SINNER - Klaus Mikaelson

Рука Аделины скользнула вниз к животу, и взгляд проследил за ней. Этого не могло быть — это было невозможно. Вампиры не могли размножаться — она была мертва. Она попыталась успокоить дыхание, но слова, вырвавшиеся из уст Софи, выбили из неё весь воздух. - Невозможно. - Старшая, Агнес, покачала головой. - Но это правда, — настаивала она. - Я чувствовала это. Клаус — гибрид, само его существование должно было быть невозможным, но это не так. - Вампиры не могут размножаться, — возразила Аделина. - Но оборотни могут, именно такими Клаус был от рождения, и это позволило ему размножаться — одна из лазеек природы. - Она фыркнула. - Но я вампир — я мертва. - Аделина покачала головой. - Это правда, но твоё тело — нет. Кровь всё ещё течёт по твоим венам, твоё сердце всё ещё бьётся, магия поддерживает всё это — и именно магия привела к твоей беременности. - Агнес всё ещё сомневалась, и, если Аделина была честна, то и она тоже. Старшая ведьма жестом пригласила Софи осмотреть девочку сама — Софи кивнула и отошла в сторону. Она протянула руку и осторожно положила её на живот Аделины — ведьмам не нужна магия, чтобы подтвердить беременность, они могут её почувствовать. Агнес резко отдёрнула руку и посмотрела на Аделину. - Это правда… — выдохнула она. - Девушка беременна, и я чувствую магию, исходящую от этого ребёнка. Клан ведьм обменялись потрясёнными и усталыми взглядами. Эта беременность противоречила всему, что они знали о бессмертных и продолжении рода. Это было ново для всех, но природа забавна, она любит удивлять. - Теперь, когда ты знаешь, что это правда, — мне, наверное, следует сказать тебе, что Элайджа Майклсон уже в пути, — призналась она. -Ты пригласила сюда Первородного вампира? На нашу священную землю? — возмутилась Агнес. - Да, у меня не было выбора. Я не могла пригласить сюда Клауса, пока нет. Он слишком непредсказуем, а мне сказали, что Элайдже можно доверять, — объяснила Софи. - Им нельзя доверять! — закричала она. Прежде чем Софи успела защититься, снаружи маленькой гробницы раздался голос, и все встали. - Здравствуйте? — крикнул Элайджа. - Мне не нравится, что меня вызвали. Софи вышла из гробницы и поприветствовала Элайджу, который застрял по другую сторону забора на кладбище предков. - Почему я не могу пройти за эти ворота? — спросил он. - И что такого важного ты увидела, чтобы позвать меня сюда? - Это священное место для ведьм, сюда нужно только приглашение, — сообщила она. Элайджа кивнул, прислушавшись к её словам. - Сказав это, входи.- Первородный шагнул вперёд, следуя за молодой ведьмой. - Чем именно я могу тебе помочь? — фыркнул он. - Я тебе покажу, — ответила она, ведя Первородного обратно к гробнице, где его ждали ведьмы, а Аделина всё ещё была прикована к камню. Он вошёл и увидел, как ведьмы смотрят на него, затем его внимание переключилось на Аделину. Когда он понял, что она находится в плену, он разозлился. - Глупцы, — выплюнул он. - Как вы смеете захватывать её и использовать в качестве заложника? Я убью вас всех — и мой брат поможет. Вы играете с огнём. - Вы ничего не сделаете, потому что я обнаружила кое-что, что, как мне кажется, может вас заинтересовать и заставить изменить своё мнение. - Что у тебя такого интересного для меня есть, и какое отношение это имеет к Аделине? — спросил Элайджа. - Она носит ребенка твоего брата, — выпалила Софи. Элайджа окинул взглядом ведьму, а затем перевел взгляд на Аделину. В это было невозможно поверить, и она знала, что он сам так думает. - Ложь… это невозможно, — выплюнул он. - На самом деле, нет. Я уже говорила об этом раньше, но если коротко, это одна из природных лазеек. Челюсть Элайджи чуть не отвисла, было очевидно, что он напряженно об этом думает. Он встретился взглядом с Аделиной, которая, как он понял, была напугана. Он бросился к ней, всматриваясь в ее глаза, пытаясь понять, что она чувствует и все ли с ней в порядке, но она только покачала головой. Аделина была растеряна и напугана. - Элайджа, — выпалила Софи. - Тишина! — рявкнул он. Он сосредоточился, пытаясь сам убедиться в беременности. В комнате воцарилась тишина, и он, глядя на её живот, услышал это. Он услышал слабое сердцебиение ребёнка в её утробе. Его глаза загорелись; это было чудо. Этого всегда хотела его семья, того, что им было нужно. - Ты… ты беременна, — выдохнул он. - Они говорят правду. - О боже, — выдохнула она, снова глядя на свой живот. Внутри неё рос ребёнок — её ребёнок, ребёнок Клауса. Элайджа повернулся к ведьмам: - Что вы от меня хотите? - Он был готов сделать всё, что угодно, чтобы защитить Аделину и ребёнка. - Не только от тебя — нам нужна помощь Клауса, — объяснила Софи. - Марсель доверяет Клаусу, нам нужна его помощь, чтобы победить его. - А что, если мы откажемся? Что помешает мне убить вас всех прямо сейчас и забрать девушку? — спросил он. Софи взяла иглу и вонзила её себе в руку. - Ай! Что за черт! — простонала Аделина, её рука кровоточила, но рана быстро зажила. - Мы связаны, — заметила Софи. - Всё, что вы со мной сделаете, случится и с ней, и я достаточно отчаянна, чтобы вонзить иглу себе в сердце, забрав её и ребёнка с собой, если до этого дойдёт. - Ты смеешь угрожать Первородному? — прорычал Элайджа. Его раздражали выходки ведьм. Он не мог поверить, что они настолько наглы, чтобы вытворять подобные вещи с кем-то неуязвимым. Он знал, что они отчаянно нуждаются в помощи, и что есть вещи, о которых они не совсем откровенны. - Мне нечего терять, — пожала она плечами. Он оглядел её с ног до головы, прежде чем медленно кивнуть. - Хорошо, договорились. Я помогу тебе избавить город от Марселя. - Не только ты… Марсель никогда тебе не поверит. Это должен быть Клаус. - Если ты хочешь, чтобы Марсель исчез, я убью его сегодня ночью. Чего бы это ни стоило. — прошипел он. - Не убить… пока нет. Нам просто нужно, чтобы Клаус взял под контроль квартал на время. Элайджа теперь точно знал, что здесь замешано что-то ещё. Марсель убил нескольких членов их клана, они должны хотеть его смерти, но по какой-то причине… им нужен был он живым. - Поверь мне, Софи, ты не хочешь, чтобы я призвал сюда своего брата. Никлаусу не понравится твоё похищение единственного человека, о котором он заботится». — Элайджа усмехнулся. - Он убьёт тебя в тот же миг, как увидит её — закованную в кандалы, как какое-то животное. Софи подняла кусок старого дерева и воткнула его себе в ногу. Аделина упала на колени, крича от боли. - О боже!!— простонала Аделина. Элайджа с яростью посмотрел на эту наглую ведьму и пожелал убить её прямо на месте. Софи подняла дрова, угрожая повторить это снова. - Хорошо! Достаточно! — рявкнул Элайджа. -Я позову Никлауса. Элайджа сказал Аделине, что вернется, и вышел на улицу, чтобы позвонить брату. Клаусу не понравилось, что Элайджа заставил его идти к древним захоронениям ведьм, но когда тот сказал, что дело в Аделине, Клаус ответил, что уже в пути, и повесил трубку. Клаус стоял у ворот родового кладбища ведьм, не в силах сделать шаг внутрь, как Элайджа. Софи вышла из гробницы и пригласила Клауса войти. Уже было очевидно, что он зол, им всем повезло, что он не убил ведьму на месте, прежде чем они успели ему все рассказать. - Что тебе от меня нужно, а? — выплюнул Клаус, глядя на молодую ведьму. - Призвать большого злого волка, плохая идея, поросенок, — усмехнулся он. - Никлаус… иди сюда, — сказал Элайджа, следуя за Софи в гробницу. Он вошел в двери, и его взгляд упал на Аделину, прикованную к старому зданию. - Что это? — рявкнул он, вены на его шее вздулись. - Ответь мне! - Брат… ведьмы сделали открытие, — начал Элайджа. - Аделина беременна — она носит твоего ребенка. Клаус посмотрел на блондинку, дрожащую в стороне. Сегодня она многое пережила, и ее тело все еще восстанавливалось после последнего нападения Софи с деревянным колом на ногу. - Ложь. Это наглая ложь и обман, — закричал Клаус. - Это невозможно! - Это не так! Она беременна. Мы все это подтвердили, — защищалась Софи. - Тем более веская причина перебить весь ваш ковен — вы все лжете, — рявкнул он. - Я сейчас же с этим покончу! Клаус попытался броситься через комнату и напасть на Софи, когда его брат резко встал перед ним и отбросил его назад. - Стоп! — взревел он. - Их жизни связаны. Софи связала себя с Аделиной — если ты убьешь ее, ну, ты понял, — объяснил Элайджа. - Ты маленький… — прорычал Клаус. - Никлаус! Слушай! — перебил его Элайджа и жестом показал ему подойти к Аделине. Он так и сделал, медленно шагая и глядя на нее. Приближаясь, он начал фокусироваться на ее животе, и тут услышал это — точно так же, как и Элайджа. Сердцебиение ребенка. У него перехватило дыхание — впервые в жизни у него подкосились ноги. Она была беременна — девушка, которую он любил, была беременна, и он знал без тени сомнения, что это его ребенок. - Это чудо, брат, — сказал Элайджа. - Это наш шанс на счастье. Клаус слушал, что говорил брат, но ничего не отвечал. Все внимательно наблюдали, как он подошёл ближе к Аделине и потянулся к её животу. - Это… — прохрипел он. — Ребёнок?- Аделина кивнула. - Ты в порядке? — спросил он, глядя на кандалы. -Я в порядке… я просто хочу выбраться отсюд», — выдохнула она. Клаус кивнул и повернулся к ведьмам. - Какова ваша цена, а? — крикнул он. — Что вы хотите, чтобы я сделал? Они объяснили план относительно Марселя, как они хотят, чтобы Клаус его уничтожил. Братья внимательно слушали, пока они не закончили. - Договорились, — согласился Клаус. — Но позвольте мне внести ясность: если кто-нибудь из вас перейдёт мне дорогу, я всех вас перебью, пощажу только того, кто связан с Аделиной, — но я запру вас в ящике, пока не найду ведьму, которая сможет вас разорвать, — а потом буду убивать медленно и мучительно. Вы все будете страдать. Ведьмы тяжело сглотнули, опасаясь угроз Первородных, но знали, что если они выполнят свою часть сделки, им не о чем беспокоиться. - Девушка идёт с нами, — сказал Элайджа, и Софи кивнула, используя ключ, чтобы снять цепи, сковывающие Аделину. Аделина почувствовала слабость, когда попыталась идти, всё это было слишком. Похищение, беременность, удар ножом — она потеряла сознание и упала на пол, но Клаус спустился и подхватил её. - Не волнуйся, дорогая, я с тобой, — улыбнулся он и вынес её оттуда.