Глэйд. Переменная

Рука, закрывшая мне рот, была горячей. Я едва не свалилась с гамака от испуга. Но это оказался Ник. — Тише, мелкая, — шикнул он на меня. — Пошли. — Куда? — плохо соображая спросоня, спросила я, но послушалась и спустила ноги на землю. — Узнаешь, — сказал он и кивнул мне потарапливаться. Предрассветная дымка покрыла Глэйд легким кружевом. Воздух был свежим, а на траве поблескивали тяжелые капли росы. — Что-то случилось? — спросила я, подтягивая к себе ботинки. — Если считать шило в твоей заднице событием, то да. Ник сделал мне знак шевелиться, поэтому я быстро обулась и поспешила за ним, гадая, что же могло произойти. Мы прошли рощу, стараясь никого не разбудить, и направились к бункеру. — Это наш склад, — пояснил Ник, открывая дверь ключом. — Здесь мы храним наши припасы, амуницую, оружие. — Ты хочешь, чтобы я убралась тут? — спросила я, подавляя зевоту и потирая холодные щёки. — Отличная идея, но не в этот раз, — Ник шагнул внутрь, дёрнул какой-то рычаг в темноте, и всё озарил болезненный желтоватый свет электрической лампочки. — Сейчас подберём тебе портупею… — Порту… — я осеклась и замерла посреди ящиков и мешков, во все глаза уставившись на парня. — Ты хочешь сказать, что возьмёшь меня в Лабиринт? — ахнула я и закрыла ладонями рот, боясь спугнуть удачу. — Я решил попытаться спасти тебя от необдуманных поступков, — пожал плечами Ник. — Истеричка Минхо мне весь мозг вынес, что ты собираешься бежать и искать гриверов без подготовки… — Да! — не дослушав, я запрыгала на месте и бросилась к парню, повисая на его шее. — Дать вам минутку? — раздался голос со стороны выхода. — Минхо, как же ты вовремя! — воскликнула Ник. — Помоги отодрать её от меня! Мелкая, пусти! — Впервые вижу, чтобы так радовались перспективе сдохнуть, — усмехнулся Минхо и вошёл внутрь. Я оторвалась от Ника и бросилась к Минхо, тоже обняв его. — Спасибо! Спасибо! — лепетала я, едва сдерживаясь, чтобы не начать скакать тушканчиком. — Ник, может, всё-таки в яму? — спросил Минхо, и я поспешно отпустила его, едва не приплясывая от радости. — Сбежит, — бросил Ник, подходя к расставленным мешкам. — Минхо, помоги Джо выбрать снаряжение. А я подготовлю припасы и воду. — Иди сюда, мелкая, — кивнул мне Минхо. — Сейчас будем мерить платьица. В бункере было сухо, но как-то затхло. На полу стояли ящики с ботинками, поясами, ножами, флягами, портупеями и сумками. Отдельно в мешках были расфасованы орехи и сухофрукты. Мы с Минхо подошли к одному из ящиков. — Вот эта, думаю, подойдёт, — Минхо выбрал портупею, быстро порывшись в ящике. — Примерь. Я покосилась на Ника, который уже застегнул на груди ремни своей портупеи, и перевела взгляд на свою. Она отличалась. Если портупея Ника была широкая и закрывала полностью грудь и спину, то моя была похожа на какую-то паутину. Я не сразу сообразила, что сеть ремешков — это спина. — Вот так, — Минхо выхватил портупею из моих рук и встряхнул её, удивительным образом превращая хаос в лямки и пояс. — Руки давай, — сказал он и, когда я повернулась к нему спиной, он натянул на мои плечи ремни. В этот момент в бункер ввалились ещё несколько бегунов. — Мелкая? — удивился Бен и переглянулся с Ником, но, получив многозначительный кивок, не стал ни о чём спрашивать, быстро схватив висевшее на стене снаряжение. Остальные тоже молча начали собираться. — А нам прямо сейчас трусы переодевать? — спросил Мэл, косясь в мою сторону. — Нет, когда яйца сотрёшь, — закатил глаза Бен, а я покраснела, тупо улыбаясь. В одном из ящиков я уже заметила гору мужских трусов и успела подумать, что такому запасу, наверняка, есть веская причина. И вот она. Просто блеск! — Тогда пусть она выйдет, — Мэл кивнул в мою сторону. — Что я там не видела? — закатила я глаза, пытаясь разрядить обстановку, и получила лёгкий подзатыльник от Минхо. — Пошли, мелкая, — ухмыльнулся Минхо, и я послушно поспешила на выход. На улице Минхо критически смотрел, как я борюсь с ремешками, а потом не выдержал и шагнул ко мне. — Надо затянуть туже, иначе натрёт, — сказал он, затягивая ремень над моей моей грудью и проверяя, на плечах и подмышками натяжение. Его пальцы небрежно касались меня через рубашку. Он встряхивал ремни, проверяя, как те сидят, перетягивал ремень и проверял не жмёт ли в спине и по бокам, полностью сосредоточившись на процессе. Я следила за его руками, но потом вдруг осознала, что пялюсь на его лицо, которое оказалось вдруг слишком близко. В животе вдруг появилось странное чувство, словно ветер поднял сухие листья, завертев их в воздухе. Я почувствовала, как жар касается моих щёк. В какой-то момент Минхо поднял на меня свои глаза, и я окончательно смутилась. Почему-то захотелось поправить упавшие на глаза пряди волос, сказать что-нибудь или занять чем-то руки. И вроде Минхо ничего такого не делал, чтобы специально сконфузить меня, но я всё равно разволновалась, как девчонка. Блин! Я же и есть девчонка! — С обновкой, мелкая, — ухмыльнулся Минхо, отступая на шаг и оглядывая меня с головы до ног. — Ник! — позвал он, исчезая в бункере. Через пару минут он уже снова стоял передо мной. У его ног лежали сумки и фляги. — Повернись, — велел он и прицепил к моей портупеи мешок и флягу. — Держи блокнот поближе, чтобы делать заметки, — сказал он, отдавая мне невесомую тетрадку. — Я покажу как. И вообще, — он снова развернул меня к себе. — Запомни. В Лабиринте моё слово — закон. Делай всё, что я скажу. Это важно. Усекла? Я кивнула, щупая портупею и пытаясь привыкнуть к ней. — Эй, — Минхо перехватил меня за подбородок и заставил посмотреть на него. — Я спросил, ты меня поняла? — Да, я поняла, — сказала я, встречаясь с ним взглядом и пытаясь скрыть мандраж, который охватил всё моё тело то ли от его прикосновения, то ли от предвкушения встречи с Лабиринтом. — Я справлюсь. Вот увидишь, — заверила я парня. — Только попробуй не справиться, — Минхо отпустил меня и посмотрел в сторону бункера, из которого начали выходить остальные. Он ловкими движениями нацепил свою портупею, накрутил на руки куски материи, перетянул их кожей, проверил свои ботинки и выпрямился. — Готовы, шанки? Бен, закрой дверь. Джо, за мной! Остальные по своим локациям. Всё. Побежали! — Удачи, Джо! — Ник хлопнул меня по плечу. — Передавай привет гриверам, — подмигнул Бен и едва увернулся от тумака Ника. Все побежали к своим воротам, которые уже распахнули свои пасти, чтобы проглотить отчаянных смельчаков. — Не останавливайся, пока я не разрешу, — сказал Минхо, когда мы притормозили у самых ворот. — Смотри и запоминай. Ну, мелкая. Готова? — он посмотрел на меня с насмешливой улыбкой, потому что я всё ещё не могла прийти в себя и поверить в реальность происходящего, что наверняка было написано на моей физиономии. — Не отставай, — сказал он и сорвался с места. Я замешкалась лишь на долю секунды, чтобы набрать в грудь воздуха, и ринулась следом. Стены Лабиринта, казалось, моментально навалились на меня всей своей тяжестью. Они уносились к небу, готовые свалиться на наши головы в любой момент. У меня даже закружилась голова, когда я посмотрела наверх. Серый сумрак сползался к ногам, словно желал всосать тебя в свою тьму. В неподвижных лианах плюща то и дело вспыхивали красные огоньки. Я присмотрелась и заметила жуков-стукачей. — И здесь эти твари, — прошептала я себе под нос. — Не отвлекайся, — посоветовал Минхо, и я сосредоточилась на коридорах. Мы поворачивали то влево, то вправо, пробегали через узкие щели и широкие площадки. Иногда на стенах встречались огромные надписи: Программа Оперативного Реагирования: Общемировая Катастрофа. — ПОРОК, — проговорила я ошарашенно. — Это же… — Да, мелкая, — перебил меня Минхо. — Здесь повсюду эта хрень. — Что это значит? –спросила я, пробегая очередную облезлую надпись. — Сегодня же спрошу у Создателей, — съязвил Минхо. — Лучше смотри сюда, — он указал на следующий поворот. — Вчера здесь была стена. Как и всю прошлую неделю. Всего в Лабиринте восемь секций. По две на ворота. Иногда они соединяются открытыми коридорами. Потом снова закрываются. Каждый день открытые секции меняются. Вон, видишь, цифру слева от тебя? Я посмотрела, куда он сказал, и увидела на стене огромную печатную цифру пять величиной почти на всю стену. — Сегодня открылась пятая секция, — пояснил Минхо. — Её-то мы и пробежим. Что ещё важно. Если случится бежать одной, делай так, — он вынул из ножен на спине нож, быстро срезал кусок плюща и бросил себе под ноги. — Это чтобы не заблудиться, — пояснил он, бросая на меня быстрый взгляд, чтобы удостовериться, что я его слушаю. — Поняла, — сказала я. — Давай, мелкая, практикуйся, — сказал Минхо. — Каждые пятьдесят шагов срезай чертовы лианы и оставляй на земле. На обратном пути просто отпихивай ногой к стенам. — Вы всегда бегаете по одному и тому же маршруту? — спросила я. — Сейчас — да, потому что знаем каждый тупик, — сказал Минхо. — Тебе тоже лучше побыстрее запомнить дорогу, чтобы не тратить время. Каждый раз мы проверяем тупиковые пути, на сколько позволяет время. Мы думаем, что выход, как и стены, каждый раз меняется, поэтому мы не можем его найти. Но однажды нам повезёт… Минхо замолчал, и я поняла, что его захлестнула злость. Невероятно, что он уже почти три года изучал Лабиринт. Три года искал выход. И до сих пор не потерял надежду. Или потерял? Я присмотрелась к бегущей впереди фигуре. В Минхо чувствовалась уверенность и непоколебимость. Нет, не потерял. Этот парень будет бежать до конца. Я ощутила прилив вдохновения. Минхо придал мне уверенности в том, что мы на верном пути. Лабиринт окружает Глэйд не просто так. И нас сюда поместили с целью найти выход. И мы найдём его, черт бы побрал этих Создателей! Как и велел Минхо, каждые пятьдесят шагов я срезала ветки и кидала под ноги. Сначала это выходило у меня неуклюже, приходилось останавливаться, но вскоре я уже наловчилась делать это на бегу. — Привал, — вскинул руку Минхо, останавливаясь. Он даже не запыхался. Лишь дышал тяжелее обычного. — Девочки направо, мальчики налево, — весело сказал он и исчез за поворотом. Я привалилась к стене и, наклонившись, помассировала напряжённые икры ног. Нагрузка оказалась действительно огромной. И это ещё Минхо наверняка не бежал в свою полную силу, жалея меня. — Держи, — вернувшийся Минхо протянул мне яблоко. — Не раздумала ещё? Здесь каждый день так. Грёбаные стены, за ними ещё одни грёбаные стены грёбаннее предыдущих и так до бесконечности. — Чувствую себя странно, — призналась я. — Но здесь хотя бы у меня есть цель. Есть надежда. Минхо глянул на меня как-то странно, но промолчал. В полдень мы добежали до конца так называемого внешнего круга пятой секции. — Это лезвия. Так мы их называем, — сказал Минхо, когда мы пробегали между высоченных металлических затворок, расставленных несколькими идеальными рядами. Это было похоже на лес, состоящий из бритвенных лезвий. — Дальше сплошная стена. Она тянется вокруг всего Лабиринта. Возможно, что выход однажды появится именно в ней. Но, как видишь, не сегодня. Я повернулась к стене и оглядела её. Вдруг мой взгляд упал на что-то странное на стыке стены и пола. Я подошла ближе и присела на корточки. У моих ног расплывалась странная лужа. — Что это? — спросила я у Минхо, который достал флягу и утолял жажду. — Эту дрянь оставляют гриверы, — сказал парень. — Какая-то слизь. Может слюни, может срут этим. Я взяла камушек и поковыряла им слизь. В нос ударил странный запах. Он что-то напоминал мне. Но я никак не могла сообразить, что. — Ты уверен, что это гриверов? — спросила я. — Уверен, — сказал Минхо. — Эй! Что ты делаешь? Я достала свою флягу и залпом допила всю оставшуюся воду, а потом поднесла горлышко к лужице и зачерпнула слизь, помогая ладонью. — Хочу кое-что проверить, — сказала я, вставая но ноги и вытирая ладонь о стену. — Отнесёшь Фрайпану как соус? — усмехнулся Минхо. — Не искушай меня, — покачала я головой и улыбнулась. — Вот, понюхай лучше. Я протянула ему флягу. Минхо осторожно понюхал и сморщился. — Дрянь какая-то, — сказал он. — Ничего не напоминает? — спросила я. — Да пофигу, — Минхо задрал голову и посмотрел на виднеющееся вдалеке небо. — Ладно, мелкая, что бы ты там ни задумала, а нам пора возвращаться, — Минхо сделал мне знак подниматься. — Погнали. На обратном пути Минхо научил меня делать пометки, отмечать тупики и открытые коридоры. Обратно я бежала уже увереннее, замечая знакомые сколы и трещины на стенах, откидывая обрезанные мною же ветки плюща в стороны и пытаясь понять, что же означают странные надписи. Лишь одно было мне ясно: это всё дело рук загадочного ПОРОКа, который помечает своими инициалами стены, продукты, ящики и даже жуков-стукачей. Но понимание этого не давало ответов на вопросы. Когда мы прибежали обратно в Глэйд было ещё светло. Первым делом мы отправились в Кратохранилище, где я научилась рисовать план секций, отмечать дату и сравнивать изменения с предыдущим днём и с макетом Лабиринта, сделанного из мелких веточек на самодельном столе. Потом мы пошли в бункер, чтобы оставить там вещи. — Поздравляю, ты неплохо справилась, — сказал Минхо, снимая портупею и вешая её на крючок. — Будешь бегать через день со мной, пока не привыкнешь. Потом дам тебе другого шанка на растерзание. — Спасибо! — я не переставала улыбаться до ушей, несмотря на дикую усталость и просто звериный голод. — Не умри от счастья, — усмехнулся парень и пошёл на выход. Я тоже собиралась выходить, и так получилось, что мы оба сделали это одновременно, наткнувшись друг на друга. Минхо подхватил меня одной рукой за талию, не давая свалиться, второй упёрся о дверной косяк, а я вцепилась в его рубашку. Ткань под моим пальцами натянулась и пара пуговиц отлетели в сторону и укатились под стол. Я замерла пялясь на дело своих рук, а именно — на голую грудь парня. — Кхм… — первым пришёл в себя Минхо. — Не так быстро, мелкая. Дай хотя бы душ принять. — Дурак, — я покраснела и оттолкнула парня, пулей вылетев из бункера. Минхо же фыркнул, пробурчал что-то про пуговицы и запер дверь. Я очень хотела пойти в душ, но у меня было одно крайне важное дело, которое мне не терпелось решить. Для этого мне нужен был Галли. Я была так воодушевлена и взволнована сегодняшними событиям, что и думать забыла о том, что произошло вчера. — Галли! — позвала я, едва завидев его у пруда с несколькими парнями. Они ловили рыбу. Хотя я ни разу за весь месяц не видела, чтобы они хоть раз что-то поймали. Недалеко от берега тлел небольшой костёр, в котором горел какой-то мусор. — О, Джо! — крикнул один из парней по имени Сэт. — Поздравляю с назначением! — Нашёл, с чем поздравлять, — сказал другой парень. — Она и недели не продержится. Галли же упорно меня не замечал, а я вдруг вспомнила, что натворила вчера и густо покраснела. Но отступать не стала. На кону было слишком многое. — Галли, — я подошла ближе. — Давай поговорим, — предложила я. — Мне не о чем с тобой разговаривать, — сухо ответил Галли, даже не повернув ко мне головы. — Это важно, — не отступала я. — Я занят. Не видишь? Рыбу ловлю. — Да там вообще рыб нет! — возмутилась я. — Это пустой пруд. — Не умничай. — Слушай, если ты обиделся потому, что я вчера тебя… Галли подскочил, как ужаленный, делая страшные глаза и хватая меня за руку. Он зашипел и потащил меня прочь от пруда и своих друзей. — Заткнись, — зло сказал он, когда мы встали в тени вышки. — Ещё одно слово… — Прости, — поспешила извиниться я. — Я правда не хотела. — Ты вообще соображаешь, что делаешь? — рявкнул он, понизив голос и урадкой оглядываясь вокруг. — Хочешь, чтобы все шанки узнали, как ты… ты?.. — Боишься за свою репутацию? — спросила я и тут же прикусила язык, потому что взгляд Галли потемнел. — Блять, Джо! — рявкнул парень. — Ты тупая? Тебе в деталях объяснить, что может случиться, если ты так будешь решать свои грёбаные проблемы? А ведь на моём месте мог оказаться кто-то другой! — Ты волнуешься за меня? — искренне удивилась я. — Я волнуюсь за шанков! — процедил Галли сквозь зубы, едва сдерживая гнев. — Я не хочу вычёркивать имена на стене только потому, что какая-то девчонка не умеет держать свой кланк при себе! Больше не смей провоцировать. Ни меня, ни кого-то другого. Усекла? — Это была не провокация, а самозащита, — не согласилась я. — Дура, — сплюнул Галли, собираясь уйти, но я остановила его. — Подожди, у меня, правда, есть разговор, — сказала я. — Сегодня я бегала в Лабиринт… — Не жди поздравлений. — Я нашла слизь, — я не стала обращать внимания на его издёвку. — Мне кажется, это важно… — Слизь, — вздохнул Галли, всем своим видом показывая, что думает обо мне и о моей находке. — Да, слизь гриверов, — кивнула я и протянула флягу, откручивая крышку. — Минхо сказал, что это точно гриверы оставляют после себя. Я хочу, чтобы ты посмотрел. — Ты в своём уме? — отступил парень. — Да ты понюхай! — не сдавалась я. — Ну же! Господи, Галли! Я же тебя не пить её прошу! Галли с отвращением взял у меня флягу и поднёс к носу. — Ну? — я даже стала притоптывать на месте от нетерпения. — Правда, похоже на… — Горючее, — сказал Галли. — Наверное, это от механизмов, что двигают стены. Откуда в гриверах горючее? — А откуда камеры у жуков-стукачей? — парировала я. — Что если гриверы тоже на подобие жуков, только больших? — Тупее ничего не слышал, — признался Галли. — Да ты только подумай, если это так! Ведь это значит, что гриверов можно поджечь, вывести из строя, убить! — возликовала я. — Отлично, — Галли вернул мне флягу. — Может, ещё предложишь охоту устроить? — Не раньше, как у нас будет оружие! — сказала я. — Ты точно стебанутая, — махнул рукой Галли и пошёл обратно к пруду. — Галли! Это имеет смысл! — воскликнула я, догоняя его. — Ты же можешь придумать поджигательную смесь? Что-нибудь кидательное, взрывательное, зажигательное? — Ты даже не знаешь наверняка, откуда эта дрянь, — Галли ткнул во флягу в моих руках. — Я узнаю. Я проверю… Всё равно нам бы не помешало такое оружие, — продолжила давить я. — Даже если гриверы — живые монстры. Возможность поджечь их на расстоянии дало бы бегунам фору. Галли, ты же можешь! Я знаю. Ну же… Галли молчал, а я посмотрела на костёр. — Надо проверить эту фигню, — сказала я самой себе и, подойдя к тлеющему костру, перевернула в него содержимое фляги. — Осторожнее! — закричал Галли, отталкивая меня в сторону. И вовремя! Слизь вспыхнула, обдав меня жарким пламенем. — Ого! — выдохнула я. — Охренеть! Я была права! Галли, это горючее. Если гриверы истекают этой дрянью, их запросто можно просто поджечь! Ну? Ты поможешь? — Я подумаю, — сдался Галли, и я не сдержалась и, обняв его, поцеловала в щёку. — Ты чудо! — воскликнула я, улыбаясь и убегая прочь, пока Галли снова не набросился на меня с нравоучениями. — Эй! Я тоже чудо! — крикнул Сэт. — И я! — поддержал того другой. — Мы все чуды! — заорал мне вдогонку третий. Я поспешила в душ. Моя одежда насквозь пропиталась потом, тело ныло от усталости. Хотелось поскорее сбросить всё и обрушить на себя ледяной душ. А ещё мне нужно было немного прийти в себя после всех открытий и событий. Я чувствовала, как от усталости и количества всего произошедшего мои мысли путались. Я не могла сосредоточиться и разложить все свои идеи и выводы по полочкам. А ещё мне хотелось поскорее поужинать и нарисовать всё, что я видела, включая Минхо с двумя оторванными пуговицами на рубашке. От последней мысли по коже побежали мурашки. Сперва я отправилась к своему гамаку, взяла вещи и уже потом пошла в душевую. И только я собиралась постучать в дверь, чтобы проверить, не занято ли, как меня нагло оттолкнули. — Не успела, — сказал Минхо, вбегая в душевую первым, подрезав меня буквально в двух шагах от входа. — Эй! Так нечестно! — воскликнула я. — Тогда входи, — услышала я насмешливый голос из-за закрытой двери. — Минхо! Какой же ты… — Быстрый, ловкий, проворный? — Невыносимый, — рявкнула я. И тут у меня родилась идея. — Ай! — пискнула я и завопила так, словно на меня напал гривер. Минхо вылетел из душевой, придерживая портки, а я, не долго думая, скользнула в душевую, захлопывая дверь. — Ах ты ж, — Минхо ворвался следом за мной, перехватил меня за талию и поволок наружу. — Я был первым. — Это я была первой, — завизжала я и вцепилась в дверной косяк. — Ты меня подрезал! — Просто я быстрее, — сказал Минхо. — У меня сегодня был первый день в Лабиринте! — возмутилась я. — Мог бы и уступить. — Ладно, — Минхо вдруг отпустил меня, и я развернулась к нему лицом, всеми силами стараясь не пялиться на его обнажённую грудь. — Не хочешь по-хорошему… Оставайся. И он просто взял и стянул с себя штаны. — Твою ж… Минхо! — завопила я, закрывая лицо руками. — Выход прямо по курсу, мелкая, — усмехнулся Минхо, и я услышала, как он протопал к канистрам, а через секунду на пол полилась вода. — Ты просто засранец! — сказала я. — Предложил бы присоединиться, но боюсь, ты согласишься, — сказал Минхо, отфыркиваясь от воды. — Дурак, — я вылетела из душевой, пылая, как факел. Но почему-то поймала себя на том, что не злюсь на парня. Его дерзость не бесила, а наоборот притягивала меня, как огонь мотылька. И я подумала, что если окажусь слишком близко к Минхо, то могу обжечься.