Смерть Голиафа

      Грейс в панике металась у края обрыва, ей хотелось плакать, рвать и кричать, глядя на развернувшийся перед глазами кошмар. Она не допрыгнет до петли, в которой извивалась из последних сил преподаватель математики. Неужели остается только смотреть на её болезненную гибель, закрывать уши и пытаться потом стереть из памяти этот вой, этот животный хрип? Грейс удалось собрать остатки самообладания. Сосна пригибалась близко к земле, можно было зацепиться за эту ветку, попробовать добраться до удавки и перерезать. Она схватила в зубы концелярский нож, пребирая руками по царапающей ладони коре медленно приближалась к узлу, а ветка качалась всё сильнее. Внизу был каменистый овражек, если упадёт с ветки - костей потом не соберёт. И тут руки предательски ослабели, а на глаза навернулись слезы: металлический трос. Его не перерезать. Порыв ветра бросил в лицо Грейс пару осенних листьев, чуть не унеся её саму как часть листопада, но для ветки это была последняя капля. С треском она прогнулась, и полетела вниз.       К удивлению директрисы, она не почувствовала как ломаются все её кости от удара о камни. Она открыла глаза и обнаружила, что приземлилась коленями прямо на Сёркл. Та в свою очередь ничего не обнаружила, продолжала кашлять, хрипеть, рвать шею когтями, извиваться как уж на сковородке. Грейс рывком схватила петлю, нащупала узел и как смогла ослабила его, благо трос не мог затянуться так, как веревка. Это позволило Сёркл наконец вдохнуть, и тут же она отхаркнула на камни кровяной сгусток. Всё лицо её было искажено животным ужасом, отчаянием, рот перепачкан собственной кровью. Каждый вдох давался с болью, но она была жива.       Оглушивший Грейс шок перешёл в истерику. Она схватила Сёркл за плечи, затрясла её, пытаясь докричатся до спутанного сознания: — ЧТО ЭТО ЗА ВЫХОДКИ? ВЫ ПОДУМАЛИ О ШКОЛЕ? О ЧЕМ-ТО ВЫ ВООБЩЕ ДУМАЛИ? РАЗУМ ОТШИБЛО? - одни из немногих фраз, которые Грейс смогла сказать целиком. Остальное было бессвязными ругательствами, и даже некоторые слова она не договаривала до конца. Вернув себе снова потерянный самоконтроль, она поспешила встать с Сёркл, которой явно не помогали отдышаться упирающиеся в живот коленки директора. Со второй попытки она встала, пошатываясь, медленно анализируя что вообще произошло. Её план провалился, сказать было нечего ни в объяснение, ни в оправдание. — Минутная слабость, прошу прощения. - выдавила она из горящей гортани тихие слова. —  Я... домой наверное...простите. Она просто развернулась и собиралась уйти, неизвестно куда, зачем, и что потом будет делать. Куда угодно, лишь бы не стоять здесь, на глазах у изумленной Грейс, которая появилась так невовремя. Конструктивный диалог тут явно было не построить. — Вы пойдёте со мной. И останетесь у меня на ночь.       Иного выхода всё равно не было, да и не представляла она себе, что теперь делать. Одно ясно - оставить сейчас Сёркл одну, и что толку от случайного спасения?       ***       Они шли обратно, всё так же следуя обломанным кустам и мятой траве. Снова Грейс увидела ту кучу внутренностей у потухшего костра, дым над углями  которого уже перестал подниматься. Вороны вовсю трапезничали в этом месиве и перекрикивали карканьем приближающийся гром. Сёркл с Грейс были в городе, когда гроза настигла их. Дождь с первых секунд полил стеной, и заставил их в спешке спрятаться под навес ближайшего подъезда. Темно, время позднее, и автобусы сейчас не ходят, да и от остановки до дома директрисы можно трижды промокнуть насквозь. — Можете не надеятся, что дождь позволит вам уйти. От мокрой одежды никто не умирал, так что моё решение всё ещё в силе. — Не нужно вам под такой ливень. Уже холодно, и пальто ваше слишком легкое... — Предлагаете остаться здесь? Хорошо, почему нет. - тон директрисы был холодно-язвительный. Спустя несколько секунд молчания, Сёркл ответила: — Я недалеко отсюда живу. Раз уж вы так решили... Придётся похоже остаться у меня. — Так веди. — Ваши туфли. Вода в них зальётся. Может я... - у Сёркл будто не осталось заряда говорить. Каждое слово звучало как на записи, ни эмоций, ничего. — Может, мне донести вас? Не было никакого желания спорить, что-то выяснять и искать другие пути. Грейс просто кивнула, после чего оказалась на руках гиганта. Та попыталась склониться так, чтобы закрыть директрису от дождя как только было можно, и быстро кинулась в темный гул воды.       Подъезд, массивная железна дверь. Сёркл снова можно было только выжимать, а вот у Грейс пострадало от дождя только пальто. Она наконец почувствовала под ногами твердую землю. Её интересовало раньше, как Сёркл вообще живёт. Как управляется со своим ростом, выше ли потолки в её квартите, насколько это удобно. Но сейчас голова была забита совершенно другим. Директриса была вежливо пропущена вперёд, сняла пальто и ожидала указаний от хозяйки дома, куда его можно деть. — Здесь. - Сёркл указала на крючок в стене, до которого едва ли могла Грейс дотянуться. Заметив это, недосамоубийца приняла у той пальто и самостоятельно его повесила. После, она провела Грейс в кухню, где предложила ей кофе. — Не стоит. Поздно уже. Лучше сейчас позаботьтесь о том, как не заработать пневмонию. Молча ей кивнули. Сёркл направилась в ванную, где снова сменила одежду, немного высушила волосы. До конца это всё равно почти невозможно, а сейчас она очень устала. Надо ещё было решать что-то с одеждой Грейс. Блузка под пальто тоже намокла, а единственное, что осталось в гардеробе - огромная черная футболка, похожая на ту, которая была надета на Сёркл в данный момент. Это была спортивная одежда, которая использовалась в крайних случаях. Ну да выхода нет. Она вернулась на кухню. — Мисс Грейс, ваша очередь. Вот, возьмите - она протянула директрисе футболку, — это всё, что могу предложить. Простите. — Ничего страшного, мои брюки дождь пощадил, так что благодарю.       Диалог, казалось бы, такой обыденный. Будто Грейс просто заскочила на чай и осталась только по причине плохой погоды. Но в воздухе был весь тот ужас, произошедший за последние пару часов. Это придётся обсудить, но как подступиться к теме? "Хей, что это был за пиздец?"       Преодевшись, она вернулась в кухню, где Сёркл сидела без движения и смотрела куда-то на две тысячи ярдов. Директриса подошла и тронула её за плечо. — Где у вас лежит аптечка? Давайте помогу с ранами. Опять молчаливый кивок, и они проследовали в комнату. У стены лежали два сложенных вдоль матраса - такая вот незатейливая кровать. Подходящие на рост хозяйки стоят немыслимых денег, так что иначе никак. Из ящика стола Сёркл достала пластиковую аптечку. — Сядьте, пожалуйста, здесь. - Грейс указала на один из матрасов, и Сёркл послушно села на него, прислонившись к стене спиной. Директриса устроилась напротив, аккуратно касаясь того, что осталось от шеи. Трос всё ещё висел на ней, хотя ветку вытащили ещё в лесу, чтоб не волочить за собой. Аккуратно она начала распутывать узел, пальцы скользили, и петля царапала свежую борозду. — Можно вашу руку? Сёркл протянула лапищу. Аккуратно держась за коготь, Грейс подцепила трос и наконец распустила проклятую штуковину. Обработав и перевязав кольцевую рану, директриса вздохнула. Никогда не видела она такого  ранее. И никогда не ожидала увидеть в такой близи. Оставалась спина. Падение на острые камни не могло пройти бесследно. — Развернитесь и снимите футболку. Немое подчинение. Прежде, чём Сёркл повернулась спиной, Грейс заметила спереди на рёбрах рваные раны, на вид им было день-два. Она с трудом сдерживала слёзы. Когда со спиной было покончено, не успела ещё жертва собственной совести надеть обратно футболку, как директриса схватила её в объятия. Видеть эти раны, эти глаза зиявшие пустотой было выше её сил. — Мисс Грейс.... — Просто Грейс. Она начала тихо поглаживать Сёркл по спине, чувствуя ладонью торчащие кости хребта, рёбер, чувствуя каждый удар демонического сердца, слава Сатане оно ещё билось. Сколько она уже не ест? Отстранившись, Грейс взглянула в бездну чёрных глаз. А сколько не спит? Этого пронзительного серого взгляда хватило, чтоб окончательно разбить ту хрупкую опору, которая держала Сёркл. Её голова безвольно поникла, из горла донеслось рычание, заменяющее демону слёзы. Грейс с сожалением провела рукой по косматым волосам, от чего громада резко дернулась. Она задела ту рассечину между рогов. — А это откуда? Молчание в ответ — Да господь всемогущий, ответьте же!! — Это... вы. В пятницу. "Ебаный рот."