Старший брат

***

Антон сидел в своей комнате. Прошло уже три дня с уезда мамы с братом и сестрой. Карина ежедневно звонила и интересовались состоянием сына. На развод она подала в первый же день и ей сказали, что начнут рассматривать заявление. На Бориса ей по большей части было всё равно до тех пор, пока он не трогал Антона. Вечер был вполне обычный. Петров сидел за столом в попытках сделать домашнее задание. Устало выдохнув, он закрыл тетрадь в которой появились только пара строк и отложил её в сторону. Своими бледными руками он снял очки и потёр переносицу, а после глаза. Надев очки обратно и зачесав слегка отросшие волосы назад он поднялся с места. Время уже позднее, а Омега так и не поел с двенадцати дня. Он медленно вышел за дверь и пытаясь не издавать лишних звуков двинулся по коридору. Проходя мимо родительской комнаты, дверь в которую немного приоткрыта, Антон заглянул во внутрь. Кровать со смятым постельным пустовала, а значит отец внизу. В доме царила гробовая тишина. В носках, которые надел Антон, не было слышно шагов. На лестнице он наступал на определенные участки деревянных ступеней, чтобы те не скрипели под весом парня. Из кухни слышалось сопение отца. Петров на носочках вошел на кухню. За кухонным уголком, где когда-то они сидели и кушали всей семьёй на застольях, сидел Борис. На столе стояло две пепельницы, обе наполненные кипой из сигаретных бычков и плевков, так же большая пивная кружка, на донышке которой осталось пара сантиметров спиртного. На полу валялись скомканные пластиковые тары и стояли стеклянные бутылки из-под алкоголя. В помещении витал сильных запах перегара из-за чего Антон слегка сморщил нос. Он тихо подошел к холодильнику и осторожно потянул дверцу на себя. Перед его глазами не осказалась даже малого запаса продуктов, чтобы хоть немного перекусить. Единственное, что хоть как-то походило на что-то съестное, это пара яиц и молоко у которого осталось всего два дня до окончания срока годности. Взяв пачку в руки он потеряно выдохнул. Осталось на пол кружки, если не меньше. За неимением лучше Антон беззвучно взял стакан и вылил остатки белой жидкости. Оглядев стол и взглянув на хлебницу, он потянулся её открыть. В ней не осталось даже кусочка хлеба. Нужно будет сходить в магазин, причем не откладывая. Выпив холодное молоко, что уже слегка отставало кислинкой, Петров подошёл к шкафу в прихожей. Выдвинув ящик в котором лежали подарочные открытки и достал определенный конверт. Сюда обычно клала деньги Карина, чтобы сыновья могли купить продуктов, пока её нет дома. Лежали они в тех конверте в тайне от Бориса, чтобы тот не пропил их или не потратил в пустую. Антон четко помнил, как перед уездом Карина положила туда несколько купюр и сказала, что там строго на продукты. И какого же было удивление Антона, когда денег там не оказалось. Ещё раз посмотрев на изображение на картонном конверте, а после во внутрь, Антон проверил ещё в нескольких. Может он ошибся? Но нет. Денег не было. А вот алкоголь почему то был. Антон ещё раз вернулся на кухню. Он открыл одну из верхних полок и выдохнул. На верхней полке осталось немного риса и гречки. Может продержаться и на этом до приезда мамы. Размышления Антона прервал кашель из-за спины. Потерял бдительность и тут же поплатился. - Антон, что ты тут ошиваешься? - твердо спросил отец. - Я.. я хотел поужинать, но у нас закончились продукты. Борис недовольно выдохнул. - Подойди сюда. Антон сделал несколько несмелых шагов к отцу. Глаза Бориса зло блестели. Он положил на стол письмо. - Читай. Омега взял в руки документ и развернул его, вынув из конверта. Это была бумага, в которой Бориса просили явиться в суд для подтверждения и начала бракоразводного процесса. - Ты ведь знал об этом? - с нажимом спросил он. Антон молчал. Он таращился на лист, будто он сейчас испариться прямо у него из рук. Ноги налились свинцом, а глаза застыли на месте. Не было и шанса вымолвить хоть слово. Лишь нарастающая паника в груди не давала прямо сейчас свалиться на пол. - Ещё раз спрашиваю, ты знал?! Петров сделав над собой усилие и поднял взгляд на отца. Он явно был зол. Глубоко вдохнув, он кивнул. - И вы так ко мне отнеслись после всего, что я для вас сделал? Вы мои дети. Я вам дал воспитание, жилье, детство вам подарил. В городе, когда мать не работала и таскалась где попало, кто вам и жрать готовил, и игрушки приносил, и спать укладывал, а?! И после этого вы мне так отплатили? Плевком!? Антон сделал шаг назад и поправил очки на переносице, оставив лист бумаги на кухонном столе. На секунду он сжал губы, а после сам зажегся гневом. - Ага. А после ты взял займ под огромные проценты, задолжал тем людям бешенные деньги и после угроз отвёз нас в эту дыру. Потом начал пить, из-за чего тебя выперли с работы и абсолютно забил на нас. Мамино заявление на развод было лишь вопросом времени. - Послушай сюда. Не дорос ты ещё, не понимаешь. Я вас оттуда вытащил, чтоб вас там не посадили или ещё чего хуже! - А маму начал поколачивать, чтоб другие не трогали?! Тут же по щеке Антона пришлась жгучая пощёчина. - Не повышай голос, помни с кем разговариваешь! - До тебя по другому не дойдёт, в твоих глазах все виноваты кроме тебя! Хоть бы раз попытался что-то сделать, чтоб мы выбрались, расплатились с долгами, но нет! Дальше бутылки ты ничего не видишь! Борис поднялся со своего места. - А вы я смотрю деньги уже от меня начали прятать, да!? - И правильно делали, раз как только ты их нашёл, то пропил сразу же! Ты просто нахлебник. Висишь на шее в свои почти сорок лет, ножки свесил и всё! Пьёшь беспробудно неделями! Неудивительно, что мама хочет уйти от тебя. Ты её только на дно тянешь. А самому-то устроиться на работу и бросить пить это конечно трудно! Видите ли отдыха меньше! Ты эгоист! Антон хотел сказал ещё что-то, но Борис быстро сделал шаг вперед и толкнул спиной к стене из кухни. - Ты помни с кем разговариваешь! Молоко ещё не обсохло! Как ты смеешь винить во всех грехах меня!? А где твоя любимая мама была, когда я с вами зашивался дома один!? Когда она сутками дома не была! А!? Где!? По мужикам другим шлялась! Прошмандовка! - Борис выругался и схватил бутылку пива, сделав два больших глотка и опустошая её, - Вас оставляла полностью на меня и в школу и из школы вас забирал, потом с вами уроки делал, и Олю в садик отводил и забирал. И после этого она самая хорошая, а я отвратительный эгоист! Даже хер с ним это, она ещё и вместе того чтобы дать мне двух крепких сыновей Альф, поиздеваться решила. Ты блять родился. А потом ходила божилась, что третий точно мальчик Альфа и опять хуй мне! - Она не виновата! Это от неё вообще не зависит! - Сука, знал бы ты как я тебя ненавижу, мразь. В сторону Антона полетела пустая стеклянная бутылка из-за под пива. Она разбилась вдребезги о стену, оставляя небольшое мокрое пятно на обоях и пара осколков попали на Антона. Омега прикрыл голову руками и зажмурил глаза, закрываясь от осколков. В это время Борис взял его за ворот футболки и пихнул в сторону стола. По инерции Антон врезался спиной в край стола. Почти сразу подошёл Борис и схватил за плечо, поворачивая спиной к себе. - Видно в детстве мало я тебя ремнём порол! Так сейчас начну! И по спине Антона тут же пришёл звонкий удар металлической бляшкой коженного ремня. Он не смог сдержать сдавленного крика, на что сразу получил ещё один удар. После третьего удара, Антон резко развернулся и попытался оттолкнуть отца, но это особых плодов не принесло. Только ещё один удар угодил по предплечьям. - Ты такой же как она! В прошлый раз шлялся где-то! Небось уже и потрахаться успел! Ну ничего, в этот раз не убежишь! Борис взял его под плечо и повел к лестнице. Внизу, почти на входе на кухню, где начинались перила, он продел ремень через одну из деревянных огородок и хотел было взять руки Антона. Пока отец пытался пригвоздить хотя бы одну руку своего "непутёвого" сына к перилам лестницы, Антон лихорадочно осматривался. Тогда он заметил кусок расколотой бутылки. Не теряя времени, он поднял её с пола. На одну лишь секунду задумавшись и уловив своё отражение в зелём осколке, тот сжал его в руке и нанёс небольшой порез на руку Бориса. Он резко отвернул руку, расслабив хватку. Антон резко поднялся, отталкивая Бориса в сторону и ринувшись ко входной двери. Дома он оставаться не намерен. Прогуляется где-нибудь. За миг отперев щеколду и схватив кроссовки и ключи в руки, он выбежал из дома, а после и за калитку. Захлопнув за собой дверь, он быстро обулся и побежал по просёлочной дороге. Сперва добежит до магазина, там хотя бы фонари светят. Он дошёл до развилки, которая вела через дома деревни. Ночь была теплая, но не смотря на это было всё ещё прохладно, да и комары летали. В общем Антон повернул к дому Ромы. Некуда ему больше, кроме как туда. Сейчас поздний вечер, Альфа должен быть дома. Над его головой сияли звёзды. За домами чернел и сгущался лес. В некоторых домах свет уже не горел. Но дом, к которому дошёл Антон всё ещё пестрил светом лапм через окна, зашторенные лёгкой тюлью. Войдя на участок, Антон поднялся на порожки и постучал в дверь. Тихо чтобы не будить спящего, но достаточно громко чтобы привлечь бодрствующего. Через несколько секунд за дверью послышались шорохи и скрип половиц. - Кто? - строго спросили из-за двери, но Антон не опешил. Он знал этот голос и его юношеское сердечко забилось как бешеное. - Это я, Антон. Дверь тут же распахнулась, пару раз щёлкнув замками. - Поздно уже, чего тебя принесло? Заходи. Петров перешагнул порог дома. - Я не на долго. Прости что так ворвался без предупреждения, - Не парься, всё нормально. Отец опять истерику закатил? Антон кивнул. - Может, ты у меня с ночевой? Раз такие дела. - Нет, рано утром должны приехать мама с Олей и Димой. Я должен быть дома. - Как скажешь. пойдём хоть чай попьём. Папа через час приедет, но я думаю он не будет против. Антон кивнул и сняв обувь последовал за Ромой на кухню. Омега сел за стол, пока Рома стоял облокотившись о кухонный стол в ожидании когда закипит чайник. - Что на этот раз? Расскажешь? - обратился Ромка, скрестив руки на груди. - Я ему опять не угоден. Я могу тебе сказать, но если это больше никто не узнает. Антон понимал риски, но больше выговориться некому. Вешать ещё больше бремени на Диму не хотелось. Бяша конечно Антону друг, но ему он скажет позже. Когда уже всё закончится. Антон поднял уставший взгляд на Альфу. - Конечно нет. Тох, я могила. - Мама подала на развод. Сегодня отцу пришло письмо с просьбой в следующем месяце явиться в суд для расторжения брака. На пару секунд глаза Ромы расширились. В их деревне развод был чем-то из ряда вон выходящим. Даже если кто-то и решался, то потом преследовали шепотки и сплетни, от которых уже не отмыться. Круг лиц небольшой, все друг друга знают. А если вовлечь тот факт, что трое могут хранить секреты, только если двое из них мертвы, то всю деревушку эта новость облетит за сутки. Поэтому многие терпели. Рома кашлянул. В мыслях невольно всплыли воспоминания о мальчике, который в началке с Пятифаном учился. Тоже родители развелись. Он с матерью в деревне остались, а отец уехал. Сам он сперва в школе не появлялся, расстроен очень был, а как пришёл, так стал куклой, будто не видел ничего вокруг. Некоторые недалекие над ним измывались больше прежнего. Потом они переехали, но тот затравленный взгляд бессилия Рома запомнил очень хорошо. Но пугало его больше то, что сейчас на него смотрели точно такие же глаза. Полные бессилия, отчаяния и пустоты. Ещё совсем недавно он видел в них тайну, задорный огонёк. И пусть Антону было уже пятнадцать и его детские черты начинали отступать, его глаза по прежнему были полны стремления увидеть чудо. Бо́льшая искра была разве что у Оли. Но сейчас.. Они потухли. Два этих кристалла разбились об острый угол реальности. Теперь в них нет ничего. Ни огонька, ни блеска, ничего. И только за толстым слоем безысходности, укрывшись серой правдой и взрослыми устоями, потухала маленькая искра. Именно эта детская деталь, давала возможность видеть мир чуть лучше. Сейчас она почти не светит. Роме захотелось испепелить того, кто заставил этот блеск померкнуть. Он напряг руки и опустил голову. - Крепись, - смог выдавить он через долгую паузу, - Не дрейфь, всё норм будет. У тебя всё ещё есть Дима. Они ведь вернуться скоро. Он тебя точно в обиду дома не даст, а в школе можешь на меня положиться. Если вдруг что, то сразу мне говори. - Ага, а потом скажут "шестёрка". - Эй, не шестёрка, не надо. Считай, что просто ответку даёшь. Антон кивнул. Опустив голову он заметил, что чуть выше локтевого сустава начинает багроветь синяк. Выдохнув, он услышал слабый свист чайника и Рома поспешно его выключил. Поставив на стол две кружки, он закинул в каждую по чайному пакетику и кубику сахара. После налил кипятка чуть выше половины, а остальное место заполнил простой водой. Он поставил одну кружку перед Антоном, а вторую напротив него, и сел на стул, подобрав одну ногу за колено к груди. Так они посидели с чаем около сорока минут, после ушли к Роме в комнату. Вскоре вернулся Женя. Отпрыск объяснился и Женя говорил, чтоб Антон в таком случае оставался у них на ночь, но Петров продолжал отказывать. - Ну ты что, по темноте пойдёшь? - с негодованием говорил старший Омега. - Там не так и темно. - Уже больше десяти, Антош. Вот увидит тебя милиция, а потом что? Да и раз такая ситуация, почему не останешься? Антон мялся, тормошил подол футболки и поправлял очки слегка холодными пальцами. - Рано утром приедут мама с Олей и Димой, мне нужно быть дома. - Ну встанешь пораньше и пойдёшь. Уж лучше ты пойдёшь, когда уже светает, чем темень будет. И Антон сдался. Проснётся в пять и к половине шестого будет дома. Тогда Женя удовлетворённо кивнул и послал Рому доставать раскладушку, а Антона взял с собой чтобы принести постельное. Как они оказались в комнате, он повернулся к нему и взял его руки в свою. - Тош, я тебя хочу попросить. Пожалуйста, не бойся просить помощи и совета. Видно, что у тебя дома не всё в порядке. Если понадобится помощь, то обращайся. Я и телефоны нужные знаю в ближнем городе, да и если что прийти можете. Дождавшись кивка, Женя продолжил. - И ещё. Может, ты сегодня в моей комнате на раскладушке поспишь? Я просто немного волнуюсь. У тебя ведь ещё не нормализовался цикл течек, верно? Уши слегка заалели. Антон отрицательно мотнул головой. - Только одна была около пяти месяцев назад. - Нет, слушай, это тоже плохо, тебя бы врачу показать. Понимаю, первые разы так, но таких длительных промежутков не должно быть. Но сейчас я не об этом. У вас ведь всё-таки гормоны скачут, вы подростки - Я понимаю к чему вы ведёте, - щёки Антон были покрыты ярким румянцем, - Ничего такого не будет, поверьте. Да и куда нам, мы дети. Женя кивнул, и всучил в руки Антона постельное. - Пойди Рому позови. Омега кивнул и вышел из комнаты. Через пару минут к Жене подошёл сын. - Да, па? Омега поближе подошёл к сыну и слегка нагнувшись стал говорить на пару тонов тише. - Не трогай Антона, хорошо? Ты понял о чём я. - Па, да куда нам? Мы уже с тобой разговаривали. - Я просто предупреждаю. Ладно, сами постелитесь? - получив кивок, Женя поцеловал сына в лоб, - Тогда доброй ночи. - И тебе, - Роман слегка приобнял родителя, а после ушёл и прикрыл дверь. Антон к тому времени уже застелил раскладушку. - Всё, папка сказал спокойной ночи. Петров был слегка в своих мыслях, но отозвался кивком. Через десять минут они уже погасили свет и легли спать. Но заснул в ту ночь только Альфа. Антон до пяти утра так и пролежал не сомкнув глаз. Он ждал когда приедут Дима, Оля и мама. Страшно было подумать, что Оля Омега. Альфой она явно не была, но если скажут, что она Бета, Антон посчитает, что она вытянула счастливый билет. Но увы, он понимал, что шансы не велики. Плюс Антона тревожили слова Жени, про то, что течки должны были нормализоваться и такого длинного промежутка быть не должно. И из-за чего это происходит? Как часто они должны приходить? Какие признаки, что скоро начнётся течка? Ничего из этого Антон не знал. В его окружении почти не было Омег, а следовательно спросить тоже не у кого. И что остаётся? Возможно, есть вариант спросить у дяди Жени, но будет очень стыдно. Но так же есть школьная мед сестра. Женщина лет тридцати, по вторичному полу Бета. Но её слегка сворливый характер немного портил этот вариант. Незаметно начало светать. Часы показывали 5:03. Пора бы вставать. Тихо подняться не удалось из-за того, что раскладушка старая и скрипела на всю комнату. Рома слегка поморщился и приоткрыл глаза. - Прости, у тебя чуткий сон, - виновато улыбнулся Антон. - Ничё, - Рома потёр глаза, - ты уже встаёшь? - Угу, к половине шестого нужно быть дома. - Лады, я тебя провожу. Наскоро собравшись и сложив постельное, они направились к дому Петрова. Друзья не разговаривали, вдыхая прохладный воздух улицы. Через пару минут пути, Рома расстегнул свою олимпийку, снял и накинул на плечи Антона. Он попытался отказаться, но Рома упорно нацепил на него кофту. - Неа, не выйдет. Ты идёшь в кофте и не обсуждается. Холодно на улице, заболеешь ещё. Выдохнув, Антон прошептал "спасибо" и оставшийся путь они преодолели молча. У калитки олимпийка вернулась к Пятифану, а Омега пожал ему руку, поблагодарил и тихо скрылся сперва за забором, а после за дверью дома.

– - -

5:54 утра. С документами в руках и парой сумок Дима, Оля и Карина зашли в дома. Они немного опоздали, потому что график маршрутки дал сбой. Оля была явно сонная и глаза её так и слипались. Войдя на кухню, они ожидали увидеть погром, но ничего подобного. Борис видимо спал на втором этаже. Пол был вымыт, посуды в раковине нет, всё аккуратненько. На за кухонным уголком сидел Антон, уснувший за столом. Он сложил руки за стол, а на них положил голову. Он хотел встретить семью, но отсутствие сна ночью сказались на этом. Он попытался себя отвлечь уборкой, но к сорока минутам решил просто посидеть. Омега и сам не понял как задремал. Тихо подойдя к сыну, женская рука нежно провела по отросшим белёсым волосам. Подняв голову, Антон пару секунд смотрел на маму, а после поднялся и обнял. - Прости, я немного не дождался.. я скучал. Голос Антона звучал слегка хрипло после сна. Карина усмехнулась и прижала к себе своего ребёнка. - Ничего, - она погладила его по волосам. Через пару минут она отошла, а Омега вышел в коридор, там разувшись стоял Дима. Сделав два быстрых шага, Антон заключил его в крепки и такие тёплые и желанные объятия. Дима в ответ обнял брата, после поцеловал его в лоб и висок. - Я скучал, - шепотом сказал Антон. - Я тоже. Немного постояв так, Антон разжал объятия и почти сразу попал в ещё одни. Оля, что успела пройти на второй этаж, увидела брата и налетела на него, крепко стискивая своими маленькими ручками. - Тоша! - Оля, тише, сейчас очень раннее утро, - с улыбкой сказал Антон. - Я так скучала по тебе, - утихнув на пару тонов, сказала Оля. Антон потрепал её по волосам. - Я тоже очень скучал. Через пол часа они уже разобрали вещи. Карина и Оля легли спать, а Антон тихо спустил к Диме. Тот разложил вещи и переодевшись в пижаму готовился ко сну. Тихо постучав и не дождавшись ответа, Антон вошёл. Дима глянул на него, кивнул, и сел на кровать. Омега сел напротив. - Дим, что вам сказали врачи? Старший несколько секунд смотрел в глаза Антону, а после на выдохе сказал то, что Антон больше всего не хотел услышать. - Оля — Омега. Плечи младшего поникли. - А отец..? - Он ещё не в курсе. Мир немного пошатнулся. Антон по другому посмотрел на свою сестрёнку и понадеялся, что они найдут какой-нибудь выход. - А про тебя что-то сказали? - Нет. Врача, который должен был принять меня, подкосило. Так что нам сказали ехать туда ещё раз через месяц. В тоне Димы читалось негодование. - Понял. Дим, возможно в следующий раз меня придётся брать с собой. - Он тебя трогал? В голосе брата звенел металл. Как-то быстро он разозлился, но может это просто большая неприязнь к отцу? - Ничего серьёзного, да и я не об этом. Последняя течка у меня было около пяти месяцев назад. Дядя Женя сказал, что даже для формирующегося цикла это много. - Дядя Женя? - Это папа Ромы, он тоже Омега. - Посмотрим. Это нужно будет сказать маме. Дима немного убавил резкость, но она тут же возраста, как только он увидел синие отметены чуть выше локтевого сустава. Пару секунд он смотрел на них, а после старого посмотрел в глаза Антону. - Это он, - больше утвердительно, чем вопросительно сказал брат, - и это ничего серьёзного? Что он делал? - Дим, он просто схватил меня, больше он ничего не успел сделать, - Я бы очень хотел тебе верить. Синяков больше нет? Не бил тебя? - Дим, ты какой-то дёрганный. - Я волнуюсь за тебя, - недовольно выдохнул Альфа. - Да, но не как обычно. Антон приложил одну руку ко лбу брата. - У тебя небольшая температура, - нахмурился он, - Пока что смысла пить жаропонижающее нет, но тебе лучше поспать. Видимо подцепил что-то в поездке. - Ты уходишь от темы. - Дим, давай утром договорим, ладно? Тебе сейчас нужно отдохнуть. Поспи хоть немного. Не думаю, что вы выспались в поезде. Дождавшись кивка, хоть и не очень довольного Димы, Антон покинул комнату. На завтрак спустились только дети и Карина. Борис видимо опять будет отсыпаться до трёх дня. За завтраком Дима был очень нервным. Дергался, был немного взвинченным, что совсем не свойственно для его спокойного характера. Немного понаблюдав за старшим сыном, она приложила губы к его лбу и слегка вскинула брови. - Дим, у тебя температура. Иди в комнату, я сейчас принесу таблетки. Дима ушёл, но что-то было не так. Карина отнесла ему таблетки и сказала Оле и Антону не заходить пока что к нему, что бы не подхватить простуду. Оля надулась, а Антон так и находился в замешательстве. Не было похоже это на простуду. Через час, Диме стало хуже. Антон в тот момент сидел в комнате и в попытках отвлечься, выводил на белых листах блокнота незамысловатые узоры. Вдруг он почувствовал лёгкий запах кофе, чему сперва не придал значения, пока не почуял кокос. Этот запах феромонов не возбуждал, но отчётливо давал понять что происходит. Тогда он сорвался с места и едва ли не бегом спустился вниз. С каждым шагом он чувствовал усивавшийся запах сильных феромонов Альфы. Вот, что было не так. Слегка искажённый запах феромонов, взвинченное состояние и лёгкая температура. Если бы не запах, то вполне можно списать на стресс и простуду. Поэтому Карина и сделала такой вывод, она то Бета. А Антон дурак и не понял изначально в чём дело. Распахнув дверь, он увидел Диму. Он лежал на кровати и часто дышал. Щёки были немного покрасневшими, учащённое дыхание через рот, удлинившиеся клыки, напряжённые мышцы, в штанах явный бугорок. Он кинул извиняющийся взгляд на Антона, а после с хрипом выдохнул. Сегодня Антон ожидал этого меньше всего. У Димы начался гон.