Запретная любовь

Весь месяц после Нового года у Егора был забит под завязку. Понимая, что в феврале количество концертов резко уменьшится, парень решил, не отменять их, а перенести на месяц раньше, дабы потом не дергаться, а спокойно быть с нами, после рождения малыша. Мои же дни были похожи друг на друга, за исключением двух недель, когда я затеяла ремонт в детской, решив не обращать внимания на суеверия, и подготовить комнату к рождению сына окончательно. Выбрав мебель вместе с мужем, я с особой скрупулезностью выбирала цвет стен, рисунки на них, шторы, прочие безделушки, аксессуары и декор, изучая рынок на наличие новинок. Делала я все это с огромным удовольствием, занимая весь свой день. Когда все было закончено, Егор был в восторге от результата, ведь комната для нашей крохи получилась просто нереально красивой, уютной и функциональной. Светлая, большая комната для гостей, превратилась в маленький отдельный мирок, в котором будет обитать наше чудо. — На фото детская выглядит потрясающе. — листая галерею на моем телефоне, Алина сидела на диване, пока я играла со своими племянницами. Ева лежала на подушке рядом, пока Лиза с любопытством рассматривала мои бусы. — Твоя детская ничем не хуже, Алин. — улыбалась я кареглазой девочке, которая крепко держала меня за пальчик. — А почему у меня нет вот этой штучки возле пеленального столика? — она указала мне на специальный органайзер для подгузников, кремов и других мелочей. — Ну потому что у тебя для этого есть поставка на комоде. — спокойно ответила я, переводя внимание на Еву, поскольку малышка интенсивно агукала. — Ну да… просто у тебя удобней. — вздохнула сестра, отдавая телефон. — Как ты себя чувствуешь? Ноги не болят? — спросила блондинка, подавая мне чашку с чаем. — Немного отекают к вечеру, но в целом нормально. Евочка, позволишь тёте выпить чаю? — улыбаясь, обратилась я к девочке, но она так и не отпустила мой пальчик. — Нет? Ну ладно. — засмеялась я, чмокнув её в сладкий носик. — Какие же они хорошенькие. — умилялась я, поправляя шапочку Лизе. — Особенно когда кричат одновременно. — улыбнулась Алина, забирая у меня дочку, чтоб я все же смогла выпить чай. — Егор в Москве, или уехал? — Сегодня в Москве, вчера вернулся из Краснодара. Родители его приезжают завтра утром, а у него концерт вечером в ночном клубе. Вот думаю, может сходить, попугать народ? — я посмотрела на сестру, пока та кормила Лизу. — Да уж, думаю организаторы будут в восторге от беременной на 8 месяце жены Крида возле сцены. — улыбалась она, видимо представив эту картину. — А родители у вас будут? — она подняла голову, придерживая головку девочке. — Нет, они в старой квартире всегда останавливаются. — вздохнула я. — Ну хоть так. — подмигнула мне сестра, а я задумалась о том что наверное будет правильно пригласить их на ужин, о чем надо поговорить с Егором. Утром, проснувшись, я почувствовала легкий дискомфорт внизу живота, но списав это на неудобную позу, которую найти мне становится все труднее, я посмотрела на открытую дверь в ванную. — Егор? — Да, малыш. — отозвался он, выглядывая из комнаты, с набитым пеной ртом, и зубной щеткой в руках. — Я думала ты уехал. Сейчас завтрак тебе приготовлю. — улыбнулась я, сползая с кровати, и накинув халат, поплелась на кухню. Поставив на стол сваренную овсянку, засыпая её сухофруктами, я погладила животик, чувствуя, что эта тянущая боль не прекращается. — Все хорошо? — блондин поцеловал меня, садясь за стол. — Вроде… — Что такое? — заволновался он, опуская ложку. — Что-то не хорошо себя чувствую. Устала, наверное. Вчера по Вегасу таскалась полдня, купила еще пару вещичек для малыша. — улыбнулась я, вспомнив, сколько модных вещей накупила сыну. — Точно все нормально? — парень посмотрел на меня, подтягивая к себе пиалу с овсянкой. — Да, не переживай. Ты поедешь за родителями? — решила поинтересоваться я. — Нет, они сами приедут из аэропорта, я сейчас на студию, потом на саунд-чек, и вечером на концерт. Так что увидимся только после него. — он уплетал свой завтрак, пока я готовила кофе. — Я тут подумала, может нам пригласить твоих родителей на ужин? Я приготовлю что-нибудь, м? — поставив на стол чашку, я села напротив мужа. — Ты серьезно? — опустив ложку, он уставился на меня. — Да. — Юль, это было бы чудесно. Уверен, они обрадуются. — улыбнулся парень, а мне было приятно, что он доволен. — Пусть они к 7 приезжают, а ты уже подъедешь, когда освободишься. — он взял меня за руку, поцеловав её тыльную сторону. — Ты у меня лучшая. Спасибо за завтрак, я побежал. — он подорвался с кресла, не забыв при этом крепко обнять меня, чмокнув несколько раз в губы. — А кофе? — спросила я, подставляя губы для поцелуев. — По дороге выпью, не успеваю. Люблю тебя. — Егор задержал свой взгляд на несколько секунд, а потом улыбнулся. — И я тебя. — прошептала я, отпуская его шею. Весь день я провела на кухне, готовя разные вкусности на вечер. Все же ужинают родители Егора у нас не часто, да и видимся мы тоже редко, так что сегодняшняя встреча может помочь нам хоть немного наладить отношения с Мариной Петровной. Я не раз слышала, как Егор говорил маме по телефону о моем самочувствии, в подробностях рассказывая о походах к врачу и на узи, о моем расписании, питании, и успехах на фирме. То есть она спрашивала, интересовалась. Ей не безразлично. Поставив в духовку мясо, я присела на кресло, пытаясь выпрямится. Спина затекла и болела, ноги отекли, да и вообще, было чувство, что я заболеваю. — Этого еще не хватало. — прошептала я, поглаживая животик. Приготовив себе чай с имбирем, переодевшись в черное платье свободного покроя, немного завив волосы и сделав легкий макияж, я была готова к приему гостей, развалившись на диване. Звонок в дверь раздался ровно в 19 часов. Как всегда, пунктуальны, подумала я, поворачивая замок. — Добрый вечер, дорогая. — Николай Борисович вручил мне букет красных роз, проходя в квартиру. — Спасибо, проходите. — взяв букет, я вдохнула сладкий аромат, улыбаясь. — Добрый вечер. — Марина Петровна вошла следом, держа в руках небольшой пакет. — Это не тебе, это нам. — Николай Борисович поставил на тумбочку бутылку вина, снимая пальто. — А это тебе. — женщина протянула мне пакет, немного смутившись. — Спасибо, не стоило. — Егор говорил, ты очень полюбила сладости, Коля привез из Токио. Кстати, Егор скоро? — проговорила она, смотря на мой животик, который я инстинктивно обняла. — Мои вкусы в последнее время изменились. Да, он звонил. Через час на сцену, а потом сразу к нам. — улыбнулась я, заглядывая в пакет. — Как ты? Как мой внук? — пройдя в гостиную, спросил Николай Борисович, садясь на диван. — Сегодня слишком активный. Толкается весь вечер, но сейчас притих. — я зашла на кухню, за вазой, слыша за собой шаги. — Ты что, сама это все приготовила? — Марина Петровна разглядывала накрытый стол с разнообразными блюдами. — Ну… да. Мясо в духовке почти готово. — улыбнулась я, поправляя цветы. — Понятно, почему малыш толкается, весь день на ногах. Тебе нужно больше отдыхать, Юля. — женщина подошла ближе, забирая у меня вазу, и сама поставила её на стол, а я была благодарна за её беспокойство. Поговорив еще немного, обсудив премьеру фильма Полины, которая состоится уже в марте, я поймала себя на мысли, что совершенно комфортно чувствую себя в компании этих людей, даже без Егора. Мы спокойно общались, Николай Борисович, как всегда, много шутил, но и Марина Петровна сегодня была не такой сдержанной, как всегда. Она расспрашивала меня о детской, пересмотрела все ящики с одеждой для ребенка, и вообще вела себя естественно. — Юля, что-то не так? — услышала я голос Марины Петровны, стоя возле открытой духовки, придерживая живот. — Тянет с самого утра, и не пройдет никак. — ответила я, повернувшись, чтоб вытащить мясо. — Давай я помогу. Может но-шпу выпить? — она ловко вынула противень с ароматным мясом, поставив его на стол. — Выпила перед вашим приходом. Не помогло, даже сильнее стало тянуть. И спина просто отваливается… — проговорила я, садясь на стул. — Юленька… а… это… не роды случайно? — заикаясь спросила женщина, подходя ко мне. — Да ну, какие роды, 36 недель всего… — отмахнулась я, но почувствовав пульсирующую боль внизу живота, выпрямилась. — Что у вас тут так вкусно пахнет? — Николай Борисович зашел на кухню с бокалом вина в руках. — Юля что-то плохо себя чувствует. — ответила за меня Марина Петровна, а я хотела встать, но опять почувствовала боль. — Что? Что такое? — женщина взяла меня за плечо, заметно нервничая. — Как-то странно ноет… Я сейчас, в туалет схожу. — я медленно поднялась, и она помогла мне зайти в ванную. Но как только я сняла белье, громко вскрикнула. На белой ткани виднелось темно-красное пятно, и в этот момент я опять почувствовала боль внизу живота, но уже сильнее. — Что случилось? — в ванную ворвалась Марина Петровна, и заметив испачканное белье, подбежала ко мне. — О Господи… Схватки? — Еще рано, только 36 недель… — слёзы моментально наполнили глаза, капая по щекам, и помогая привести себя в порядок, женщина медленно вывела меня в комнату. — Коля, звони Егору и вызывай скорую, у нас схватки начались. — крикнула она мужу, усаживая меня на диван. — Как схватки? — мужчина опешил, вынимая из кармана телефон. — Ты только успокойся, милая, все будет хорошо. Преждевременные роды бывают, ничего страшного. Сейчас в больницу поедем… — постоянно говорила она, а меня потряхивало от понимая того, что что-то не так. Что-то пошло не так, ведь на последнем узи врач сказал, что родить мне не раньше следующего месяца. — Егор не отвечает, а скорая уже едет. — протараторил мужчина, с бледным лицом. — Он на сцене сейчас… может кто-то с менеджеров возьмет, наберите еще раз…. Мне нужен Егор… — всхлипывала я, стараясь не двигаться, чувствуя, как боль усиливается. — Хорошо хорошо, я буду набирать его, не волнуйся. — ответил Николай Борисович, опять прислоняя телефон к уху. — Где твои документы? Надо врачу твоему позвонить, где твой телефон? — все происходило, как будто в тумане. Женщина бегала возле меня, подкладывая под голову подушку, набирая параллельно моего врача, рассказывая ситуацию, пока Николай Борисович открывал дверь скорой, все время звоня моему мужу. — Везем в Лапино, врачей предупредили. — коротко заключил седоволосый мужчина, перед этим осмотрев меня. — Где Егор? Мне нужен Егор! — всхлипнула я, вытирая мокрые дорожки со щеки. — Он не берет… — ответил Николай Борисович. — Звони Полине, пусть едет за ним в клуб, и сразу в больницу. Не переживай, Юленька, он приедет, все будет хорошо, не нервничай. Все буде нормально. — успокаивала меня Марина Петровна, держа за руку, пока меня выносили на носилках из квартиры. По правде говоря, я не представляю, что бы делала, если бы их не было сейчас рядом. Лежа в машине скорой помощи, я тихо плакала, моля Бога оставить мне моего малыша. Я мысленно молилась, умоляя оставить мне смысл моей жизни, моего сына, которого я безмерно люблю. Слёзы стекали по щекам, а руки инстинктивно прикрывали живот, и рядом со мной сидела Марина Петровна, поглаживая меня по плечу, шепча успокаивающие слова… Ирония судьбы…