Проклятие Лигара

– Приготовь ему спальню. Любую из свободных. – Хорошо! – И выбери платье! – Хорошо… – неуверенно отозвалась я, мысленно перебирая одежду, оставшуюся от предыдущих рабынь. Будет непросто найти что-то по размеру. – Лаи! – Мезиф всё же соизволил повернуться ко мне, – ты рабыня. Пока Теширан здесь, веди себя соответственно. – Хорошо! – третий раз повторила я, – хозяин! Взгляд наджаша потеплел. – Умница! – он обнял меня и чмокнул в макушку. Не люблю, когда он так делает. У меня скоро проплешина на голове появится от его поцелуйчиков. Что поделать,¬ разницу в росте никуда не денешь. – Хозяин, – я крепче прижалась к ящеру и преданно посмотрела в глаза, – если разрешишь Теширану остаться... Пожалуйста, не отдавай меня ему. Мезиф коснулся губами моего лба и ехидно прищурился. – Любишь меня? – Люблю, – привычно ответила я, проводя рукой по чешуйчатым плечам. Нелюдь насмешливо улыбнулся. – Не бойся. Сомневаюсь, что ты его заинтересуешь. Он разжал было объятия, но внезапно передумал и снова стиснул меня. – Лаи! – его голос стал строгим, – Если ляпнешь хоть одно лишнее слово, я отрежу тебе язык и скормлю Твари! Я сосчитала до трёх и улыбнулась. – Не беспокойся, – а про себя добавила, – я всё ещё хочу жить. *** Молодой наджаш брезгливо разглядывал платье, держа его двумя пальцами. – Да простит меня Мать-Прародительница! – он обречённо вздохнул и без капли стеснения разделся донага. Я смущенно опустила голову, исподтишка разглядывая его. Боги, до чего же красивый! Просто невозможно красивый. Стройный, изящный, с горделивой осанкой… Правильные черты лица, высокий лоб, острые скулы, чуть волнистые каштановые волосы до лопаток… Мраморная кожа, широкие плечи, гребень с аккуратными пластинами, словно высеченными из полупрозрачного синего камня… Нужно отметить, он не был смазливым. Лаошен обладал магнетической притягательностью хищника. Перед ним хотелось замереть, как кролик перед удавом, и ждать приказаний. Вот! Вот так должен выглядеть настоящий лорд, а не как всякие там гопники-Муразисы. – Чего стоишь? – Теширан недовольно посмотрел на меня. – Помогай, сам я его не натяну. О-о-ох… Щёки запылали огнём. Преодолевая смущение, я помогла Теширану влезть в сарафан, стараясь не касаться его своими потными ладошками. Хм… А ничего так. В талии широковато, зато из-под подола очаровательно торчали коленки. С трудом сохраняя серьезное выражение лица, повязала ему поясок. Миленько получилось, если не считать выпирающего гребня, который то и дело норовил подняться. Да и под подолом… Тоже выпирало. Можно было бы немного поправить ткань, чтобы задрапировать «достоинство», но тянуть руки к паху нелюдя я не рискнула. Мало ли. И так сойдёт. Наджаш с отвращением заглянул в зеркало и зашипел в бессильной ярости. Я на всякий случай снова отступила к двери. Теширан стиснул зубы и принялся расчесывать волосы с таким остервенением, что платье затрещало по швам. – Хватит на меня пялиться! Пошла прочь! *** Это был безумный вечер. Я чуть не сползла по стеночке, когда Теширан появился в столовой. Босой, с распущенной гривой, небрежно перекинутой на одно плечо, он, кротко опустив глаза и грациозно покачивая бёдрами, спустился по лестнице и сел за стол, элегантно закинув ногу на ногу. Я была готова пищать от восторга. У наджашей мужчины и женщины в принципе довольно похожи, но только сейчас я поняла насколько. Не уверена, что распознала бы в Теширане парня, если бы видела его впервые. Юного лорда выдавали разве что крепкие жилистые руки, явно привычные к оружию. Даже в нелепом платье он был невероятно красив. А застывшее выражение трагичной жертвенности лишь придавало шарма. – Прошу, дорогая! – предвкушающее скалясь, Мезиф налил парню вина, – ну, рассказывай, что там учудил Герхолб. – Хочешь, чтобы я говорил о себе в женском роде? – вымученно улыбнулся Лаошен, крутя в руках бокал. – Зачем? – с наигранным удивлением воскликнул Великий, – Ты же мужчина! – Да, хорошо… – красавчик нервно облизнул губы, – Герхолб… Я пристроилась возле очага. Возможно, стоило придумать какое-нибудь срочное-важное занятие, чтобы оставаться на кухне и подслушивать. Но, подумав, решила: если Мезиф захочет – всё равно прогонит, а если ему всё равно, то зачем заморачиваться? Так что просто налила себе огромную кружку чая и навострила уши. Наглость, конечно, но наджашам было не до меня. Теширан ещё раз, уже подробнее, рассказал свою историю. Ничего особенного, если честно. После гибели родителей Теширан и Мариса попали под опеку Герхолба из рода Доршан, который им приходился не то двоюродным дядей, не то троюродным дедушкой. И первые лет десять всё было хорошо, но на старости лет Герхолба занесло. («Мы многим обязаны ему, он позаботился, чтобы мы получили хорошее образование, помог восстановить заводы на Таморре и прочее. Я не должен плохо отзываться о нём… Но за последний год и двадцати дней не наберётся, когда я видел его трезвым! Сначала он устраивает большую охоту, потом пир в честь удачной охоты. Потом турнир – раз уж собралась куча гостей, потом пир в честь победителя, а затем в его честь загоняют зверя, и всё начинается по-новой!) И на очередной пьянке Герхолб внезапно для всех объявил о помолвке Марисы с лордом Харосом, который абсолютно не подходил ей по происхождению, зато регулярно снабжал Герхолба лучшим вином и частенько выигрывал на турнирах. А Теширан ничего не мог с этим сделать, потому что не достиг совершеннолетия, не встал во главе рода и не мог решать судьбу сестры. Саму Марису, как я поняла, вообще никто не спрашивал. (Церемония должна была состояться через два дня, в день равноденствия. Даже если бы я в тот же миг сорвался в столицу и смог убедить Совет Высших родов запретить этот брак – к моему возвращению они бы уже были женаты) Поэтому Теширан воззвал к старым обычаям и вызвал Хароса на дуэль. То есть сначала он вызвал Герхолба, но поскольку тот слишком стар, биться вместо него будет Харос. Который, на секундочку, почти вдвое старше Лаошена и один из лучших воинов. (– Честно говоря, я не думал, что дело дойдёт до дуэли, – смущённо признался Теширан, – по правилам, бой можно отложить на три месяца. Я думал за это время добиться расторжения помолвки) Спойлер: у него не вышло. Совет Одиннадцати Высших родов – как пафосно-то – не увидел ничего плохого в данном браке, а добиться аудиенции у императора парню не удалось. Несколько недель он безрезультатно искал помощи в столице и в отчаянии пришёл к Мезифу. (– Я не знаю, что мне делать. Я не могу отдать Марису этому напыщенному… Харосу! Мне пытались помочь старые друзья отца, но… Это похоже на заговор! – Не заговор, а приказ императора, – хладнокровно поправил Мезиф расстроенного юношу. – В смысле?!¬) Я не видела наджашей, но воображение живо нарисовало изумлённое лицо красавчика и насмешливую ухмылку Мезифа. Не удержавшись, пересела ближе к проходу в столовую. Хозяин заметил меня, но не подал вида. – Ну, смотри, – Великий расслабленно крутил в руках бокал, – что тебе сказали в Совете? – Они сослались на Указ императора о браках. – Что это за Указ? – На последней войне погибло слишком много мужчин, многие знатные семьи не могут найти мужей для своих дочерей, и император официально разрешил неравные браки, – нехотя признал Теширан, – но этот указ практически не коснулся Высших родов, к тому же мы с Марисой последние Лаошены! – Её дети всё равно не будут носить фамилию Лаошен, ¬¬– менторским тоном заметил Мезиф. – Ладно. Дальше. Неужели не осталось других родственников, которые могли бы помочь? Что насчёт Караххов, Лаорет и прочих? – Кровопийца, – Теширан понизил голос, – Лаошены всегда стояли на страже границ и первыми встречали даанов. А в ту войну… Никто не ожидал такого напора. Почти все наши родичи погибли. Либо в боях, либо… – он запнулся, – Мало кто успел увезти свои семьи вглубь Нагтарха… А Кровопийца убивал всех подряд. Остался только Герхолб. У меня в груди больно кольнуло. Мне не хотелось верить, что слепой полубезумный пленник в подвале действительно кровожадный убийца, истреблявший наджашей. – Что ж… Про легендарное богатство твоего отца даже спрашивать не буду – дааны сжигали всё, до чего могли дотянуться. Лучше скажи, кто из претендентов на престол хотел жениться на Марисе? – Никто… – недоумённо протянул юноша, – по крайней мере, никто не говорил об этом ни со мной, ни с Герхолбом. А с Марисой?! Я искренне возмутилась. У них, что, вообще не принято женщин спрашивать? – Задам вопрос по-другому, – Мезиф устало закатил глаза, – кто из детей, а скорей, внуков императора достигнет совершеннолетия в ближайшие полгода? – Мидашар! Но, он не проявлял особого внимания к сестре… Великий откинулся на спинку стула. – Ты идиот. Абсолютно согласна. Уже даже до меня начало доходить. – Теширан. Пьянство Герхолба здесь не причём. Он просто выполняет приказ императора. – Но зачем… – Ты же сам всё сказал. У тебя ещё нет веса в обществе, нет покровителей, нет денег. Не сомневаюсь, что твоя сестра достойнейшая из невест, но всё, что у неё есть – имя отца и красота матери. Этого явно недостаточно, чтобы породниться с императором. Полагаю, Герхолбу приказали срочно выдать её замуж из опасения, что выбор Мидашара падёт на неё. – Ну, допустим. Но можно же было найти ей достойного жениха, а не этого выскочку! – Всё дело в твоей матери. Её семья не принадлежала к Высшим родам… – Не совсем! – перебил Теширан, – на самом деле…. – Я знаю эту историю! – цыкнул Мезиф на парня, – её семья много лет пыталась доказать своё родство с Талемархами. Но у них ничего не вышло. Когда твой отец женился на Тиаре, многие были недовольны. Лаошена обвиняли в том, что он повёлся на красивое личико и портит древнюю кровь. – Он ценил её не только за красоту, они любили друг друга… – Я знаю! – прошипел Великий сквозь зубы. Теширан наконец догадался заткнуться. Мезиф, недовольно встопорщив гребень, налил ещё вина. Я сожалела, что под рукой нет блокнотика, нарисовать схему всей этой Санта-Барбары по-наджашски. – Твой отец был одним из самых влиятельных и богатых лордов Нагтарха. Он взял в жёны Тиару и никто не посмел ему перечить. Но это не значит, что все забыли об этом. Мариса… Девушка, способная своей красотой затмить всех прочих невест, просто не нужна Одиннадцати. Самый простой способ избавиться от неё – выдать замуж. Причем так, чтобы её дети в будущем не путались под ногами Высших родов. – А как же я? Я ведь тоже сын Тиары. – С тобой всё просто. Знатных мужчин не хватает. К тому же ты последний Лаошен. Род не должен прерваться. Поверь, Совету Одиннадцати приходилось закрывать на глаза и не на такое. Строго говоря, меньше половины Высших родов действительно ведут родословную напрямую от Матери-Прародительницы. Марисе просто не повезло. – Это невозможно! – платье на Теширане жалобно трещало по швам, – это подло! Это… – Обычные игры Высших родов, – закончил за него Мезиф, – думаю, никто не ожидал, что ты вспомнишь о праве на дуэль. Это очень старый и почти забытый обычай. Последний раз право на старшинство отстаивали поединком лет сто пятьдесят назад. Ты хоть знаешь, как она проводится? – Сто четырнадцать, – буркнул пыхтящий от гнева парень, – что там знать, правила просты. Оружие каждый выбирает сам. Запрещено использовать какие-либо артефакты или талисманы, накладывать чары на себя или противника, применять боевые заклинания. – Хорошо, – кивнул Великий, – а теперь объясни, почему ты пришёл за помощью ко мне. Я маг, а тебе нужен опытный фехтовальщик. С чего ты взял, что Я смогу тебе помочь? – Мариса. Ей во сне явилась мать и сказала, что ты поможешь. – Прародительница? ¬– хохотнув, уточнил Мезиф. ¬– Нет. Тиара. Лицо Мезифа вытянулось. Наджаш замер, не донеся бокал до рта. – Потрясающе, – выдавил он через силу и залпом допил вино, – последний вопрос. Что думает об этой помолвке сама Мариса? Да неужели? Я мысленно зааплодировала хозяину. – Она в ужасе. Хотя не знает о Харосе и половины того, что знаю я. – Что, за ним тоже подглядываешь? – фыркнул Мезиф. ¬– Имел удовольствие присутствовать на пирах Герхолба и прекрасно знаю, что из себя представляет этот подхалим. А про то, что слышал тогда в усыпальнице, я никому не рассказывал. Даже сестре. – Это правильно, – ласково кивнул Великий, – а то я бы тебя на косточки разобрал. Не посмотрел бы, что ты последний из рода. Что ж, – хозяин встал и подал Теширану руку, – пойдём, дорогая, посмотрим, как ты будешь меня уговаривать. Юноша покорно вложил свою ладонь в руку Мезифа и позволил увести себя наверх. Я дождалась, пока шаги нелюдей стихнут и выдохнула. Однако. Не ожидала таких страстей в Нагтархе. Прям скандалы, интриги, расследования. Прогнило что-то в Датском королевстве. Я задумчиво сунула в рот булочку с клубничным вареньем (вот ведь гады, я полдня пекла, а даже толком не попробовали!) и собрала посуду. Не знаю, как хозяин, а меня история Теширана зацепила. Парень на всё готов, лишь бы защитить сестру. Они ведь практически одни остались. Из-за Кровопийцы. В груди снова кольнуло. Всё во мне сопротивлялось, чтобы признать, что Мезиф не просто так истязает несчастного. Лаошен едва ли лгал про истребление своих родичей. Война войной, но я всё равно не могла представить, как кроткий даан приказывает убивать женщин и детей. Кстати. До меня внезапно дошло, что я не видела его весь вечер. – Тварь! – я растерянно покрутила головой. Но привычный комок тьмы так и не появился. Надеюсь, он не валяется в бессознательном состоянии в своём подвале. Следующие пять минут я старательно убеждала себя, что с дааном всё в порядке. Хозяину сегодня было не до него. Наверное, просто спит. В крайнем случае – схожу к нему с утра и попробую пронести бутылочку Настоя. Интересно, как бы среагировал Теширан, если бы узнал, что Кровопийца всё ещё жив?.. Я прибрала на кухне и отправилась спать. Наверху творился какой-то треш. Из спальни Мезифа доносились стоны, хрипы, шорох чешуи и ещё куча непонятных звуков, от которых у меня волосы дыбом вставали. Как будто они там не совокупляются, а, как минимум, жрут друг друга. Я прокралась в свою комнату, плотно прикрыла дверь и залезла под одеяло. Не помогло. Признаться, мне было чертовски любопытно, а как, собственно это происходит? Они всё-таки мужчины и оба вооружены членом 40-плюс. Я поёжилась. Ну, Мезиф, по-любому, сверху. Надеюсь, Теширан будет в порядке. Или ему потом тоже потребуется наложение рук на пострадавшие места? Бррр… И вообще, а какой, собственно Мезиф ориентации? Я как-то по умолчанию решила, что его интересуют женщины, если б хотел - купил бы себе мальчика. Но при мне он ни разу не проявлял интереса к наджашкам. Хотя, учитывая, с каким благоговением и ужасом к нему относятся местные – любая бы бухнулась на спину и раздвинула ноги по одному взгляду Великого. И не только женщина, если уж на то пошло. За всё время, что я его знаю, он занимался сексом со мной, хотя это довольно затруднительно по физиологическим причинам, с Тварью, который от постоянных издевательств и побоев забыл не то что достоинство, но даже собственное имя. И с Тешираном, которого заставил переодеться в женщину... Есть такая ориентация¬ "извращенец"? По дому пронесся сладострастный стон. Ещё один. А ведь это не Мезиф. У него голос ниже. Я мысленно присвистнула. Нет, нахрен этих нелюдей. Даже думать не хочу. Погасила свет и плотнее закуталась в одеяло.