Запретная любовь

31 декабря, когда все нормальные люди делают салат «Оливье», наряжают ёлку и делают последние приготовления к праздничному столу, мы тащимся в Москву уже который час, ну и по традиции, засели в пробке на Садовом. На улице идет снег, красные огни машин бликами отражаются в лобовом стекле, а в салоне тепло и тихо играет какая-то музыка. — Ты слишком спокойный. — сказала я, разглядывая профиль мужа. — Тебе кажется. — сухо ответил Егор, смотря вперед, периодически нажимая на педаль газа. — Нет. Я же вижу. — меня уже который день просто разрывает от эмоций, и мне дико хочется с ним ругаться. Именно ругаться, кричать, может даже запустить чем-нибудь. Но, как назло, парень не поддается на провокации, что меня раздражает еще больше. — И что ты видишь? — улыбнувшись уголками губ, он все так же не отрывался от дороги. — Что ты слишком спокойный. — не унималась я. — А каким я должен быть? Что мне, истерить? — Ну… — задумалась я. — Я вижу, к чему ты клонишь, детка, и что делаешь уже несколько дней подряд. Я понимаю, гормоны, все дела, и у тебя всегда отлично получалось вывести меня на эмоции, но не в этот раз? — спокойным, монотонным голосом ответил парень, а меня уже потряхивало. — Почему? — наивно спросила я, на что он громко рассмеялся. — Ох, Юлька, Юлька… — покачав головой, он повернулся ко мне. — Потому что ты носишь моего ребенка, и вестись на твои психи, чтоб удовлетворить твои потребности в выплескивание эмоций, я не собираюсь. Мы можем направить их в другое русло. — подмигнув мне, парень опять посмотрел на дорогу, а я тяжело вздохнула. — Даже поругаться не с кем, дожили. Муж, называется. — говорила я себе под нос, наблюдая через окно за машинами. — Я переживаю о твоем здоровье, и о здоровье нашего малыша. Зачем ругаться? Тебе некуда девать энергию? Сейчас приедем, будешь ёлку наряжать. — Какую ёлку? — повернувшись к нему всем корпусом, я прищурилась. — Ну… обычную, зеленую с иголками. Там еще игрушки подвезли. И вообще, я хотел сделать тебе сюрприз, но так как тебе нужны эмоции, то будешь наряжать сама. В общем, будет тебе чем заняться, дорогая, не переживай. — спокойно ответил он, сворачивая к Федерации. — Ты серьезно? Ты купил ёлку? Настоящую? — оживилась я, по детски хлопая в ладоши, на что парень опять рассмеялся. Пока мы дошли до квартиры, я прожужжала ему все уши, выспрашивая какие-то подробности, на что парень все так же спокойно отвечал, иногда улыбаясь моей наивности. У моего мужа стальные нервы, и ангельское терпение. — Ты можешь слезть оттуда, пока я инфаркт не получил? — прикрикнул я на Юлианну, придерживая высокий стул, на котором она стояла, пытаясь дотянуться до ветки, чтоб повесить красивое сердечко. — Слезаю, Господи. Сам же сказал, чтоб наряжала. Вот я и наряжаю. — огрызалась девушка, все же повесив это долбанное сердце, спускаясь вниз. Она придерживалась за мою руку, и встав на землю, повернулась ко мне лицом. — Тебя на секунду нельзя оставить, блин. Я только отвернулся, как ты уже на кресле. Чем ты думаешь? — меня взбесила выходка девушки, и я был готов раскричаться на неё. — Так-так, продолжай… — улыбалась она, и до меня дошло. — Ты хочешь поругаться в канун Нового Года? — я нахмурился, забрав из её рук очередную игрушку. — Ну а что? После 12 сразу помиримся. Можно твоим любимым способом. — девушка приблизилась, обняв меня руками. — Ты опять нарываешься? Надо узнать у врача, насколько это не безопасно на таком сроке. — я задумался, посмотрев в синие глаза блондинки. — Вот сам и спросишь. — отвернулась она, взглянув на ёлку, которая теперь красовалась возле огромного окна в гостиной. — Включишь? — спросила девушка, убирая коробку с игрушками. — Кстати, это уже не первая наша совместная ёлка. — ответил я, поднимая переключатель с пола. — В Питере не считается, это была весна, и ёлка была наряжена не нами. — ответила Юля, встав рядом со мной, обняв мою руку. — Готова? — спросил я, взглянув на её счастливое лицо. — Да. — Раз… Два… — Включай уже, Булаткин. — в этот момент я врубил включатель, и наша ёлочка замерцала разноцветными огнями. — Как красииииво… — пропищала Юлианна, хлопая в ладоши, и повернувшись, обняла меня. — Наш первый совместный Новый Год. — прошептала она. — А прикинь, в следующем году нас уже будет трое. — вздохнул я, крепче прижимая жену. — Ты расстроен, что мы встречаем Новый Год одни, а не с твоей семьей? — спросила блондинка, поднимая на меня глаза, на что я только улыбнулся, и коснулся манящих губ. — Я встречаю Новый Год со своей любимой женой, и сыном, которого увижу через 2 месяца. Большего счастья мне не надо, малыш. — ответив, я почувствовал, как она расслабилась, и снова прижалась к моей груди. — Я первый раз в жизни встречаю Новый Год на полу. — хихикнула девушка, допивая с высокого бокала апельсиновый сок. — Я вообще-то тоже. Но мне нравится. — мы сидели на полу, на мягком ковре, упираясь спинами в диван, а перед нами расставлены тарелки с разными блюдами. Некоторые нам удалось успеть приготовить самим, как например, салаты, а все остальное заказали в местном ресторане. А на полу, потому что ближе к телевизору, да и Юле так удобней, спина не болит. Когда Президент сказал все поздравительные слова, и прозвучал бой курантов, мы стояли у окна, тихо считали, шепча, а потом целовались под Гимн и грохот салютов. — Тебе так удобно? — спросил я, когда спустя полчаса, мы лежали на диване, обнявшись, и смотрели какую-то новогоднюю программу по телевизору. — Да… — прошептала девушка, прижимаясь к моей груди. Поздравив самых близких с Новым Годом, мы выключили телефоны, желая побыть вдвоем, не распыляясь на телефонные разговоры. Впервые этот праздник проходит настолько тихо и спокойно. И впервые, я чувствую себя абсолютно счастливым. — Не жалеешь, что пропускаешь модные тусовки в клубах? Во сколько тебя приглашали? — тихо спросила Юля, приподнимаясь. — В 6 или 7, не помню уже. Еще на частную вечеринку было приглашение. — пробормотал я, переключая каналы, пытаясь найти что-то интересное. — Ого… почему не сказал мне? Я бы тебя отпустила на пару часиков. — улыбнулась она. — Ну, во-первых, это бы не ограничилось парой часиков, а затянулось бы до утра. Да, гонорары почти тройные, но оставлять беременную жену в новогоднюю ночь одну, как-то странно, согласись? — Соглашусь. — она опять улыбнулась, умащиваясь поудобней. — А во-вторых, нет, я не жалею. Не буду отрицать, что это для меня впервые, и я бы еще год назад не поверил, что буду встречать Новый год дома, только с тобой, но мне нравится. Мне спокойно, уютно, и очень хорошо. На душе хорошо, понимаешь? — чуть приподнялся я, упираясь спиной в спинку дивана, подтягивая девушку к себе. — Понимаю, милый. — тихо ответила блондинка, и опять заерзала. — Тебе неудобно так лежать? — спрашивая, я чуть отодвинулся, давая ей возможность сесть. — Ноги затекли… — пожаловалась девушка, откидываясь назад, и я поднял её ноги, положив себе на колени. — Так лучше? — Да, определенно. — она была такой смешной сейчас, такой домашней. С легким мейком, в домашнем голубом платье, которое красиво обтягивало животик и в теплых носках, что я заставил надеть. Девушка, которая изменила мою жизнь, перевернула её с ног на голову, научила любить, быть добрее, и больше отдавать, чем брать. Я смотрел на её красивое лицо, вьющиеся волосы, пухлые губки, нежные руки, которые поглаживали наше чудо, и мне захотелось ей сказать то, о чем давно думал. — Юль, я хочу спросить тебя… — начал я, придвинувшись ближе, заглядывая ей в глаза. — Спрашивай. — улыбаясь, девушка обняла меня за шею. — Точнее предложить. — она чуть нахмурилась, склонив голову на бок. — Давай обвенчаемся? — сказал я и замер, наблюдая, как расширяются её глаза. — Ты… серьезно? — наконец-то промолвила она, опустив руки. — Вполне. Почему нет? Если ты хочешь, конечно… — у меня сердце билось так, как будто я ей предложение второй раз делаю. — Эм… Я не знаю, что сказать, милый… Это так неожиданно, и… — она замялась, бегая глазами по моему лицу. — … и приятно. — она улыбнулась, проводя рукой по моей щеке. — Ты правда хочешь обвенчаться? — Я бы не предложил, если бы не хотел, малышка. — Хорошо… — глаза девушки засверкали, а улыбка не сходила с лица. — А когда? — спросила она. — Когда захочешь. Думаю, после рождения малыша. — предложил я, надеясь, что она не будет возражать. — Да, будет чудесно. Наш сын будет на нашем венчании. Боже, я не верю, что это происходит со мной… — закрыв лицо руками, девушка всхлипнула, а я напрягся. — Эй, эй… ты чего? Что случилось? — взяв её за руки, я посмотрел в глаза, полные слёз, не на шутку встревожившись. — Это всё, как будто не со мной, Егор. Я и мечтать не могла, что… Что ты будешь со мной, будешь моим мужем, что мы будем ждать появления на свет нашего малыша, и что ты захочешь обвенчаться со мной… — слёзы капали из её синих глаз, а у меня защемило сердце. — Я иногда просыпаюсь по утрам, и не верю, что это моя жизнь, понимаешь? Я боюсь, что я проснусь, и всё исчезнет. И когда я поверну голову, рядом со мной окажется Марк… — девушка всхлипнула, опять закрывая лицо руками. — Юля, любимая моя девочка… Он в прошлом, весь тот ужас, в котором ты жила, в прошлом… — пытаясь успокоить блондинку, я обнял её, прижимая к себе. — Я иногда боюсь… чувствовать себя счастливой. — отстранилась она. — Но, ты же счастлива, малыш? Ты счастлива со мной? — спросил я, а сердце замирало. — Конечно, счастлива, Егор. Я очень счастлива, очень люблю тебя. Но… я каждый раз жду подвоха. — слёзы опять полились из глаз девушки. — Дурочка моя… — вздохнул я, улыбаясь. — Иди ко мне. Не надо бояться, не надо ждать подвоха. Я обещал тебе, помнишь? Что сделаю всё, чтоб ты была счастливой. Ты же мой Ангел… — взяв её лицо в свои ладони, я нежно коснулся соленых губ, чувствуя, как она расслабляется. — Ну так что? Будем венчаться? — отстранился я, вытирая мокрые дорожки с её щеки, вызывая улыбку. — Да. Будем… — прошептала она. Обняв жену, я вздохнул, откинувшись на диван, притягивая её к себе, и задумался. Ведь она права, наши жизни настолько изменились за последние полтора года, что иногда не верится, что это всё происходит на самом деле. Поэтому я не удивлен, что после двух лет сплошного ужаса, сейчас, она живет как будто другой жизнью, хотя, по сути, так и есть. Девушка была настолько запугана и подавлена, подчинена одному человеку, что нормальные отношения для нее казались чем-то странным. И как хорошо, что она потихоньку отошла от всего этого, правда иногда, все же вспоминает какие-то фрагменты из прошлой жизни, от которых у меня мурашки по коже и волосы дыбом. Засмотревшись на мерцающие огни ёлки, я не заметил, как моя малышка уснула, прижимаясь ко мне. Аккуратно поднявшись, я взял её на руки, и с улыбкой наблюдая, как она мило сопит во сне, понес свое чудо в спальню… С Новым Годом…