – Это так несправедливо... – протянула Юля, тронутая историей совершенно незнакомой ей женщины. – Вы должны вернуться к дочери. Все трое какое-то время молчали. Морозова и Рыбакова понимали, что им давно пора уйти и направиться в библиотеку, куда они собирались ранее, но почему-то не могли покинуть пределы магазинчика и вновь оставить эту красивую, словно сошедшую с обложки журнала женщину, в красивой и дорогой, но заношенной одежде и с безумно грустным лицом. Внезапно тишина в помещении была нарушена. Совершенно неожиданно открылась входная дверь, в которую вошли трое высоких и весьма крупных мужчин, внешний вид которых (все они были одеты в кожаные куртки чёрного или тёмно-коричневого цветов) говорил о том, что в парфюмерный зашли представители криминального мира, о существовании которых знал каждый. И каждый старался не связываться с ними, обходя дальней дорогой. Но двум студенткам и хозяйке магазинчика пришлось столкнуться с этими мужчинами лицом к лицу, так как они заняли практически всё свободное пространство в небольшой комнате, по которой вмиг разлетелся запах алкоголя и сигаретного дыма. На последнее у Рыбаковой была аллергия, поэтому она начала неистово кашлять, чем не могла не привлечь внимание к себе и рядом стоявшей подруге. – Лена, тише, – шепнула ей Морозова, хотя прекрасно знала, что рыжеволосая ничего не может поделать со своей непереносимостью к сигаретам. В тишине её голос прозвучал слишком громко, так что недавно вошедшие мужчины сразу обратили на стройную и высокую красавицу своё внимание. Они быстро осмотрели фигуру Морозовой и задержались взглядом на её привлекательном молодом лице. Девушка всеми силами пыталась скрыть подступивший страх, а потому холодно и с неким вызовом смотрела на каждого из мужчин, силясь от их напора не опустить глаза. Впрочем, двое из них быстро отвлеклись от Юлии, начав осматривать двух других представительниц прекрасного пола, а третий же продолжил смотреть на блондинку своими тёмно-карими, чуть ли не чёрными, глазами, словно стараясь запомнить каждую черту её идеального лица, на котором не было ни единой родинки, ни единого шрама или прыщика. Такой настырный взгляд молодого и весьма привлекательного мужчины не мог не раздражать Морозову, и она кое-как сдерживала себя, чтобы не кинуть какое-нибудь словечко в сторону самого настоящего бандита. – Добрый день, – вдруг заговорил этот мужчина немного хриплым голосом, медленно и с неохотой переведя свой взгляд на хозяйку магазинчика. – Давно бизнес свой ведёте? – спросил он. – Здравствуйте, молодые люди, – вежливо ответила явно раздражённая таким вторжением на её территорию женщина. – Зачем вам эта информация? Если хотите купить парфюм, то я помогу, а если нет – уходите, не пугайте других покупателей, – проговорила она, оставшись стоять на своём месте с невозмутимым видом и ровной осанкой. – Дамочка, ты берега попутала? – возмутился полный и самый высокий мужчина, которому на вид было не более тридцати лет, с лысой головой и высоким лбом, который делал его и без того полное румяное лицо большим и непропорциональным. Он собирался достать спрятанный за кожаной курткой пистолет, но товарищ остановил его, убеждая, что они смогут договориться со строптивой женщиной без угроз и применения физической силы. – Я не знаю вас, попрошу обращаться ко мне на «вы». Зовут меня Роза Михайловна Легран. И это мой магазин, я держу его уже два месяца, – дерзко отвечала хозяйка парфюмерной, гордо смотря в глаза мужчин. – Роза Михайловна, вы извините его, совсем с женщинами общаться не умеет, – проговорил кареглазый мужчина, поправляя свою недлинную тёмную чёлку, зачёсанную назад. На его оголённой руке сверкнуло что-то похожее на часы. – Я так понимаю, за вас не кому заступиться, – протянул он, меряя небольшое помещение своими шагами. – В таком случае мы с ребятами можем предложить свою помощь, – он наконец остановился в нескольких шагах от Легран и улыбнулся, кивнув в сторону своих приятелей. – Я не нуждаюсь в чьей-либо помощи, – быстро отрезала Роза Михайловна. – Вы, кажется, не знаете о реалиях современного бизнеса. Очень трудно нынче остаться на плаву, не имея достойной защиты, – продолжал говорить монотонным и скучающим голосом кареглазый, изредка поглядывая в сторону блондинки, которая вместе с подругой волей-неволей стала свидетелем этого разговора. – Саня, хватит уже базарить с ней! – на этот раз в беседу встрял другой мужчина, самый низкий и хилый из всех. Он явно являлся младше двух других, что было заметно по его молодому, практически детскому лицу. К тому же, обладал слегка кудрявыми волосами, которые даже при короткой стрижке торчали во все стороны, придавая хозяину шевелюры неряшливый вид. – Открывай кассу! – он вмиг достал пистолет и подлетел к хозяйке магазинчика, направив на неё своё оружие. Этим поступком молодой мужчина полностью изменил мнение студенток, которые посчитали, что такой симпатичный и тихий парень с добрыми глазами не может быть столь кровожадным и жестоким. Девушки взвизгнули от страха, когда увидели пистолет. – Лёня, ну что ты творишь? – обратился Александр к своему нетерпеливому товарищу. – Я думаю, мы смогли бы договориться. – Денег вы моих хотите, да? – воскликнула Роза Михайловна. – За что? За то, чтобы вы меня от таких же ублюдков, как вы защищали? Да у меня скромный бизнес. Духи женские продаю. У меня даже на билет во Францию денег нет! Нет! – Легран открыла кассу и вынула оттуда несколько купюр, повертев ими в воздухе, а после бросила их на пол. – А может ты их прячешь, а? – не унимался разозлившийся Лёня, в уже совсем не добрых глазах которого плясали черти. – Убирайтесь отсюда! Убирайтесь! – громко кричала женщина, совершенно не испугавшаяся пистолета, который по-прежнему был направлен ей в грудь. – Не боишься, что мы пристрелим тебя здесь? – вскричал Леонид. – А потом и подружек твоих? – он резко перенаправил оружие на девушек, которые от страха не знали, куда деться и вжимались в стеклянную витрину. – Это просто покупательницы, отпустите их, – попросила Роза Михайловна. Ей никак не хотелось, чтобы из-за неё пострадали невинные люди. – Может, у вас есть деньги, раз вы покупательницы? – Лёня полностью переключился на бедных девушек, которые дрожали, смотря на него и заламывали себе руки, стараясь не заплакать. Как же всё-таки обманчива бывает внешность. – Мы студентки, у нас ничего нет... – мямлила Рыбакова, – зашли сюда просто посмотреть... – А если поискать? – подключился лысый, который до этого момента молча наблюдал за ситуацией. – он приблизился к Морозовой, больно схватив её за руку и пытаясь забрать сумку, в которую девушка вцепилась мёртвой хваткой, не желая отдавать бандиту свои вещи, покупки, на которые копила столько дней, отказываясь от еды, чтобы порадовать любимого племянника. – Довольно, парни, довольно! – прозвучал голос их главного. – Мы же не станем грабить беззащитных девушек. Это низко. Лысый отошёл от Морозовой, а Лёня наконец опустил пистолет. Юля смогла вздохнуть более-менее спокойно и попытаться успокоить бешено бьющееся сердце, которое при неприятном и больном сжатии руки лысым готово было выскочить из груди. – Роза Михайловна, я надеюсь, что ваш бизнес начнёт приносить доход, потому что мы требуем ровно половину вашей прибыли, – Александр нагнулся, поднял деньги и, поделив их, вернул две купюры в кассу, другие же положил в карман своей чёрной куртки. – Мы будем наведываться к вам раз в неделю. Не забудьте подготовить деньги. А если другие будут беспокоить, то называйте моё имя, мы всё решим, – он направился в сторону выхода, но у двери остановился, бросив короткий взгляд на Юлю и даже чуть улыбнулся, чем изрядно напугал её. – Я Саша Ларин. Будем знакомы. И до встречи, – после этих слов он окончательно покинул помещение. – Вы здесь поосторожнее будьте, – сказал Лёня и выстрелил в один из прилавков, а после со своим товарищем покинул магазинчик вслед за главным. Пуля пробила стекло, которое осыпалось на пол, а также разбитыми оказались несколько флаконов с французскими духами. Роза Михайловна вмиг подлетела к прилавку и стала доставать из-под стекла уцелевшие флаконы, даже порезалась, но не прекратила своё дело. После она принесла веник и савок и стала подметать всё вокруг, заранее обдумывая, как бы восстановить витрину, ведь оставшихся в кассе денег хватало только на продукты к ужину. – Может, мы можем как-то помочь? – аккуратно спросила Лена, подойдя к Легран. – Нужно обратиться в милицию! Они должны что-то предпринять. Это беспредел! – вымолвила Морозова, поражённая всем происходящим здесь пару минут назад. Она много слышала о бандитах и их криминальной деятельности, но встретиться с ними на одной территории ей представилась возможность лишь сейчас. – Вы никак не поможете мне. Уходите, – сухо ответила Роза Михайловна, указав девушкам на дверь. Подруги не стали спорить и быстро вышли наружу, оставляя женщину наедине со своим несчастьем. Легран отбросила все собранные осколки в сторону и начала тихо плакать, понимая, что теперь она, возможно, никогда не вернётся во Францию и никогда не увидит свою любимую Мишель, которой обещала вернуться ещё в июле. – Они влетели туда, как коршуны! – вспоминала Лена, когда подруги уже вышли, или, правильнее сказать, убежали с рынка и, решив не посещать сегодня библиотеку, направились в общежитие, чтобы до конца дня просидеть там. – Разве можно так себя вести посреди бела дня...а их главный Ларин...он же на тебя постоянно смотрел! Я заметила! – Рыбакова заглянула в побледневшее лицо подруги и немного замедлила шаг. – Я тоже это заметила...и, как ты понимаешь, меня это очень напугало, – произнесла Юля, покрепче прижимая к себе свою сумку с покупками. – Надя рассказывала мне различные истории о бандитах. Они чего только не вытворяют сейчас с предпринимателями, не согласными на их условия, а также с симпатичными девушками вроде нас. – Ох, Юль, давай не будем даже думать об этом. И рынок этот обходить десятой дорогой. Мало ли их в Москве! Пойдём лучше борщ сварим, мне как раз Катька из тридцать шестой комнаты капусту и морковь должна, – закончила разговор о бандитах Рыбакова, хватая подругу за руку.