Хроники Земфии. Книга 3. Дары Прародительницы

      Ладарэль привёл Лилиэль обратно в замок и повёл по длинным коридорам. Целительница по пути любовалась красотой от сочетания белого камня и зелёных лоз. Камни и растения не уживаются вместе, но эльфам удалось чудесным образом объединить их, создав прекрасный город. Ещё Лили давно увидела огромное дерево, украшенное светиками. Она узнала Древо мира. Старшие эльфы рассказывали легенды о символе Эльфхаме. Лили испытала волнение и радость от того, что ей довелось вживую увидеть легендарное дерево.       Однако Лили было не до любования здешних красот. Её ждала девушка, которую нашли в Аварай. По пути Ладарэль рассказал как и при каких обстоятельствах он вместе с Адаранэсом и Ристис спасли незнакомку. Она почти выбралась на берег, но её сил оказалось недостаточно, чтобы сопротивляться бурному течению. Когда эльфы вытащили её из реки, девушка потеряла сознание от истощения и до сих пор не просыпалась. Целители утверждали, что это от сильного переутомления.       Выслушав принца, Лили очень понадеялась, что незнакомка сильно не пострадала. Впрочем, скоро она лично во всём убедиться.       Наконец, они остановились перед дверью в комнату, где находилась пострадавшая девушка.       — Спасибо, что привёл. Можешь подождать здесь? Мне нужно осмотреть её. Потом поделюсь своими выводами, — попросила Лилиэль.       — Хорошо, — согласился принц и прислонился спиной к стене, готовый ждать. Лили благодарно улыбнулась, открыла дверь и вошла.       Стоило двери закрыться, эльфийка ошеломлённо застыла. Потому что она увидела ту, кого меньше всего ожидала увидеть.       На широкой белой постели лежала Джанна. Она с закрытыми глазами лежала на спине, положив руки на животе. Длинные чёрные волосы рассыпались по подушке. Судя по всему, как её положили, так она и лежала всё время. Даже одежда на ней, грязная и поношенная, была той же, в какой была в Шахре. Простыни впитали влагу с волос и одежды Иной.       Но удивило Лилиэль не это. Она не понимала, как Джанна оказалась в реке, что привела её к эльфам, и что с ней произошло. Что-то случилось с Иными после битвы с Джосером? Когда Непобедимые и Иные одолели лавкрафта, последние поспешно ушли, и о их дальнейшей судьбе ничего неизвестно. Лили забеспокоилась. Вполне с Джанной, Элвардом и Грохтом произошло нечто серьёзное.       Лили подкралась к кровати, боясь потревожить покой Джанны. Она либо спала, либо лежала без сознания. Целительница не знала, какая природа у Иных и как быстро они восстанавливаются, но решила по-быстрому осмотреть её и обо всём рассказать Ладарэлю. А также друзьям. Она обязаны знать, что эльфы, сами того не ведая, спасли врага.       Стоило Лилиэль приблизиться и наклониться, как вдруг Иная открыла глаза. Сверкающие красным блеском очи вперились в неё пронизывающим взглядом. Лили испугалась и чуть не закричала, но Джанна с необычайной прытью, несвойственной больным, подскочила, схватила эльфийку за запястье одной рукой, а другой зажала рот.       — Тихо! — прошипела полукровка зловещим шёпотом, чтобы никто не слышал. — Только посмей закричать и я тебе руку сломаю, поняла?       Испуганная Лили кивнула. Джанна ещё раз кинула предупредительный взгляд и отпустила её. Эльфийка выдохнула и потёрла запястье, что было в захвате. У Иной хватка довольно сильная. Теперь на руке образуются синяки.       Джанна спокойно села на кровати и выжидательно посмотрела на Лилиэль. Она выглядела настороженной, но не раненной и утомлённой. Эльфийку Иная не считала угрозой, поэтому не вела себя агрессивно, но явно не хотела, чтобы кто-то узнал её самочувствии.       — Что ты здесь делаешь? — спросила Джанна.       — То же самое я хотела спросить. Мне рассказали, что тебя нашли в реке Аварай и принесли сюда. Но что с тобой произошло?       Джанна скривила губы:       — Я спасала свою жизнь. А ты? Если ты здесь, значит, Непобедимые тоже.       — Да, мы держим путь на север. Но эльфы попросили у нас помощи в решении конфликта с дроу. А Мийфа хочет объединиться с обоими народами.       Иная задумчиво отвела глаза в сторону.       — Да, это очень похоже на неё. Хотя не лишено смысла. Дроу и эльфы могут стать ценными союзниками против лавкрафтов.       — Позволь мне тебя осмотреть, — Лили протянула руку. Но Джанна, вскинув голову, зло посмотрела на эльфийку и отпрянула от её руки, как от чего-то опасного.       — Не трогай меня. Не видишь, я в порядке? Лавкрафторская кровь быстро исцеляет и устраняет травмы. Всё, что мне нужно, это покой. Я восстанавливала силы до того, как ты пришла.       — Мне сказали, что, когда тебя принесли в замок, ты не приходила в сознание. Сутки лежала подвижно. Зачем ты притворялась?       Джанна пристально посмотрела на эльфийку. В алых глазах горел огонь. Заглядывая в них, Лили поняла, что Иная не из тех, кто легко сдаётся на милость судьбы. Она та, кто будет бороться, несмотря ни на что. Будет вырывать свою жизнь клыками и когтями. По какой бы причине Джанна не оказалась в Аварае, она сделала это осознанно, спасаясь от нечто ужасного.       — Эльфы спасли меня только потому, что увидели во мне человека. Узнай они о моём лавкрафтовском происхождении, то убили бы прямо на месте. Я собираюсь отлежаться и сбежать отсюда. Чем скорее, тем лучше.       — Мы можем помочь тебе. Мийфа всё ещё надеется объединиться с тобой.       Иная усмехнулась, сдерживая рвущийся наружу смех.       — Я не соглашалась на союз с вами. Пускай у нас одна цель, но методы разные. Пока вы ищете какие-то древние записи и гадаете, кто такие лавкрафты, я ищу оружие или тех, кто сможет дать им отпор. Джинны не согласились, теперь мне придётся искать силы у фэйри.       — Ты не права, — нахмурившись, Лили посмотрела прямо в глаза полукровке. — Мы тоже ищем союзников для борьбы против лавкрафтов. Джинны и пери уже вступили в союз с нами. Сейчас Мийфа ищет способ решить конфликт между эльфами и дроу и заключить союз с ними.       — Что ж, удачи вам, — усмехнулась Джанна. По её лицу было видно недоверие. Она не верила, что можно помирить враждующие стороны. Решив окончить разговор, Джанна легла обратно. — Заканчивай и уходи.       Когда Лили наклонилась, чтобы ещё раз осмотреть её для достоверности, Иная прошептала ей на ухо:       — Я знаю, что ты обязательно расскажешь обо мне друзьям. Можешь делать это, но об одном попрошу: не говорите об этом эльфам. Скоро я уйду из Эльфхама, и будет хорошо, если никто не заметит.       Лили кивнула. Джанна облегчённо выдохнула и закрыла глаза.       Ладарэль стоял в той же позе, в какой оставался. При виде целительницы он радостно улыбнулся. Лили посмотрела на него. Не подслушивал ли он?       — Как она? Ещё не очнулась? — спросил Ладарэль. Вроде его вопрос звучал искренно, но не могло ли это притворством? Вдруг он проверял её на искренность?       Лили бросила взгляд на дверь.       — Нет, она по-прежнему без сознания. Но я осмотрела её. Никаких повреждений нет. Девушка потеряла сознание от переутомления.       Она солгала.       Лилиэль сама не понимала, почему соврала принцу. Джанна не друг и не союзник Непобедимых, но целительница знала, что будь на её месте Мийфа или кто-то из команды, то каждый сделал то же самое. Возможно, это заставит Джанну пересмотреть своё отношение к ним.       — Интересно, почему же она оказалась в реке? — задумался Ладарэль. Похоже, он поверил в ложь. Невольно у Лили вырвался облегчённый выдох. Она тоже хотела узнать, что случилось с Джанной, но Иная ничего не расскажет. Эльфийка захотела поскорее вернуться к друзьям и обо всём рассказать.       — Извини, Ладарэль, мне пора возвращаться к друзьям. Они явно волнуются, — сказала Лили, мягко улыбнувшись.       У Ладарэля замерло сердце. Это была самая прекрасная, добрая и лучезарная улыбка, какую он никогда ни у кого не видел. В груди стало тепло, словно внутри засияло солнце. Принц почувствовал сильное желание обнять Лилиэль и никогда не отпускать, но сдержался от опрометчивых действий. Во-первых, не положено, если они не пара. Во-вторых, это могло отпугнуть Лили.       — Хорошо. Сладких снов, Лилиэль, — ответил Ладарэль. Неожиданно взял и поцеловал её руку. От мягкой и гладкой кожи исходил сладкий цветочный аромат.       Лили ярко покраснела. Стоило Ладарэлю отпустить её, как целительница поспешила уйти. Она шла быстро, чуть не переходя на бег. Сердце билось, как птица, желающая вылететь из клетки. Дыхание участилось не то от смущения, не то от быстрого шага. Принц поцеловал ей руку! Перед глазами всё ещё стоял образ эльфа с влюблёнными глазами. Лилиэль уже поняла, что Ладарэль влюбился в неё, вот только она не была готова ответить ему взаимностью. Что-то не давало почувствовать то же самое. Однажды влюблённая, Лили знала, что любовь не приносит только радость. Она причиняет и боль. И целительница боялась сделать больно принцу, который так хорошо относился и к ней, и к Непобедимым.       Снова она вспомнила спасённого в лесу дроу. Его образ нёс в себе таинственность, что манила с немалой силой. Лили очень хотела встретиться с ним и поговорить. Она не верила, что все тёмные эльфы несут зло и разрушения, как утверждали её сородичи.       Вернувшись в комнату, Лили увидела Мийфу и Эльду. Фэйто нигде не было. Как только эльфийка вошла, подруги посмотрели на неё.       — А где Фэйто? — спросила Лилиэль.       — Она отправилась к Древу мира. Сказала, что хочет поближе посмотреть на него, — ответила Мийфа, потом указала на стол, где лежали тарелки с ещё горячей едой. — Ты пропустила ужин, потому я попросила принести тебе еду.       Лили благодарно улыбнулась, села за стол и принялась за ужин. Во время трапезы она поведала подругам о том, что случилось. У обеих округлились глаза. Эльда чуть не схватилась за меч. Мийфа заметно напряглась, особенно при упоминании Джанны.       — Почему ты не рассказала о Джанне принцу? Эльфы должны знать, что к ним попал враг, — сказала Эльда, когда Лили закончила рассказ.       Эльфийка, поджав губы, посмотрела на Мийфу.       — Не знаю. Некое чувство не позволило мне предать её ожидания. Мне кажется, если мы будем на её стороне, то Джанна однажды осмыслит и поможет нам. Вспомните, она помогла нам в борьбе с Джосером.       Мийфа с Эльдой не нашли слов для ответа. Воительница сжала губы, выражая полное недоверие к Джанне и к поступку Лили. Волшебница же понимала, почему Лилиэль так поступила. Она бы сделала то же самое. Какой раз Мийфа задумалась: почему пути Непобедимых и Джанны сходятся? Судьба этому способствует или Дара? Какие у богини замыслы?       Мийфа взяла гримуар и нежно провела пальцами по кожаной обложке. От неё исходило приятное тепло, как от живого существа. Мийфа хотела получить ответы на все вопросы, но понимала, что за них нужно очень хорошо постараться. Придётся обойти весь мир, чтобы потом спасти его от грядущей катастрофы. А Мийфа знала, что катастрофа непременно произойдёт, если они не остановят лавкрафтов.       На следующий день Непобедимые встретились с королевской четой и обсудили предстоящие действия. Снова Мийфа настаивала, что с дроу стоило заключить перемирие. Она считала, что союз с эльфами и дроу очень поможет в борьбе с лавкрафтами. Именно Королева виновна в их несчастье, это она наслала на лесной народ болезнь, что обратила некоторых в «тёмных». Король Фернав оставался невозмутим, отвечал, что дроу не отличаются от лавкрафтов. Однако королева Мерилисс внезапно встала на сторону Мийфы и сказала мужу: «Нужно дать им шанс». Это очень удивило всех. Мерилисс объяснила свой поступок тем, что устала от долголетней вражды и хотела закончить её раз и навсегда.       — Эльфхам достаточно настрадался от кровопролитий и слепой ярости. Что эльфы, что дроу, все страдали от войны. Пора оставить тёмное прошлое позади и двигаться дальше. Мийфа Валетэйм, ты — избранница Прародительницы. Богиня выбрала тебя не только в качестве хозяйки гримуара, но и потому, что верит в твою способность привести мир в лучшее будущее.       Мийфу изрядно удивили поддерживающие слова эльфийской королевы. Смотря на неё, девушка встретилась с её нежным взглядом. Впервые Мерилисс была искренна.       Фернав осознал, что с женой не поспоришь, и смягчился.       — Хорошо. Вы можете попытаться, — он выделил это слово, — заключить мир между нашими народами. Недавно, до вашего прибытия, мы отбили атаку дроу, и они укрылись в своей деревне, чтобы зализать раны. У вас есть время на переговоры.       — Замечательно. Нам нужно дойти до деревни дроу и поговорить с ними, — кивнула Мийфа.       — С вами отправятся Ладарэль и его телохранители, — добавил Фернав. — Присутствие эльфов убедит дроу в благих намерениях.       Ладарэль просветлел и одарил Лили улыбкой. Целительница смущённо отвела глаза. Несомненно, это видели все, но никто не стал заострять внимание. Под телохранителями принца Непобедимые подумали о Адаранэсе и Ристис. Если малословный эльф вызывал у них симпатию, то со вздорной эльфийкой никто не хотел видеться. Но пришлось смириться, ибо Ладарэль доверял двоим, как себе.       Вскоре Непобедимые и трое эльфов собрались в дорогу. Как выяснилось, убежище дроу располагалось на северной границе Эльфхама, и добираться туда предстояло два дня. Перед тем, как отправиться в путь, Ладарэль предложил сходить к Древу мира и помолиться у него Прародительнице за успех в миссии. Никто не возражал.       Древо мира издалека выглядело большим, а в близи — до нельзя огромным и могучим. Чем ближе они походили, тем высоким и широким казалось легендарное дерево. Его зелёные кроны закрывали небо, как крыша. Бутоны светиков днём не светились, потому Древо обвивали лозы, но оно не переставало выглядеть впечатляюще. Тогда же Непобедимые увидели толстые корни, расползающиеся по земле, на территории города и за его пределами. Получается, легенда о появлении Эльфхама из корней Древа мира правдива.       Подойдя к широкому, как стена, стволу Древа, эльфы смиренно опустили головы, сложили руки и мысленно зачитали молитву Прародительнице. Непобедимые последовали их примеру.       «Великая Дара, помоги нам. Пусть эта кровопролитная война закончится. Я верю, что тёмных эльфов можно спасти. Пускай ты сражалась против лавкрафтов и потеряла своего супруга, в тебе живёт доброта. Если ты действительно избрала нас, то помоги в сохранении мира, что ты создала», — мысленно просила Мийфа богиню.       Никакого ответа не было. Но по спине Мийфы вдруг прошлось тепло. Словно чья-то рука коснулась. Так Дара устанавливала связь между ними.       Молитва закончилась, и теперь можно было отправляться в путь.