Глэйд. Переменная

Я очнулась в нигде. Вокруг была темнота, давящая со всех сторон и пугающая до холодного пота и онемевших кончиков пальцев. Ладони коснулись решётки. Холодный пот прокатился по спине. Я в клетке? И только эта мысль коснулась моего сознания, как клетка дёрнулась, загрохотали невидимые механизмы, мой желудок сжался и провалился вниз. Это уже было… Это было! Оно повторяется! — Нет! — закричала я и проснулась. Мои пальцы нащупали жесткую ткань, я распахнула глаза и тут же сощурилась. Перед глазами расплывались пылинки, кружащиеся в тонких полосках дневного света. Я сделала глубокий вдох, пытаясь вспомнить, что же меня так напугало. Сердце колотилось, во рту было сухо от пережитого ужаса. Но какого ужаса? Я не могла вспомнить, как ни старалась. Медленно сев, я оглядела незнакомое помещение, похожее на шалаш. Стены были сложены из веток, сквозь щели между ними виднелись зелень и полоска воды. До меня долетал шум, что-то непрерывно урчало и шелестело. Внутри же были самодельная лежанка, на которой я сидела, и небольшой стол, сооруженный из доски и коробок. На столе стояли чашка, миска с тряпкой и расплавленная свеча. В углу громоздились мешки и ящики. Я нахмурилась и потёрла лицо, окончательно приходя в себя. Надо было разобраться, что случилось. Как я тут оказалась? Что это за место? — Эй, — позвала я, вставая с кровати и на нетвёрдых ногах подходя к выходу, занавешанному покрывалом вместо двери. Мой мозг никак не желал мне помогать, сбивая в кучу мимолётные мысли. Со мной явно было что-то не так, и это начинало пугать. Откинув покрывало, я вышла на залитый солнцем берег. Слева высились скалы, о которые бились темные волны океана или моря. А возможно, это было огромное озеро. Но разве у озёр бывают такие волны и разве по ним плавают такие большие корабли, как тот, что стоял на якоре в сотнях футах от берега? Но откуда я могу это знать? Почему же ничего не вспоминается? Ни это место, ни то, как я тут оказалась? Хижина стояла на границе между мшистой землёй и песком, усеянным каменными валунами и выброшенными на берег брёвнами. Увиденный мною пейзаж не был чем-то необычным и странным, но явно было, что видела я его впервые. Не могла же я забыть где живу? Или могла? Или я тут не живу вовсе и меня сюда принесли? Кто? Я оглянулась на хижину, и тут мой взгляд скользнул по раскинутым вдоль всего правого побережья шатрам. Они были ниже холма, на котором я находилась. Там же к небу вились тонкие струйки дыма. Какие-то люди занимались своими делами: кто-то копался в земле, кто-то нёс доски к видневшейся между навесами стройке, кто-то развешивал сети… Может, там мне что-то объяснят? Осторожно я направилась в ту сторону, стараясь выбирать менее покатый склон. Чем ближе я приближалась, тем более странно себя чувствовала. Как ни напрягала я свою память, никак не могла вспомнить этого места или откуда я пришла сюда. Да и в целом ничего не помнила о себе: ни кто я, ни что здесь делаю, ни даже имени, что было совершенно странно! У всех же должно быть имя! Меня заметили, когда я дошла до первых шатров. Какая-то девочка вскрикнула и спряталась за высоким парнем с лопатой в руках. Ещё несколько подростков замерли и уставились на меня с такими лицами, словно боялись меня. Меня? Боялись? Я остановилась в нерешительности. — Эй, это же она… — сказал парень с лопатой и сделал ко мне пару шагов, вглядываясь в моё лицо. Я попятилась. — Точно… — Выглядит, как мертвяк, — к парню подошёл другой и положил руку на его плечо, останавливая. — Лучше не подходи. — Я слышал, у неё в башке всё переключилось, — сказал тот. И я снова сделала несколько нерешительных шагов назад. — Ты пугаешь её, — сказал парень. — Сделай рожу попроще, а то мало ли… — Захлопнись, — буркнул тот. — Эй, — обратился он уже ко мне. — Ты реально ничего не помнишь? Я помотала головой, стараясь следить за всеми, кто начал собираться вокруг меня. А собираться начала целая толпа. В груди сдавило, а в животе затянулся узел страха. Кто все эти люди? Молодые парни и девушки в заношенной одежде, с грязными руками, словно долго работали в земле. Любопытные взгляды. Напряжённые лица. Прищуренные глаза. Я не помнила ни одного из них. Хотя они, судя по всему, знали кто я такая. — Она точно не кинется на нас? — спросил кто-то из толпы. — Очухалась? — Переключилась, тупица! Это же программа. — Тогда что с ней? Чего она такая замороженная? — Зависла? — Отказ жёсткого диска! Приём! Эй! Ку-ку! Вокруг заржали, кто-то помахал руками перед моим лицом, и я дёрнулась в сторону, ничего не понимая и пугаясь до чертиков. — Осторожнее! Вдруг переклинит? — Ага точно. Сейчас как взбесится и выпустит тебе кишки, Ларс. — Заткнулись, идиоты! Джо? — крикнувший парень двинулся на меня, раздвигая локтями толпу, и я рванула прочь. — Стой! Да подожди ты! — крикнули мне в спину. — Кланк! Джо! Подростки засвистели и заулюлюкали, но кто-то громко рявкнул, и дикий вой тут же прекратился. Я добежала до берега и упала, напоровшись ступнёй на что-то острое. — Чёрт, — ко мне подбежал парень. Он тяжело дышал и держался за грудь. — Я уже не в том возрасте, мелкая, чтобы совершать такие забеги… — Кто ты? — спросила я, испуганно косясь за его спину. Несколько подростков шли в нашу сторону. — Кто вы все? Что происходит? Где я? — Вот кланк, — парень потёр свой затылок и оглянулся. — Эй, — крикнул он им. — Несите книгу! От парней отделился темнокожий парень и побежал в сторону шатров. — Джо… ммм, — обернулся на меня парень. — Слушай… ты ничего не помнишь. И этому есть причины. — Джо? Почему Джо? — не поняла я. — Это твоё имя, — сказал он. — Я Ньют. И я твой друг. Как и эти шанки, — он показал на остановившихся в пяти шагах парней. — Я не знаю вас, — покачала я головой, следя за парнями, которые не вызывали во мне доверия. Парень по имени Ньют переглянулся с остальными. Вид у тех был растерянный. — Ну, — Ньют снова посмотрел на меня и вдруг улыбнулся, протягивая руку. — Тогда давай знакомиться снова. Я Ньют. Я посмотрела на его руку, потом на его лицо и снова на руку. — Ньют, — повторила я и протянула в ответ свою руку, стараясь хоть что-то вспомнить, но голова была абсолютно пустая. Парень улыбнулся шире и с чувством потряс мою ладонь. — Отлично! — воскликнул он. — Смотри. Вон тот дрыщ — это Томми. Он сам недавно только очухался. Был ранен. Это долгая история. А вот этот страшный упырок — Галли. Он уверяет, что тоже твой друг. Но решать тебе… — Захлопнись, тупица, — хмуро сказал широкоплечий высокий парень и подошёл ближе, протягивая мне руку. — Я Галли. Можешь мне доверять. Я тут самый толковый шанк. — Самый кланкорожий, — добавил Ньют. — А! Вон и Фрайпан, — он показал на бегущего парня, размахивающего книжкой. — Он отвечает за припасы. Поэтому он для всех лучший друг. Да, Фрай? — Что? Джо, привет! — запыхавшийся парень протянул мне книгу. — Вот, принёс. — Что это? — спросила я, чувствуя, что ничего не понимаю из болтовни парней. — Там же написано! — воскликнул Ньют. — Книга Джо! Ты сама её писала. Ну и рисовала. Вернее, сначала рисовала, а потом писала. — Что? — спросила я и взяла протянутую Фрайпаном книгу. — Да открой ты её просто и прочитай, — сказал Галли. — Да, Джо, — поддакнул Фрайпан. — Наверное, это лучше, чем если бы мы пытались что-то объяснить. — Точно, мелкая, — закивал Ньют. — Ты там написала, чтобы тебе отдали, если ты всё забудешь. — Я знала, что забуду? — спросила я, поглаживая подпалины на краях книги. — Ну как бы эта была одна из перспектив, — пожал плечами Ньют. — Короче, ты поймёшь, когда прочтёшь всё. Я посмотрела на книгу и открыла первую страницу, которая была приклеена строительной лентой. На корешке была надпись: Как и обещал, мелкая. Смотри, запоминай, рисуй. Снизу была приписка другой рукой: Это написал Ник. Вожак и предатель. Тот ещё упырок и лучший на свете шанк. На приклеенной странице, с которой смотрел портрет незнакомого парня, начинались каракули. Они вились вокруг рисунка, перепрыгивали через пряди волос, мочки ушей, плечи и подписанного имени: Лука. Кто такой Лука? И Ник? Имена звучали совершенно незнакомо. И я начала читать. Книга Джо. Привет, Джо. Да, да, это ты. Можешь не сомневаться. Кланк, не знаю, как к себе обращаться: на ты или на я? Глупо… Ладно, буду на ты, потому что ты меня (то есть себя) не помнишь. И это хреново, я понимаю. Но раз так случилось, то надо постараться если не вспомнить всё, то хотя бы узнать. И я тебе помогу. Я подняла глаза на парней, чувствуя, как внутри меня начинает разрастаться ураган из совершенно противоположных эмоций. Парни смотрели с сочувствием и какой-то грустью. И я продолжила читать. В этой книге ты найдёшь портреты тех, с кем жила в месте под названием Глэйд. Потом расскажу, что это такое и как ты туда попала. К сожалению, мало, кто из твоих друзей выжил… Да, твоё прошлое не такое сказочное, как хотелось бы. Но есть и те, кто выжил! Во всяком случае, я очень надеюсь, что это ржавое корыто, на котором мы плывём, не потонет к чертям собачьим. Но тогда и ты это тоже не прочитаешь. Ха-ха! Кланк… чёрный юмор у меня ни к чёрту. Хочу сразу тебя обрадовать, что я сама не помню своего прошлого с определённого момента, потому что мне стёрли память. Короче, ты не в первый раз всё забываешь. Хотя вряд ли это тебя как-то успокоит и взбодрит. Но что есть, то есть. Забывать зашибись, как фигово. И по-правде сказать, мне очень страшно. А ещё я злюсь. Злюсь, что могу не вспомнить своих друзей и всего, через что мы вместе прошли. Это несправедливо. Но знаешь, что? Опыт доказывает, что жизнь вообще несправедливая грёбанная тварь! И мне остаётся только надеятся, что твоя жизнь будет лучше моей. Ты уж там постарайся. Договорились? Итак, всё началось в нигде… *** Я читала до позднего вечера, не веря, что всё, что описано в этой странной книге, действительно произошло со мной. Ни одно имя, ни одно лицо на страницах не всколыхнули ничего в моей груди. Почти под всеми портретами была поставлена приписка неровным почерком: помни его имя. И это значило, что этого парня уже нет. Я вчитывалась в имена, которые когда-то что-то значили для меня: Стэнли, Джеф, Лука, Энди, Алби, Уинстон, Адам, Жук… Чак… Оказывается, у меня был брат. Я долго изучала его круглое детское личико, пухлые щёки и кудряшки, но не узнавала. Хотя теперь знала, что никогда не забуду его лица. Или постараюсь не забыть. Сейчас я ни в чём не была уверена. Я смотрела на портет высокого парня с птичьим взглядом и бусами из мусора на груди, и до головной боли тщётно пыталась всколыхнуть свою память. О нем я писала много противоречивого. И я не поняла, люблю я его или ненавижу. И я решила спросить об этом парней… тех, кто выжил в описанном мною аду. Я долго изучала портреты темноволосого парня. Его портретов было больше всего. И он был одним из выживших. Под его портретом была странная надпись: Он что-то значит для тебя… Нет, не так. Он значит для тебя очень много… Нет, не то. Короче, его забывать больнее всего. Если для тебя это что-то значит, то хорошо. Если нет, то… Кланк! Кланк! Кланк! Когда я дошла до последней страницы, солнце уже начало садиться за горизонт, окрашивая мир вокруг и заляпанные страницы в ржавый цвет. И мне показалось, что книга в моих руках полыхает огнём. Последние слова заставили меня оцепенеть: А теперь главное, Джо. Тебе это точно не понравится. Но было бы глупо скрывать от тебя правду. А она заключается в том, что если ты всё забыла, это может значить только одно — ты убила чиппированного. Прости. Я не хотела. Видимо, что-то произошло. Лекарства перестали действовать, монстр оказался сильнее, а ты слабее, Бренда не смогла вынуть чипы, а Винс не нашёл другого решения. Я не знаю. Но это факт. Если ты читаешь это, потому что пытаешься понять всё, то значит, что на твоих руках кровь. Это кланк как поршиво. И я обещаю, что буду стараться изо всех сил не допустить подобного. Не хочу убивать… мне страшно… кланк, как же мне страшно!.. Иногда думаю, что не легче ли просто сигануть через борт. Он кстати, сейчас в футе от меня. Надо просто перегнуться и всё будет кончено. Глупо, да? Но не ссы, я ещё держусь. Надеюсь, Винс с Галли всё-таки придумают что-нибудь. На Бренду надежды нет. Да и не хочу я никем рисковать. Это неправильно. Ньют идёт. Хорошо, что он проснулся. А то, что-то я совсем сопли развесила… На этом книга заканчивалась. Значит потом я кого-то убила. Убила? Мурашки побежали по коже. Я посмотрела на свои руки, словно на них должна была остаться кровь. Желудок подступил к горлу. Я обняла себя за плечи, чувствуя, что начинаю дрожать. Всё прочитанное мною казалось мне невероятным. Кто мог совершить подобное над детьми? Только чудовища! Они исковеркали мою жизнь, а потом отобрали её. Дважды! И сейчас мне было важно вспомнить всё. Вспомнить самой, а не прочитать. Ведь это же я на этих страницах! Но память ускользала, как вода сквозь пальцы. В голове было пусто. Все воспоминания, лица, мысли, чувства — всё исчезло. — Нечестно, — проговорила я, вытирая слёзы и оборачиваясь в сторону палаток. Парни оставили меня одну, чтобы не мешать. Они сказали, чтобы я приходила к костру, который зажигается каждый вечер во время ужина. Они сказали, что всё будет хорошо. И они ни слова не сказали о том, что я убийца… Огромный костёр пылал ярко и весело. Люди собрались вокруг, ели и пили. Когда я подошла ближе, многие косились на меня и отодвигались. И теперь я знала почему и не винила их. Я бы и сама испугалась, будь на их месте. Я вглядывалась в незнакомые лица, пока не увидела Галли и Ньюта. Там же был Фрайпан и Томас. Они что-то бурно обсуждали с подсевшими к ним девушками. Их лица были счастливыми. Когда одна из девушек поднялась, чтобы пересесть ближе к Галли, я увидела ещё одного парня, и моё сердце на миг сильно ударилось о рёбра. Это был тот самый из книги, которого прошлая Джо не хотела забывать. Парень отставил на землю миску и поднял голову в сторону пляжа, словно искал там что-то. Потом оглядел сидящих и встретился взглядом со мной. Его лицо напряглось, губы сжались в тонкую линию и он опустил голову, с силой потерев шею. Потом повёл плечами и, медленно поднявшись и сказав что-то другим, направился в мою сторону, обходя суетившихся вокруг подростков. И я вдруг испугалась. Повернувшись, я поспешила убраться подальше. Этот парень из книги что-то значил для той прошлой Джо. Но значила ли Джо для него? И я не знала, как себя вести. Я просто расстерялась. Надо было привести мысли в порядок, ещё раз перечитать книгу. А потом… — Джо, подожди, — парень догнал меня на берегу. Убегать дальше было глупо да и некуда — в темноте мало что можно было разглядеть. Я обернулась. Парень остановился в нескольких футах от меня. — Минхо?.. — проговорила я имя, которое прочитала под портретом. Свет звёзд освещал фигуру парня, его лицо и темные раскосые глаза. Я увидела, как он кивнул. Он всматривался в мои глаза, словно искал там ответ на какой-то невысказанный вопрос. И мне стало неуютно. Я нахмурилась и опустила глаза на его шею. Из-под ворота рубашки темнел широкий пластырь. — Прости, — сказала я. — Я не помню тебя. — Ты поэтому пыталась убежать? — спросил он. — Да… нет… я не знаю, — сказала я, запинаясь. — Исчерпывающий ответ, — хмыкнул парень. — И куда же ты направлялась? — Ну… туда, — я кивнула в сторону. — Ясно, — кивнул он и замолчал. А я тоже не знала, что сказать и переминалась с ноги на ногу, меся мокрый песок. — Ну тогда пошли, — сказал он. — Куда? — Туда, — он кивнул в сторону, и зашагал вперёд. Потом остановился и оглянулся, и мне ничего не оставалось, как пойти за ним. К тому же мне почему-то хотелось побыть с этим парнем, поговорить с ним, узнать о нём побольше. Ведь за что-то прошлая я его отличала от остальных. Почему-то он был важен для неё. Свежий ночной воздух прочищал мысли. Шум волн успокаивал. Мы дошли до скал в полном молчании и уселись на камни лицом к океану. Звёздное небо над нашими головами казалось необъятным, а мир непостижимо огромным. — Могу я взять твою руку и не получить по морде? — спросил вдруг Минхо, не глядя на меня. — А есть за что? — спросила я, косясь на парня. — Вообще-то да, — он повернул голову и уставился на меня. — Это из-за меня ты всё забыла. — Что? — Я активировал гребанную третью фазу, — сказал он. — Но… — нахмурилась я, вспоминая историю Джо. — Если я правильно всё поняла, то я… убила кого-то. При чём тут ты? — Ты убила меня, Джо, — усмехнулся Минхо. — Вернее, думала, что убила. — Я?.. — Я долго думал, стоит ли тебе говорить об этом, но потом решил, что иначе ты же себя загрызёшь от чувства вины, думая, что убила кого-то, — сказал Минхо, опираясь одной рукой на своё колено и играя пальцами с подобранным камушком. — Короче, мелкая, я сам виноват. Знал же, что тебе сложно себя контролировать рядом с чиппированными, но всё равно пришёл, как дурак. Ну ты и истыркала меня карандашом и выбросила за борт. Это и послужило детонатором. Программа среагировала мгновенно, вырубая вторую фазу. — Но… — от шока я даже слова не могла подобрать, чтобы выразить удивление. — Меня почти сразу выловили, — продолжил Минхо. — Ньют был поблизости. Позвал подмогу. Бренда меня залатала. Так что всё в порядке. — Как же так… Это просто… просто… Я не помню ничего… — я схватилась за голову и опустила её на согнутые колени. — Как я могу не помнить такого? Это же ужасно! Как я могла… — Эй, всё хорошо, — Минхо коснулся моего плеча. Я вздрогнула и посмотрела на него, потом посмотрела на его шею и непроизвольно протянула пальцы, но остановила себя. — Прости… прости меня, — прошептала я, сжимая пальцы и не веря, что я могла воткнуть в кого-то карандаш. Это просто не укладывалось в моей голове! Но тут Минхо перехватил мою руку и погладил пальцем по запястью, успокаивая. — Просто царапина, — сказал он. — Не грузись так. Я ж говорил, что ты слабачка. — Я не помню… — Не страшно. Главное, что ты есть здесь и сейчас, — сказал Минхо. — А память мы тебе наживём. И она будет лучше, чем прошлая уж точно. Обещаю, — он вдруг поднёс мои пальцы к своим губам и поцеловал, а я почувствовала, что мои щёки начинают гореть. — Ну что? Пошли обратно или ещё пообжимаемся? Я не против. — Что?.. — Прохладно, говорю, — ухмыльнулся Минхо. — Пошли к огню? Ты ела вообще? Нет? Тогда чего сидим! Там же сейчас сожрут всё! Давай, двигай булками… И я пошла, чувствуя, как крепко держит меня за руку этот странный парень, такой знакомый и незнакомый одновременно. И отчего-то вдруг стало спокойно на душе. Наверное, он прав. Главное, что я есть здесь и сейчас. Важно не то, что было, а то, что есть и будет. Всё вокруг пока кажется странным, но я вдруг поняла, что это пройдёт. Я привыкну… если рядом будут те, кто будет держать меня за руку. Да, я многое потеряла вместе с памятью, но у меня остались друзья. А ещё книга. Книга Джо — девушки, имя которой я буду помнить. *** — Что это она там ковыряется? — спросил Ньют за моей спиной. — Хрен знает, –ответил Галли. — Эй, Джо, ты ж не помнишь нихрена. Что ты там долбишь? — Имя, — ответила я, стараясь не попасть молотком по пальцам, в которых держала кинжал. — Чьё? — хором спросили парни. — Своё, тупицы, — поджав губы, сказала я. — Не понял, — сказал Фрай. — Зачем? — Мы тебе так надоели, что ты решила удавиться? — спросил Ньют. — Не дождётесь, — хмыхнула я и вытерла потный лоб. — Всё. Готово! Я отошла на шаг от мегалитного камня и полюбовалась на вырезанное имя среди десятков других имён — тех, кто погиб, тех, кого не хотели забывать. — Красота, — закатил глаза Галли. — И? В чем смысл? Ты ж живая! — Это моя память, — сказала я. — Теперь всё. — Что всё? — спросил Фрай. — Теперь я новая Джо! — улыбнулась я. — Да не, — оглядел меня Галли с головы до ног. — Всё та же стебанутая. — Дурак, — вздохнула я. — Минхо, ну ты то хоть понимаешь? — Вообще-то не очень, — сказал тот, покосившись на камень. — Но Ника же Ньют вырезал, а он тоже жив, — сказала я, показывая на имя Ника над моим именем. — Не факт, — подал голос Ньют. — Вы просто невыносимы, — разозлилась я. — Да что с вами не так! Я вот эту Джо вообще не помню, — я ударила пальцами по своему имени. — Значит, это не я! Та Джо была, а теперь нет. Значит её надо похоронить. — У неё крыша поехала, — прошептал Галли. — Может, это четвёртая фаза? — спросил Ньют. — Надо бы у Винса спросить. — Тупицы! — фыркнула я. — А я вам ещё сюрприз готовила! — Сюрприз? — спросил Минхо. — Какой? — оживился Фрай. — Колись, мелкая, что за сюрприз, — сказал Галли. — Да так, — пожала я плечами. — В книге Джо есть слова песни. Она вроде как ваша любимая. Вот я и выучила её. Хотите спою? — Нет! — хором ответили шанки и попятились. — Это ещё почему? — не поняла я. — У меня там это… на стройке надо было подкрутить… подпилить то есть, — затараторил Галли, рванув с места. — Я ж рыбу не почистил! — воскликнул Фрай, исчезая из поля зрения. — А мне это… надо было, короче, туда, — махнул рукой Ньют и захромал в сторону шалашей, крутя головой, словно кого-то искал. — А? — открыла я рот, ничего не понимая. — Минхо? Чего это они? — Да просто сюрприз твой не хотят испортить, — улыбнулся Минхо. — За ужином споёшь им. — А ты знаешь эту песню? Да? Про глэйдеров? — А то! Лучшая песня! — Спеть тебе? — Эээ… лучше иди сюда, — Минхо притянул меня к себе и коснулся кончиком своего носа моего уха. — Соскучился, — сказал он, улыбаясь, и поцеловал меня сперва в висок, потом наклонился и накрыл мои губы своими, и все мои мысли тут же вылетели из головы. А вечером у костра, когда шанки набили рты ужином и расслабились, я вспомнила о сюрпризе, и все в Гавани узнали о песне легендарных глэйдеров: О, Глэйд, ты так прекрасен в лучах луны! И пусть у всех дырявые штаны! И в волосах танцуют вши! А головы у нас пусты! А животы полны бурды! Мы глэйдеры! Да! Чёрт возьми! Мы глэйдеры! Оооооо!