Элвис против всех

      Ремонтные работы в клубе кипели, словно вулкан, извергая потоки энтузиазма и решимости. На удивление, после его выходки со шлагбаумом с другой стороны вражеского окопа не последовало никаких действий. И это было странно. Не верилось ему, что этот чебурахнутый так просто сдастся. Но вот уже несколько дней, как они практически разбили здесь лагерь, стремясь успеть сделать как можно больше, а небо всё ещё не рухнуло ему на голову. В течение дня помещение наполняли музыка и болтовня, смешивающиеся с ароматами строительных материалов и еды, которую они заказали на обед. Стены отдавались эхом от стука пил и молотков, которые неустанно превращали пустое пространство в яркий центр творчества. Все трое воодушевленно старались превратить это место в тот райский уголок, о котором грезил Чонгук. Но по мере того, как тянулись ночи, помещение стало большим, чем просто строительной площадкой; оно стало свидетельством их общего видения и безграничных возможностей, которые лежали впереди. И он с благоговением наблюдал за тем, как их уже общая мечта принимает осязаемые формы.       — Думаю, нам всё же лучше нанять кого-то для работы с плиткой, — удручённо прозвучало вслед за звуком бьющегося фаянса и высокопарным «блядь».       — А платить чем будем? — продолжая скользить шпателем по сырой шпаклёвке, он на мгновение повернул голову к Джину.       — Давай подумаем, на чём мы можем ещё сэкономить?       — Даже не начинай, — буркнул Чонгук, заведомо сворачивая тему, которую снова заводит друг.       — Значит, у нас будет охуительно классная барная стойка и кривая плитка в туалетах, — фыркнул тот.       — Ты сам прекрасно знаешь, что стойка — это сердце любого бара. Убери её, и всё скатится до уличной забегаловки.       — А может тогда сделать сердце из чего-то другого? — неуверенно вставил слово Чимин, пытаясь аккуратно стереть каплю краски со щеки.       — Например? — тут же воодушевился Джин, хватаясь за любую возможность, что поможет срезать стоимость стойки, которую спроектировал Чонгук.       — Ну… у нас же получается много места в центре. Может, поставим какие-нибудь цветы или… статую.       — А что, это вариант, взгромоздим что-то большое, чтобы при входе люди упирались взглядом, — отойдя к центру, друг развёл руки в сторону.       — Что? — поняв, что нужно остановить этих двоих, пока они на полном серьёзе не разбили в центре помещения клумбу, Чонгук отложил шпатель. — Что мы можем поставить в центре, что отвлечёт людей от скудной барной стойки? Розовый Кадиллак? — усмехнулся он, вспомнив первое, что ассоциируется с королём рок-н-ролла. Но прежде чем стоящие рядом успели синхронно закатить глаза на его так называемую шутку, в его голове что-то щёлкнуло. Щёлкнуло так громко, разнося перед глазами световые вспышки розового и пурпурного света, что он забыл выдохнуть. Забыл в необходимости совершать какие-либо движения грудной клеткой, пока перед глазами, словно выведенные кем-то на холсте линии, не появился розовый Кадиллак с нижней подсветкой и двумя мигающими лучами стробоскопа. Прямо, мать его, в центре клуба.       — Чонгук?       — А?       — Сука… нет! Нет… нет… — пятился от него друг, мотая головой. — Я сам положу плитку. Купим твою эту сраную стойку!       — Поздно, — толкнув языком щёку, он улыбнулся и полез за телефоном в нагрудном кармане комбинезона.

***

      — Нуу… тут, конечно, работы дохрена, — лениво осматривая узкий проход в закутке для туалетов, изрёк парень, который вроде как согласился выполнить работу по выкладыванию плитки, прежде произнеся по телефону несколько раз: «быстро и дёшево». Только вот чем больше Чонгук смотрел на вальяжно расхаживающего туда-сюда невысокого мастера, тем больше ему казалось, что нанимать кого-то стороннего и по объявлению — не самая лучшая идея.       — Но по телефону Вы сказали…       — Быстро и дёшево, — кивнул брюнет и, сузив и без того хитрые глаза, повернул к нему голову, — всё сделаю, босс.       — А как же…              — Просто констатирую факт, — прервав его в очередной раз, парень растянул тонкие губы в улыбке.       — Хорошо, тогда…       — Работать предпочитаю по ночам. Чтобы никто под ногами не мельтешил, — и, кинув очередной взгляд на одну и стен, направился в общий зал. — Это все материалы? — указав рукой на мешки с цементом и плиточным клеем, повернул голову к коробкам с плиткой.       — Да, прежде мы…       — Цвет, конечно, так себе, — скривился, приподняв верхние листы картона.       Чонгук медленно выдохнул и покосился на друзей, что, словно ожидая вердикта, притихли у дальней стены.       — Могу начать завтра, — отряхнув ладони от небольшого скопления белой пыли на пальцах, «Мин Юнги: все виды ремонтных работ, быстро и дешёво» повернулся к нему.       — А цена? — быстро выпалил он, прежде чем его снова прервут.       — Договоримся, — подмигнул тот, — приду завтра в восемь, — и, обведя глазами остальное помещение, хмыкнул себе под нос, прежде чем направиться к выходу.       — Странный он какой-то, — смотря на хлопнувшую дверь, за которой скрылся плиточник, наконец заговорил Чимин.       — Главное, чтобы работу свою сделал, — кажется, Джин единственный, кто не увидел этих странностей. А может, просто был рад любому, кто выполнит хоть какую-то часть работы вместо них.       — Надеюсь, ты прав, — Чонгук кивнул, забирая с импровизированного столика телефон, — я еду встретиться с одним автомехаником. Он обещал помочь с поиском машины.       — Где ты его уже нашёл?       — Ой, а можно с тобой?       — В Инстаграме и нет, Чимин, тебе ещё докрашивать половину стены, — улыбнулся он, рисуя в воздухе направление для работы младшего.       — Добрый день, — неизвестный голос за спиной заставил вздрогнуть. Может, зря они первым делом сменили входную дверь? Слишком бесшумно теперь на пороге появляются незваные гости.       — Добрый день, — он повернулся к двум мужчинам в серых костюмах, и, судя по тому, что те были помяты и явно не куплены в самом известном бутике Сеула, прибывшие — вряд ли люди Тэхёна.       — Главное управление пожарной инспекции, — первый из них шагнул ближе и, вынув из кармана удостоверение на голубом шнурке, почти что ткнул им в нос Чонгука, — инспектор Ли Сонгю.       — Чон Чонгук, — как-то неуверенно произнёс он и протянул руку. Он, конечно, знал, что муниципальные инспекции прибудут с проверкой, прежде чем выдадут разрешение на открытие, но только эти вот что-то заявились слишком рано.       И его опасения подтвердились буквально через пятнадцать минут, когда эти двое, словно овчарки на досмотре, буквально принюхивались к каждой стене. И, конечно же, находили множество нарушений. На все его попытки объяснить, что помещение всё ещё в стадии ремонта, тот, который второй, лишь недовольно кривил свой крошечный рот. Первый так и вовсе делал вид, что Чонгука и остальных здесь нет.       — Распределительный щиток находится слишком близко к вытяжке, — в очередной раз монотонно произнёс тот, который Ли Сонгю, и второй тут же сделал какие-то пометки в планшете.       — Мы не меняли его расположение. Он тут с самого начала, — Чонгук пытался обогнуть их, чтобы его уже наверняка заметили.       — Раньше было можно, теперь нет, — продолжая скрупулезно рассматривать висящие провода у стены, изрёк инспектор.       — Хорошо, завтра же вызовем электрика, — послушно кивнул он.       — Хотите стать причиной пожара? — недовольно хмыкнул мужчина.       — Что?       — Послушайте, — вроде как даже немного смягчился, — я понимаю, вы многого не знаете. Но мы здесь именно для того, чтобы помочь вам. Вы же не хотите спалить половину улицы?       — Я знаю достаточно, чтобы понимать, что в данный момент вы пытаетесь навязать мне правила безопасности при вводе здания в эксплуатацию, поэтому я напоминаю вам ещё раз, если вы не заметили. Мы в стадии ремонта, и для данного этапа нами соблюдены все меры предосторожности, — уверенно произнёс Чонгук, скрещивая руки на груди. Он не собирался хамить, но и слушать всё, что ему явно пытаются навязать с целью получения взятки, нет уж, спасибо.       — Ох уж эти юные умы, — усмехнулся Ли, смотря на второго, и тот будто только и ждал этого жеста, тут же принялся доставать какие-то документы из папки.       — Распишитесь, — протянул ему бумагу после того, как расположившись на всё том же импровизированном столике из ящиков, что-то писал в течение нескольких минут.       — Протокол о нарушении? — взяв в руки листок, Чонгук быстро пробежался глазами по содержимому. — Что значит нет огнетушителей? — он тут же перевёл взгляд в один, а затем и другой угол, где располагались два красных баллона.       — Должно быть четыре. У вас только два, — спокойно сообщил второй и тут же скосился на первого, будто хотел убедиться, что всё правильно сказал. И тот, конечно же, незамедлительно кивнул.       — На данную квадратуру? — усмехнулся он. — Ширина и высота эвакуационных выходов менее установленных норм? Вы же их даже не измеряли!       — Я уже тридцать лет работаю инспектором. И даже на глаз вижу, что они намного уже положенного.       — Вы издеваетесь?!       — Чонгук, погоди, — перехватил его за плечо Джин, — Господин Ли, может, вы могли бы дать нам время на исправление ошибок? Мы обязательно проведём тщательную работу по устранению всех нарушений.       — Само собой, — хмыкнул тот, — и как только всё исправите, можете приступать к своему ремонту дальше.       — Хотите сказать, что запрещаете нам работы, пока мы не устраним выдуманные вами нарушения? — усмехнулся Чонгук, делая шаг к инспектору. — Или правильнее сказать, пока мы не соберём нужную вам сумму, чтобы эти самые нарушения стали менее заметными?       — Господин Чон, — мужчина посмотрел на него сверху вниз, хотя и был ниже ростом, — Вы бы поумерили свой пыл. А то с вашим запалом и такими вопиющими нарушениями безопасности, не приведи господь, и правда случится пожар.       — Простите, — Джин снова вклинился между ними, крепче сжимая его за плечо, — Вы не так поняли. Мы всё обязательно исправим, — доброжелательно улыбнулся друг.       — И что же теперь делать? — Чимин отложил протокол, что им любезно оставили инспекторы, прежде чем удалиться. — Думаете, они и правда хотят взятку?       — Нет, — Чонгук наконец перестал пялиться на дверь, что якобы была уже положенного, — просто у кого-то слишком много свободного времени, — он перевёл взгляд на стену, за которой хоть и было ещё два других здания, но это нисколько не мешало ему знать, откуда прискакало это пожарное иго.       — Думаешь, это Ким? — Сокджин встал рядом, смотря в том же направлении.       — Да. И раз уж ему так скучно, я найду ему занятие, — процедил сквозь зубы он.

***

      — Господин Ким, я хотела сообщить, что назначила, как Вы и просили, встречу с Хон Даён на пятницу в ресторане «Apricot.», — голос помощницы в трубке был созвучен с цоканьем каблуков. Очевидно, выходит из здания компании.       — Хорошо. Спасибо. Отец дал какие-нибудь указания? — он нажал чуть сильнее педаль газа, чтобы проехать перекрёсток, и тут же, включив поворотник, привычно повернул руль в сторону нужной улицы.       — Только о том, чтобы подготовились заранее и не… — она сделала паузу, вроде как обдумывая, стоит ли говорить, как есть, или, как всегда, остаться нейтральной стороной. Миён работала с ним уже достаточно долго, и иногда ему искренне хотелось верить, что несмотря на то, что назначена она была старшим Кимом, верна была своему непосредственному начальнику, — не пытались своевольничать.       Значит, всё-таки выбрала нейтралитет.       — Я понял.       — Я Вам ещё нужна сегодня?       — Нет, можешь отдыхать. Я еду в клуб, — и, дождавшись вежливого пожелания хорошего вечера, отключился. Он тоже надеется, что вечер пройдёт пусть и не хорошо, но по крайней мере без эксцессов, после которых ему приходится выслушивать сбивчивые извинения очередного сынка какого-нибудь министра и попутно оформлять заказ на новые столы.       — Добрый вечер, — Денни ожидаемо встретил его на входе и, указав кивком головы одному из своих ребят убрать с дороги пошатывающееся уже чьё-то пьяное тело, виновато улыбнулся. Нет смысла сердиться на парня. Он свою работу знает, как и то, что как бы семью Ким и в частности самого Тэхёна ни уважали, пьяная золотая молодежь плевать хотела на то, где они, и кто перед ними. Почти каждый из присутствующих сегодня на вечеринке является либо наследником очередного конгломерата, либо любимым отпрыском одного из сидящих в голубом доме. И пока их интеллигентные родители хватают за задницу девочек в каком-нибудь таком же закрытом клубе на Каннаме, их деточки развлекаются на Итэвоне.       Проскользнув в полутемное помещение клуба, Тэхён обвел взглядом зал, где в мерцающем свете неоновых ламп угадывались силуэты гостей. За островками, собранными из столов, сидели шумные компании, веселье которых уже успело перерасти в пьяный угар. Звуки музыки, смех и звон бокалов сливались в единый гам. В воздухе витал густой запах алкоголя, смешанный с ароматом духов и табака. Тэхён медленно пробирался сквозь толпу, стараясь не привлекать к себе внимания. Ближе к лестнице желающих всучить ему очередной коктейль или пригласить к себе за столик стало меньше, и, поднявшись на две ступеньки, он обернулся, чтобы уже с лучшего ракурса ещё раз осмотреть зал и убедиться, что всё хорошо.       Снующие туда-сюда официанты, танцующие в одном ритме, толпящиеся у стойки и повизгивающие, словно девочки-фанатки на концерте, и… за стойкой, облаченный в облегающую черную рубашку с закатанными до локтей рукавами, бармен, чей взгляд, встретившись с его, вспыхнул ярче вспышки стробоскопа.       И словно гипноз. Прострация и вакуум. Уверенные, но непринужденные движения, скользящий в ладонях шейкер, завораживали и поднимали температуру во всём зале. Тэхён физически ощущал это покалывание в пальцах от холодного металла шейкера и не мог оторвать глаз от изящных рук, мастерски смешивающих коктейли. Каждый взмах колбы, каждый поворот запястья были похожи на танец, в котором сливались точность и плавность. Он чувствовал, как его собственное тело откликается на эти движения, как в нем пробуждается какое-то необъяснимое влечение. Музыка в баре мерцала фоном, усиливая этот гипнотический транс. Блеск чужой загоревшей на солнце кожи на ключицах и этот раздражающий и двигающийся в такт движениям головы хвостик, хозяин тела которого ни на мгновение не отвёл взгляда, продолжая смотреть прямо на Тэхёна, сейчас пробуждали в голове совсем не подходящие мысли. Лишь когда наглая ухмылка стоящего за барной стойкой полосонула по сознанию, он, проморгавшись, отвернул голову и быстро поднялся по лестнице, несколько раз встряхнув головой.       — Скажи Даын зайти ко мне! — рявкнул он стоящему у дверей официанту и, расстегнув несколько верхних пуговиц, влетел к себе в кабинет.       Закрыв тонировкой окно, несколько раз покосился на продолжающего как ни в чём ни бывало улыбаться и заигрывать с посетителями у стойки Чона. Какого, блядь, он тут делает? В его клубе. Остаточные отголоски этого мистического влечения к образу за стойкой сгорали в огне ярости и негодования.       — Вызывали? — дверь открылась, и администратор мелкими шажками прошла чуть ближе.       — Подойди, — Тэхён махнул девушке и тут же повернулся к стеклу, — кто это? — он указал на «посмотрите на меня, я повелитель шейкера».       — Новый бармен, — кивнула та, — после того, как несколько недель назад Вы велели уволить Тони, мы не могли найти на его место нового сотрудника, и только сегодня он сам нас нашёл, — её голос метался от виноватого до довольного, очевидно, как и взгляд, который она устремила на бронзовую кожу нового бармена.       — А то, что я дал распоряжение не пускать его на порог, ты решила проигнорировать?! — он отвернулся от окна и прошёл к тумбе с бутылками. Нужно выпить.       — Что? — девушка непонимающе хлопала длинными ресницами. — Я не получала такого распоряжения.       — Чон Чонгук, — медленно произнёс он, открутив крышку, — не слышала?       — Слышала.       — И?       — Но… это же не он… — запинаясь почти на каждом слове, она опустила глаза в планшет и, быстро постучав по экрану, приблизила документ, — Джей Кей, 24 года. Окончил Корнелльсий университет…       — Что? — теперь уже он смотрел на неё, будто увидел впервые. — Это Чон Чонгук и… так, ладно, перешли мне данные этого Джей Кея и убери его отсюда, — он сделал глоток и одернул себя, когда голова неконтролируемо повернулась к окну.       — Но… сейчас разгар вечера, и он прекрасно справляется. Его фирменный коктейль идёт на ура…       — Мне плевать! — сжав бокал в руке, он угрожающе шагнул к девушке. — Плевать, сколько богатеньких пигалиц насовали ему своих трусиков в карманы, через пять минут его не должно быть в здании. Ты поняла?! — уже буквально нависнув над ней, рычал Тэхён.       — Поняла, — коротко кивнув, администратор поспешила покинуть опасную территорию.       Сделав несколько глотков виски, Тэхён вернулся к панорамному окну. Взгляд тут же устремился на мерцающую во вспышках света стойку. Алкоголь, растекавшийся по венам, словно успокаивающий бальзам, притуплял внезапно вспыхнувшие эмоции. Но даже под его воздействием раздражение, вызванное бесцеремонным поведением Чонгука, никуда не девалось. Наглость и бестактность этого хорька выводили из себя. Он не мог понять, что движет этим человеком, что творится в его голове, и это его самодовольство становилось все более невыносимым. И всё же это было интересно. Словно шахматная партия, для которой он долгое время не мог найти соперника, который бы не поддавался из-за боязни пасть в немилость. Жаль только, что исход и этой партии известен Тэхёну наперёд.       — Придурок, — усмехнулся он, видя, как в сопровождении Денни Чонгук двигается к выходу и, уже будучи у самых дверей, оборачивается и поднимает взгляд прямо на Кима, будто точно знает, что тот стоит за тёмным стеклом. — Пока, — подняв руку он помахал пальцами, и даже тот факт, что парень его не видит, не мог лишить удовольствия от наблюдения данной картины.       И всё же, зачем он вообще приходил?