Неудачники

      Чимин провел рукой по запотевшему зеркалу и придирчиво себя осмотрел.       Забавно, что в их задрипанной съемной квартире в крошечной ванной без ванны было зеркало в полный рост. Чимин даже подумывал снять его и перенести в свою комнату, но тогда Хосок развонялся бы еще больше. Просто из принципа, конечно, вряд ли тот вообще смотрел на себя зеркало, ведь для компании и полноты картины искаженной реальности ему явно хватало дополнительных голосов в голове. А вот Чимину нужно было видеть себя каждый день, целиком и желательно без одежды, причем из чисто практических соображений.       Он окинул взглядом руки, бедра, живот, напрягся и посчитал кубики пресса, повернулся спиной и провел ладонями по ягодицам и в целом остался доволен. Не зря он оплачивал личного тренера и не доплачивал за еду — упражнения и диета давали свои результаты. Конечно, тяжело было уходить на пробежку, когда Юнги еще дрых, пуская слюни, и ограничивать себя в еде, когда остальные обрыганы обжирались от пуза, но игра стоила свеч.       Чимин снова повернулся к зеркалу лицом, вздернул подбородок, прикрыл глаза и чуть изогнулся — да, стоила. Он поднял руки вверх и медленно провел по шее, груди и бокам, но остановился на ребрах. Чуть выше татуировки был едва заметный красноватый след. Чимин не любил, когда Юнги оставлял на его теле отметины, но с другой стороны… Это его заводило. Он провел рукой по животу вниз, коснулся члена и закусил губу. Это было красиво. Чимин рассмеялся и убрал руку — собственное самолюбование забавляло его.       Из кухни послышались приглушенные ругательства. Видимо, Хосок снова был недоволен тем, что они с Юнги немного пошалили в душе. Чимин закатил глаза и открыл форточку, вот уж кто в их квартире был по-настоящему душным и нуждался в том, чтобы его хорошенько «проветрили». А ведь Хосоку всего-то и нужно, что быть посмелее и поговорить уже со своим скрипачом, а лучше затащить в постель и устроить концерт в четыре руки.       — Надо уже это устроить, — проворчал Чимин, и план действий начал формироваться в его прекрасной голове.       Когда он выключил фен, то снова услышал ругательства и, чтобы предотвратить кровопролитие, поспешил выйти из ванной, накинув на себя халат.       — Вы заебали! — визжал Хосок.       — Тебя никто еще не ебал! — хрипло ответил Юнги и налил в стакан воды из-под крана.       — Трахайтесь в своей комнате! И купи своему парню кляп, сил нет слушать его стоны!       — А ты — беруши!       — Я домой с закрытыми глазами захожу, а ты предлагаешь мне еще и уши заткнуть?! Да пошел ты в задницу! — проорал Хосок и толкнул Юнги кулаком в плечо.       — Пойду с удовольствием, но тебе не понравятся последствия, — ухмыльнулся Юнги.       Хосок задохнулся от возмущения.       — А про кляп интересная идея, — промурлыкал Чимин, проходя мимо них к холодильнику.       Краем глаза он заметил, что взглядом его проводили оба, только Хосок скривился, что ожидаемо, а Юнги тяжело сглотнул и сузил кошачьи глаза.       «Удачно халатик прикупил», — отметил Чимин самодовольно и наклонился, чтобы достать банку колы с нижней полки.       — Цыпа! — Юнги шагнул вперед и заслонил его собой.       — Срань господня! Вы заебали! — опять завизжал Хосок, закрыв лицо руками.       — Тебя никто еще не ебал, — повторил Чимин за своим парнем и улыбнулся нервному соседу из-за его плеча, — но я это исправлю, не сомневайся.       — Цыпа?..       — Бла-бла-бла! — заорал Хосок, пытаясь с закрытыми глазами найти выход из кухни. — Я вас не слышу, блядские извращенцы!       Чимин ухмыльнулся и посмотрел на Юнги, а тот смотрел на вырез распахнувшегося халата. Газировка зашипела, Чимин поднес открытую банку к губам, отпил и облизнулся.       — Пошли, — прохрипел Юнги, схватил его за руку и потащил из кухни мимо Хосока, который все еще стоял с закрытыми глазами и нес всякую чушь, видимо, общался с внутренними голосами.       — Ты что удумал, цыпа? — Юнги прижал Чимина к захлопнувшейся двери их спальни. — Я на тройничок не соглашался, тем более с нашим поехавшим соседом.       Чимин свел бровки, пытаясь понять, о чем толковал его парень, а когда все-таки понял расхохотался так, что Юнги пришлось подхватить его за талию, чтобы он не упал.       — Малыш, ты смешной! — сказал он сквозь смех и слезы, но не упустил возможность прижаться к Юнги покрепче. — Но Хосок ведь не только наш сосед, но и близкий друг, — и поиграл бровями.       — Не настолько, — натянуто улыбнулся Юнги. — Тем более я решил проблемы другим способом.       — Каким это? — Чимин пальчиками прошелся по его руке от локтя до плеча.       — Цыпа, не тупи, — Юнги наклонился ближе к его шее и медленно вдохнул, — бабла предложил.       — А откуда у тебя? — прищурился Чимин. Он всегда точно знал, сколько налички водилось у Юнги в кармане и сколько безнала на счету.       — У Джина подзаработал, — уклончиво ответил Юнги и прихватил губами мочку его уха, заставив мурашки пробежать по спине.       — Так-так-так, — протянул Чимин и попытался сделать шаг назад, но большие ладони держали его, — значит, мне нельзя у Джина подзаработать, а тебе можно? — он натянуто улыбнулся, а голос его стал острым, хоть режь.       — Цыпа, не тупи, — напрягся Юнги, но попытался спрятать опасение за раздражением, — я ведь не жопой у шеста крутил, а пьянь залупающуюся выпроваживал наружу. Тем более ты у Джина работаешь!       — На баре! — обиженно возразил Чимин.       — И когда ты на смене, выручка в три раза больше, потому что всякие дрочилы на тебя посмотреть приходят! — оскалился Юнги.       — А была бы в пять раз больше, если бы ты, собственник ревнивый, дал мне на сцену выйти! — Чимин не на шутку разошелся и начал сам напирать. — Малыш, я же не собираюсь полностью раздеваться!       — Тебе и раздеваться не надо, чтобы у всех мужиков в округе член встал! — Юнги завелся и стал еще красивее. Чимин облизнулся.       Они смотрели друг на друга, тяжело дыша, но кроме раздражения и противостояния было между ними что-то еще.       — Хорошо, — наконец сказал Юнги с вызовом, — можешь танцевать! — Чимин замер. — Но смотреть на твою задницу буду только я!       — И как ты это провернешь? — приподнял бровь Чимин.       — Сомневаешься во мне, цыпа? — оскалился Юнги, а у Чимина затянуло внизу живота.       — Хочешь, чтобы я на пустой зал танцевал? — но обиженное лицо все равно состроил.       — Цыпа, не тупи, — Юнги притянул его к себе ближе и понизил голос до приятной хрипотцы, — или я для тебя пустое место?       Чимин закатил глаза и улыбнулся, приемчики пошли ниже пояса:       — Малыш, такое выступление я тебе и дома могу показать.       — У нас шеста нет, — Юнги начал, как кот, поигрывать поясом его халата, — я с Джином договорюсь.       — С Джином не так просто договориться, когда дело касается денег!       — Цыпа, не тупи…       Чертов пояс упал на пол, и руки Юнги начали беспрепятственно гулять по телу Чимина.       — Милый халатик, — прошептал он в приоткрывшиеся полные губы, — я его раньше не видел.       — Недавно купил, — Чимину не просто было проявлять самообладание, когда шершавые ладони сжали его ягодицы.       — Не носи при Хосоке, — Юнги подался вперед и слегка прикусил нижнюю губу Чимина.       — Голым ходить?       Звонкий шлепок огласил комнату.       — Не нарывайся, цыпа…       — А то что? Накажешь меня?       Резким движением Юнги развернул его лицом к кровати и толкнул на нее. От неожиданности Чимин вскрикнул, но не успел опомниться, как оказался поставлен коленями на матрас задницей кверху, а его тонкий халатик сполз на лопатки.       — Блядь, Юнги! Ты что делаешь?!       — Цыпа, не тупи.       — Ты заебал!..       Чимин хотел сказать: «Ты заебал насмехаться», но не смог, потому что Юнги наклонился и широко лизнул его между ягодиц, разводя те ладонями в стороны. Острые ощущения накрыли Чимина, и он упал лицом в ладони, не смея опустить задницу, чтобы не лишиться удовольствия.       — Сладкий, — чертов гений Мин Юнги еще успевал говорить, — новый гель для душа?       — Заткнись и продолжай!       — Повежливее! — раздался еще один шлепок, и Чимин несдержанно застонал. — Или мне прекратить?       — Нет, нет, пожалуйста, — Чимин позорно захныкал и качнул бедрами, — малыш, пожалуйста, еще…       — Я бы мог языком, но без единого слова заставить тебя принять любые мои условия, — усмехнулся Юнги, — но не буду так поступать, — и любовно огладил тонкую талию, — потому что я тебя, занозу такую, люблю.       — Я тебя тоже, малыш! — с жаром ответил Чимин и попытался развернуться.       — Стой смирно.       — Блядь! — от его строгого тона у Чимина член дернулся.       — Я еще не закончил, — сказал Юнги и продолжил сводить с ума и доводить до оргазма одного своенравного парня.       Сквозь собственные стоны Чимин услышал возмущенные вопли Хосока и хлопок входной двери.