Хроники Земфии. Книга 3. Дары Прародительницы

      Утро выдалось холодным и туманным.       Мийфа покрывалась гусиной кожей, когда ополаскивала лицо водой из ручья. Того самого, на берегу которого она и Дрен занимались любовью. Да, не страстью или похотью, а именно любовью. Воспоминания о прошлой ночи пробуждали на лице жар, что девушка пыталась снять холодной водой. Несмотря на мрачное, серое утро, её настроение было на высоте.       За скудным завтраком Фэйто протянула Мийфе стакан с непонятным варевом. На вопрос волшебницы фэйри ответила загадочной улыбкой. Лишь выпив отвар, Мийфа узнала по вкусу зелье, которое пила после лишения невинности. Похоже, Фэйто заботилась, чтобы другие обстоятельства не мешали их путешествию.       Мийфа замечала многозначительные взгляды спутников. Кто-то смотрел с интересом, кто-то — с удивлением, а некоторые — недовольно. Все прекрасно понимали, чем Мийфа и Дрен так долго занимались у ручья. Но она не стыдилась этого. Чего стыдиться, если всё произошло по любви? Дрен, уплетая жаренную дичь, выглядел чрезвычайно довольным. Глядя на него, Мийфа чувствовала в груди тепло. А когда он смотрел на неё и лукаво улыбался, она ощущала распространяющаяся в теле жар, до покалывания в пальцах.       После группа отправилась дальше. На этот раз между ними не было вчерашнего напряжения, но разговоров никто не вёл.       Мийфа и Дрен теперь шли рядом, часто соприкасаясь руками. Между ними царила полная идиллия. Когда их глаза встречались, в них читалось понимание. Даже без слов они понимали друг друга. Остальные чувствовали вокруг пары флюиды любви. Их чувства было видно невооружённым глазам.       Группе часто попадались на пути густые кустарники с обглоданными ветками и полевые цветы, но чем глубже она заходила на север, к поселению дроу, тем меньше замечали признаков жизни. Воздух становился холоднее. Сосновый бор перешёл в березовый лес, а затем потянулись степные просторы. Эльфы верили, что в этих землях обитают их заражённые сородичи.       Они шли сквозь рощицу голых ив, сухая земля хрустела под ногами. Тайрон указал на гнездо перепелятника, и Мийфе внезапно захотелось просто идти так вечно. Как бы она ни желала о горячей еде и тёплой кровати, что даже в Лехарском приюте считалось роскошью, Мийфа боялась того, что случится, когда всё закончится. Что, если они соберут все части летописи и расшифруют записи? Как это повлияет на них? Помогут ли знания одолеть лавкрафтов? Хватит ли Непобедимым сил, чтобы освободить мир от жестокости Королевы? Если бы только они могли и дальше шагать бок о бок и спать в обнимку под звёздами. Может, эти тихие рощи смогут приютить их и защитить от всего зла в мире? Глупые мысли. Земфия огромна и жестока. А Непобедимые — не странные древние существа, выходящие в мир с наступлением сумерек. Они — путешественники, и им не удастся скрываться от своих врагов вечно.       Мийфа глубоко вздохнула, пытаясь не вдаваться в мрачные мысли. Сначала надо разрешить конфликт между эльфами и дроу, а потом думать о более глобальных проблемах.       Северная тропа вела через рощи карликовых лиственниц и луга с красным лишайником. Эльфы шли очень решительно и легко. Воздух казался влажным и прохладным, и Мийфа пару раз ловила Дрена на том, что он поднимал взгляд на пасмурное небо, но всё равно продолжал идти дальше. После полудня группа добралась до небольшого холма, плавно спускающегося к широкому плато, покрытому редкой травой. Они поднимались и спускались, а затем снова поднимались и спускались, от чего Сайрес чуть не взвыл.       Но раньше всех вспылил Дрен:       — Долго ещё мы будем так петлять? Такое чувство, будто ходим кругами, а до населения дроу не дойти не в состоянии!       Мийфа тут же схватила его за руку.       — Потерпи немного. Скоро мы придём к нужному месту.       Проклятый тяжело вздохнул, стараясь сохранять спокойствие. Но это долгое блуждание изматывало.       — Мы почти на границе Эльфхама. Будьте осторожны. Дроу очень враждебны ко всем, кто заходит на их территорию, — полушёпотом предупредил Ладарэль, сжав рукоять меча. Адаранэс и Ристис тоже вооружились луками и вытащили колчанов стрелы, готовые пустить их в любого, кто посмеет их атаковать. Непобедимые тоже приготовились к внезапной опасности.       Вдруг Тайрон резко к чему-то принюхался. Он шумно вдохнул воздух и произнёс утробным голосом:       — Пахнет кровью.       Сайрес, самый высокий из всей группы, сощурился, заметив что-то вдалеке. Дракон раздул ноздри, вдыхая воздух с металлическим оттенком.       — Там кто-то ранен. Кто-то большой и белый.       Услышав это, Ладарэль неожиданно побледнел и сорвался с места. Он побежал в сторону того белого нечто, словно настигнутый страхом. Его телохранители поспешили за ним. Непобедимые переглянулись и, ведомые плохими предчувствиями, последовали за эльфами. Когда они приблизились и разглядели, то поняли весь ужас ситуации.       На сухой земле лежал белый олень. Большое и красивое животное не шевелилось при приближении посторонних. На шее зияла рана, окрашивая белую шерсть и землю кровью. Чёрные остекленевшие глаза оленя смотрели в небо. Было видно, что несчастному оленю проткнули шею. Эльфы, будто не веря увиденному, наклонились к священному зверю Эльфхама. Все, как один, побледнели. Ведь белого оленя не только лишили жизни, но и отрезали часть рогов.       Доляк побелел лицом и зажал рот рукой, подавляя тошноту. Дрен скептически посмотрел на него. Некромант, а мертвецов боится!       Эльфы выглядели не менее ошеломлёнными, чем Непобедимые. Их не столько удивила смерть оленя, сколько то, что кто-то посмел лишить жизни и осквернить его.       — Они убили оленя… Лишили жизни священного зверя! — голос Ладарэля дрожал от едва удерживаемой ярости. — Они зашли слишком далеко! Даже отпилили рога для укрепления сил!       — Подождите! Не рубите с горяча! — вмешалась Мийфа. — Следов нет. Откуда вы знаете, что именно дроу виновны в гибеди оленя? Возможно, это сделал кто-то другой.       — И кто это может быть, по-твоему? — ехидно поинтересовалась Ристис. Адаранэс сжал рот в тонкую полосу. Он ничего не сказал, но его взгляд красноречиво говорил о затаённых гневе и страхе.       Мийфа выдержала эльфийские взгляды.       — Лавкрафты.       Все вздрогнули. Эльфы побледнели. Непобедимые знали, что волшебница ответит, но тоже побледнели. Потому что осознание того, что враги добрались до древнего волшебного леса и совершили самый непростительный поступок — убили священное животное. Если это так, то… Лавкрафты скрывались где-то в лесу и ждали подходящего момента для атаки. Не исключено, что монстры охотились на Непобедимых, особенно на Мийфу, к которой Королева лавкрафтов проявила особый интерес.       Ладарэль покачал головой:       — Это невозможно. Как чудища могли пробраться сюда? А даже если это так, то как и зачем они прикончили оленя на территории дроу?       Мийфа с жалостью посмотрела на несчастного зверя.       — Чтобы рассорить вас окончательно. Лавкрафтам не обязательно пачкать руки кровью, когда можно столкнуть враждующие стороны и они сами друг друга перебьют.       Внезапно все насторожились. Откуда-то улавливалось чьё-то движение. Кто-то стремительно приближался к ним. Союзники сплотились в круг и приготовились обороняться. Воздух застыл от угрозы.       Первыми атаковали эльфов. Ладарэль отразил атаку мечом. Его противник на миг замешкался. Ристис, воспользовавшись этим, выстрелила из лука. Враг ретировался, спасаясь от стрелы. Адаранэс парировал удар от другого нападавшего. Непобедимые тоже включились в борьбу. Враги нападали на них, стремясь добраться до Лили, потому команда защищала её. Фэйто призвала свой клинок и легко отражала удары сразу двоих противников, не гнушаясь применять и магию. Вооружённая Эльда и Доляк закрывали собой Лили и не позволяли врагам достать её. С грозным рыком Тайрон голыми руками ловил противников и отбрасывал в сторону, совершенно не боясь лезвий мечей и стрел. Сайрес ударами лап, крыльев и хвостом сметал противников. Дрен, призвавший косу, и Мийфа сплотились и сражались вместе. Проклятый бил косой, а волшебница хорошо отбивалась заклинаниями, что освоила недавно. Они сражались и при этом защищали друг друга. Из них получился прекрасный дуэт.       Врагов было много, и они нападали со всех сторон. Непобедимые видели их сероватую кожу, бесцветные волосы, острые клыки и длинные остроконечные уши. Без сомнений, это дроу! Они атаковали яростно и жестоко. Непобедимые заметили, что враги в первую очередь нападали именно на эльфов, поэтому защищали их. Ненависть и многовековая ярость ощущались между враждующими сородичами.       Ристис без остановки пускала стрелы на дроу, пока Ладарэль и Адаранэс защищали её. При этом принц бросал беспокойные взгляды в сторону Лилиэль, переживая за неё. У самой Ристис на лице отражалась смесь боли, гнева и отчаяния. Перед её мысленным взором стоял тот страшный день, когда она потеряла свою семью. И сейчас она стремилась утолить эту боль.       — Ристис, держи себя в руках! — внезапно прокричал Адаранэс, отбившись от ещё одного дроу.       — Заткнись! — резко ответила эльфийка и выпустила следующую стрелу, попав в плечо нападавшего дроу. А по её щекам уже текли слёзы.       Из-за размывающих зрение слёз она не заметила другого дроу, что умело крался к борющимся эльфам. Быстро настигнув цель, он вонзил кинжал в Ристис. Её плечо обожгла боль. Эльфийка упала на колени, обронив лук, и схватилась за раненое плечо. Дроу уже хотел добить её, но ему помешал Тайрон, отбросив в сторону.       Лили кинулась к раненной эльфийке и наклонилась, не обращая внимание на царящую вокруг опасность.       — Позволь помочь тебе, — произнесла целительница, протягивая руку. Но Ристис грубо шлёпнула её по руке и стрельнула острым взглядом.       — Мне не нужна помощь от такой, как ты!       Лилиэль нахмурилась. Она достаточно натерпелась грубого и пренебрежительного отношения к себе. Раньше она не выделялась, старалась держаться отстранённо и сильно смущалась от чужого внимания. Теперь Лили понимала, что выдавала образ слабой девушки, которую каждый пытался задеть. Но больше она не собиралась терпеть такого отношения к себе. Целительница желала идти по своему пути.       — Нет, я это сделаю, хочешь ты или нет! — твёрдо ответила Лилиэль и, не дожидаясь реакции, положила руку на рану. Ристис удивилась, когда почувствовала в теле приятное, ласкающее тепло. Она видела зелёный свет, исходящий из рук целительницы, но не получала никакого вреда, при этом видела, как тяжело это даётся Лили. Наконец, целительница закончила. Ристис опустила взгляд на плечо. Ни крови, ни боли.       — Почему? — только и спросила Ристис, не скрывая удивления.       Лили не успела ответить.       Вдруг чужие сильные руки схватили её за талию, крепко прижав к горячему мужскому торсу. Лезвие подставленного к шее кинжала обожгло холодом кожу. Любое движение — и не миновать крови.       Напавший наклонился. Лили почувствовала его горячее дыхание на своём ухе, жар окатил её тело.       — Не дёргайся. Я не причиню тебе вреда, если будешь спокойной, — прошептал он.       Глаза Лили расширились. Она узнала его голос.       — Ты? — только и выдала эльфийка, не смея шевелиться. Лезвие у шеи не было глупой шуткой. Но её пугала вовсе не близость возможной смерти. А то, что дроу, которого она спасла, сейчас взял её в заложники и угрожал жизни!       — Отпусти её! — Ристис быстро подобрала свой лук, приложила стрелу и направила на захватчика. Голубые глаза эльфийки напоминали чистый лёд, в них пылал гнев. Но ещё Лили увидела в них страх и волнение. За неё.       Дроу не шевельнулся. Кажется, он вообще не испытывал никакого страха.       — Не советую этого делать. Если тебе безразлична моя жизнь, то рисковать её ты вряд ли посмеешь, — даже его голос звучал ровно, без каких-либо эмоций.       Руки Ристис задрожали. На её лице выражалась целая гамма чувств. Она действительно не могла выстрелить. Пусть она терпеть не могла целительницу из далёкой, уже уничтоженной деревни, но поднять руку на неё не могла. Ристис ни за что не хотела вредить сородичам. К тому же Лили только что помогла ей. Ристис стала бы чудовищам, если бы выстрелила в свою спасительницу. Гадкий дроу это видел и воспользовался!       — Пожалуйста, не делай этого, — прошептала Лилиэль, сама не понимая, о чём просит. Дроу молчал, не ослабляя хватку. Если бы не кинжал у шеи, она бы повернулась и посмотрела в его глаза. Лили хотела понять, что он испытывал сейчас. Неужели ненависть дроу к эльфам настолько сильна, что он готов убить ту, кто спасла его? Нет, она не хотела в это верить.       — Остановитесь! — внезапно крикнул дроу. Его мощный голос пролетел над полем битвы. Все, как по команде, остановились и посмотрели на дроу с заложницей. Непобедимые, увидев подругу в опасной ситуации, поняли, что дело приняло худший оборот.       — Отпусти Лили! — приказала Эльда, направив меч на дроу.       — Нет. Она — гарантия за нашу безопасность, — холодно ответил тот. По спине Лили проскочили мурашки.       Вперёд вышла Мийфа. Её лицо выражало абсолютное спокойствие. Если бы Непобедимые не знали её, то посчитали бы, что ей всё равно на жизнь подруги. На самом деле, волшебница не меньше других боялась за Лили, но старалась этого не показывать.       — Что вы хотите?       — Поговорить. Вы ведь за этим сюда пришли, не так ли?