Глэйд. Переменная

— Эй, псс… — раздался голос снаружи ямы. — Джо, ты уснула, что ли? — Это ты, Жук? — спросила я, пытаясь разглядеть мальчишку. — Ага, принёс тебе перекусить, — он просунул в щель между решётками свёрток. — Курицы не осталось, так что я выпросил у Фрайпана лепёшек с сыром. А тут вода, — вслед за свёртком в щель просунулся небольшой термос. — Вообще-то такие штуки только для бегунов, но Ник разрешил. — Спасибо, — сказала я и опустилась на землю, разворачивая свёрток. — Здорово ты улепётывала от Галли, — мальчишка, кажется, присел рядом с решёткой, чтобы поболтать. — Я думал, он тебя у огородов схватит. А ты быстрая. — Я просто не хотела, чтобы меня поймали, — улыбнулась я. — А вообще это очень глупо ссорится с ним, — важно заявил Жук. — Мне надо было терпеть оскорбления от этого тупицы? — возмутилась я. — Эй, я всё слышу, между прочим, — голос Галли звучал приглушённо, но всё равно слова различить можно было. — Прости, Галли, — тут же стушевался Жук. — Тебе принести поесть? — У меня от подобного соседства аппетита напрочь нет, — сказал Галли. — Бедненький, — поддразнила я. — Ну ничего страшного. Ты и так достаточно земли слопал. Надеюсь, с червяками. — Заткнись, стебанутая, — рыкнул Галли. — А ты, Жук, вали отсюда. Тебе нельзя здесь быть. — Я просто еды принёс. Минхо так сказал, — начал оправдываться Жук, а потом понизил голос до шёпота: — Джо, тогда про жуков завтра поговорим. Лады? — Ладно, — кивнула я, хотя в темноте он вряд ли увидел. — Спасибо за ужин. Жук не ответил. Наверное, уже ушёл, а я принялась откусывать от лепёшки, чувствуя, как успокаиваюсь. Может, я погорячилась? Минхо прав, не надо было обращать внимания на Галли. Пусть бы подавился своим возмущением. — Теперь сиди в яме из-за этой ушибленной! — услышала я тихое бурчание и прекратила себя винить. Нет, этот ушмарок получил по заслугам. Да ему ещё мало досталось! — Сам виноват, — сказала я, отпивая воду из термоса. — Нечего было гоняться за мной. — Да ты мне лоб чуть не расшибла нафиг! — возмутился он. — За дело, между прочим, — парировала я. — Нечего меня со свиньёй было сравнивать. — А я и не сравнивал! Свинья полезнее. Её съесть хотя бы можно. А в тебе какая польза? Сила? Нет. Ловкость? Не заметил. Смелость? Да ты и на Могильнике пяти минут не продержалась. Просто лишний рот. Я чуть не подавилась от такого нахальства. — Истеричка, — зло сказала я. — Что ты там сказала? — переспросил Галли. — Удавись, говорю, — громче сказала я и решила больше с ним не разговаривать. У этого парня явно проблемы с собственным эго. — И тебе того же желаю, — ответил он. На этом наш чудесный диалог иссяк. Вскоре меня начало клонить в сон, но было ужасно неудобно, поэтому я то засыпала, то выныривала из сна с тяжёлой головой и дурными мыслями. А едва начало светать, к решёткам подошёл Ник. — Галли, просыпайся, ушлёпок! Скоро тренировка, — сказал он. — И ты, мелкая, шевели булками. Давай руку, помогу вылезти. Он протянул руку и вытащил полусонную меня из ямы. — Ну что, шанки, подумали над своим поведением? — Ник уставился сперва на меня, потом на выпрыгнувшего из ямы Галли. — Мириться будем? Я поджала губы, Галли насупился и сложил руки на груди. — Значит у нас проблемы, — задумчиво проговорил Ник. — Что ж, после завтрака оба пойдёте на Ферму слоперить под начальством Дага. — Я куратор, Ник, и буду слоперить вместе с Салагой? — возмутился Галли. — Да, Галли, ты куратор, — спокойно сказал Ник. — И поэтому должен показывать пример Новичкам, а не выгружать на них свой кланк в первый же день! — Она… — Захлопнись, — повысил голос Ник. — Я сказал, всё! И что бы ни слова больше. После завтрака оба идёте на ферму. Джо, сейчас поможешь Фрайпану с завтраком. Вопросы есть? Не у тебя, Галли! Нет? Вот и славно. — В уборную-то можно сходить? — спросила я, потирая окоченевшие за ночь руки и едва сдерживая зевоту. — Иди, — бросил Ник и, отвернувшись, зашагал в сторону поляны, где уже начались собираться на ходу просыпающиеся глэйдеры. Галли пошёл следом, бросив на меня хмурый взгляд, словно я была причиной всех его напастей. Я едва сдержалась, чтобы не скорчить ему гримассу. Но провести ещё одну ночь в Яме не хотелось, поэтому я просто отвернулась и направилась к своему гамаку, где взяла валяющуюся под ним вчерашнюю одежду, решив постирать её, пока принимаю душ. Между спальными местами я заметила натянутые верёвки, на которых тут и там висели сохнущие рубашки, майки и штаны. Туда же я повесила и свою одежду. После ледяного душа сон, как рукой сняло, и я довольно бодро отправилась на кухню, где Фрайпан уже вовсю работал огромным ножом, нарубая картошку соломкой. — Жареная картошечка! — обрадовалась я. — Чем помочь? — О, бегунья заявилась, — улыбнулся Фрайпан. — Бери вон огурцы солёные режь, только потоньше. Как спалось? — Честно? Хреново. — Скажи спасибо Нику, что он вас с Галли на неделю не отправил в Ямы, — сказал Фрайпан. — Подрались, как пятилетки. Чего вы не поделили-то? — Не знаю, — честно призналась я. — Он ко мне с самого начала придирается. Надоел. Какой-то он ненормальный. — У Галли взрывной характер, но он многое сделал для Глэйда… — Ага, знаю, лампочки, электричество… — Да. Но не только это, — серьёзно сказал Фрайпан. — Он ценит порядок. Отличный куратор для своих парней. Ни разу не отказал в помощи. Я слушала и удивлялась. Было ощущение, что Фрайпан рассказывал о каком-то другом Галли. — А ещё он помог установить мир в самом начале, когда нам тут хреново жилось. Встал на сторону Ника и поддержал его. — Поддержал в чём? — Знаешь, когда мы впервые тут оказались, нас было около тридцати, — начал рассказывать парень. — Мы все очнулись на этой поляне, ничего не понимая и ничего не помня. В Ящике были припасы, семена, продовольствие, всякие полезные вещи. По Глэйду разгуливали козы и курицы. Но мы ничего этого не замечали. Многие впали в панику. Некоторые убежали за стену и больше не вернулись. А потом началась война за еду. Вместо того, чтобы объединиться и начать налаживать жизнь, мы разделились на группы. Один парень по имени Джордж так и вовсе слетел с катушек. Он делал нехорошие вещи, Джо. Парни боялись его. А припасы тем временем заканчивались. Я слушала, открыв рот, и даже забыла про огурцы. Так и застыла с ножом в руках, не в силах пошевелиться. — Ник же хотел мира, — продолжал Фрайпан. — Он предлагал установить правила, начать сажать семена, разводить птицу и скот. Джордж обманул его. Сначала, казалось, Джордж и его друзья согласились на переговоры. Но эта была лишь уловка, чтобы убить Ника. О да, мелкая, тут было совсем не так хорошо и спокойно, как сейчас. И кто знает, как бы всё это закончилось. Галли был с Джорджем сначала. Но он предупредил Ника об опасности и перешёл на его сторону, потому что наконец-то понял, что только вместе можно выжить. Галли был тем, кто убедил парней восстать против Джорджа. Всем вместе нам удалось установить мир и порядок. Но это дорого нам стоило. — А что случилось с Джорджем? — спросила я. — Его изгнали. — Это как? Куда… — Туда, — Фрайпан кивнул на стены, и я прикусила губу, подумав, что мне крупно повезло, что я появилась в Глэйде сейчас, а не в числе первых первооткрывателей. Как же им, должно быть, было страшно! А сколько погибло? Я же видела зачёркнутые имена. Их было много. Очень много! От этих мыслей в животе скрутился тугой узел. Мне стало сложно дышать. — Я, наверное… я пойду… можно?.. — и не дожидаясь разрешения, я отложила нож и поплелась из кухни. Добравшись до яблонь, я устало опустилась под одно из деревьев и поджала под себя ноги. Рассказанное Фрайпаном так сильно впечатлило меня, что я по новому взглянула на это место и на парней, которые сейчас неспешно бежали за Ником вдоль стены. Слёзы навернулись на глаза от мысли, какой ужас пережили первые глэйдеры. Ведь у них не было никого, чтобы всё объяснить и помочь! Я закрыла глаза и опустила голову на колени, и, кажется, уснула, потому что испугалась, когда вдруг рядом оказался Ник. Он тронул меня за плечо, и я вздрогнула, просыпаясь. — Фрайпан рассказал тебе нашу историю? — спросил он, протягивая мне жестяную тарелку с жареной картошкой, сыром и лепешками, а сам устраиваясь рядом. — Ты как? Нормально? — Я не знаю, что сказать, — вздохнула я. — Я прожила здесь один день и уже очень устала, хотя ничего особого не делала. Как же вы… Как вам удалось… — Лучше не думай об этом, — Ник вдруг положил руку мне на спину и погладил. — Думай о том, что у нас есть. О том, что мы можем сделать. Слёзы покатились по моим щеками, и я всхлипнула. Внутри меня разверзлась огромная дыра. Я осознала, насколько каждый здесь одинок, несмотря на количество глэйдеров. Каждый остаётся наедине со своим страхом и неуверенностью. Но каждый ценит то, что имеет. Даже Галли. Может, поэтому он так завёлся. Думает, я разрушу их мир? Я не знала. Мои мысли спутались то ли от переживаний, то ли от усталости. — Помнишь правила? Работай и доверяй, — сказал Ник. — Только так мы ещё не сошли с ума. У тебя тоже получится. Да уже получается. Ты взбодрила шанков. Привнесла что-то новое в наши унылые будни. Ты утёрла нос Галли… Дважды! — Без понятия, как это произошло. И меня за это наказали, — усмехнулась я, вытирая слёзы. — Потому что драки запрещены, — сказал Ник. — Это нарушает второе главное правило о доверии. — Ты же слышал, что он говорил! Зачем он так? Я же ничего плохого не сделала… — Галли перегнул палку, поэтому он тоже несёт наказание. Вы оба хороши. И вам обоим стоит над этим поработать. Ты же понимаешь меня? — Да, Ник. Я постараюсь, — сказала я. — Если и он перестанет меня задирать. — Я поговорю с ним. А теперь ешь. На ферме у Дага работёнка не из лёгких. Тебе понадобятся силы. — Спасибо, Ник, — сказала я. — За всё. Понимаешь? — Жуй давай, мелкая, — усмехнулся он и поднялся. — Пойду к шанкам, а то чего доброго заревнуют. Он ушёл, а я принялась за еду, хоть и не испытывала особого аппетита. Мой взгляд следил за Ником. Этот парень, совсем ещё молодой, сумел объединить всех и создать нормальные условия для жизни. Как же ему удалось? Я почувствовала, что начинаю восхищаться им. Но мои восторженные мысли были вскоре прерваны. Передо мной нарисовался Галли и молча кивнул мне следовать за ним. Кажется, Ник успел провести с ним беседу, и парень выбрал тактику молчания и максимального игнорирования. Что ж, это лучше, чем его едкие замечания. — Ну, Даг, что надо делать? — спросил Галли без особого энтузиазма у коренастого парня с такими широкими плечами и руками, что мне показалось, он может железный прут прогнуть без особых усилий. Даг стоял за деревянным ограждением, оперевшись одной ногой на поперечную балку и с весельем поглядывал на нас. — Чего вылупился? — не выдержал Галли. — Ну раз ты так просишь, Галли, — парень убрал ногу на землю и открыл ворота. — Вас ждёт целый хлев кланка, шанки. Лопаты и тележки найдёте там же. Закончите с хлевом, займётесь курятней. — А куда вывозить… ну… грязь? — спросила я, заходя через ворота за Галли. — Галли покажет, — сказал Даг. — Ну? Чего стоим? Приступайте, детишки. — Ушлёпок, — буркнул Галли, первым входя в хлев. Я только переступила порог, как меня обдало просто невыносимой вонью. — Господи, — я попятилась назад, зажимая нос и рот ладонью. Галли ухмыльнулся, словно доказывал правдивость своих слов о моей никчёмности. Пришлось взять себя в руки, подавить рвотные позывы и войти. Хлев оказался просторным с кривыми ограждениями и наваленным на пол грязным от навоза сеном, которое нам и предстояло вывезти отсюда. Противоположные широкие двери были распахнуты в открытый загон, где прогуливались козы, бараны, а поодаль стояла корова с пузатыми боками. — Держи, — Галли протянул мне лопату. — Бери тележку и заполняй кланком, — велел он. — Потом покажу куда его отвозить. И не сачкуй. Я буду следить. Я хотела было ответить чем-нибудь грубым, но прикусила губу, вспомнив, что рассказал Фрайпан. Мне вдруг подумалось, что изначальная жизнь в этом месте не способствовала развитию хорошего характера. Мало ли что этому парню пришлось пережить у того Джордана, которого все боялись настолько, что изгнали на верную смерть! — Ну чего застыла? — поднял брови Галли. — Работай давай. И я принялась за работу. У меня плохо получалось. Лопата и так была тяжёлой, а с навозом так и вовсе почти неподъёмной. Я не набрала и половины тележки, а у меня уже дрожали руки. Галли же работал за двоих. Он уже наполнил свою телегу, и опёрся на лопату, наблюдая за моими потугами. Я же сцепила зубы и продолжала упорно, но медленно работать. От пота моя одежда стала мокрой насквозь, по лицу стекали капли, рёбра умоляли об отдыхе. В какой-то момент я перевалила в телегу очередную порцию навоза и остановилась, переводя дыхание и сжав свободной рукой рёбра. — Так и знал, что всё самому придётся делать, — услышала я недовольный голос и увидела, как Галли принялся заполнять мою тележку быстрыми движениями. — И это мы ещё только начали! Кланк! Проклятие! — Я бы доделала, — сказала я, перехватывая лопату. Галли не ответил, только кинул на меня острый взгляд и продолжил работать. — Галли… я сама… — сделала я вторую попытку, но безрезультатно. Меня словно и не существовало для него. Мне ничего не оставалось, как просто помочь. Хотя он и без меня прекрасно справился бы, о чём кричал весь его возмущённый вид. — Хватай телегу и за мной, — скомандовал он, когда моя телега наполнилась чуть больше половины. — Шевелись, не хочу возиться в дерьме до вечера. Я молча подхватила телегу за ручки, приподнимая её на одно колесо и еле удерживая равновесие. — На выход через загон, — сказал Галли. — Так ближе всего. Мы вышли из хлева и покатили тележки по густой траве между коз и баранов. Я то и дело останавливалась, пытаясь приспособиться к процессу, но тележка всё равно норовила свалиться то на один бок, то на другой. Когда мы добрались до лесной тропинки, я уже выдохлась. — Далеко ещё? — спросила я, смахивая пот со лба. — До выгребной ямы, — сказал Галли. — В середине леса. — Почему так далеко? — А ты хотела выгребную яму посередине Глэйда или у Фрайпана под носом? — буркнул Галли и двинулся дальше. Я проглотила колкость и тоже поспешила за ним. У выгребной ямы Галли наклонил свою телегу, вываливая содержимое. Я проделала то же самое, но не удержала телегу и та опрокинулась вместе с навозом в яму. Галли с силой провёл ладонью по своей мокрой шее и выругался. — Я… достану, — промямлила я, заглядывая в яму и чувствуя, как желудок подскакивает к горлу. — Ты прав, Галли. Лучше бы прислали свинью… — Просто молчи, Салага! — рявкнул Галли в мою сторону и отодвинул меня от края ямы. Он встал на колени, потом и вовсе лёг на живот, ухватился двумя руками за ручки и потянул. Я видела, как вздулись жилы на его руках, и поспешила помочь. Через минуту возни нам удалось вытащить измаранную в отходах тележку. — Мыть будешь ты, — предупредил Галли, нервно отряхиваясь. Я кивнула, борясь с ощущением бесполезности. Даже слопер из меня оказался некудышный. Тем временем мы вышли из леса и снова пошли через загон, сокращая путь. Я была на середине поля, когда мой взгляд зацепился за молодого барана. Что-то в его поведении заставило меня напрячься. Мало того, что животное уставилось на меня, склонив голову, так ещё и дёргало копытом, явно нервничая. И только я решила ускорить шаг, чтобы убраться побыстрее в хлев, как баран сорвался с места. Я вскрикнула и даже не успела понять, что произошло, как оказалась на земле, придавленная кем-то. — Пригнись! — заорали мне в ухо, и в этот момент нас тряхнуло и провезло по земле. Я заорала, пытаясь уменьшиться в размерах и вцепившись в своего спасителя. Парень надо мной рыкнул от боли. А через секунду я услышала, как вокруг заорали другие парни, и открыла глаза. Надо мной навис Галли. Его зрачки были расширены, лицо красным и искажённым от боли, дыхание сбилось. За его плечом мелькали парни, удерживающие барана за рога и пытающиеся накинуть ему на ноги верёвки. — Твою ж мать! — лицо Галли перекосилось ещё больше, и он поднялся на колени, держась одной рукой за плечо. — Живая? — спросил он меня, устало плюхаясь на задницу. — Вроде да, — мой голос хрипел от пережитого стараха. — Дура, — процедил он сквозь зубы, пытаясь подняться на ноги. Я же всё никак не могла заставить своё тело слушаться. Так и лежала, не шевелясь. Лишь дышала урывками, стараясь успокоить колотящееся сердце. Кто-то подбежал ко мне и помог подняться. Галли окружили, что-то крича и размахивая руками. Баран валялся на земле со связанными ногами. — К медакам! Оба! — пробился сквозь окружившую нас толпу Даг, и мы с Галли поплелись в сторону Хомстеда. Несколько парней пошли нас проводить. Меня ещё трясло. От удара о землю рёбра взорвались новой болью. Кто-то поддерживал меня. Другой парень помогал Галли, который всю дорогу хромал и рыкал по звериному. Я смотрела на спину парня и думала о том, что он только что сделал. А ведь мог запросто дать барану протаранить меня. Но он спас меня. И это было странным. Ведь Галли ненавидит меня. Это даже Жуку ясно. С чего бы ему жертвовать собой? — Спасибо, Галли, — сказала я, когда мы уже сидели в Хомстеде у медаков. — Забей, — хмуро буркнул тот. — Как я и сказал, от тебя одни проблемы! Я покачала головой и улыбнулась. Этот парень тот ещё кусок кланка! — Ну и какого хрена это было? — спросил Ник, влетевший на второй этаж. — Вас двоих вообще нельзя одних оставить? — И без тебя тошно, Ник, — поморщился Галли. — И вообще забери эту стебанутую отсюда. А то пялится на меня, как влюблённая идиотка. — Сам дурак, — возмутилась я. — То же мне, герой нашёлся. Мог бы и не прыгать под рога. — Ага, чтобы потом мне Ник с Алби весь мозг кланком забили, что не усмотрел за тупой Новенькой? — проговорил Галли, кивая Стэнли, чтобы тот начинал вправлять выбитый сустав. — Ник, подержи, — попросил Стэнли и закатал рукава. Я отвернулась и вздрогнула, когда услышала громкий хруст, а следом дикий вопль Галли. — Сука! — процедил он, и я обернулась посмотреть, жив ли он ещё. — Прости, Галли, — проговорила я, искренне жалея парня. — Захлопнись уже или я тебя в окно выброшу! Вон тебя даже бараны терпеть не могут! — цедил сквозь зубы Галли, пока его перевязывали. Медаки и Ник еле сдерживались, чтобы не заржать в голос. — Я же не виновата, что баран у вас бешенный, — возмутилась я. — Да тебя в курятню запусти, куры с ума сойдут и заклюют нафиг! — огрызнулся Галли. — Тебя точно в плечо долбанули, а не в голову? — спросила я. — Какие куры? Ты себя слышишь? А может это шок? Стэнли, у Галли, наверное, шок от барана. — У меня от тебя шок! — завопил Галли. — Всё! Хватит! Давайте мне ваши пилюли, и я пошёл. Парни уже ржали вовсю, утирая слёзы. — Так, угомонились оба, — хохотнул Ник. — Галли, иди в соседнюю комнату, отлежись. Стэнли дай ему что-нибудь. Пусть поспит. Джо, тебя уже осмотрели? Нет? Тогда сиди тут и жди. И чтобы захлопнулись оба. А то ведь поубиваете друг друга на фиг. И никакого барана не надо, — фыркнул он и встал, чтобы уйти. — Делай со мной что хочешь, Ник, но я больше нянькой у этой стебанутой не буду, — сказал Галли, проходя мимо. — Хватит. Я серьёзно! — Ладно, не горячись, — сказал Ник. — Иди отдыхай. Потом решим, что делать. — Галли, спасибо и… мне правда жаль, что так вышло, — крикнула я вслед парню, которого аж передёрнуло от моего голоса, и я сжала посильнее губы, чувствуя угрызения совести. — Он остынет, и вы поговорите, — сказал Ник ободряюще. — Боюсь, это бессмысленно, — вздохнула я. — Он меня ненавидит просто так, ни за что и за всё сразу. — Думаешь? — весело спросил Ник и, подмигнув мне, вышел прочь, а через несколько минут вернулись медаки и стали осматривать мои несчастные рёбра.