Ракалия

      На улице становилось всё холоднее и холоднее, погода всё больше и больше давала понять, что сейчас осень, и уже совсем скоро начнут опадать желтеющие листья с деревьев. Солнце спряталось за большим и плотным облаком, из-за чего всё вокруг стало менее ярким, как будто бы покрылось толстым слоем пыли. Подул слабый ветерок, подняв с земли в воздух мелкую крошку песка, и перевернув несколько тёмных каштановых прядей на голове Ральфа. С волос слетело несколько маленьких кусочков цветной бумаги с блёстками. Парень раздражённо проследил за тем, как они плавно спускаются вниз.       На два последних урока Генри не пришёл. Зато пришёл после. Вместе со звонком открыл дверь в кабинет, вбежал и запустил хлопушку на весь класс. Наверное, он специально выбрал именно такую хлопушку, в которой очень мелкое конфетти, чтобы его сложнее было убирать. И вот теперь, Ральф, весь такой яркий и сверкающий, пошёл домой.       По пути он решил зайти в магазин. На самом деле, он очень редко туда ходит, обычно это делают родители, либо прислуга. Но сегодня, после такого насыщенного дня, ему просто необходима пачка сигарет. Он правда пытался бросить, но обстоятельства сложились так, что теперь он не сможет сделать этого, по крайней мере, ближайший год.       В магазине было душно. В сочетании с бледным, холодным освещением, это ощущалось тошнотворно. Чтобы не находиться там дольше нужного, Ральф сразу же пошёл к кассе, не разглядывая других товаров. Там он нашёл небольшой стеллаж с сигаретами, грозящимися ему всеми возможными смертельными заболеваниями.       Взял пачку «Marlboro» и встал в очередь. Он, не сказать, что разбирался во всех этих марках, он вообще не видел никакой разницы. Просто слышал пару раз, что это одна из самых популярных, да и стоит она недёшево, что, скорее всего, говорит о её качестве. Другие он и не пробовал, не видел в этом ничего интересного.       Очередь понемногу уменьшалась, и вот, перед ним уже стоит только один человек. Хоть и набравший себе чуть ли не половину магазина.       Ральф перевёл взгляд на кассира, ожидая увидеть типичную тётку-кассиршу с недовольным лицом, ненавидящую всех и каждого просто за факт их существования. Но вместо неё, он увидел там знакомое лицо. Оно было знакомое, но он почему-то не сразу смог понять, кто это. Это был парень, которого он видел совсем недавно, но что-то в нём было не так. Это был Генри, но в то же время, Генри в нём не было. Была только его внешность. Он сидел в той же одежде, в которой был в школе, только сверху на неё была накинута рабочая форма. На лице сверкала милая доброжелательная улыбка. Яркая, но такая фальшивая, что скручивало живот. И не только его лицо казалось странным. Он весь был каким-то… другим. Как будто изменилось что-то внутри него. Как будто забрали из его тела душу и заменили на другую. Ральф почти совсем не знал его, они познакомились буквально пару часов назад и толком нормально не общались, но он всё равно как-то смог ощутить это.       Очередь дошла до него, он подошёл ближе и положил пачку сигарет на кассу. Генри не обратил никакого внимания на Ральфа. Только на автомате пробил товар и не своим вежливым голосом назвал цену. Ральф оплатил, получил сигареты и чек, и пулей помчался к выходу, пытаясь не слышать, прозвучавшее ему вслед: «Спасибо за покупку, заходите ещё!».       И что это было?       Самым странным было не столько поведение Генри, сколько реакция Ральфа. Какого чёрта она вообще была? Он должен был просто спокойно купить, что ему нужно и не забивать голову каким-то бредом. Но нет! Всеми его мыслями завладел парень, который весь день вёл себя, как псих, а теперь косит под адекватного.       Ральф распаковал сигареты, достал одну и убрал пачку в карман. Потом вспомнил, что зажигалки у него с собой нет, а покупать новую он не пойдёт по понятным причинам.       Зонта тоже с собой не было. А жаль, потому что потихоньку начинал капать дождик, и зонт был бы тут очень к стати.       Вместо того, чтобы искать, где можно было бы укрыться, юноша побежал в сторону дома, что находился не так уж близко, чтобы успеть до начала ливня. Это логичнее, чем стоять где-нибудь на остановке и ждать пол дня, пока не закончится дождь.

***

      До начала ливня Ральф, конечно же, не успел. Поэтому домой он зашёл промокший насквозь. Его встретил один из слуг, Георг. Он принял у Ральфа его портфель и унёс куда-то, чтобы высушить его и всё, что в нём лежит.       Парень направился к своей комнате, по пути скинув с себя мокрый пиджак прямо на пол. Какая разница, где он его оставит? Всё равно ведь потом к нему прийдёт кто-нибудь из прислуги за одеждой. А так, и им идти недалеко, и Ральфу лишний раз об этом задумываться не надо.       Ральф захлопнул за собой дверь, и, наконец-то оказавшись наедине с собой и своими мыслями, опёрся об неё спиной и медленно спустился вниз.       На самом деле, в голове было пусто. Или же наоборот, было так много всего, что трудно было хоть что-то разобрать.       Он просидел так минут десять, тупо пялясь на мягкий ковёр под собой. Потом, поняв, что он в пустую тратит своё драгоценное время, он всё же встал. Переоделся в домашние футболку с шортами, а мокрую школьную форму скидал на полу возле двери.       Включил комп, просидел за ним четыре часа. Вот, что называется продуктивностью! Успел поиграть во все игры на рабочем столе и посидеть во всех своих соцсетях.       Когда это наскучило, Ральф вспомнил, что существует такая штука, как домашка, которую желательно всё-таки сделать. Вот только, что ему на завтра задали, он не знал. Потому что задавали это тогда, когда парня в школе не было, соответственно знать он этого не может. Поэтому, у него не было другого выбора, кроме как написать в группу класса.       Ральфа добавили туда в первый же день учёбы, но он поставил её на беззвучку и предпочёл забыть о ней. Теперь пришлось вспомнить. Кстати, номер он свой для добавления никому не давал. Видимо, тут родители постарались.       Он откопал этот чат среди уймы других и зашёл в него. На удивление, с того момента, как Ральфа сюда добавили, новых сообщений не появлялось. Из-за этого желание спрашивать здесь, что задали, стало ещё меньше.       Но всё же, была не была, он написал.       А нет, не написал.       Теперь он таращится в экран и думает, как лучше написать. Как начать? Наверно надо как-то обратиться...       «Ребята, доброго вечера! Не могли бы вы сообщить мне, что нам задали на завтра? Меня не было на прошлых уроках(((»       Ужас. Ральф стёр сообщение.       Может, надо написать как-нибудь попроще?       «Всем салам. Чё на завтра делать?»       Нет.       Надо как-то... Ну... Как они. Чёрт, как переписываются обычные среднестатистические люди?       Ладно, плевать, что будет, то будет!

Вы (18:48):

что задали

      Превосходно.       Теперь остаётся только дождаться, когда кто-нибудь ответит.       Ральф положил телефон на стол и расслабленно выдохнул, облокотившись о спинку стула. Как вдруг, раздался звук уведомления. Неужели, так быстро ответили?       Он снова взял телефон, включил, и увидел, что, действительно, это сообщение из группы класса. При чём, написали ему не только те задания, что нужно сделать на завтра, а полностью всё, что было задано за те дни, когда его не было в школе. Как можно было так быстро всё это написать? Только если кто-то специально записывал это всё заранее. Но кто этот безумец, и зачем он мается такой фигнёй?       Ральф посмотрел профиль пользователя, ответившего на его сообщение. Он был пуст, не было ни фотографии, ни каких-либо сведений, но он всё же был подписан.       «Генри»       Прочитав это, парень впал в ступор. Как будто его мозг выдал ошибку. И, видимо, выдавал он ошибку каждый раз, когда Ральф видел или слышал что-то, связанное с Генри. И всё-таки этот человек сам по себе был каким-то неестественным, как будто ненастоящим. Или же наоборот. Таким живым, что это даже пугало.       Юноша положил голову на стол, пролежал так пару секунд, а потом несколько раз ударился об него лбом. Надо перестать о нём думать. Он просто... Он всего лишь...       Подходящее слово никак не приходило в голову, и Ральф решил просто забить на это и сделать уже эту проклятую домашку.       Он полез на свою полку с книгами, чтобы достать нужные учебники. Половина сейчас была где-то у прислуги, так как её надо было высушить, поэтому те предметы он сделает позже, а пока – то, что есть. Полка была довольно высоко, так что брать оттуда книги было не так уж просто. Для этого надо было либо забраться на стул, либо просто встать на носочки, но это было неудобно, если надо взять сразу несколько книг. Поэтому он выбрал вариант со стулом. Залез на него, и понял, что он слишком далеко от полки, и надо слезть, передвинуть стул ближе, и залезть снова. Конечно же, ему было лень это делать.       Одной ногой он встал на край, а вторую согнул в колене и поставил на стол. Достал учебники, а теперь надо как-то спуститься. Для начала, полностью перейти на стул. Сейчас весь его вес перенесён на ногу, которая на столе, и перенести его на другую из такого положения довольно проблематично. Не было бы ничего сложного, если бы у него в руках не было стопки учебников и других книг, которые он прихватил за компанию, чтобы потом уже внизу рассортировать, что ему нужно, а что – нет. Но так или иначе, руки были заняты, так что полагаться оставалось на всё остальное.       Ральф оттолкнулся одной ногой от стола, как бы перекидывая себя со стола на стул. Но толчок оказался сильнее, чем нужен был, поэтому парень благополучно навернулся со стула. Падал он красиво, ничего не скажешь. Книги из его рук разлетелись по всей комнате. Сам он, к счастью, по комнате не разлетелся. Целый и почти невредимый он лежал на полу лицом вниз. Он чувствовал пульсирующую боль в своём носу, которым он приземлился в какую-то книгу, но вставать не спешил. Он медленно открыл глаза, увидя перед собой размытые буквы, а потом болезненно зашипел и приподнялся на локтях. Возможно он заработал кучу синяков, но сейчас, кроме носа, его мало что беспокоило. Лицо парня скривилось от мысли о том, что ему теперь надо будет как-то объяснять родителям, откуда взялось это увечие.       Ральф посмотрел вниз, на книгу, на которую об которую он, возможно, сломал нос. Она была открыта где-то посередине, отрывок текста был испачкан кровью.       «— Да что же я, дурак, что ли? ты посуди сам: зачем же приобретать вещь, решительно для меня ненужную? — Ну уж, пожалуйста, не говори. Теперь я очень хорошо тебя знаю. Такая, право, ракалия! Ну, послушай, хочешь метнем банчик? Я поставлю всех умерших на карту, шарманку тоже.»       Взгляд юноши пробежался по словам и застыл на одном.       Ракалия.       Оно подходит идеально.       Он встал с пола и направился обратно к столу. Только сейчас до него дошло, что было не обязательно спускаться вместе с учебниками, можно было положить их и слезть нормально. Ну, уже поздно, ничего не поделаешь. Ральф взял свой телефон, снова открыл чат класса, нашёл там номер Генри и добавил его к себе в контакты, подписав как «Ракалия».       В дверь постучали. Это был Георг. Он пришёл, услышав грохот, и поинтересовался, всё ли у Ральфа хорошо. Вместо ответа парень просто открыл дверь, явив миру своё покалеченное недовольное лицо. Мужчина в коридоре был не один, там столпилось ещё человек пять из прислуги. Некоторые просто заинтересованно смотрели на Ральфа, а некоторые всем своим видом показывали своё переживание из-за того, что не смогли уследить за своим господином и предотвратить этот инцидент. У самого же Георга ни одна мышца на лице не дрогнула. Он молча осмотрел масштаб трагедии, а потом увёл юношу в гостиную, чтобы там оказать хотя бы первую помощь. Врача он, видимо, вызвал сразу же, как заподозрил, что что-то не так.       Мужчина принёс аптечку и принялся осторожно обрабатывать лицо Ральфа. Он вытер кровь и приложил холодный компресс к носу. Боль немного утихла.       Георг попросил парня оставаться в гостиной, пока сам ушёл, чтобы отнести на место медикаменты. Ральф сидел на диване, держал у лица лёд, завёрнутый в полотенце, и тихо мирно втыкал в потолок. Телефон он с собой не взял, поэтому заняться было нечем. Он посмотрел в окно. На улице уже начинало темнеть. Только сейчас парень понял, что родителей всё ещё нет дома. Возможно, они пошли к каким-нибудь знакомым в гости или что-то вроде того. Обычно они в такие дела Ральфа не посвящали. Да и ему было как-то всё равно, что они есть, что их нет.       Вскоре вернулся Георг. Он присел рядом. В его руке юноша заметил какую-то небольшую коробочку. Через пару секунд он её узнал. Это была та самая пачка сигарет, которую он купил сегодня. Он переложил её в рюкзак, пока бежал домой, и напрочь забыл об этом.       Мужчина протянул ему руку с сигаретами. — Я не буду рассказывать вам о вреде курения. Уверен, вы и так прекрасно об этом знаете. Я оставлю это в тайне от ваших родителей, но попрошу вас быть внимательнее, и не оставлять их где попало.       Ральф вскочил с дивана, выронив из руки лёд, выхватил пачку, развернулся и ушёл.       Этого ещё не хватало. Теперь Георг знает. Хотя, возможно он и до этого догадывался, от него тяжело что-то скрыть. Повезло ещё, что он не побежал сразу всё родителям рассказывать. Но теперь есть небольшая вероятность, что он расскажет. Ну и ладно. Если это произойдёт, Ральф может просто сказать, что это не правда и уволить его.       Парень вернулся в комнату. Бардака от его падения больше не было, его уже прибрали. Оставив сигареты на столе, он завалился на кровать.       Нос всё ещё болел. Кровь уже не шла, но всё равно было ощущение, будто он сломан. Проверять это на ощупь Ральфу не хотелось. Вдруг ещё только хуже сделает.       Он перевернулся набок, почувствовав боль в локте. Кажется, там синяк. Надо дождаться, когда прийдёт врач, чтобы он осмотрел его. Всё ещё есть вероятность, что пострадал не только нос. Может, от болевого шока он просто ещё не заметил, что у него нет половины пальцев?       Ральф потряс головой, поняв всю бредовость своих мыслей, но пальцы всё равно на всякий случай проверил.       Раздался тихий стук в дверь. Ральф раздражённо прорычал. Да кому он там опять нужен? Не дожидаясь ответа, в комнату заглянула одна из горничных. — Добрый вечер. Извините за беспокойство, — она просунула в дверной проём какую-то книгу, показывая её Ральфу, — Эта книга была испачкана в крови и очистке не подлежит. Желаете её оставить или избавиться?       Названия парню видно не было, но это не помешало ему понять, что это за книга. Избавиться? Она, возможно, сломала ему нос, и так просто не отделается. — Дай сюда, — Ральф резко поднялся с кровати, о чём через секунду пожалел – по всему телу прошлась волна боли. Забрал у горничной книгу и закрыл дверь прямо перед её носом.       Он взглянул на обложку.       «Мёртвые души»       Чтож, Гоголь никогда ему не нравился. Видимо, он Гоголю тоже.       Ральф положил книгу на стол и стал листать её в поисках той самой страницы. Это не составило большого труда, так как из-за влаги бумага в той области деформировалась и стала волнистой. Из одного из выдвижных ящиков стола юноша достал зажигалку. Взял книгу, сигареты и понёс к окну. На улице всё ещё грохотал ливень, постепенно перерастающий в грозу. Ральф раздвинул до краёв шторы и открыл нараспашку окно, запуская в комнату прохладный свежий воздух и мелкие брызги дождя. Забрался на подоконник, положил рядом взятые с собой предметы. Снова заглянул в книгу, на окровавленный отрывок текста. — Ракалия… — прошептал он.       Раньше Ральфа жизнь никогда не доводила до того, чтобы разговаривать с самим собой. Или с книгой. Но сейчас это уже не кажется чем-то странным.       Он взял зажигалку, прокрутил пару раз колёсико на ней, пока вместо искры из неё не появился маленький огонёк. Поднёс к книге и поджёг страницы, предварительно подняв её с подоконника, чтобы случайно не подпалить его. Смотря, как пламя медленно пожирает бумагу, окрашивая её сначала в чёрный, потом превращая в пепел, Ральф снова заговорил: — Сегодня у меня был чертовски странный день. И теперь, что бы ты там не придумал, мне кажется, я готов к любым твоим выходкам, Ракалия, — огонь постепенно приближался к его пальцам, и, чтобы не обжечься, он взялся за самый краешек корешка книги, — Но готов ли ты к моим?       Замахнувшись со всей силы, Ральф выкинул то, что осталось от книги, в окно, где оно тут же затерялось за стеной из ливня.       Ещё немного понаблюдав за дождём, он достал сигарету и закурил.