***
Эржебет изящно закинула ногу на ногу и отпила из фарфоровой чашки. — Не ожидал, что тебе так подойдёт это… Амплуа. Нигде не жмёт? — хихикал Фредо. — Нет. Ваша жена имела очень подходящую фигуру. Даже неожиданно. — ответил Кейл. — Вампирши зачастую крупнее человеческих женщин, и фигуры у нашей расы более угловатые, так что… Ты на удивление органично вписался в наше общество. Хотя я до сих пор считаю, что роль Нару подошла бы больше. — сказал вампир. — Мне придётся примерить её при Белой Звезде. Боюсь, иначе он сможет рассмотреть куда больше, чем следует. — Намного больше… — протянул Альберу пока ещё своим голосом, украдкой глядя на разрезы длинной юбки. Вампирская мода отличалась: более лёгкие ткани, ведь клыкастые не так подвержены холоду, более свободная посадка, не сковывающая движений так сильно, как обычные придворные наряды, но разрезы до самой талии на женских юбках Альберу не мог принять со спокойным сердцем, и даже наряд «Эржебет», снабженный куда менее вызывающими прорезями, вызывал у него много вопросов. В основном об ориентации. — Хватит пялиться. — Извини, оно как-то само. — Вот я смотрю на вас, дамы, и думаю, чего же мне ещё для счастья надо? — вздохнул Фредо, стараясь сдержать смех. — Дальней родственницы Фредерики. — фыркнул Кейл — Могу устроить мастер-класс по ходьбе на каблуках. Черт… А почему ты их не надевал?! — Потому что я и так высокий. — Я ниже всего на пару сантиметров, не придумывай. — Для вампирши рост нормальный. Для эльфийки — нет. — парировал принц. — И ноги брить пришлось… Вот уж эта вампирская растительность! [О чем ты?] — поинтересовался Чхве Хан, не слишком сведущий в анатомии вампиров. [У вампиров волосы ниже ресниц не растут. У некоторых, с примесями других рас, могут ещё жиденькие усы пробиться, но не более того. Это какой-то связано с особенностями их терморегуляции.] [Серьезно? Никогда внимания не обращал. Слушай… Ты редко бреешься, бледный, с характерными чертами лица, тело заточено скорее под скорость и ловкость… У тебя в роду, случаем, вампиров не было?] [Чего не знаю, того не знаю. Бреюсь я редко, ведь мне, на минутку, даже двадцати нет, да и после с растительностью на лице все не очень хорошо было. Хотел бороду отрастить, как у графа, но она у меня странная, клочками и жиденькая-жиденькая. А ещё красная. И кажется, что я весь в крови. Так себе вид, если честно. Может, действительно вампирский предок, а может быть просто генетическая лотерея. Вот если бы у меня нормальная температура тела была тридцать градусов, клыки из-под губы выглядывали, на кровушку тянуло и нос мог почуять, что там Бикрос в соседнем здании готовит, тогда да, тогда можно было бы говорить о вампирах, а так… Чистокровный человек.] [М-да, но знаешь, я вообще не удивлен, что ты мастерски вписался в тусовку вампиров.] [Пообщайся с ними с мое, и тоже сможешь. Да и вообще… Человеческие аристократы такие кровососы, что настоящие вампиры отдыхают.] [Ха-ха, и не говори.]***
— Слушай, Эден, мне нужно будет отлучиться, как и Второму. Дела срочные, никак не подождут. Вернёмся через три дня, ты за старшего — распоряжение сверху. — заявила Фрезия следующим после прибытия полукровки обратно в храм утром, когда большая часть людей ещё спала. — А? Хорошо. — Ты смотри, хорошенько за всеми пригляди. На тебе большая ответственность. Чтобы всё в лучшем виде! Не оплошай. Надо будет — врежь эти остолопам… я не про детей, если что. Мы через пару часов уезжаем. Когда химера ушел, Второй наклонился к Фрезии и шёпотом спросил: — Уверена? Ему будет тяжело. — А нам не тяжело? Будет ему наказание за ложь. Не волнуйся, далеко уходить не будем, если что случится, сразу поможем. — И всё же… Ещё и Святые Солнца… — Справится как-нибудь.***
Эден отставил одну ногу назад для устойчивости и слегка пригнулся, растопырив руки, невольно отметив, что это похоже на создание масштабного магического барьера. Впрочем, барьер он мог поставить и так, а сейчас устойчивость нужна как никогда. На него надвигалось шумное, многоногое и многорукое нечто. Оно неслось ему навстречу, крича «брат Эден вернулся!». Полукровка стоически принял на себя удар при столкновении и даже почти не поменялся в лице. Ну, лёгкая улыбка не в счёт.