Секрет божественного зверя

      Даже венок из чеснока не помешал Нёвиллету безошибочно напасть на след любимого волка. Довольно странно, что похититель оставил это диковинное украшение. Видимо, чеснок был не настолько противен вампирам, как пишут в сказках, но всё же помогал слегка скрыть запах жертве. Аромат оборотня сложно спутать, даже если искупать бедолагу в чесночном соке с ног до головы. Нёвиллет был абсолютно уверен — случись такое наяву, и он всё равно сможет найти Ризли. После того, как вампир испил его крови, в организме произошли странные изменения. Теперь, где бы волк ни находился, Нёвиллет будто ощущал его на подсознательном уровне, даже не полагаясь на знакомый запах морозного леса.              В конкретно этой ситуации данный факт только радовал, но в целом наличие сомнительного бонуса немного пугало Нёвиллета. Что, если он расскажет Ризли, а тот посчитает это нарушением личных границ и снова сбежит куда-то? Юноша так хотел раскрыться перед любимым, но в той же степени боялся оттолкнуть излишней откровенностью. Нёвиллет был решительно настроен на разговор после того, как они с Ризли окажутся в безопасности, вдали от похитителя-иссушителя и прочей напасти.              Обежав половину домиков без видимых успехов, Нёвиллет почувствовал усталость. Удивительно, ведь раньше его сил едва хватало на пару минут ускоренного бега после бокала донорской крови, а тут он смог больше часа мотаться по лесу и запыхался только сейчас. Однако оставалась вторая половина, и вампирские силы были на исходе, а враг вряд ли решит сыграть в благородство и не соблазнится кровью оборотня. Ведь он наверняка именно для этого и выкрал Ризли. Чтобы оставить у себя как безлимитный и долгоживущий источник пищи. Нёвиллету хотелось верить, что только для таких низменных целей. Представлять что-то худшее он не решился.              Будто злые духи захватили этот лес и мешали Нёвиллету наконец-то найти правильный дом. Оставался всего один не проверенный вариант, и вампир уже задумывался о том, что, возможно, Ризли повели совсем в другую сторону, и его чутьё притупилось из-за длительного голодания. Но, подбираясь к хлипкой деревяной хижине, Нёвиллет снова почувствовал мощный запах знакомой крови. В голове пронеслись самые худшие опасения, и блондин влетел в дом, выбив дверь с петель на чистом адреналине и ярости. Аметистовые глаза метались по небольшой общей комнате в поисках следов, но внутри было на удивление чисто. Больше того, слои пыли на полу и мебели свидетельствовали о длительном отсутствии жизни в этой хибаре. Но запах Ризли ощущался так отчётливо, будто он стоял прямо напротив. Нёвиллету хотелось завыть от безысходности. Неужели негодяй был настолько сильным иллюзионистом или манипулятором, что смог обмануть даже вампирское сознание? Юноша не хотел в это верить. Покидая дом, его взгляд зацепился за нечто блестящее в закатных лучах солнца. Трава в лесу только-только пробилась сквозь землю, а здесь уже успела покрыть собой всё пространство вокруг хижины, будто старательные фермеры по ошибке рассыпали свои лучшие удобрения.              Приблизившись, Нёвиллет рассмотрел на траве несколько алых капель, и его прошиб озноб. Это определённо была кровь и не кого-нибудь постороннего, а самого близкого ему человека. Вернее оборотня. Вот откуда в доме был такой сильный запах Ризли. Он точно проходил мимо этой хижины, но, видимо, похититель решил, что оставаться тут слишком предсказуемо и двинулся дальше. План Нёвиллета рушился, словно карточный домик от рук неумелого ребёнка. Раньше он полагался на свою скорость и на то, что мерзавцу не хватит сил слишком быстро уйти от преследования. Блондин надеялся, что они остановятся в одном из домиков, чтобы переждать какое-то время, но похититель лишь прошёл мимо и оставил только маленький след, словно насмешку над его тщетными попытками догнать их.              Хотелось крушить и ломать, но вместо этого юноша глубоко вдохнул и медленно выдохнул, пытаясь подавить бессильную злость. Условия игры изменились. Теперь у него не было никаких ориентиров кроме нескольких капель крови. Нёвиллет в инстинктивном порыве подхватил их пальцами и провёл по языку. Знакомый и родной вкус едва ли проявился во рту, но странным образом повлиял на разум. Голова закружилась, как от длительного голодания, но все мышцы напряглись, словно готовились к прыжку. Тело будто под управлением невидимого кукловода повело в сторону, и, ухватившись за ближайшее дерево, Нёвиллет попытался прийти в себя. Когда кровь в ушах перестала шуметь, он открыл глаза и замер. Всего в десятке шагов от предыдущего места вампир вновь обнаружил несколько капель крови. На этот раз её стало чуть больше, и Нёвиллет, не раздумывая, проделал те же действия, что и с предыдущими. Теперь шума не было, лишь инстинкт двигаться дальше, присматриваясь по сторонам в поисках очередной подсказки.              Кровавый след становился более прерывистым. По началу Нёвиллет находил довольно много капель почти каждые десять-двадцать шагов, вскоре их стало меньше, а промежутки были длиннее. Спустя ещё пару километров Нёвиллет уже с трудом мог обнаружить то самое место, где отчётливо чувствовал запах крови. Ризли наверняка потратил слишком много, оставляя следы для возлюбленного. Нёвиллет не винил его в том, что спустя несколько километров он полностью потерял ориентир. Но, как оказалось, необходимость в нём уже отпала. Перед вампиром открылся вид на ещё один охотничий домик, только на этот раз он был гораздо более обжитый и создавал ощущение, будто ты попал в детскую страшилку про лесную нечисть, что крадёт непослушных малышей по ночам.              Предзакатные сумерки не давали должного освещения, но заросшие мхом перила, ведущие к дому, выглядели весьма внушительно, как и вся постройка в целом. Складывалось впечатление, что владелец просто вышел за грибами. Видимо, так и остался там, удобряя почву. Вряд ли вампир пощадил беднягу, когда набрёл на шикарное местечко, чтобы пересидеть. В окнах горел тусклый свет от масляной лампы, но теней Нёвиллет не заметил. Подойдя сбоку, от мельком заглянул внутрь, стараясь не выдать себя, но внутри было пусто. Юноша чувствовал себя почти так же, как этот дом. Лишь опустошение от разочарования в себе.              Он так долго шёл к этому месту, будучи уверенным, что в конце найдёт хоть что-то, но опять попался на чужую уловку. Наверняка похититель уже знает, что его преследуют и максимально бесчестными уловками заманивает глупого мальчишку всё глубже в лес, когда сам уже далеко и совершенно в другой стороне. Нёвиллет не сдержался и рассерженно пнул ближайший пушистый куст, но изящная стопа встретила неожиданное сопротивление, и вампир прикусил губу, чтобы не застонать от боли. Чуть придя в себя, он присмотрелся поближе к необычному растению, и за раскидистыми ветвями отчётливо просматривалась небольшая дверь, какие обычно ставят в погребах. Его ботинок встретился с одной из длинных металлических ручек. Если проходить мимо, то вряд ли кто заметит такое сооружение. Только если ему тоже приспичит пнуть невинный куст от досады и безнадёги.              Долго не раздумывая, блондин потянул массивную дверь на себя, приоткрывая проход в темноту неизвестности. Довольно широкий коридор в итоге вывел юношу в небольшую, но хорошо обставленную комнатку с ещё одной лестницей, ведущей гораздо ниже. Тусклое освещение не давало рассмотреть все детали, но они не слишком интересовали вампира. Нёвиллет хорошо чувствовал присутствие как минимум двух существ внизу, и одним из них точно был оборотень. Юноша улыбнулся одними уголками губ, не спеша радоваться раньше времени, но теперь он точно нашёл возлюбленного, и деваться похитителю больше некуда. Оставалось сделать решающий рывок, и Ризли снова окажется рядом.              Ступенек было так много, а света настолько мало, что Нёвиллет начал раздражённо фыркать, но оправдывал себя обилием подземельной пыли. Ему не нравилась атмосфера этого места и хотелось поскорее забрать своего волка в безопасную гавань их поместья. Впрочем, не стоило заблуждаться и мечтать о несбыточном. Противник не просто случайно оказался так близко и абсолютно точно продумывал план уже долгое время, а значит наверняка знал и о поместье, и об аукционе, на котором купили Ризли. Опасения подтвердились, когда Нёвиллет наконец-то достиг последней ступени. Комната без окон и дверей выглядела скорее как камера для пыток. Вокруг висели различные инструменты, а на полу виднелись следы крови. В дальнем углу, свернувшись, лежал почти обнажённый мужчина. Нёвиллету не нужно было видеть его лицо, чтобы знать, что это Ризли. Шрамов на теле не прибавилось, но по шее стекала алая дорожка крови, а свежие следы укусов уже немного затянулись. Блондин хотел кинуться на помощь, но глубокий мужской голос остановил его, вызывая ощущение, словно мощные лианы обвились вокруг всего тела, не давая сделать ни шагу.              — Стой на месте, герой, твой пёсик в полном порядке, — незнакомец хмыкнул и добавил невзначай, — ну почти.              Нёвиллет мог лишь бессильно рычать, будто сам стал разъярённым зверем, пойманным в силки. Он бросил злобный взгляд в сторону, откуда доносился голос, и его глаза расширились от удивления. В противоположном углу восседал высокий худощавый мужчина с иссиня-чёрными волосами и маской ворона, чьи перья идеально подходили его облику. Острый взгляд тёмных глаз заинтересованно наблюдал за поведением добычи, попавшейся на детскую уловку. Юноша не сразу вспомнил эту маску и заинтересованный взгляд, каким на него смотрел мужчина, проигравший на торгах. Сейчас было предельно ясно, кем на самом деле он являлся, но там, в аукционном доме, Нёвиллет даже не ощутил присутствие сородича так близко. У этого вампира определенно был особый дар, а может даже не один. Чем дольше они живут, тем сильнее становятся, но это не относится к дампирам, поэтому блондин даже не надеялся получить хоть какие-то способности и был благодарен уже за то, что смог прожить так долго.              — Ну вот мы и встретились, — приторно сладко протянул темноволосый, — опять. А я-то думал, что неплохо замёл следы, но, видимо, щенку удалось тебе как-то помочь, — с наигранной досадой пожаловался похититель.              — Почему ты это делаешь? — сорвался Нёвиллет, параллельно пытаясь вернуть себе контроль над телом.              — О, ты ещё слишком молод, чтобы понять, что такое настоящая скука и как сложно найти нечто, способное её развеять, — задумчиво начал вампир. — Когда я увидел этого волчонка, меня интересовала исключительно его кровь, но после, — глаза мужчины возбужденно расширились, а взгляд был прикован к сопротивляющемуся юноше, — я заметил, как ты смотришь на него, понял, что ты совершенно не знаешь, как нужно вести себя с этими существами, и мне захотелось помочь, направить юное поколение на правильный путь.              — Что за чушь ты несёшь? — Нёвиллет не выдержал и огрызнулся.              — Не перебивай, когда с тобой разговаривает старший, — вампир мгновенно подлетел вплотную и поднял блондина одной рукой, хватая за шею, — я любезно согласился поведать тебе историю, а ты слишком дурно воспитан, чтобы выслушать. Я могу свернуть тебе шею и бросить в ближайший колодец за считанные секунды, но это не входило в мои планы, так что рекомендую помалкивать и запоминать, — крепкая рука легко отбросила Нёвиллета к ближайшей стене.              Послышался глухой удар, и юноша, потеряв весь кислород из лёгких, натужно дышал, хватаясь за горло. На нежной бледной коже слишком быстро появились жуткие тёмные следы от чужой грубой ладони. Незнакомец, не оборачиваясь, двинулся в сторону Ризли, и Нёвиллет обнаружил, что снова может шевелиться по своей воле.              — Просыпайся, малыш, у папочки есть для тебя хорошие новости, — почти ласково пропел вампир, поднимая безвольное тело вверх и приводя в чувство силой своего голоса. Видимо, негодяй очаровал Ризли своим даром, и тот не был больше хозяином своего разума. Когда голубые глаза, покрытые мутной поволокой, всё же открылись, повинуясь приказу, оборотень даже не обратил внимание на Нёвиллета. Его взгляд был прикован к темноте чужих глаз. В груди блондина разгоралось адское пламя, то ли от сильного удара о стену, то ли от безразличия любимого. Он прекрасно понимал, что тот находится под контролем, но видеть его таким доставляло почти физическую боль.              — Прекрасно, — темноглазый по-отечески нежно огладил кончиками пальцев острые скулы своей игрушки, — теперь я смогу насладиться невероятным зрелищем, а ты, милый, мне в этом поможешь, правда?              — Да, хозяин, — безэмоционально, почти механически ответил Ризли.              — Замечательно, — оживлённо воскликнул похититель, — тогда я хочу, чтобы ты, — он указал пальцем на Ризли, словно объясняя несмышлёному ребёнку, — убил его, — и рука повернулась в сторону Нёвиллета, застывшего в неверии.