Как меня зовут?

      Если скажу, что на следующий день моя голова могла взорваться , я не совру. Даже могла бы продемонстрировать, если бы ещё хоть одна теорема или время персидских войн захотели заселиться в моей черепной коробке.       Если закрыть глаза, то никаких проблем не было, а если ещё не прийти на урок, то и ментальное здоровье с настроением будут в норме. Я вела Веру к выходу из школы и уверяла в своей правоте. -Саша! - недовольно воскликнула девушка, высвобождаясь от моего захвата. - От тебя так пахнет ягодами! Слишком сладко, надухарилась что-ли?       Я прыснула со смеха, выбрасывая четыре жвачки изо рта и набирая в грудь больше воздуха. -У тебя сейчас урок. Марго же опять будет тебя иска... -Поищет и перестанет. Ну сегодня такой хороший день, нечего его портить географией, - перебила я Веру, подпрыгивая на месте и улыбаясь во весь рот. -Ты такая радостная. От чего хорошее настроение? - подмигнула Вера и покачала головой в ответ на мои кривляния.       От двух банок пива, пяти сигарет и вчерашнего культурного вечера, который перерос в ночь с караоке у Славика, а затем и в утро, когда я уговаривала Виолетту довезти меня до школы. Она была ещё пьяна, но для меня, как самой пьяной, мы наскребли деньги на такси. А в школе Тёма по-дружески организовал светлое фильтрованное с "Парламентом" и удобные места на подоконнике в мужском туалете. Наученные опытом, что кое-кто может беспрепятственно, по гендерной принадлежности, входить в святую святых, мы теперь засели в следующей комнате. -День хороший, - гоготнула я, про себя вспоминая, что из семи уроков я отсидела на трёх, два провела в туалете, с географии ушла, а русскому просто не повезло быть последним.       Вера всё качала головой и говорила, что с такой успеваемостью меня не возьмут в институт. Я весело уходила со двора школы, показывая Тёме средние пальцы. Он, как истинный кавалер, не отпустил меня одну и был даже инициатором нашего ухода. -Никифоров и Зёмина, быстро за мной! - как гром среди благословленной лужайки вдруг раздался властный несдержанный голос.       Я остановилась, втягивая голову в плечи, и заозиралась по сторонам в поисках источника властного призыва.       Тучи сгущались над нами - беспилотники засекли цель, и простые ребята были повержены. -Быстро за мной! - по слогам и довольно громко проговорила директриса, непонятно какого лешего возникнув перед нами из ниоткуда.       Уже потом, покорно идя вслед за ней и оставляя Веру тихо посмеиваться, я заметила - по пальто нараспашку и сумке с документами, как торопилась директриса, и как не вовремя мы оказались на стоянке. Её автомобиль для меня был уже как маяк, но вот такси не было замечено в моих радарах, и на него я совершенно не обратила внимание. Заметила бы - бежала бы через забор. Я ещё удивляюсь, почему на заборе нет колючей проволоки, а на плечах директрисы погонов, заработанных нечестным путём. Надо бы спросить, она никогда не мечтала о собственной колонии? -Неделю не прогуливали. Всё? Терпения не хватило?! - гаркнула директриса, резко останавливаясь, пока я зациклившись на её черных высоких каблуках, подстраиваясь под шаг. Естественно, потеряв бдительность, я влетела в неё, а так как рост у нас отличался на сантиметров семь - впечаталась лицом ей в щеку.       Не сдержавшись, я захохотала на весь пустой коридор. Попыталась как-то оправдаться, но в голову совершенно ничего не лезло, кроме как страдальчески изречь: -Тём, я бухая, мне пизда.       Я входила в класс, чуть пошатываясь, со съехавшей фокусировкой зрения, когда директриса поняла, что путевого я не смогу сказать ничего. -Давай на последнюю парту сядем, здесь всего-то полчаса осталось.       И эти полчаса прошли для меня как один миг. Директора кто-то вывел из себя, и бросив нам листок с заданиями, она почти выбежала из класса и пропала на все время. А я расположила свою хмельную голову на плече парня и заснула.        Ничего бы не поменялось, как позже объяснял мне Артём, если бы он разбудил меня раньше или заставил бы переписать уже готовые решения, взятые со стола директора.        Тогда он кое-как растормошил меня и сообщил, что нас одних оставили после урока. Довел до доски, пока я пыталась понять, что происходит и не запнуться в своих ногах. Ранее выпитый алкоголь во всю играл со мной. -Расскажите мне, Зёмина, почему вас не было на геометрии и английском языке? - деловито и нетерпеливо начала директриса, восседая, как дьявол, на стуле и оценивая нас с парнем взглядом. Предусмотрительно он попытался скрыть меня за своей спиной и велел молчать. -Нам было плохо, - тихо сказала я, наполовину высунув лицо из-за его плеча. -Сразу двоим? - скептически спросила она, а потом, видимо, попыталась взглянуть на меня, отчего Тёма зашевелился, а я набрала в лёгкие воздух и задержала дыхание.       Икота пришла не вовремя. Пока Артём сочинял целые поэмы об отсутствии нас на уроках, а потом ещё и об отсутствии у нас мозгов, я кивала головой в знак подтверждения, иногда, не попадая в их слова, а сама ничего не говорила, потому что знаю о своем пьяном голосе уж слишком много. -Зёмина, а вы почему молчите?       Спустя триллион секунд и пачку ненужных слов, она всё-таки заинтересовалась моей персоной и приказала Тёме отойти от меня.        Стояла я ровно, почти не пошатываясь, с вызовом смотрела в глаза директрисы и пыталась разобрать их цвет, отмечая, что если смотреть на неё под пеленой градуса, она вполне красивая и одевается привлекательно. Но так было до того момента, пока она не открыла рот и не испортила все впечатление. -Зёмина, подойти ко мне, - на удивление спокойно и даже ласково произнесла директриса. Я помотала головой. -Ты совсем сдурела!?       Это было удивительно, как она поняла что я пьяная? Было особенно смешно, когда она нас поочередно обнюхивала, но, как сказала ранее Вера, кроме ягодного микса ничего не почувствовала, а Артёма даже не заподозрила. Выпили мы одинаково, но вот начала я пить уже в нетрезвом состоянии и с железным пониманием, что мне мало.       Как она орала. Целый час. Сначала на меня, потом опять на меня, а потом и на Тёму. Грозилась вызвать всех вышестоящих людей, выпнуть меня из школы и забыть, как страшный сон. Призналась, что я сижу в нее в почках, и поживучей, чем её камни. Кричала, что будет праздновать неделю, когда я наконец выпущусь из школы, и перекреститься от таких учениц; совсем забыв про парня, который смотрел на это огромными глазами.       Если честно, я сама удивилась её словам. Я конечно понимаю, что я не подарок и мнение у неё обо мне не сахарное, но раньше она всегда сдерживалась, обходясь колкими фразами. Бывали крики, но не такие настоящие и искрящиеся. -Не надо вызывать родителей, ничего страшного не случилось! Обещаю, я возьмусь за географию и не будет у вас проблем.       Это лишь малое из того, что я пыталась сказать, но всё постоянно прерывалось криками главы этой школы.       Ей не нужны были проблемы и лишняя шумиха вокруг школы. Особенно, из-за выпускницы. И она всё твердила: "Ещё один прокол и вылетишь отсюда. И мне плевать, что так нельзя, я добьюсь, чтоб тебя ни в одну школу не взяли, колледж или институт ,уж поверь мне."       Мне и самой этих проблем не надо было, а она объясняла доходчиво и громко что может сделать, куда позвонить и где я окажусь.        Русский язык мы пропустили - всё это время на нас орала директриса. Но потом она учтиво сказала, что довезёт нас, бестолковых, до дома, дабы мы не натворили делов. И вдоволь наоравшись и немного успокоившись, она ещё раз, напоследок, пригрозила мне.       Только недодруг, Артём Никифоров, быстро ретировался, объяснив, что дойдет сам - он ведь не пил, уж речной обошёлся. Правда, он сказал, что доведёт и меня, но здесь директриса ему не поверила и повела меня в машину. Какая благодать, что мы живём в одном доме. Пока этому факту я так и не порадовалась, даже и не знаю, будет ли повод. Уже второй раз меня довозят до дома в её машине. Она сама. Та, кого я люто ненавижу, и наше обоюдное желание больше не видеться никак не играет нам на руку. -А сигаретки не найдется? - хихикнула я, дабы разрядить тягучую обстановку в салоне машины, пока мы заезжали в наш двор.       Женщина открыла все окна, буркнув, что от меня буквально воняет, а не благоухает жвачками, и отметила мой безобразный вкус в выборе. Она снова начинала заводиться, но остановилась, крепко обхватив руль и закрыв на несколько секунд глаза. -Зёмина! - рыкнула предостерегающие директриса. -Ладно, ладно, шутка. Мы же теперь друзья!       Что я несла на пьяную голову, не хотелось вспоминать. Особенно следующую неделю. Потом стало легче, я привыкла и понемногу перестала пропускать уроки, перестала курить в туалетах и возле школы и перестала цепляться с директрисой. К слову, и та стала более снисходительной, хотя я продолжала замечать на себе её цепкий взгляд - она словно искала мою малейшую оплошность, ждала, когда я оступлюсь, что бы подтвердить своё мнение обо мне. Слов на ветер она не бросает.       Тот день повернул мою историю, и я пошла другим путём, опасаясь быть выгнанной из этой школы, как слишком доверительно и вкрадчиво обещала мне это директриса. Слишком сильно я ей тогда поверила.