Я снова стою на твоем этаже

2 августа 2023 Ключ пару раз чиркнул в замке, и Ваня переступил порог своей квартиры. В нос тут же ударил запах жареной картошки, в глаза сразу бросилось, что в коридоре горит свет. Взгляд, зацепившийся за чужие кроссовки на полу, машинально метнулся в сторону кухни, откуда шло тепло и доносились приятные звуки шкворчания масла. Следом за хлопком двери из-за угла высунулась Аня. — Привет, — девушка в старой черной футболке и велосипедках улыбнулась и помахала мокрой кухонной лопаткой. — Ты откуда? — Из Омска. А ты? — ответил Ваня, снимая тонкую ветровку. Аня снисходительно улыбнулась и покачала головой: — Из Москвы... Ну правда, где ты был? — Бегал... — Ой, ну правда, где? — С другом. — С Саней? — Нет. — С Вовой? Он помотал головой, помог ей убрать волосы с лица и присел на стул. — Ты его не знаешь. Наверняка она и о Сане с Вовой знала только с его слов. Ваня никогда не брал ее в свои компании, тем более стримерские: Аня была слишком доброй и невинной для этого общества. Да даже для обычных людей. Она правда была сущим ангелом. Ваня не помнил, видел ли ее злой или без настроения. Да, иногда она могла плохо себя чувствовать, быть уставшей, но, несмотря на это, всегда оставалась доброй и терпеливой. Казалось, она никогда не грустила и не жаловалась, не болела и не злилась. Если бы Ваня верил, что душа существует, то ее бы выглядела как что-то чистое и теплое. И обязательно белое! Например, пух, или шерсть, или вата. Она и сама была такой же мягкой и нежной. Чем больше времени они проводили вместе, тем меньше он понимал, как такие люди вообще могут существовать. Как им живется в мире, полном насилия, лицемерия, лжи, безответственности, глупости, разной грязи и прочего? Аня словно не признавала для себя всего этого. Она не позволяла себе обсуждать других за спиной, лгать, ей были чужды зависть и эгоизм. Кто-то назвал бы ее чересчур принципиальной или просто занудой, но Ваня знал, что именно это позволяло ей оставаться такой открытой и искренней. Знакомых у нее было много. Большинство людей уважали и любили ее, у нее было много поклонников, но она знала себе цену и не подпускала к себе тех, в ком сомневалась. Ее друзья и близкие были для нее опорой. Как же тогда она оказалась рядом с Ваней? Его вроде еще не причислили к лику святых. Если честно, он и сам не раз задавался этим вопросом. Хоть у него были свои тараканы в голове, но он, в конце концов, человек, а Аня умела видеть красоту в людях. Других версий у него не было. Аня поставила перед ним тарелку и присела рядом, задумчиво наблюдая за тем, как золотистые дольки исчезают у него во рту. — Ты чего такой молчаливый? Или задумчивый... — Аня склонила голову набок, пытаясь поймать его взгляд. — Я тебя и так редко вижу. Вечно пропадаешь где-то... — вымученно улыбнулась она. Эта улыбка словно делала ее лицо тускнее. — Жнаю, — сказал Ваня с полным ртом картошки. — Мне сейчас опять нужно будет уйти. — Он пожал плечами и отправил в рот еще одну вилку. — Куда? — Просто мероприятие. Ей достаточно было услышать эти два слова, и вопросов больше не оставалось. Она никогда не расспрашивала, что за мероприятие, кто там будет и до скольки: не видела смысла в этих вопросах, если не ей туда идти. Она уже давно убедилась, что у Вани есть голова на плечах и на него можно положиться. И все же она спросила: — Ты один пойдешь? — Ну, к сожалению, ни одна эскортница из тех, кому я звонил, не согласилась, так что да. — Он жалобно всхлипнул и отложил вилку. Аня улыбнулась: — Мне кажется, у тебя просто мало контактов. А что, твоих друзей там не будет? — Ну, кто-то точно будет, но я не спрашивал. Вряд ли много людей придет: не такое крупное событие. Но кто-нибудь точно припрется, — он пожал плечами. — Не волнуйся, скучать не буду. — А я по тебе скучаю, — задумчиво подперев голову рукой, сказала Аня. Ванино лицо приняло крайне удивленное выражение. — Почему? Девушка пожала плечами: — Трудно не скучать, когда я тебя вижу два раза в неделю. Может, чаще... Это правда. В последние полмесяца времени катастрофически не хватало. Ваня не делал ничего особенного, но оно словно утекало сквозь пальцы. Летом больше трафик, лучше настроение, погода, и он ловил эту волну. Все успевать было сложно. У него был график «рабочих» дней, но планировать что-то помимо них было трудно. Чаще всего занятие для досуга находилось спонтанно. Вот сегодня он был в гостях у Сережи. И позавчера тоже. И, кажется, на прошлой неделе. Уже как полмесяца было для них обыденностью. Оказалось, что с ним правда может быть весело, особенно если вовремя отключить мозг и расслабиться. Ваня заметил, что, когда он перестал надумывать, прятать улыбку и стесняться, ему стало легче. Во всех смыслах. Легче воспринимать Сережу, легче общаться с другими людьми, легче жить. Даже окружающие стали замечать, что он «какой-то другой». И всего-то нужно было отпустить себя. Конечно, получалось не всегда, но он в полной мере ощутил, как много это может значить. За это время Сережа научил его не только искренности, но и дрифтить на электросамокате, выносить из магазина двухлитровые коробки сока, бесплатно смотреть фильмы на кинопоиске, делать стойку на руках, битбоксить и читать на немецком. Научил ли его чему-то Ваня? Может быть, ценить жиз... — Ваня? — Аня обеспокоенно нагнулась к нему, ловя его взгляд. Он помотал головой и снова вернулся к тарелке. — Извини, я просто... не думал, что ты придешь. Не ожидал. Думал, сейчас приду, отдохну... — он мечтательно прикрыл глаза. Аню всегда можно было читать как открытую книгу. Ее эмоции были просто написаны на лице. Щеки и лоб бледные, взгляд поникший, словно усталый, глаза красноватые, губы плотно сжаты. — Может, тогда останешься дома? — сказала она с небольшой дрожью в голосе. — Нет, я уже пообещал, что приду, извини. — Заметив, что ее глаза начали характерно блестеть, он поспешно добавил: — Нет, правда, извини, — Ваня подскочил со стула и неловко обнял ее. — Извини, извини меня... Я просто правда очень устал. Я сейчас немного посижу с тобой, а потом пойду, хорошо? Мне нужно, — он погладил ее по спине. — А по поводу встреч я тебя понял. Исправлю. — Нет, нет, извини... я не настаиваю, если у тебя... работа, — она всхлипнула и шмыгнула носом. — Не хочу на тебя давить или... еще что-то, просто... мне одиноко, знаешь... — Знаю. Вряд ли я на сто процентов понимаю, что ты чувствуешь, но я знаю. Только не плачь, пожалуйста. Скоро времени будет больше. Мне жаль, что я заставляю тебя... испытывать это... Он уже чувствовал, как футболка на его плече становилась мокрой. — Ань, ну ты чего, правда? — Извини... просто... накопилось, — она шмыгнула покрасневшим носом. — Понятно, — он вздохнул и снова погладил ее по спине. — Иногда я очень хочу тебя увидеть, но у тебя нет времени. И у меня тоже. Иногда ты долго не отвечаешь, а я очень хочу поговорить... Он кивнул и уткнулся носом в ее волосы на виске. — Давай я тебе пообещаю, что всегда буду отвечать, идет? И со временем тоже ситуация скоро станет получше... Она поджала губы и энергично закивала. — Только не расстраивайся так из-за меня. Лучше тоже картошки своей поешь — настроение поднимет. Аня слабо улыбнулась и оставила соленый поцелуй на его щеке. Они еще немного посидели так, молча обнимая друг друга, а потом Ваня так же молча поднялся и отправился в комнату. Когда он переоделся в строгий костюм и вышел в прихожую, у двери его уже ждала Аня. Пока он надевал туфли, она задумчиво оглядела его с ног до головы и потрепала по волосам. Короткий прощальный поцелуй перетек в более длинный и глубокий.

***

Народу в зале было чуть больше, чем он рассчитывал, и здешний контингент оставлял желать лучшего, но Ваня старался не показывал своего недовольства, потому что выглядел клуб вполне прилично: просторный зал с синими стенами, отделка со вкусом, свет неяркий, приглушенный, просто идеальный. Люди собирались у стен, наслаждаясь бесплатными закусками в ожидании начала, у сцены тоже собралась небольшая толпа, играла музыка. Здесь было множество мелких блогеров, инфлюенсеров, многие привели с собой друзей. Это Ване и не нравилось. Он чувствовал, что любопытные взгляды не оставляли его ни на минуту с того самого момента, как он вошел в зал. Подхватив бокал с чем-то газированным, он стал прохаживаться по залу. Его глаза внимательно искали в толпе знакомых. Хоть кого-нибудь. Даже Ивана Золо с Некоглаем, даже Свету Соллар, даже Джарахова. Только бы к кому-нибудь прибиться. Он нервничал. Чувствовал себя зверушкой в зоопарке, которую выпустили из клетки. Самые смелые подходят ближе, окликают, пытаются заговорить, а менее решительные просто пристально смотрят, заставляя смущаться. — Вань, привет, — из-за спины раздался неприятный голос, обладательница которого явно пыталась сделать его чуть более высоким и томным. Он обернулся. Перед ним стояла компания девушек. Некоторые из них застенчиво жались к стенке, некоторые — выступили вперед, внимательно разглядывая его, словно оценивая. Девушка с темными косичками-колосками и пухлыми губами снова обратилась к нему: — Классно выглядишь, — и снова этот противный заискивающий тон. — Ты такой высокий в жизни... Не хочешь к нам присоединиться? — она сделала бровки домиком и провела по рукаву его пиджака. — Сейчас еще ребята подойдут... Ваня аккуратно смахнул с себя ее руку. Он приложил все силы, чтобы удержать лицо, и спокойно ответил: — Нет, спасибо, меня уже ждут. — Он махнул рукой и тут же пошел прочь, не удержавшись о того, чтобы скривиться. Возможно, его ответ был грубым, но это его не волновало. Грубо было так открыто флиртовать. Развернувшись, он направился в противоположный конец зала. Скорее всего, там его уже ждут другие желающие пообщаться. Все прекрасно видели, как он бесцельно слоняется из угла в угол. Он был не против новых знакомств, но не сейчас, не здесь, не с людьми, большая часть из которых не знает ничего, кроме его ника на твиче. Ему хватало уверенности, чтобы не соглашаться на то, что его не интересует, из вежливости, но спокойнее от этого не становилось. Он все больше начинал чувствовать себя неловко. Пальцы нервно постукивали по бокалу. Если он сейчас же не найдет, к кому можно присоединиться, то остальные будут все настойчивее пытаться присоединиться к нему, и велик шанс, что его выдержки не хватит надолго. Все-таки не стоило сюда идти. Не стоило оставлять Аню одну. Он до сих пор помнил, как подрагивали его руки, когда она плакала на его плече; какое мокрое было ее лицо, когда она поцеловала его на прощание. Как же он виноват перед ней... У него ведь всегда была возможность поговорить или встретиться, но иногда он забывал о том, как важен для нее. Аня была взрослой самодостаточной девушкой, принципиальной и честной, доброй и умной, но также чувственной и ранимой, а он был ее слабым местом. Наверное, только таким чистым людям, как она, дано уметь любить вот так: искренне, нежно, открыто. Она бы доверила ему все и сделала все, чтобы сохранить его доверие, но Ваня в который раз обходился со своими близкими не так, как они этого заслуживали. Вдруг Ваня почувствовал, как кто-то схватил его за галстук и развернул к себе. Он поперхнулся воздухом от неожиданности и уже собирался преподать грубияну урок, но, когда он увидел перед собой знакомое лицо, у него пропал дар речи. — Привет, бейба, чего одна бродишь? — перед ним стоял высокий темноволосый парень с доброй улыбкой и блестящими глазами. Перед ним стоял Сережа. Несколько мгновений Ваня пристально смотрел в его лицо, глупо хлопая глазами. Наверное, он уже окончательно сошел с ума. Спустя пару секунд это ощущение не ушло, но к нему вернулась способность говорить: — Ебать, откуда ты взялся? — сказал он первое, что пришло на ум, и крепко обнял его в знак приветствия. Как же он сейчас был ему рад. Лучшего исхода нельзя было и желать. — Я здесь уже давно сижу. — А почему я тебя не заметил? — Не искал, наверное, — пожал он плечами. Действительно, увидеть здесь Сережу он никак не ожидал. Будь тут его мама, он бы тоже вряд ли нашел ее. — Конечно, ты ведь не говорил, что придешь! — А ты не спрашивал. Ты просто упомянул, что пойдешь. Ваня затылком чувствовал, как девушки за его спиной недоуменно переглядываются. Он только сейчас заметил, что они стоят прямо посреди зала. Он хмыкнул, приблизился к лицу Сережи и, прищурившись, сказал: — Ты же утром говорил, что пойдешь гулять с Аминой, а? Сережа выпустил из рук его галстук и отвел глаза. — Она отменила... — Ой, да не пизди, — улыбнулся Ваня и наклонился еще ближе. — Ты же не собирался идти, да? — прищурившись, он склонил голову набок. Сережа приподнялся на носочки и, посмотрев ему прямо в глаза, задал простой вопрос: — Иван, а вас ебет? Справедливо. Какая ему разница, для чего он сюда пришел? Может, из-за него, а может, правда захотел послушать какую-то пустую болтовню, но Ване ведь как раз нужна была компания, хотя, честно, оставаться здесь уже не хотелось. Он еще немного посверлил его взглядом и ответил: — Ладно, Сергей, не кипятитесь, — он похлопал его по плечу и взял под руку. — Вы же составите мне компанию? — Как романтично звучит, — мечтательно произнес он и прижался к нему плечом. Ваня закатил глаза, а Сережа усмехнулся, нагнулся к его уху и прошептал: — Давай на второй этаж? Там никого нет. — А туда можно? Я думал, там аппаратура. — Конечно можно. Просто тут планировка уебская: лестница где-то в катакомбах — хуй найдешь, — он схватил его за руку и потянул за собой. — Пойдем, пока тебя не окружили. Сережа уже наверняка облазил тут каждый уголок. У него всегда была какая-то тяга к приключениям, ко всему новому. Везде он знает лазейки, обходные пути, везде у него есть знакомые, с каждым местом связана какая-то история. Любознательности у него было не занимать. И этот же человек умудрялся называть себя интровертом и говорить, что редко выходит из дома. На втором этаже действительно почти никого не было, и Ваня надеялся, что никто и дальше их не потревожит. Несмотря на то, что мероприятие уже началось, они не слушали. Кого-то представляли, что-то объявляли, чему-то хлопали, но Ваня изначально пришел сюда просто по приглашению друзей, которые, как оказалось, опоздали и в итоге просто слились. Они стояли, оперевшись на перила. Ваня разглядывал зал и с улыбкой слушал, как Сережа рассказывал ему что-то о сестре, о зале, о каких-то трамваях... — Так ты придешь завтра? — Куда? — Ко мне, как обычно. — Он схватил его за плечи и потряс. — Блять, ты просто ахуеешь! Мне посоветовали такой ужастик!.. Я тебе говорил, что найду такой, от которого ты обосрешься! Да у тебя и в прошлый раз коленочки дрожали... — Ничего у меня не дрожало. — Ой, да я видел все. — А не видел случайно, кто мне на ухо заорал, когда скример вылез? — Прости, Ванюш, давай поцелую, чтоб не болело, — и действительно полез целоваться. Ваня засмеялся и замахал руками: — Блять, блять, уйди, ебанат! Уйди, не мажь меня своими слюнями! Не приду я. Сережа как по щелчку остановился и спросил: — Почему? Боишься все-таки? Обычно Ваня не отказывал. — Не могу завтра. — Почему? — Почему, почему. Да по кочану, — всплеснул руками Ваня. — Что у меня, дел не может быть, что ли? — Да я просто спросил... Чего злишься опять? Можешь мне не рассказывать, если не хочешь, но друзья ведь не только для того, чтобы с ними смеяться, — с важным видом сказал он и отвернулся. Он был прав. Ваня был не прочь с ним поделиться, но в горле стоял ком. Он решил, что просто не привык говорить с Сережей о чем-то личном. Тем не менее он ждал от него ответа. Наверное, когда-то нужно начинать. Ваня решился: — Мне нужно провести время с Аней. Впервые в их диалоге прозвучало это имя. Сережа некоторое время непонимающе смотрел в его лицо, а потом, видимо вспомнив, понимающе кивнул и отвернулся. Было видно, что он ожидал чего-то другого. — Ты так странно говоришь — «мне нужно»... Ваня хмуро посмотрел на него. Эти слова не несли в себе никакого особого смысла, как и его собственные. Какая разница, как именно он выразился? — В общем, встретимся как-нибудь потом. — Когда? — Не знаю, я маякну. Сережа странно посмотрел на него и пару минут задумчиво разглядывал сцену. Ваня тоже долго разглядывал ее, пытаясь понять, что он в ней нашел.