Раздувая огонь

Одинокая Башня стояла всегда. Она была здесь больше трёх столетий назад, когда король Харкон Первый завоевал Полуостров и сел править в северной части, а его брат, родоначальник фамилии герцогов, утвердился на юге. Башня царапала небо и шестью веками до этого, когда через воды Пролива переправился царь Уршатур и обнаружил совершенно вымерший Арас-Караташ. Дома стояли нетронутыми, в тарелках лежала заплесневелая пища. На базарных прилавках темнели потускневшие серебряные украшения и рулоны тронутой гнилью шёлковой ткани. Возможно, лишь Башня, молчаливо наблюдающая со своей высоты, знала тайну исчезновения жителей. Но её камни хранили молчание. Точно также безмолвно стояла она, когда народ Брегмы сложил вокруг нее первые стены. Так же встречала рассветы, когда два тысячелетия назад безымянные племена варваров разворачивали у её основания свои грубые юрты. И ещё раньше... И задолго до этого... Время наслаивалось, словно краски на древней картине. Города возводились на руинах предшественников, чтобы в свой черед обратиться в ничто. Песок заносил улицы, погребал под собой шумные площади. Вчерашние крыши становились фундаментами. Затихали звуки человеческой речи, чтобы потом зазвенеть с новой силой - но уже на другом диалекте. Сменялись династии, убежденные в том, что их правление никогда не закончится, достигали расцвета и угасали цивилизации... Но Башня - Башня стояла всегда.

***

Все это нам поведала герцогиня Доменика де Воттерфен. Ее покои представляли собой настоящий храм археолога. В мерцающих волшебных колбах хранились артефакты давно забытых эпох. Занимая собой целую стену, стоял шипастый скелет какого-то ящероподобного монстра, причем Белькатель глядела на него такими глазами, как будто была знакома с ним лично. Под защитой стекла парили растрескавшиеся таблички из глины, испещренные символами, похожими на шумерскую клинопись. - Все факты указывают на одно. Башня - творение Предвестников, - подвела итог герцогиня. - Так называют культуру, которая создала автоматонов и много других чудесных вещей. Среди этих вещей есть и то, что вы ищите. Оно называется Звездное Око. - Звездное Око... - повторил я и пробормотал: - Звучит поэтично. Герцогиня продолжила: - Это устройство улавливает колебания маны по всему миру - если его правильно настроить и сфокусировать. Хотя его истинное предназначение остаётся загадкой, во времена Уршатура его научились использовать для того, чтобы предупреждать о набегах чудовищ. А во времена Харкона Первого и Харкона Второго с его помощью следили за неблагонадежными лордами. Стараясь не выдать своего торжества, мы с Белькатель переглянулись. - А как вы считаете, - спросил я нейтрально. - Звездное Око сумеет найти какого-нибудь определенного сильного монстра? - Безусловно, - также нейтрально отозвалась герцогиня. - У меня есть подробные записи, как это делалось. - И, насколько я понимаю, оно находится в башне? Нас допустят туда? Герцогиня печально вздохнула. В эту секунду она была очень похожа на брата. - В этом то и заключается сложность, - объяснила она. - При герцоге Дирене де Воттерфене - его портретом вы можете полюбоваться во-он на этой стене - Звездное Око помогло нам отстоять свои земли от дьяволиц. У Сухого Русла они попали в засаду и подверглись такому разгрому, что никогда больше не решались залетать к нам крупными силами. Но и простить такое они тоже нам не смогли. Поэтому монстры послали отряд из своих лучших воительниц с целью лишить нас артефакта Предвестников. В ответ на это священники взмолились Верховной о помощи. Тогда с неба спустилась Небесная Дева - валькирия вместе с маленьким воинством ангелов. Сражение суккубов и ангелов развернулось прямо над Башней. Пишут, что красивое это было зрелище. Красивое и смертоносное. Словно белые звезды сталкивались с лиловыми метеорами. Снова вздохнув, герцогиня с сожалением поджала тонкие губы. - Но вы ведь не хотите сказать, что устройство досталось суккубам? - спросил я встревожено. - Что? Нет! - воскликнула чародейка. - Иначе тут и говорить было бы не о чем. Монстры опять были разгромлены и позорно сбежали. Но, к несчастью, им удалось поразить Небесную Деву и ее свиту темной энергией. Чтобы не подвергать нас опасности, Богиня запечатала ее в Башне - той ночью в ней никого не было... И вот уже два с лишним столетия мы не в состоянии попасть за ее двери. - Стало быть, вы предлагаете… - начал я дипломатично. - Да, - перебила меня герцогиня. Она подалась вперед, до белизны стиснув пальцы в замок. - Да. Я уверена, что ваше появление здесь неслучайно. Вам нужна Башня. И мне нужна Башня. А значит сама судьба велит нам, чтобы мы стали союзниками.

***

Уж не знаю, что там с судьбой, но уже в тот момент мне стало понятно: задача нам предстоит не из легких. Чтобы снять с Башни печать, наложенную самой Верховной Богиней, необходимо было приложить гигантскую мощь, причем приложить с ювелирным расчетом, чтобы эта самая мощь заодно не разрушила здание. Перспективы, мягко сказать, оптимизмом не отличались. Осмотрев Башню, Белькатель констатировала: - Понадобится вся гильдия магов, герцогиня и я. И даже тогда, нам придется вложить в заклинание все свои силы. А ведь внутри ожидает валькирия, да еще вместе с ангелами. - Да, уж, нехорошо, - пробормотал я. Моей первой мыслью было предложить просто выпустить девушек. Но потом я сообразил, что освободившись они нападут на ближайших людей, то есть нас. - Стоит над этим подумать. Однако, сколько бы я ни ломал голову, проблема выглядела неразрешимой.

***

Наверное, мы бы надолго застряли на этом этапе, если бы на помощь мне не пришел случай - или, если угодно, все же судьба. Вскоре после приема, на постоялый двор заглянул Берен де Ланс. Чемпион выглядел искренне огорченным, однако зла на нас не держал. После обмена приветствиями, де Ланс с братским укором сказал: - Друзья! Два дня назад вы совершили большую ошибку. Я же говорил вам опасаться этого подлого герцога! Он очень коварен! Вспомните, как он косвенно обвинил короля в терпимости к монстрами! Но киньте всего один взгляд за окно - на тех кто свободно ходит по улицам Арас-Караташа, - и вам все сразу же станет понятно! Похоже чемпион не догадывался, что наш поступок был сделан сознательно, и старался нас вразумить. Это заставило меня ощутить неприятный укол совести. - “Ничего личного” - подумал я. - “Просто бизнес”. А сам развел руками и произнес: - Ну не могли же мы врать! Тем более, когда вокруг столько достойных людей. За кого бы нас приняли? Берен де Ланс досадливо щелкнул языком. - Честь! Честь, будь она неладна, делает нас своими заложниками… Только Богиня способна освободить нас от этой химеры… Но впредь вы должны вести себя осмотрительнее! - Постараемся, - сказал я, не испытывая ни малейших иллюзий по поводу своего обещания. Благородный де Ланс был мне симпатичен. Но он выступал за короля, а наши задачи пока что требовали придерживаться партии де Воттерфена. Впрочем, на месте герцога я бы тоже не слишком рассчитывал на мою преданность. В действительности я был верен одной Белькатель и нашей цели уничтожить Эссенцию Тьмы. - Что же, вашего слова достаточно, чтобы я посчитал себя удовлетворенным, - сказал чемпион, собираясь уходить. - Если бы истинно верные дети Богини враждовали между собой, в нашем мире совсем бы не осталось надежды. Всего вам хорошего. - Подождите, милорд! - воскликнул я, становясь у него на пути. В голове у меня молниеносно созрел план - а почему бы нам не привлечь к атаке на башню дополнительного участника? Такой воин, как де Ланс, здорово бы нам пригодился. - Вы сделали очень верное замечание! Поэтому я собираюсь поделиться с вами нашим следующим шагом. Де Ланс подобрался. Его лазурные глаза посерьезнели. - Я весь внимание, брат, - сказал он. - Мы планируем попасть в Башню, - без предисловий выпалил я. Де Ланс был поражен. - Вы обезумели! - воскликнул он. - Откажитесь от этой затеи, иначе с вами случится беда! - Я с радостью бы последовал вашему совету, милорд. Но именно ради Башни мы и прибыли в Арас-Караташ. Вернее, не ради нее, а того, что скрыто внутри - Звездного Ока. Этот предмет - ключ к главной цели нашего братства: найти одного древнего монстра и... скажем, так, с ним разобраться. - Мне знакома легенда про Око, - чемпион неодобрительно покачал головой. - И в ваших благородных намерениях я не сомневаюсь. Но ведь потом артефакт перейдет в руки герцога! Представляете, сколько зла сотворит с ним этот низкий предатель? Я вздохнул, ощущая, как из глубины души поднимается раздражение. Мы прибыли в эти земли не так уж давно, но местные феодальные склоки мне уже порядочно поднадоели. Как они вообще еще держатся? Будь мамоно хотя бы капельку настойчивее и организованнее, они бы давно уже тут всех перетрахали. - Может стоит забыть о борьбе между людьми, когда нам грозит общий враг? Может стоит отложить разногласия и объединиться против чудовищ? - мое негодование было полностью искренним. - Суккубы посылали войска, чтобы отнять у людей Звездное Око. А теперь они, должно быть, животы надрывают со смеха, глядя на то, как вы два века не можете вернуть его в свои руки! Конечно - а вдруг сосед станет немного сильнее! Вдохновленная моими словами, в разговор вмешалась до этого молчавшая Юна. Одной богине известно, как долго она набиралась для этого храбрости. - Господин де Ланс! - острые ушки полуэльфийки трепетали от волнения. - Давайте покажем пример всему королевству! Продемонстрируем всем, что верность лордам и королям стоит ниже верности Верховной Богине! Ведь сказано было: "Не склоняйте шеи пред тронами земными, ибо Я одна положила основание мира. Цари возвысятся и падут, как листья осенние, а слово Мое пребудет вовек. Кто поставит закон человеческий выше воли Создательницы…" На этом моменте Юна сбилась и наморщила лоб, вспоминая. Де Ланс тут же пришел ей на выручку. - … тот строит свой дом на песке. Да будешь ты в послушании Той, Чья десница держит Небо и Землю, - закончил он, отчеканив. - Книга Премудрости, стих девятнадцать. Герой задумчиво опустил подбородок и провел рукой по короткой золотистой бородке. Взгляд у него стал отсутствующим, как будто он к чему-то прислушивался. К чему-то, что звучало у него в голове. - Так что? - спросил я, выждав, сколько было положено. - Теперь вы одобряете нашу идею? Де Ланс медленно поднял лицо. Я в который раз обратил внимание, насколько неественно-голубыми были глаза чемпиона. - Одобряю, - произнес он. - Мы пойдем на штурм вместе. Так пожелала Богиня!

***

Пустырь перед Башней гудел. Много лет он спокойно зарастал сорняками с бурьяном, но теперь их начисто вытоптали. Буро-желтую пыль расчертили замысловатыми линиями, на пересечениях которых расставили магов с волшебными посохами. Среди них рыскала герцогиня, то и дело сверяясь с пергаментом, на котором они с Белькатель нанесли план построения. Насколько я понимал, каждый волшебник должен был находиться на строго определенном для него месте и вдобавок читать строго определенную часть заклинания, причем в строго определенный момент. Само собой, ошибки в таком масштабном мероприятии были недопустимы. Обнаруживая какой-нибудь непорядок, герцогиня дергала виновника за мантию, ругалась и шипела на него, словно змея. Жесткая она была женщина! Действительно жесткая! По-моему, даже жестче чем герцог. За пустырем царило не меньшее напряжение. На всякий случай, де Воттерфен пригнал к Башне целый полк арбалетчиков. Солдаты набились на крыши домов, установив там щиты и развернув несколько легких баллист. Стражники грубо отгоняли зевак, напирающих на оцепление, в то время как дворянская конница, собранная из самых отчаянных (и самых набожных) бретеров и удальцов, ожидала своего часа в резерве. Временами из моря людей выныривала Белькатель, заботливо убеждалась, что со мной все хорошо, и вновь исчезала. Я уже устал бродить из стороны в сторону, гася чувство волнения, и сейчас утомленно переминался с ноги на ногу. Глубоко в душе мне было слегка страшновато. Нет, не погибнуть - моей жизни ничего не угрожало! - а облажаться, пустив псу под хвост все, чего мы добились за последние пару недель. Юна тоже чувствовала себя неспокойно. Поскрипывая серебристыми латами, она все время проверяла как меч выходит из ножен и нервно поправляла волшебную диадему. Один лишь де Ланс был неподвижен. Опираясь на длинный меч, он напоминал грозную и невозмутимую железную статую. Зато его оруженосец с глупой прической-горшком ворчал за двоих: - Нагнали волшебников… Того и гляди небо на землю уронят. Нет, чтобы молиться как нормальные люди - они только посохами своими размахивают, да всякую гадость бормочут. Суккубопоклонники, тьфу! Над пустырем разнесся резкий и четкий голос Бельктатель: - Нестра! О ваи-наш нестра! Посохи волшебников замерцали, вспыхивая в сложной последовательности. На домах зашевелились арбалетчики. Заржали лошади, когда толпа любопытных, гудя, будто прилив, нажала на стражников. - Нестра! О ваи-наш нестра! - снова крикнула Белькатель и снова все повторилось. После этого, чародейка выбралась из рядов магов и направилась прямо ко мне. - Это было последней проверкой, - сказала она. - Мы готовы - насколько это возможно. Сейчас мы аккуратно надломим печать, чтобы вы смогли пройти внутрь. - Мы тоже готовы, - сказал я, разминаясь. Белькатель прижалась ко мне. Ее ладонь скользнула под плащ, нежно прошлась у меня по груди и заботливо поправила перевязь. - Не позволяй затащить себя в Пандемониум, - напутствовала меня демоница. - Мне будет непросто тебя оттуда достать. - У меня есть веская причина не поддаваться, - твердо заявил я. Белькатель тихо вздохнула и незаметно от остальных уткнулась в мое плечо подбородком. - Береги себя, - прошептала она. - Не рискуй без необходимости. А лучше вообще не рискуй. Это не единственный путь к прежнему Повелителю. В худшем случае мы отыщем другую дорогу. Я кивнул, едва поборов желание крепко обнять девушку и поцеловать ее в лоб. Белькатель отступила на шаг. - Удачи, брат Алексей! - сказала она совсем другим тоном. - Спасибо, сестра! - ответил я подчеркнуто бодро. Обнажив оружие, мы с полуэльфийкой сгруппировались за чемпионом. Оруженосец, нервно утирая нос, отступил - его до участия в этом бою не допустили. Я увидел, как герцогиня взмахнула бледной рукой и сейчас же громко затрубил рог, подавая сигнал начинать. Арбалетчики вскинули оружие наизготовку, наведя его на шестиугольную громадину башни. В тот же миг Белькатель вновь произнесла заклинание: - Нестра! О ваи наш нестра! Однако насколько иначе оно сейчас прозвучало! Теперь в нем чувствовалась такая неодолимая мощь, что у меня сдавило дыхание. Маги запели. Они пели в унисон, подхватывая и усиливая первоначальные чары, доводя их до почти крещендо - крещендо противоестественного, направленного на разрушение, потому что тут и там в их заклинании звучала расчетливая дисгармоничность. Практически зримая Сила наполнила воздух. Я ощутил, как на всем теле у меня поднимаются волосы, как будто их наэлектризовали. Белый свет вспыхнул в щелях между блоками Башни, как будто в попытке удержать песню на расстоянии. Какое-то время ему удавалось бороться, но заклинание не утихало, и свет, потеряв силу, иссяк. Ворота Башни из вороного металла со скрежетом выгнулись, словно их выдирали невидимой дланью, а затем с грохотом сорвались с петель. Из входа наружу со свистом вырвался густой фиолетово-черный туман, как при разгерметизации. - Не дадим злу пощады! - вскричал чемпион, воздевая клинок. - Защищайте мою спину, друзья! Сказав это, де Ланс взмахнул длинным мечом, который заполыхал ультрамариновым пламенем, и бросился навстречу туману. Амулет у меня на груди разогрелся, на серебряной диадеме у Юны засияли эльфийские символы. Я хлопнул полуэльфийку по наплечнику. - Держись позади. Не геройствуем. Просто прикрываем де Ланса. - Да, да, да. Как прикажешь, - затараторила Юна. Ее колотило от возбуждения, она стучала мелкими зубками. - Тогда вперед! - крикнул я и побежал за чемпионом.

***

Башня встретила нас темнотой и густой фиолетовой дымкой, так что я видел лишь на расстоянии в пару шагов. Но даже этого было достаточно, чтобы понять - мы находимся у подножия широкой каменной лестницы, идущей вдоль стен. В центре лестницы была пустота. Башня тряслась и содрогалась, как маяк под ударами волн. Неужели, проломив брешь в печати, волшебники все-таки повредили строение? Однако удары ощущались такими резкими и неравномерными, что навевали абсолютно другие ассоциации: словно что-то внутри, воспользовавшись ослаблением магии, стремилось окончательно разнести ее в клочья. Ответ был очевиден, правда сейчас я не хотел даже представлять то, какая нужна была для этого сила. Де Ланс оторвался. Я мельком увидел, как его широкая спина исчезла в танцующем мраке. Чтобы догнать чемпиона, нам с полуэльфийкой следовало набрать оборотов. Я прыжками понесся вверх по стертым ступенькам, стараясь держаться подальше от провала в центре строения. Мы пробежали несколько этажей, когда башню снова страшно тряхнуло. Жутко захрустел камень - и я не поверил своим глазам. Пролет прямо перед нами обрушился, но не ухнул на землю, а повис в воздухе. Осколки и мелкие камешки, парили, подрагивая, как будто их удерживало какое-то магнитное поле. - “Это Белькатель и остальные волшебники” - понял я. - “Они не позволяют Башне распасться.” Сверху вдруг захихикали - звонко и похотливо. Мелькнула короткая синяя вспышка и что-то пронеслось мимо нас вниз, как мешок. Похожий смешок прозвучал совсем рядом со мной, буквально над ухом. Я сбавил темп - и правильно сделал! Густой фиолетовый сумрак исторг на меня обвитую цепью мамоно с бледно-фиолетовой кожей, плоской грудью и крыльями с темными перьями. Над ее прелестной головкой парил нимб лилового цвета. Дистанция между нами была слишком мала и Черный Клинок дернул меня прочь от мамоно, увеличивая разрыв между нами - причем так неожиданно, что я едва кубарем не покатился назад по ступенькам. Тем временем темный ангел уставилась на меня с голодным восторгом и восхищенно захлопала. На ее лице за долю мгновения промелькнуло с десяток выражений - от игриво-кокетливых до властных и доминантных, словно она подбирала ключик к моим предпочтением. В конечно счете, лицо девушки остановилось на образе, сдержанность и благородство в котором сочетались с глубоким развратом. - Почему бы нам не уединиться… навечно, любимый? - сказала она хрипловато-чувственным тоном. - Не сопротивляйся и я исполню все, о чем ты мечтаешь. Я покажу тебе, что значит настоящая женщина… - Лучше поберегись! - воскликнул я, поскольку мой меч, получив пространство для взмаха, беспощадно обрушился ей на плечо. В последний момент темный ангел с испуганным вскриком метнулась в сторону и удар пришелся ей по крылу. Бешено заметавшись и ударяясь об стены, она провалилась в пролет. - Алексей! - с испугом воскликнула полуэльфийка. Черный клинок крутанул меня вдоль оси и вонзился в руку незаметно подобравшейся сзади мамоно. Ангелы прибывали. Они подползали к нам по стенам, выныривали из тумана и выбирались из камня, как привидения. С пугающим невменяемым смехом, девушки хватались за нас тонкими, но удивительно сильными ручками. Два падших ангела, повиснув на плечах полуэльфийки, пытались облизать и искусать ее ушки, царапая ноготками серебристые латы. Конечно, атакуй они хотя бы с минимальным расчетом, нас изнасиловали бы за пару секунд. Но никакого расчета у монстров не было даже в помине. Искаженные ангелы целых два века сгорали от похоти, не имея возможности ее утолить. Любой бы на их месте свихнулся! Мамоно отчаянно мешались друг другу. Они оттаскивали, щипали и толкали соперниц, стремясь опередить всех и достичь нашей лакомой плоти, чтобы облизать с ног до головы, зацеловать, затискать и овладеть… Тяжело дыша, я отмахивался, рубясь в тесноте на маленьком лестничном пятачке. Мой Черный Клинок использовал любой подвернувшийся шанс, чтобы нанести удар по безумным монстрицам. Когда я не мог сделать этого со своими противницами, я бил по тем, которые нападали на полуэльфийку. Юна моментально переняла мою тактику. Поразительно, но скоро мы настолько синхронизировались, что начали драться буквально в четыре руки. После этого натиск темных ангелов стал угасать. А тут еще над нами громыхнул голос де Ланса: - И да развеется тьма! Меня ослепила беззвучная голубая вспышка, а затем по ушам больно врезало грохотом, словно от близкого грома. Однако, если нас выплеск энергии лишь оглушил, то темных ангелов разметало как ураганом. Вероятно, после такого им придется долго отлеживаться у себя в Пандемониуме! Сверху к нам сбежал чемпион. - Друзья! Время почти на исходе! - грянул он. - Она практически вырвалась! Наш долг ее перехватить! Подтверждая его заявление, башня завибрировала от очередного удара. Не теряя зря ни секунды, мы устремились наверх. Больше никто не вставал у нас на пути и спустя пару десятков пролетов мы забежали на последний этаж.

***

Фиолетовый мрак разошелся. Здесь он не заполнял все пространство, а висел над землей тяжелым ковром, доставая нам до колена. Без него я легко разглядел помещение, в котором мы очутились. Это был огромный каменный зал - куда больше, чем позволяли внешние размеры строения. Геометрия стен была искажена, вызывая дискомфорт своей неправильностью, потолок терялся высоко в темноте. В центре зала возвышалось Звездное Око. Я не могу подобрать точных слов, чтобы достоверно описать вам это устройство. Скажу только то, что оно совершенно не вписывалось в атмосферу волшебного средневековья, напоминая не то какой-то футуристический телескоп, не то боевое орудие из далекого будущего. Однако рассматривать дольше Звездное Око мне было некогда. За устройством находилось нечто, мгновенно приковавшее все наше внимание. У дальней стены была клетка из белоснежных светящихся символов, а в ней - черный крылатый комок, яростно бьющийся в прутья. От каждого такого удара символы на долю секунды бледнели, а башня вздрагивала и сотрясалась. Я сказал вам “комок”? Я просто неправильно оценил перспективу. С учетом того, что зал был исполинским, клетка - гигантской, размер того существа, которое предпринимало попытки прорваться через печать, был по самой скромной мерке огромным. Черный ком отлетел к противоположному концу клетки, сгруппировался и с неистовым воплем в очередной раз врезался в волшебный барьер. Земля ушла у нас из под ног. Не удержавшись, мы попадали на пол. С потолка дождем посыпались блоки, но, как и недавно на лестнице, замерли в воздухе, как будто в патоке. А когда мы поднялись, то обнаружили, что символы, которые удерживали в клетке валькирию, бесследно пропали, а девушка, выбравшись, стоит на полу на четвереньках. Ее рука крепко сжимала древко копья из черно-фиолетовой стали. Я оценил рост девушки… прикинул размеры копья… И пробормотал: - А может не надо? А может, мы просто дадим ей улететь? А черт, кого я обманываю!

***

Некоторое время валькирия стояла на четвереньках, отдыхая, а затем неторопливо поднялась на ноги. Она была прекрасна - объективно прекрасна. Если суккубы завораживали своим развратным голосом и поведением, то этой девушке не требовалось прибегать к таким ухищрением. Достаточно было одного взгляда на ее упругую крупную грудь, прямые длинные ноги и идеальное, словно сошедшее с картины лицо, чтобы сердце любого мужчины пропустило удар от восторга. Неземное великолепие девушки подчеркивали тяжелые латы, в которых сошлось воедино распутство с воинственностью. - Свободна… свободна… свободна - забормотала мамоно. Ее прекрасные черты на миг исказились, словно от нервного тика. Валькирию всю передернуло. - “Да ведь она не в себе!” - понял я. Меня пронзила острая жалость. Сердце сжималось при виде того, как заточение надломило рассудок этой прекрасной небесной воительницы. Валькирия порывисто потрясла головой и тут ее взор остановились на нас. На мгновение в глазах девушки мелькнула искра прежнего разума - возвышенного и целомудренного - но тут же погасла, как будто свеча на ветру. Валькирия с неуместным кокетством поправила волосы, после чего, обогнув Звездное Око, с жуткой грацией двинулась к лестнице. - Не вмешивайтесь, - сурово сказал нам де Ланс через плечо. - Такова воля Богини. Я мягко взял Юну за руку и отступил с ней назад. Тем временем, валькирия пересекла зал и остановилась перед героем. Ее лицо осветилось улыбкой. - Ты дал мне свободу… Пришел после стольких столетий… Ты мой герой? - Нет, о Небесная Дева, - с горьким сочувствием произнес чемпион. Хотя де Ланс был довольно высоким, на фоне валькирии он казался ребенком. - Я не твой герой. Но я действительно здесь, чтобы тебя освободить. Богиня послала меня избавить тебя от страданий. Он вытянул перед собой гудящий энергией меч. Валькирия изумленно уставилась на острие, как будто де Ланс протянул ей экскременты на палочке. - Зачем? Не понимаю… - прошептала она. - Я забыла… Так много забыла… Тебе полагается доказать, что я достойная спутница? Я докажу. Де Ланс ударил ее без предупреждения.

***

До этого дня я даже не представлял, как силен Берен де Ланс. Его выпад напоминал разряд молнии - такой же стремительный и смертоносный, - что я не сумел толком его разглядеть. Но и валькирия была далеко не обычной мамоно! Мелькнула серебристо-черная сталь - опять за гранью моего восприятия! - и девушка отбила атаку изящным взмахом копья. - Я буду достойна, - сказала она с маниакальной улыбкой. Герой и валькирия сошлись в поединке, превратив его в настоящую симфонию стали. Их движения напоминали мне танец, но танец, ускоренный до невозможного. Каждый взмах меча чемпиона оставлял в воздухе голубой след, но бил он относительно редко и веско. В ответ валькирия обрушивала на него град быстрых уколов, атакуя буквально со всех сторон одновременно. Мне с Юной оставалось лишь наблюдать за битвой с безопасной дистанции. Было бы полным безумием влезать между такими соперниками. Но если я понимал это и сохранял хладнокровие, то полуэльфийка изнывала от бездействия и нетерпения. Не имея возможности помочь чемпиону, она ломала тонкие пальцы, краснела, бледнела и беспокойно металась из стороны в сторону от переизбытка эмоций. - Она побеждает! - испуганно вскрикнула девушка, когда валькирия вдруг захватила инициативу. Юна испуганно вцепилась мне в локоть. - Мы должны что-нибудь предпринять! - Спокойно! - сказал я. - Он справится! Как раз в этот момент, валькирия взмыла на крыльях, обрушив на чемпиона сверху серию резких ударов. Блокируя их, де Ланс припал на колено. Этого Юна выдержать уже не могла. Отчаянно взвизгнув, девушка бросилась герою на выручку. - Юна! Куда! - рявкнул я и побежал за напарницей. Я уже почти поймал ее за плечо, когда девушка попала в зону, где валькирия могла до нее дотянуться. Смазанный тычок копьем в сторону Юны - и полуэльфийка отлетела назад, пронесясь мимо словно пушинка. Моя напарница приземлилась на спину метрах в десяти от меня, с головой скрывшись в тумане. Диадема сорвалась с макушки полуэльфийки и со звоном покатилась по полу. К слову, на бой де Ланса с валькирией это нисколько не повлияло - чемпион восстановил равновесие еще до того, как Юна оказалась поблизости, а мамоно все еще удерживала инициативу. - Твою же мать! - я подскочил к раненой Юне. Опустившись в туман, я нашарил в нем полуэльфийку и, придерживая между лопаток, помог ей приподняться. Бедная девушка хватала ртом воздух, но на ее милом личике читалась не мука, а, наоборот, эйфория. - Со мною все в порядке, - горячечно зашептала она, вцепившись мне в руку. - Нигде ничего не болит. Как это странно! Мне никогда не было так легко и приятно. Вот только ноги почему-то не слушаются, - сказала девушка грустно. - Твою же мать! - прорычал я в полный голос. Юне досталось демоническим серебром, плюс она валялась в этом проклятом тумане, да еще совсем без защиты! - Сейчас, потерпи… Крякнув, я вскинул ее на плечо - из-за брони вес у нее был ощутимым - и бегом побежал к ближайшей стене, куда отлетела ее диадема. Навалив полуэльфийку на камни, я отыскал волшебный предмет в густой фиолетовой мгле и непослушными от волнения пальцами нахлобучил Юне на голову. Пока я заботился о раненой девушке, мне было совершенно не до того, чтобы следить за боем героя с валькирией. Из-за этого, я пропустил тот момент когда их поединок закончился. Оторвавшись от полуэльфийки, я увидел, что чемпион и мамоно больше не кружатся в вихре ударов, а вновь стоят друг перед другом. Только теперь валькирия сильно качалась, удерживая древко копья на кончиках пальцев и прижимая свободную руку к груди. Клинок де Ланса был опущен. С его кончика капали тяжелые алые капли. - Я… д-достойна? - спросила валькирия. И, как подрубленная, с металлическим грохотом повалилась лицом вниз. Когда девушка врезалось в пол, фиолетовый дым разошелся и я увидел, что тело валькирии стало бледнеть, становясь призрачным, пока не пропало совсем. Мелкие белые искорки вылетели из опустевшей черной брони. Неизвестно откуда взявшийся ветер закрутил их и унес куда-то под потолок, где я потерял их из вида. - Прощай, Небесная Дева, - сказал чемпион и отсалютовал ей мечом. Я стиснул зубы и отвернулся. - “Ее невозможно было спасти”, - повторял я себе. - “Это было не в моих силах. Я в этом не виноват. Что я мог сделать? Ничего. Ничего. Ничего”. Произошедшего было не изменить. Чтобы собраться, я сосредоточился на полуэльфийке. Навалившись на стену, Юна по-прежнему часто дышала, на ее щеках был яркий румянец, а нежные губки набухли и покраснели, как будто от поцелуев. Однако лицо девушки потихоньку возвращало себе осмысленное выражение. Надеюсь, я успел вовремя, и она проглотила не так уж много этой сладкой отравы! Только новоиспеченной мамоно нам здесь не хватало! Пространство за моей спиной с треском прорвалось. В зал вступила Доменика де Воттерфен со свитой волшебников. Группу накрывал магический купол, защищающий от демонической маны. Не обращая на нас никакого внимания, герцогиня огляделась и сразу же бросилась к Оку. - Где сестра Белькатерина? - окликнул ее я. - Заканчивает стабилизацию башни, - торопливо отозвалась Доменика. - Она скоро к вам присоединится. Вы что, дрались прямо здесь?! Варвары! Ну что за безмозглые варвары! Надеюсь, вы не задели Звездное Око? Оно существует в единственном экземпляре! - Не бойтесь, ничего с вашим устройством не сделалось, - сказал я с отвращением. Герцогиня прижалась щекой к поблескивающему гладкому боку Звездного Ока и бережно погладила его бледной ладонью. - Вы могли случайно его повредить! Вам следовало быть осторожнее! - зашипела она, обратившись ко мне. Я вспыхнул от нахлынувшей ненависти. - Пошла ты нахер, - сказал я по-русски и демонстративно сплюнул на пол. Герцогиня оторопело посмотрела туда, куда попала слюна, а потом перевела взгляд на меня. Лицо ее вытянулось. Доменика гневно стиснула руки, ее лоб покрылся красными пятнами, но заметив в тумане бессильно сидящую Юну, она вернула самоконтроль. - Примите мои извинения, - сказала герцогиня нейтрально. - Я очень волновалась за успех вашего штурма и повела себя чересчур эмоционально. Я вижу, вам пришлось нелегко. Я ничего не сказал, не найдя в себе даже сил поклониться. Мне не хотелось ни врать, ни притворяться. Только скорее вынести Юну наружу и больше никогда не подниматься сюда. Впервые после победы я чувствовал себя так неприятно. Но все же, это было победой.