Драконье лето

После ночного дождя двор «Индрика» развезло, небо выцвело и посерело, а ветер с моря похолодел и просолился сильнее. Но это не помешало жителям Аламара собраться на ярмарку, чтобы продать вчерашний улов жителям окрестных хуторов, а Лиссе и Зои — вылететь вдоль обрывистых побережных скал на восток, в сторону поместья. Облака держались так низко, что чуть не мочили крылья, и несколько аламарских жителей с подозрением проводили крылатых взглядом — в том направлении не было населённых пунктов. Но это напряжение то и дело пропадало, стоило солнцу пробиться через облачность и искорками прожектора осветить пятно бурлящего моря на мгновение. Лиссе это зрелище очень нравилось. На подобные пейзажи был богат родной архипелаг Шагерни, как раз после штормов, иногда растягивающихся на несколько дней. В такие периоды жизнь Клана не то, чтобы замирала… но замедлялась раза так в три-четыре. Вставали канатные дороги, и практически весь отдел Технического обеспечения сначала проводил техобслуживание оборудования, за сутки вырабатывавшего все запасы заготовок, а после резался в нарды, между партиями попивая чай и кофе с разными добавками. Отдел Магического обеспечения тоже пил кофе, но с более практической целью — гаданием на кофейной гуще пытались вычислить, когда же закончится непогода. Торговля тоже останавливалась, ведь никакие подводные кабели не связывали архипелаг с континентами, а радио в шторм работало чрезвычайно нестабильно. И так было почти во всех отделах, кроме пищевого — когда спадала жара, есть хотелось больше. Бойкие, веселые повара и поварихи (всего около двух десятков хвостов) с шутками и анекдотами готовили завтраки, обеды и ужины, сметаемые до последней крошки. И только когда шторм заканчивался, ветер в «нижнем эшелоне» затихал, а серые облака начинали освобождать синь неба, соклановцы выходили на балконы и грузовые площадки и смотрели на такие же блики солнечных лучей на воде. А потом кто-то, допив порцию чая или докурив папиросу, давал команду — «За дело» — и архипелаг оживал. Именно это и нравилось Лиссе. Однако, летели хоррианка и жрица уже никак не меньше четверти часа, но никаких развалин не видели. — Что-то пусто, ни развалин, ни даже целых поместий и строений, — поделилась наблюдением с подругой серая драконица. — Как думаешь, не соврал нам официант вчера? — Не думаю, — она ответила просто. Наконец. девушки увидели на утёсе покосившийся в сторону обвала старый деревянный дом. Участок вокруг него ограждал забор из бетона и поручней-труб, но он скорее обозначал территорию, чем мешал пройти на давно заросший двор, где когда-то был разбит сад с колодцем в виде крошечного домика над прямоугольной каменной шахтой. — Да, место дедушка выбрал живописное, тут ничего плохого сказать не могу, — признала Лисса. — Но дом уже много лет не просто просит, а прямо требует капитального ремонта. И я что-то уже даже сомневаюсь, стоит ли как-то брать себе это наследство. Давай приземлимся, что ли, но шагах примерно в сотне от ограды, мне как-то не дают покоя вчерашние слова официанта о призраках. Две драконицы, заложив над домом вираж, начали снижаться. Примерно на нужном расстоянии от ограды проходила тропка, вдоль которой они летели с утра, и Лисса уже было предположила, что натоптали ее какие-нибудь контрабандисты, но быстро от мыслей этих отрешилась, ведь сейчас было явно не до них. — По счастью, наследство бывает и движимым, — Зои утешила подругу, тоже вглядываясь в кусты, обраставшие забор с обоих сторон, лекарственные растения, одичавшие во дворе, и заржавевшие садовые инструменты. — Через парадный, боковой или балкон входим? — Идем через главный вход, — после недолгого размышления решила хоррианка, — Я всё-таки внучка Эралиона, прямая наследница, хоть и по материнской линии. И вообще, на боковой вход, балкон и даже окна он мог наставить ловушек от воров, а через парадный ход приходят именно гости, которых с порога встречать боевой магией или картечным дуплетом даже наш клановый этикет не позволяет. — Держи готовым амулет, если так, — Зои осторожно оглядела прираспахнутые и еле не выдранные двери из тёмных от старости досок. — Как опознавательный знак, который Эралион мог настроить. Они вошли в заплесневелый, грязный от земли и пыли холл на два этажа, с подгнившей лестницей наверх и тремя коридорами: в левое, правое и заднее крыло постройки. Если и были на стенах обои, то от них остался лишь прах. От мебели — куда больше, хотя бы обломки. И между этих обломков явственно читалось две цепочки свежих следов: одна от лестницы в задний флигель, другая от входа в левый. — А призраки плотны и жирны, — Зои показала на это носом. — Были бы жирны — лестница бы провалилась, — попыталась шуткой немного разрядить обстановку Лисса. В правой лапе между тем воплотился пистолет, уже снятый с предохранителя. Ну вот просто на всякий случай. — Следы интересные. Идут только в одном направлении, обратно не возвращаются. Увы, я не следопыт, не пойму, кому-то одному они принадлежат, или разным разумным. Но это и не важно. Давай попробуем проверить, что же такого в левом крыле искал недавний гость. Вот Чрезвычайная Тройка первым делом забросила бы в коридор шоковую гранату, но мы так попробуем, без нее. — Конечно, это же не их дом, — отшутилась Зои более удачно. Они прошли по следам до самого конца коридора, что вёл в ту самую комнату с запасным выходом, камином, в котором рос куст хорошики, и особенно крупной горой мусора, сваленной будто намеренно, когда расчищали другое место. Судя по всему — подвал. Туда вёл люк в полу, спрятанный под припорошённой каменными обломками досточкой, но с потрохами выданный ведущими к нему следами. — Телекинезом присыпали, а подтереться забыли, — Зои прокомментировала люк и следы, показывая на них крыльями. — Согласна. Или просто не рассчитали… хотя вряд ли. Тогда бы сразу за этим неведомым ходоком телекинезом крутился смерч, поднимающий пыль и присыпающий ею следы. Но расчищали люк не так уж давно, и очень уж целенаправленно, его не искали — четко знали, где же он прячется. Придавить бы его чем-нибудь тяжелым… но если найдутся другие входы, и придется убегать, нам же это дело жизнь осложнит. Поэтому пусть остается как есть, а мы пока пойдем посмотрим, откуда и куда конкретно шла вторая цепочка следов, тех, которые со второго этажа спускались. Следы по заднюю сторону доводили до дальней комнаты коридора, в самую засранную комнату из всех, что самки пока что застали в этой развалюхе — бывшую кухню. К грязи и сырости добавились пятна на полу, серая плесень и паутина. Лисса надеялась, из еды в закрытом шкафчике уже ничего не сохранилось — отвратно было бы даже представить, чем бы она являлась сейчас. У окон с левой стороны стояла цельнопроржавленная печь с керамическим основанием, чтобы деревянный пол не поджигался от случайных искр, и каменная раковина с гладко выдолбленным сливом и необработанным низом. Справа восходила на второй этаж лестница без нескольких ступенек, следы вели под неё, ко двери в то ли прачечную, то ли посудомойную. Сыро там было, как в овраге, плесень росла практически лугами. Следы, сдирая мох с пола, обходили зелёно-медную бочку бойлера и гору осколков посуды и сходили в подвал по каменной, по великому счастью, лестнице — там хотя бы точно не провалится ступенька. — Меня терзают смутные сомнения, — прищурилась хоррианка, — Я не следопыт, не скажу, сколько этим следам дней… но они достаточно свежие. Ходили совсем недавно, не блуждали, маршрут знали четко. И ведет этот маршрут в подвал. Давай-ка и мы осторожно проверим этот путь… Слегка сосредоточившись, Лисса волевым усилием зажгла небольшой светящийся шарик. В глаза своим светом он не бил, но позволял увидеть больше, чем при тусклом свете, проникающем с улицы через грязное небольшое окошко. А уже после этого светлячка в левой ладони серой драконицы воплотился небольшой темный цилиндр. Щелчок скрытой в торце кнопки — и из цилиндра ударил узкий луч белого света. — Это еще зачем? — недоумевающе указала на прибор, бывший обычным электрическим фонариком, Зои. — Мы лезем в подвалы особняка, в котором жил праник не из последних, — пояснила Лисса, — И далеко не факт, что он не наставил тут ловушек. Например, какой-нибудь сбивающий контроль над энергией полог или щит. Засвеченный от энергии душ светлячок погаснет, а простой электрический фонарик — нет, в нем все простое, тяжелое и надежное. — Руку тратишь, но ладно, — Зои подняла автомат, готовясь стрелять над крыльями Лиссы. — Кто первая? — Давай я пойду. Все-таки Эралион — мой дед, вдруг на родную кровь какие-то ловушки не сработают, а тебя посчитают гостьей прямой наследницы. Сама же Лисса не была настолько уверена в этом, но её немного успокаивало то, что Зои вообще предложила определиться, кто пойдет первой. Это значило, что Тьма не дала своей жрице четких указаний, то есть опасность там если и есть, то весьма небольшая. Светя под ноги, Лисса успела наступить на первую ступеньку, как в подвале, где-то за металлическими бочками, резко крикнули — с плачем и поскуливанием, будто кому-то оторвали с хрящами обе руки за раз. И снова стало тихо. Зои насторожилась и приблизила глаз к прицелу, но больше никаких подозрительных звуков не раздавалось. Лисса осторожно сняла палец со спуска и довзвела курок — от неожиданного и страшного звука она дернула пальцем, и пистолет едва не выстрелил. Если бы не манипуляции с курком — выстрел мог бы прогреметь от случайного рывка рукой, а то и просто сам по себе, просто потому, что разошлись две детали в механизме. Постояв несколько ударов сердца, серая драконица направила луч фонаря уже не под ноги, а ближе к концу лестницы — всё равно ближайшие ступеньки освещал энергетический светлячок — и сделала ещё один очень осторожный шаг. Кубические ржавые канистры почти в рост высотой стояли близко к нижним ступеням, и следы резко их огибали, чтобы дойти до плохо скрытой панели-двери в противоположной стене. Хотя эту секретную дверь Лисса могла бы и не заметить — слишком много внимания привлекал к себе труп у опустевших винных стоек. Тело лежало здесь достаточно долго, чтобы от человека в порванной военной униформе времён войн с людьми остались только кости, несколько волос из скальпа, смятый, как консерва, бронежилет и винтовка. — И не прибрали, — Зои шёпотом обозначила полный на вид вещмешок. — А мимо ходят… — Возможно, заминирован, — так же шепотом ответила Лисса, примеряясь к винтовке — вовсе не от любви к трофейному оружию, а от того, что находясь в логове некроманта, пусть и покойного по официальным слухам. А для некроманта это не такая уж и весомая причина отойти от дел, оставлять в тылу потенциального скелета со стрелковым оружием — опасно для жизни. Возможно, винтовка заржавела настолько, что затвор сросся со стволом, а возможно, человек за ней хорошо ухаживал и смазывал, и выстрелит она как новая. В свете фонарика понять это было невозможно из-за толстенного слоя пыли на останках и оружии. — Меня больше интересует, кто тут так кричал… ты ничего не чувствуешь? Ауры, эманации боли или смерти, даже не знаю, как еще сказать… — Кости лучше не трогать, — Зои сменила автомат на копьё и осторожно отодвинула ствол от костлявой руки. — Вижу в них много мелких аур. Инструктированные души или насекомые… Лучше отправимся искать вход, запертый на Тьму, — и перешла к «скрытой панели», которую выдавал свет с той стороны, из щелей. — Только давай не будем торопиться со входом, — предложила Лисса, — Сначала послушаем, говорят ли о чём-то за той дверью. То, что эта дверь была именно той, которая нужна, Лисса несколько сомневалась. Эралион наверняка хорошо запер подвал, чтобы ему не помешали провести ритуал, иначе бы не понадобился «ключ» из тенебрита. А за дверью определенно кто-то был, и этот «кто-то» вряд ли был самим Эралионом, если даже старой подруге он открыть дверь не мог, а оставил ключ. Конечно, была ещё вероятность, что кто-то дверь каким-то манером взломал, но невысокая, раз уж основной ключ был сделан из очень редкого и очень ценного материала. — Напряжённая возня, — Лисса произнесла ещё тише, давая и Зои шанс услышать, как с той стороны скрипели досками и верёвками. Странные звуки из-за двери наводили на мысли, что за дверью вовсе не лич-велнар время коротал, а кто-то, залезший в его библиотеку или мастерскую старательно пытается умыкнуть наиболее ценные вещи, увязывая их для удобства переноски. Распахивание двери в любом случае будет неожиданным для тех, кто за нею возится, а если рисковать так слишком опасно, Тьма наверняка найдет какой-то способ предупредить об этом свою жрицу. — Они нас готовятся встречать? — Зои, разворачивая в сторону двери уши, перехватила копьё и автомат. — Или получится застать врасплох этих недобитых призраков? — Может, и получится, но я немного сомневаюсь, — едва слышно ответила Лисса. — Этот вскрик, который прозвучал, когда мы спускались… возможно, он был сигнализацией. Но звук странный, как будто там какие-то ящики и мешки увязывают, вместо того, чтобы заряжать винтовки и натягивать арбалеты. Давай рискнем! Я распахиваю дверь, вдвоем целимся внутрь, и хором кричим «Всем стоять!». А дальше уже по обстоятельствам… В той комнате были сразу и склад из кучи грузовых ящиков, и бомжевато-обжитое пространство с мятыми матрасами на полу. А ещё два человека — один крупный и с перекошенным лицом, другой молодой и поджарый — смотрели на дракониц через прицелы, не стреляя сразу лишь потому, что с озверевшим криком первой на незваных гостей неслась мелкая белая велнарка, размахивая раскалённым отрезком трубы, держа её в перчатке. — Мы к Рейвил, — простые спокойные слова Зои остановили девчушку так же резко, как она пыталась напрыгнуть на Лиссу. — Откуда вы знаете её имя? — замах трубы велнарочка не ослабляла. — Тьма нас умней, — Зои заявила дежурную жреческую отговорку. Но Лисса начинала понимать ход её мыслей. Вряд ли в портовом городке много велнарок-альбиносок, а как раз одна такая принесла письмо в гостиницу… Удивлял даже не сам этот дедуктический вывод, а то, что Зои успела до него дойти мгновенно, когда в неё целились те мордовороты и неслись сорок килограмм смешной, но разъярённой и убийственной шерсти. — Тогда не буду спрашивать, как вы нас нашли… — очень медленно девчушка успокаивалась и опускала трубу. — Фот, позови тётю. Ник, поставь чай. Худой налил две чашки неразбавленного чифиря из чайника на плите, зажатой между ящиков, а велнарка подогрела напиток трубой, затушив её прямо в чашках. Большая часть трещин на них была, вероятно, от таких экстремальных подогреваний, проводившихся регулярно. Рослый тем временем сдвинул шкаф на противоположной от плиты стене, открыл прежде скрытую за шкафом дверь и ушёл в тёмные переходы из необработанного камня, потряхивая динамо-фонарём. — Да, грязновато тут у вас, — Лисса посмотрела на чайник и кружки, покрытые застарелым коричневым налетом, как обычно смотрели семураны-соклановцы на перекрученные провода станков, щедро забрызганные маслом. Весьма неодобрительно, в общем, — как будто вы тут не живете, а пережидаете несколько дней. Мысленно же хоррианка присматривалась к маленькой велнарке, и в ее голове понемногу формировалась мысль о том, что они могут быть родственницами. Эралион был велнаром, его дочь и мать Лиссы, Арвера — тоже велнаркой, но сделавшей себе механические крылья, позволившие летать наравне с драконами, ну и еще кое-какие занятные функции у них были. И здесь тоже велнарки, и тоже, что характерно, белые. В общем, для совпадения этих факторов было как-то многовато. — Надеемся, что так оно и будет, — она подала Лиссе кружку настойчиво, а потом и Зои. — Если вы не начнёте докладывать, кому не следует… Нам-то, в отличии от вас, не пожить в ночевальне на всём готовом. Вернулся Фот в сопровождении ещё пары людей-охранников и другой белой велнарки — старше, крепче и в чёрной боевой разгрузке. Она адресатов своего письма признала сразу: — Итак, вы решили не медлить с докладом о том, что вы сделали вчерашней ночью, и явились сразу ко мне? Я не ждала вас, прошу прощения за беспорядок, но, признаю, со знатной, пусть и дальней роднёй приятно повидаться. Рейвил Эралион, — она приветственно прикоснулась ко своей груди. На какой-то мог Лисса напряглась, потому что вчера вечером они с Зои никуда не пошли. Заявить прямым текстом «мы никуда не ходили»? Тут, похоже, каждый пшик считают, и оплаченные четыре дня на постоялом дворе определенно не прошли бесследно для «партийной кассы» этой команды, а значит, спросят за них по всей строгости, жестко, возможно даже жестоко. Тут следовало говорить только правду… но очень дозировано. — Лисса Ашеро, — серая драконица приложила к своей груди крыло. — Ничего не сделали, просто потому, что в указанное время и в указанном в письме месте мы никого не увидели. Могли эти негодяи перенести свою встречу, как раз на случай, если об их планах станет кому-то известно? Или им как раз могло стать обо всем известно, и потому встречу перенесли или провели где-то в другом месте? Правильно расставленные акценты в дозированных объемах правды могли повернуть ситуацию с ног на голову. Да, никаких культистов Лисса и Зои не видели, но потому, что никуда не пошли. А если бы и пошли… встреча вполне могла быть перенесена по десятку разных причин и поводов, и «слив» информации о том, что кто-то про эту встречу прознал, был среди них достаточно достойным. А если бы Рейвил спросила, почему Лисса и Зои никуда не пошли — это значило бы, что за ними ведется наблюдение. Но она не спросила, значит, о том, чем вечером занимались незваные визитерши, не знала. — Если не видели, тогда зачем пришли? — Рейвил, кажется, не поверила, но ограничила раздражение тем, что скрестила на груди руки. — У вас есть дело не меньшее, чем у нас к вам было? — Повидать родственников, — Зои показала крыльями на неё и Лиссу. — Это же наследный дом потомков Эралиона, так? — Да, пусть он и не в лучшем состоянии, как вы видите, — Рейвил смотрела больше на Лиссу и воспринимала как главную скорее её. — Запустили вы его, конечно… — слегка попеняла Лисса. — При Эралионе он наверняка был в куда лучшем состоянии. Кстати, а где вообще его тело? Я хоть с ним при жизни и не была знакома, но на его последнее пристанище все-таки посмотрела бы. Рейвил села на одну из коробок поменьше и кивнула в дальний угол, где находилось две не спрятанных за шкафами и ящиками двери. Одна из них, опечатанная погнутыми изнутри железными полосами, имела табличку НЕ ВЛЕЗАЙ УБЬЁТ: — Догадайся, за какой из двух. — Тут и гадать не надо, — Лисса, до этого момента на обстановку особого внимания не обращавшая, отставила кружку с чифирем и с впечатленным выражением на морде огладила гриву. — Это он так изнутри в дверь бил, что стальные полосы погнул? Ну силен дедушка! Выходит, тот ритуал он все-таки сумел довести до конца! — Даже не знаю, хорошо это или плохо… Ведь его действенные книги и артефакты тоже там. Только они нас здесь и держат, — Рейвил сама взяла эту кружку и прихлебнула. — И вы всерьез надеетесь, что вам от его артефактов что-то достанется? — скептично поинтересовалась Лисса. — Явно ведь пробовали силой взять, и считали, что это не такая уж проблема: он — один, а вас — шестеро только здесь, и наверняка ещё можно кого-то подтянуть. Но не получилось, табличка-то на двери явно свежая. И на что вы сейчас надеетесь? Когда Лисса говорила о количестве народа, желающего книг и артефактов Эралиона, молодую велнарку она поначалу хотела посчитать за половину бойца. Но быстро поняла, что эта малолетняя, но крайне боевитая нашаранка будет поопаснее некоторых бойцов-людей. Так что в итоге велнарка была засчитана за полноценного члена этой команды. — Раз к нему прибыли вы — а прибыть вы могли только по его поводу, раз знаете, куда, — Рей закинула ногу на колено и улыбнулась, — то у вас тоже есть план! И, думаю, свежий. — Может и есть, — переглянувшись с Зои, ответила Лисса, — но ещё есть сомнения. Вот предположим, сработает наш план, зайдем мы в обитель Эралиона, и даже выйдем оттуда с книгами и артефактами… а вы тут как тут, и тут же поведаете, что с родственниками нужно делиться. Причем совершенно не поровну. И вот думается мне, что подержать в лапах артефакты и книги, а затем их отдать… может, не нужны нам такие переживания, и пусть Эралион дальше свое добро охраняет? — Если вам самим его добро не нужно, это ваше право, но часть — больше, чем ничего. Значит, вы хотите обговорить делёж заранее и поровну? Предложу треть вам и две трети нам. В конце концов, — Рейвил притянула к себе мелкую, — только наследники имеют настоящее право на долю. Неожиданно у Лиссы промелькнула мысль, что Эралион, если в результате ритуала не превратился в простого упыря, у которого всех мыслей — хоть ненадолго чужой кровью голод утолить, то может сейчас стоять за дверью и подслушивать. И явно торгашеские настроения внучки ему настроения не улучшат. — А я, значит, не наследница? Моя мать, Арвера, вообще-то дочь Эралиона! И я сюда прибыла с целью вернуть в библиотеку Красицы те книги, которые он когда-то утащил без спроса. И если у него будет желание и возможность просто поговорить — я с ним обязательно поговорю. — Эти книги в счёт входить не будут, потому что и ты их не получишь, согласна, — Рейвил расклад с подслушивающими из шкафов скелетами в голову не приходил. — И вообще, если так подумать, книги можно скопировать. Вопрос больше об артефактах. Я слышала, что у Эралиона, там, до сих пор Маска Транслокации, позволяющая пройти в его астральную башню, Посох-Позвоночник, контролирующий даже изначально враждебных мертвецов, Философский Камень и те металлы, которые им напреобразованы… — Из твоей доли следует как минимум вычесть три тысячи пшиков за контрабанду, — Зои вклинивается в делёж неубитого, а, может, и не существующего «медведя», как говорили в Клане. — Столько стоила твоя морда на доске объявлений у «Плетёного индрика». Поэтому ты не оформила дом через градоправление? Не хочешь лишний раз… — Каждый из вас стоит две с половиной тысячи, не забывайся, — Рейлин назвала цену драконьей души, напрягая пасть. — Кто и сколько стоит — сейчас разбираться не надо, — охладила пыл контрабандистки Лисса. — Да, Рейвил, ты права, план у нас есть. Но для его исполнения надо найти дверку особую, а эта на неё не очень-то похожа. Вот по поводу артефактов я тебе такую историю расскажу. Жил в людских землях один богатый человек. Жил, да помер. Собрались его родственники, наслышанные о богатствах. Зачитали завещание — и такой скандал начался… А в завещании написано было — «находясь в здравом уме и твердой памяти все деньги потратил перед смертью». Так что подумай о том, что все истории об артефактах и драгоценностях могут банальными слухами оказаться, на порядок-два преувеличенными. — Но сейчас мы спокойны, а потом споры начнутся, — вякнула мелкая велнарка. — Что там дальше, я даже не представляю… — Рейлин говорила больше по делу. — В этом ваше преимущество. Наше — в живой силе, которая там определённо пригодится против мёртвой. — Да я вижу, как вы живой силой справляетесь, — слегка поморщилась хоррианка. — Сидите тут, чифирь попиваете и обсуждаете, как шкуру неубитого бера поделить. Или я не права, и вы все-таки сумели много ценного добра добыть?.. Вот именно. Так что мы вдвоем справимся, без вашего участия. «Раз уж дедушка ещё жив… нет, скорее подходит слово «функционирует», то свои сокровища он вряд ли кому отдаст просто так. И не просто так тоже наверняка не отдаст. На что они вообще рассчитывают — что мы Эралиона вдвоем одолеем, а они на раздел трофеев налетят? Нет уж, будем договариваться, не поддаваться на провокации, и, как говорит наш аналитик, «держать фасон». — Как видишь, с грузами у нас лучше, — обвела ящики рукой Рейлин. — Даже на розыск насобирали, не мелкие воришки. Что же, заходите первые, если вы умнее! — Снимайте полосы с двери, — уверенным тоном приказала Лисса. — Металл — совершенно не мой профиль. Разнесу ещё на атомы, а вам потом от Эралиона спасаться… Утверждение про профиль слегка не соответствовало истине. Когда отец, мать и старший брат работают на техническое обеспечение Клана, частенько приносят работу «домой», поневоле научишься самым основам. Другое дело, что сильно больше тех основ серая драконица и не знала. Ну не особо интересно ей было возиться с холодными или горячими железками, магия была гораздо интереснее. Правда, получалось не всё, а кое-что и вовсе не давалось, но это для Лиссы было не так уж и важно. — Правильно, не трать прану впустую. Фот! — Рейлин повелела не только крепышу, но и всем людям похватать ломы, прикреплённые к ящикам, и пару плазменных горелок, чтобы разблокировать опасную дверь. У Лиссы постепенно улетучивался разогретый азартным разговором боевой пыл. Но показывать это Рейлин было нельзя, и поэтому хоррианка напустила на себя скучающий вид, вполне уместный при наблюдении, как снимают с двери защитные полосы. Люди напрягались не сколько от тяжести труда, сколько от опаски, но, наконец, отошли от проёма. За которым в наступившей после шипения пламени и лязгом металла тишине тайника контрабандистов расслышались множество тихих неуверенных шагов. — Какие интересные звуки, — Лисса прищурилась, но в коридоре ничего разглядеть не смогла. Было подозрение на скелетов, причем не обязательно человеческих или драконьих, но подтвердить или опровергнуть его могла только практика, — Зои, ты пойдешь, или мне одной навестить деда? Рейлин, следом пока никому не ходить! Только когда я все выясню и сама приглашу! Перед тем, как последовать за Лиссой, Зои провела крылом за её спиной, накладывая на её и свою ауру защитную оболочку — она воспринималась духовным зрением как тёмная пелена. — Раз там нечто, что простыми силами не одолеть, с нами пойдёт и Тьма. — С нами Тьма — так кто же против нас? — хищно оскалилась Лисса, уже не столько играя на публику, как пару десятков мигов назад, сколько начиная реально испытывать азарт. — А вот дверь мы лучше прикроем за собой. Повторяю — никому следом не ходить! Поддернутая телекинезом, дверь закрылась — плотно, без скрежета и удара. Над головами двух дракониц засветился небольшой светящийся шарик. Лисса растворила в ауре пистолет, воплотила кулон и обмотала его шнурок вокруг пальцев левой ладони, так, чтобы сам камень как раз в ладони и лежал, и его легко можно было сжать, не дав никому забрать.