Проклятие Лигара

Не убил. Я лежала в своей кровати и хмуро разглядывала потолок. Больно. Сначала избил, а теперь выхаживает. Козлина. – Эй! – позвала я. – Даан! … Тварь! Тишина. Может, ему повезло больше, и он умер? Я тихо плакала от боли, страха и жалости к себе. За что мне это всё? В коридоре послышались шаги. Сейчас начнётся. – Очнулась? – Мезиф склонился надо мной и поправил подушку, – это хорошо, а то я уже начал волноваться. – Издеваешься? – вяло пыталась увернуться от его прикосновений. – Нет, вполне серьёзен, – маг осторожными движениями ощупывал меня, – немного переборщил с наказанием. – Немного? – я забилась в судорожном кашле вместо смеха. Наджаш выразительно приподнял бровь. – Ты ослушалась. Скажи спасибо, что не убил. – Спасибо, хозяин! – я вложила в интонацию весь сарказм, на который была способна. Карие глаза недовольно сузились. – Ты будешь в порядке, – он плотнее укрыл меня одеялом. – Что ты сделал с дааном? Нелюдь не ответил и ушёл. Я снова осталась наедине со своими путаными мыслями. Буду в порядке, как же. Ну, допустим, поставит он меня на ноги. А дальше что? Снова изобьёт или даст поиграться какому-нибудь гостю. Потом вылечит, потом снова изобьёт. И так по кругу. Пока игрушка окончательно не сломается. Или пока я не сойду с ума. Как пленник. "Убей меня, пожалуйста..." По спине пробежал холодок. Что с ним делал ящер, что пленник даже имя забыл? Почему наджаш его не убьёт? Сколько он там сидит? Я задумалась. Мезиф жил в лесу около двадцати лет, с прошлой войны. С последней войны. Может, кто-нибудь, зная склонности наджаша, подогнал "подарочек"? Ну, не может же ящер держать его двадцать лет? Правда? Поёжилась. Внутренний голос подсказывал, что нелюдь способен и не на такое. Надо было убить несчастного, а не страдать хернёй. – Тварь! – позвала я снова. Даан не отзывался. С одной стороны, если бы он не распахнул дверь, я бы туда не сунулась. Ничего бы не узнала. Дождалась бы Мезифа, притворялась, что люблю его, и надеялась, что меня минует судьба предыдущих рабынь. А с другой, обижаться на пленника я тоже не могла. Ему было гораздо хуже, чем мне. Зря, зря не прикончила его. В голове постепенно созревало решение, которое мне не нравилось. Но валяться полудохлым трупом и надеяться на милость нелюдя мне нравилось ещё меньше. Я ещё долго разглядывала потолок, обдумывая всё. В доме было тихо. Хозяин возился на кухне, ходил туда-сюда... Наконец он вышел во двор. Я вцепилась в спинку кровати и с неимоверным усилием встала. Перед глазами мельтешили цветные пятна. Плевать. Осторожно выглянула в окно. Наджаш копался в алтаре. Судя по куче выкопанных костей, затеял генеральную уборку. Это хорошо. Круг требует большой концентрации. В такие моменты он ничего вокруг не замечает. Выдохнула и поползла вниз. Больно было просто адски. Но я упрямо шла. Только бы не упасть в обморок. Коридор, лестница, кухня – нож. Дверь, сени, снова дверь – лаборатория Мезифа. Силы были на исходе, но мне удалось обогнуть каменный стол и дойти до второй комнаты. – С-сука!!! Даана на прежнем месте не было. Борясь с головокружением, я вцепилась в косяк и оглядывалась, пытаясь найти дверь. Должна быть ещё одна комната или кладовка. – Лаи! Я не разрешал тебе вставать. И здесь тебя тоже быть не должно! – наджаш стоял у входа, недовольно скрестив руки на груди. Я тяжело сглотнула. – Где он? Мезиф заметил нож в моей руке и весело оскалился. – О, решила всё же прирезать его? Нет, маленькая, он не заслуживает смерти. – Где он?! – я внезапно даже для себя перешла на ультразвук. – Лаи! Я сквозь слёзы смотрела на разъяренного ящера. Прости, даан, видимо не судьба. Лезвие ножа прижалось к горлу. – Лаи, не дури! – Мезиф замер, встопорщив гребень. Тяжело хватая ртом воздух, я смотрела в глаза нелюдю. – Лаи, успокойся! – Мезиф шагнул ко мне. – Не подходи! – я взвизгнула, отступая назад, – хватит! Я больше не могу!.. – на последних словах практически разревелась в голос, – С меня хватит!! – Маленькая, успокойся, я тебя не трону. – Нет! Ты убьёшь меня! Наиграешься и убьёшь! Я... я больше не могу... - лезвие сильнее впилось в шею. – Лаи, обещаю, что не причиню тебе вреда больше, – наджаш медленно приближался, – убери нож, всё будет хорошо. Лаи, я обещаю, – повторил он. Я нервно рассмеялась. Лезвие прочертило кровавую полосу. Не успела. Молниеносным рывком ящер оказался рядом, зажал рану и выкрикнул что-то. Шею обожгло огнём. Мезиф, стиснул меня в объятиях, шепча что-то ласковое и успокаивающее. Я смеялась. – Всё хорошо, моя девочка, я не дам тебе умереть. Всё хорошо... Ну да... Не дашь... Меня колотило. Тело сводило судорогой, я не могла вздохнуть и не могла прекратить смеяться. По бёдрам потекло горячее. Дожила, мать. – Тише! Тише, моя хорошая, – продолжал увещевать ящер, поглаживая порез на шее. А я продолжала истерично ржать, пока совсем не обессилила. Маг, продолжая что-то говорить, уложил меня на стол. Я его не слышала. Выгнувшись в болезненной судороге, я смотрела вверх. Сквозь потолок, сквозь тяжёлые серые тучи. Выше. Туда, где в бесконечном полёте замер Великий дракон. Он смотрел на меня. Он был недоволен. Он злился. И почему-то был гораздо страшнее наджаша, раздражённо звенящего бутыльками с зельями. Не умерла. Сознание возвращалось медленно и неохотно. Потребовалось несколько минут, чтобы осознать, что я по-прежнему лежу на каменном столе, Мезиф что-то химичит рядом, на улице солнечный день, а над головой деревянный потолок. Подёргала рукой, привлекая внимание. Наджаш обернулся. – Сколько раз можно избить до полусмерти и исцелить? – примерно так звучал вопрос в моей голове, но вслух я смогла только выдавить, – Сколько?.. Мезиф недоуменно повёл бровью и склонился ко мне. Ну, давай, ящерица-переросток! Ты же всё время читаешь мои мысли. – Ты будешь в порядке, ¬– наджаш убрал мокрые волосы с моего лба. Я глубоко вздохнула и медленно, по слогам, выговорила: «Сколько раз можно избить до полусмерти и исцелить?» – Хм… – он задумался, – точное число не назову. Исцелить тело не проблема, но если душа не хочет жить, то начинается апатия, проблемы с рассудком, попытки самоубийства... Я, кстати, думал, что ты в этом плане выносливее! – нелюдь снисходительно оскалился. – Ты чудовище! – Никогда этого не отрицал, – Мезиф пожал плечами и неожиданно наклонился так, что его лицо оказалось совсем рядом, – а знаешь кто ещё чудовище? Даже более страшное, чем я? Я вжалась затылком в стол, догадываясь, куда он клонит. – Не верю! – Почему? Ты знаешь, кто он? Он рассказал тебе? – Нет, – я прикрыла глаза, не выдержав пронзительного взгляда ящера, – он же ничего не помнит. – А хочешь, я тебе расскажу? – от вкрадчивого голоса по спине побежали мурашки. Перед внутренним взором встал измученный искалеченный пленник. – Расскажи, – я смело посмотрела в глаза хозяину, – только от этого ничего не изменится. Кем бы он ни был, чтобы не натворил – ты всё равно хуже в тысячу раз. Голос дрожал и хрипел, тирада вышла не такой красивой и гневной, как хотелось бы, но наджаш всё равно взбесился. – Лаи! – он повысил голос. – Ты больной ублюдок. Психопат и садист… – Не забывай, с кем разговариваешь! – И что? Убьёшь меня? – я гордо, насколько позволяло положение, вскинула подбородок. – Нет, зачем? – Мезиф внезапно улыбнулся, – просто больше не дам тебе обезболивающего зелья. Я заткнулась и стиснула зубы, мигом представив, что со мной будет через полчаса. Клыкастая улыбка стала ещё шире. – Лаи, поверь, он не стоит твоего сочувствия. – Кем бы он ни был – никто не заслуживает подобного. – Ты еще слишком молода, малышка, – наджаш покачал головой, – но если будешь хорошей девочкой и перестанешь меня провоцировать, я постараюсь тебе объяснить. Он погладил меня по щеке. Я закрыла глаза и кивнула. Ладно, гадёныш, я тебе подыграю. А потом дождусь подходящего момента и выполню просьбу даана. – Умница, – его губы коснулись моего лба, – пока отдыхай, а потом я расскажу тебе сказочку.