Знакомство с семьёй

***

Воспитание детей начинается с

зачатия. На ребёнке отражается

физическое и духовное состояние

родителей в момент зачатия.

Махатма Ганди

      — Тебе нельзя так скакать, знаешь же.       Кира тяжело вздыхает и вымученно смотрит на У, вспотевшего от того, что устроил «гонки» с проезжающей мимо машины до светофора. Поспорить с этим «чудом» Кира не успела — оно рванула так, будто петарду в зад вставили.       — А ещё знаю, что твой спиногрыз мне все почки отбил!       Капризно фыркает У, подкатывает глаза и смотрит то ли игриво, то ли обиженно, то ли грустно. Вообще, У всегда было тяжело понять — он шутил с серьёзным лицом, а с весёлым травил глупые анекдоты, а иногда наоборот.       А беременность…       Она сделала непонятного У ещё более непонятным, капризным и требовательным до внимания. А бросить такое «чудо» Кира не может. Во-первых, жалко эту слюнявую гиену. Во-вторых, он совершенно один и вряд ли справится в своём положении. В-третьих, ребёнок для Киры родной, она его мать или же вс-таки отец? Она до сих пор не понимает, кем является для плода и как тот умудрился быть зачатым, если в У ничего не пихали. Это он орудовал членом.       — Если у ребёнка не будет твоих волос и твоей задницы — я страдал зря!       У страдальчески, уложив ладонь на крупный живот, где заметно толкается плод. Прошло всего пять месяцев, а на вид — все девять. Вроде как, если верить словам У, ребёнок появится на свет через недели две. Вроде как, у расы У беременность длится совсем ничего, чуть больше, чем у породистых собак, а роды проходят ужасно. Кира с содроганием сердца ждёт дня, когда у У начнутся роды. Он же будет и страдать, и орать, и отталкивать, и просить помощи…       И всё одновременно.       — Как же болит спина… не могу!       Не унимается и скулит У.       — Это знак, чтобы ты не носился, а сидел спокойно дома.       Кира ловит на себе возмущённый и обиженный взгляд, потому прикусывает язык, размышляя, что в следующий раз придётся надевать сразу штук тридцать презервативов, чтобы «неожиданности» и не думали всплывать.       - И что? И вязал, пока ты развлекаешься?       У снова глупо ревнует, но и прикрикнуть нельзя — он же боится, что его бросят, да и говорят за него взбушевавшиеся гормоны.       - И отдыхал, пока я лежу рядом.       Устало улыбается Кира, а У осторожно берёт её за руку.

***