Do I Wanna Know

У меня голова шла кругом от открытия, которое я сделала в сумке Камилы. Конечно, я была не так уж плохо знакома с наркотиками, но я никогда не увлекалась отпускаемыми по рецепту лекарствами. Не то чтобы запрещенное вещество, которое я принимала, было лучше. Я тихо вздохнула, когда мы вышли из квартиры, чтобы отправиться в аэропорт. Надев черную шапочку и солнцезащитные очки, я хотела постараться не привлекать к себе внимания, хотя в наши дни это было почти невозможно. Я не так уж много читала в прессе с тех пор, как Камила прислала нашу фотографию на всеобщее обозрение. Челси держала меня в курсе, и это было очевидно, что интерес к нашим отношениям со стороны моих фанатов и старых поклонников Fifth Harmony был огромен. Обычное количество ненависти было само собой разумеющимся, но я к этому привыкла. Пока это не слишком сильно повлияло на жизнь молодой женщины, я была рада, что наконец-то рассказала правду. Когда мой водитель въезжал в аэропорт, я увидела толпы папарацци, устремившихся в нашу сторону, и почувствовала, как мое сердце забилось быстрее. — Черт, — пробормотала я, потому что уже немного привыкла к этому, но я беспокоилась за Камилу. Взглянув на нее, я увидела, что она выглядела немного ошеломленной, и я сказала своему водителю, чтобы он постарался подвезти нас как можно ближе к дверям насколько это было возможно. Сотрудники аэропорта и службы безопасности помогали нам и облегчили нам с Камилой даже выход из машины. Этот раздражающий щелкающий звук от всех камер меня больше не раздражал, как и вспышки. Но я ненавидела то, как некоторые из них разговаривали со мной. Я никогда не была настроена на то, чтобы меня ругали, и были моменты, когда я принимала все близко к сердцу. Как только мы вышли из машины и они обнаружили Камилу, начался хаос. Все хотели увидеть нас первыми и начали кричать. В тот момент безопасность была крайне необходима, и я схватила Камилу за руку и опустила голову, пытаясь проскочить в двери. Один из папарацци так меня разозлил, что мне захотелось его ударить. Он продолжал насвистывать и сказал, что мы должны устроить им маленькое лесбийское шоу. Мой гнев вспыхнул с новой силой, когда я увидела, как он пристает к светловолосой женщине, и остановилась как вкопанная, чтобы встать перед ней. — Отойди от нее нахуй! — яростно выкрикнула я, но теперь, когда я стояла прямо перед его камерой, он казался еще более возбужденным. Я ударила. Моя рука опустила его камеру со всей силы, которая у меня была. Она чуть не упало на пол, но он сумел ее спасти. Все остальные фотографы щелкали в сторону. — Эй, ты разбила мою камеру, — он преувеличил, потому что, к сожалению, ничего не было сломано. — В следующий раз я разобью твою ебаную рожу, — прошипела я и почувствовала, как кто -то тянет меня прочь. — Лорен, остановись. Пойдем, — раздался мягкий голос Камилы, и она потащила меня за собой. Только это заставило меня осознать, что я делаю, и я присоединилась к младшей, чтобы добраться до нашего самолета. Мои руки все еще тряслись от гнева, который я только что испытала. Со временем я научилась справляться с этим, но с появлением Камилы моя защитная сторона превратилась в своего рода телохранителя. Наконец мы добрались до места, где нам предстояло сесть на частный самолет. Сотрудники аэропорта несколько раз извинялись за засаду, но я сказала им, что это не их вина. Когда мы летели в самолете, я села у окна и бросила свою шапочку и солнцезащитные очки куда-то на пол. Моя маленькая выходка в конечном итоге попала бы на TMZ и в любой другой дурацкий блог, и я это знала. Я тут же пожалела об этом, потому что люди стали бы еще больше говорить обо мне и, следовательно, о Камиле. Кареглазая села рядом со мной и положила руку мне на щеку, чтобы я была к ней лицом. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила она. — Да, прости за это. Я не знаю, что случилось, — вздохнула я. — Я не хотела так уходить. — Не извиняйся. Мы знали, что это произойдет. Я просто хотела, чтобы они не были такими агрессивными, — сказала она. — Ты в порядке? — я задала тот же вопрос, потому что гораздо больше беспокоилась о ней. — Да, не волнуйся. Это не первый раз, когда нам приходится сталкиваться с чем-то подобным. Может быть, прошло уже несколько лет, но были и довольно агрессивные гармонайзеры, — сказала она с усмешкой и заставила меня тоже улыбнуться. После этого она наклонилась и быстро поцеловала меня. Мой гнев медленно, но верно улегся, когда она это сделала. Через несколько часов мы прибыли в Майами, и я была рада, что в аэропорту нашего родного города не было папарацци. Была довольно поздняя ночь, и мы обе были измотаны. Добравшись до ее квартиры, ни у кого из нас не было сил что-либо делать после этого очень долгого дня, и в итоге мы просто заснули в одежде, в которой были весь день. Проснувшись на следующее утро, я поискала взглядом теплое тело, которое, как я предполагала, прижималось ко мне. Но это было не так. Быстро открыв глаза, я поняла, что лежу в постели одна. Я нахмурилась, прежде чем сесть, и услышала шум, доносящийся из спальни. Очевидно, Камила уже проснулась. Я провела рукой по своим растрепанным волосам и, вставая, оглядела себя с ног до головы в зеркале. Боже, мне нужно было принять душ. Но сначала я хотела посмотреть, что делает молодая женщина. Я слегка потянулась и вышла из спальни, где обнаружила Камилу, сидящую на диване с книгой в руках. — Доброе утро, соня, — сказала она с улыбкой, но тут же встала и обвила руками мою шею. Ее губы без колебаний нашли мои и довольно страстно поцеловали. Я невольно приподняла бровь во время этого неожиданного проявления нежности, но мне это очень понравилось. Она накрыла мою верхнюю губу своей и нежно посасывала мягкую плоть. Теперь я определенно проснулась. После этого она отстранилась, и мои глаза стали немного шире, чем обычно. — Ого… доброе утро, — ответила я, усмехнувшись, и она прикусила губу. — Я приготовила завтрак. Почему бы тебе не принять душ, а я пока все приготовлю, — предложила Камила, и я согласилась, быстро кивнув ей. — Быстро-быстро, — добавила она, когда я отвернулась и почувствовала, как она совершенно неожиданно шлепнула меня по заднице. Я так же быстро повернула голову обратно и увидела, что она покусывает нижнюю губу и разглядывает эту часть тела. Я не смогла удержаться от тихого смеха и постаралась как можно соблазнительнее пройти в ванную, чтобы ей было на что посмотреть. Быстро приняв душ, я надела джинсы и футболку и просто проверила, не растрепались ли мои волосы феном- сушу их. В противном случае у меня были бы волосы, которые выглядели бы так, будто я только что вернулась из 80-х. Когда я вернулась, Камила уже накрыла на маленьком обеденном столе прекрасный завтрак. Я по-прежнему была польщена, когда она прилагала такие усилия, чтобы я была счастлива и хорошо проводила время, когда мы были вместе. На самом деле, мне нужно было только ее общество, чтобы быть счастливой, но я не жаловалась, когда она добавила к этому замечательной еды. Нам показалось, что мы наконец-то стали обычной парой, когда мы сели и просто занялись своим делом, как будто это было обычным делом. Мы говорили о текущих событиях или новой музыке, которую мы открыли для себя, она сделала это утро одним из лучших в моей жизни. Мелочи сделали его особенным. Она точно знала, какой кофе я люблю, а я знала, что она терпеть не может соки с большим количеством мякоти, поэтому я протянула ей тот, в котором не было мякоти. Совместное турне в течение пяти лет определенно научило нас кое-чему о том, что нравится и что не нравится друг другу. Я поймала себя на том, что смотрю на нее, когда солнечный свет так идеально осветил ее лицо и снова придал волосам золотистый оттенок. Она читала что-то в газете, и мне понравилось сосредоточенное выражение ее лица. Я мысленно вернулась к тому, что нашла вчера в ее сумке. Я не хотела заострять внимание на этом вопросе и снова оказаться контролирующей. Возможно, она еще не была готова рассказать мне. Хотя я бы хотела, чтобы она рассказала мне, я предположила, что у нее были свои причины, по которым она этого не делала. Конечно, я волновалась, но мне нужно было найти способ обойти это, если мы хотели насладиться тем немногим временем, которое у нас было вместе. Она медленно подняла глаза, как будто почувствовала, что я задерживаю на ней свой взгляд, и улыбнулась. Она встала и медленно села ко мне на колени. — Итак, чем ты хочешь заняться сегодня? — спросила она, и я просто не могла больше этого выносить. — Я думаю, пришло время выполнить обещание, — прошептала я и наклонила голову, чтобы нежно прикусить мочку ее уха. Она втянула воздух и чуть не взвизгнула, потому что я прикусила сильнее. — Наконец-то, — пробормотала она, и я издала тихий смешок, прежде чем светловолосая встала и потащила меня обратно в спальню. — Кому-то не терпится, — поддразнила я, когда мы остановились всего в нескольких дюймах от ее кровати. Она внезапно толкнула меня на кровать, и я немного занервничала, но в то же время была взволнована. Ее шоколадные глаза оглядели меня с ног до головы, заставив мое сердце бешено колотиться, прежде чем она оседлала меня. — Ты даже не представляешь, что я собираюсь с тобой сделать, — выдохнула она и я была близка к сердечному приступу. Я пыталась сохранять спокойствие, но мое тело трепетало от ожидания. Она наклонилась и поцеловала мои ждущие губы. Ее рот задержался на моем гораздо дольше, чем обычно, и мне показалось, что она пытается задушить меня своими безнравственно умелыми губами. Всякий раз я пыталась вздохнуть, но она высасывала весь воздух из моих легких еще одним поцелуем, от которого у меня закружилась голова. Я почувствовала головокружение и запустила руку в ее шелковистые волосы. Ее язычок нежно дразнил мою нижнюю губу, заставляя меня желать большего. Она наконец позволила мне перевести дух. — Ты пиздец как хорошо целуешься, — сказала я хриплым голосом и увидела, как она прикусила губу. Почему бы не мотивировать ее, если это была правда? Ее руки скользнули под мою футболку и поцарапали загорелую часть моего живота немного сильнее, чем я привыкла. Вероятно, от ее ногтей остались красные полосы. Я знала, что сегодня она оставит какие-то отметины, и просто позволила ей делать все, что ей заблагорассудится. Это было то, что я ей обещала, не говоря уже о том, что мне нравилась эта ее сторона. Она соскользнула вниз всего на несколько дюймов, и я почувствовала, как ее губы сомкнулись на чувствительной области у меня на шее. Моя хватка в ее волосы стали жестче, когда ее язычок дразняще прошелся по ней. Ее умение дразнить было непохоже ни на что, что я когда-либо испытывала с кем-либо прежде. Я уже начала слегка дрожать и хотела, чтобы она просто дала мне то, чего я так отчаянно жаждала. Но у нее были другие планы. Она не торопилась с каждым своим влажным поцелуем, который оставляла на моей шее. Я была близка к тому, чтобы вырвать у нее волосы, потому что она делала это в таком мучительно медленном темпе. Ее зубы царапнули мою шею, прежде чем очень нежно прикусить, все еще заставляя меня желать большего. Всякий раз, когда я думала, что она зайдет еще дальше, она отстранялась и выбирала новое место. Мое дыхание стало прерывистым, и мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы просто не наброситься на нее. Ощущения, как кончик ее языка проводит по следам от укусов, которые она оставила раньше, было достаточно, чтобы заставить меня тихо застонать. Она улыбнулась, прижавшись губами к моей коже, и, наконец, сильнее прижалась губами ко всем нужным местам. Несмотря на то, что я всегда испытывала определенное влечение к вампирам [прим.пер.: привет, She's not Normal с Камилой-вампиром], Камила продемонстрировала невероятные навыки в том, что, казалось, высасывала кровь из моей шеи. Моя спина слегка выгнулась, и мне захотелось большего. — Просто сними с меня одежду уже, — едва успела сказать я, потому что я так запыхалась. Младшая тихо рассмеялась, и я возненавидела себя за то, что оказалась в такой зависимости от нее. Ладно, может быть, мне это немного нравилось. Я так привыкла быть главной во всех остальных аспектах своей жизни, что это было долгожданной переменой. Камила подышала на влажную от волнения кожу моей шеи. Я была готова сойти с ума! Но в конце концов она проявила немного милосердия и быстро поцеловала меня в губы, прежде чем стянуть с меня футболку. Она расстегнула мой лифчик, как будто никогда не делала ничего другого. Ее уверенность была такой соблазнительной, и я никогда бы не подумала, что она окажется такой. Она снова наклонилась и продолжила свою пытку, только не над моей шеей, а над всей верхней частью моего тела. Пульсация между ног достигла небывалой силы, но я знала, что это, вероятно, займет некоторое время. Ее умелые поцелуи и прикосновения к каждому сантиметру моей кожи не давали мне того, чего я действительно хотела, — блаженства и агонии одновременно. Полные губы оставляли дорожку чувственных поцелуев на моем животе и боках. Я определенно задыхалась и чувствовала, как мои бедра приподнимаются в предвкушении. Она продолжала дразнить очень чувствительную кожу моей груди, и я почувствовала, как я взорвалась прямо здесь и сейчас. Ее теплый рот накрыл возбужденный сосок, и я застонала громче, чем раньше. — О, боже… — выпалила я и тут же взвизгнула, потому что она неожиданно усилила всасывание. Мое тело дрожало, и я провела рукой по своим волосам, потому что не могла поверить, насколько я уже возбуждена. Это было плохо, подумала я. Она бы никогда не остановилась, если бы увидела, какую власть имеет надо мной. Ее губы и язык не оставили ни одного места на моей груди, прежде чем перейти к другой. Смотреть вниз и наблюдать, как она это делает, было большой ошибкой. Это просто повергло еще больше заинтересоваться, увидев, насколько ей это нравится. Я никогда не была с кем-то, кто чувствовал бы себя так комфортно во время секса. Парни были совершенно другими в этом плане и в основном заботились о собственном удовольствии; по крайней мере, те, с кем я была. С другой стороны, Камиле, казалось, искренне нравилось доставлять мне удовольствие. Хотя она была активной, я чувствовала, что она все еще подчиняется. Это было не похоже ни на что, что я когда-либо видела или испытывала раньше. Она относилась к каждому дюйму моей кожи как к чему-то, достойному поклонения. Я всегда была немного застенчивой в этой области, но она старалась избавить меня от этого ужасного чувства, проявляя каждую частичку своей привязанности. Ее глаза встретились с моими, и степень преданности только укрепила меня в мысли, что она главная, но в то же время покорная. Я обхватила ее лицо обеими руками и снова притянула к себе. Мои губы впились в ее губы, а ее бедра мягко прижались к моим. Я мгновенно ахнула и почувствовала, как ее тело прижалось к моему так тесно, как только было возможно. Она поцеловала меня так же, как и в самом начале, не дав мне возможности дышать. На этот раз все было еще хуже потому что она продолжала прижиматься бедрами к пульсирующей части моего тела. Между нашими джинсами было слишком много ткани, но я чувствовала себя более возбужденной, чем когда-либо с другими людьми, на которых было меньше одежды. Моя рука бесцельно искала что-нибудь, за что можно было бы ухватиться под ее рубашкой. Я начала дергать ее за майку, но она не поддавалась и сильнее прижималась к моему клитору. — Камила… пожалуйста, — умоляла я, потому что была действительно близка к взрыву, пока она была полностью одета. Это было неловко, и я никогда не умоляла, но я больше не была самой собой. Она была права: я понятия не имела, что она может со мной сделать. Заставить меня умолять было довольно сложно, и я увидела удовлетворение в ее глазах, когда она заглянула в мои. Я сделала очень глубокий вдох, когда она села. Думая, что она, наконец, разденется, она расстегнула мои джинсы, и я тихо вздохнула. Но я без колебаний приподняла бедра, когда она сняла их вместе с моими трусиками. Карие глаза были полны решимости, и я поняла, что не смогу остановить ее, что бы она ни задумала, поэтому сдалась. Я закрыла лицо рукой, когда почувствовала, как ее губы скользят по внутренней стороне моего бедра. Она устроилась между моих раздвинутых ног, и я прикусила свою руку, чтобы подавить стон при первом же прикосновении ее губ к моему клитору. Я понятия не имела, где она научилась всему этому, и, может быть, это и к лучшему, что я не знала, но, честно говоря, к этому времени я уже не могла этого выносить. Она убрала мою руку с лица и, очевидно, хотела услышать звуки, срывающиеся с моих губ. Они были гораздо более необузданными, чем мне хотелось бы, но пути назад уже не было. Я удивила даже саму себя, когда искренне закричала от того, что сейчас делала Камила. Ее язык дразнил меня всего несколько секунд, прежде чем сильные мышцы вошли в меня. Все мое тело горело, пока она продолжала делать это в медленном темпе. Она быстро ускорилась, и я ни за что на свете не смогла бы больше терпеть. Я почувствовала, что приближаюсь к кульминации, и больше не могла сдерживать свою похоть. Каждый мускул в моем теле начал подергиваться, когда мои бедра приподнялись с кровати в немыслимом трепете. Мои руки обе запутались в светло-каштановых волосах и медленно ослабили хватку. — О, черт, — простонала я, ощущая отдачу от этого потрясающего ощущения. Меня все еще трясло, и я не могла контролировать свои реакции, хоть убей. Камила все еще целовала мои бедра, что не помогало мне успокоиться. Дрожь утихала очень медленно. — Перевернись, — услышала я ее голос, и мои глаза тут же расширились. О нет, она еще не закончила? Я сглотнула, потому что не была уверена, сколько еще смогу выдержать после этого. Особенно, когда вспомнила, как невероятно вкусно она была во всем этом замешана. Времени на раздумья не было. Она уже переворачивала меня на живот, и я слегка покачала головой, когда почувствовала, как она целует меня в зад! — Я люблю твою попку, — прошептала она и сжала упругие ягодицы, прежде чем запечатлеть на них еще один поцелуй. — Ты такая ненормальная, — дрожащим голосом произнесла я и рассмеялась, потому что немного нервничала. — А ты промокла, — самодовольно ответила она, заставив меня покраснеть еще больше. Она действительно только что это сказала? — Боже мой, — рассмеялась я со смесью недоверия и стыда. Наверное, мне не следовало ее окликать, потому что сейчас она была безжалостна. Два ее тонких пальца без колебаний коснулись влажной области, на которую она только что указала. Я прикусила простыню и почувствовала, что в любую секунду могу потерять сознание. То, как она двигала ими внутри меня, вызывало покалывание во всем теле, заставляя меня учащенное сердцебиение. Я думала, что только что испытала наивысший кайф, но Камила научила меня еще большему, своей ненасытной потребностью заставить меня извиваться. Она прикусила мягкую плоть моих ягодиц, и у меня перехватило дыхание. Как, черт возьми, она могла быть такой раскованной? И почему мне это так нравилось? — Я не смогу… если ты будешь продолжать в том же духе, — хотела я предупредить ее, но она не слушала. Вместо этого она просунула пальцы так глубоко, как только могла, вызвав у меня еще один сдавленный крик. Это было унизительно, но я чувствовала, что следующая волна экстаза приближалась очень быстро. Ее зубы все еще впивались в кожу, прежде чем губы коснулись возбужденной кожи. Не было никакого смысла сдерживаться, потому что она не собиралась останавливаться, пока не докажет свою точку зрения: это была я, любящая ее причудливую сторону так же сильно, как и ее саму. И я так и сделала, или мое тело так и сделало. Прошло всего несколько секунд, прежде чем все мое тело напряглось, и я почувствовала головокружение. У меня закружилась голова, а она продолжала двигаться, и в конце она еще раз слегка шлепнула меня другой рукой. Я дрожала и чувствовала, как покрываюсь испариной мое тело, когда простыня начала прилипать к моей коже. Мягкие губы Камилы теперь были нежными, потому что в этот момент я была близка к тому, чтобы потерять самообладание. Я чувствовала себя ошеломленной и немного не в своей тарелке от того, что молодая женщина только что заставила меня почувствовать. Все мое тело сотрясалось от толчков. Я не могла выдержать еще один раунд, и мне нужна была хоть какая-то передышка. Она покрыла поцелуями все мое лицо и перевернула меня на спину. — С тобой так легко, — ухмыльнулась она, целуя мои уже раскрасневшиеся щеки. Я прикрыла ей рот рукой, потому что медленно приходила в себя и хотела шутливо заткнуть ее. — Не могла бы ты просто закрыть свой грязный маленький ротик и уже раздеваться, — потребовала я вполголоса и слегка усмехнулась. Она все еще была полностью одета, но в конце концов сдалась, сняв майку. Я помогла ей и, по сути, сорвала с нее всю одежду, которая прикрывала ее безумно красивое тело. Она позволила мне примерно десять секунд целовать ее шею, прежде чем толкнула меня обратно и оседлала. Ну вот, опять начинается, подумала я. Ее бедра начали вращаться вокруг моих, и я, наконец, увидела, что Камила не так невозмутима, как казалось раньше. Она определенно дышала сильнее, и я была более чем счастлива это слышать. Ее тяжелое дыхание было, безусловно, самым сексуальным звуком, который я когда-либо имела удовольствие слышать. Она была такой раскованной и не пыталась заглушить свой стон. Мои руки гладили ее бедра, и я была полностью загипнотизирована открывшимся передо мной зрелищем. Карие глаза то ли смотрели на мое тело, то ли закрывались от блаженства. Ее руки крепко сжимали мои бока, чтобы не упасть, когда я решила подняться еще выше. Было слишком сложно не обращать внимания на ее большие груди, и я страстно обхватила их, заставив Камилу застонать от удовольствия. Ее бедра ускорили движение, и я начала понимать, почему парням нравится, когда девушка сверху. Вид такой страстной Камилы сводил меня с ума. От того, как соблазнительно двигалось ее тело, когда она, по сути, выводила меня из себя, у меня кружилась голова. Я не могла сопротивляться, и она, казалось, потеряла над собой контроль, так что я смогла сесть. Мой жадный рот обхватил ее возбужденный сосок и нежно пососал его. Она дрожала в моих объятиях, когда я обхватила ее стройное тело. Ее тяжелое дыхание перешло в серию гортанных стонов и я знала, что она была близка. И я тоже, опять же! Казалось совершенно невозможным, чтобы я так часто сходила с ума, но у Камилы была какая -то секретная формула. Мне было достаточно просто наблюдать за ней, гладить и почесывать ее спину и целовать шею, пока она выполняла свою настоящую «работу». — Лорен, — выдохнула она, когда моя рука скользнула между нашими телами и коснулась самого чувствительного места на ее теле. Ее бедра мгновенно дернулись вверх, и через несколько секунд она потеряла сознание от напряжения, которое накопилось до этого. Я потянулась к ней и попыталась обнять ее дрожащее тело. Это было, безусловно, самое эротичное зрелище — видеть, как она разваливается на части от того наслаждения, которое она испытывала. Мои губы покрывали нежными поцелуями ее ключицу, прежде чем она откинулась на матрас. Она все еще тяжело дышала и пыталась отдышаться, когда я нежно погладила ее плоский живот. — Иди сюда, — прошептала она с улыбкой и протянула ко мне руки, приглашая присоединиться к ней. Я, не колеблясь, легла рядом с ней, и наши губы слились в нежном поцелуе. Ни у кого из нас не хватило бы легких на большее в этот момент. Но мне нравились более сладостные моменты после этой невероятной страсти. Пристально глядя в ее карие глаза, я убрала влажные от пота пряди волос с ее милого личика. Как, черт возьми, она могла выглядеть такой невинной и ангельской сейчас, когда только что совершила самые непристойные поступки, которые кто -либо когда-либо совершала по отношению ко мне? Я не могла перестать прикасаться к ней и продолжала позволять кончикам моих пальцев нежно касаться ее теплой кожи. Она снова наклонилась и поцеловала меня с нежностью, заставив мое сердце затрепетать. — Я люблю тебя, — выдохнула она, и я сразу же улыбнулась, услышав эти три слова, которые наполнили каждую частичку моей души. — Я тоже тебя люблю, — прошептала я и соединила наши губы для еще одного поцелуя. Мы продолжали обмениваться нежными поцелуями и ласками, прежде чем мой разум снова начал нормально работать. Часть меня просто удивлялась, как Камила могла быть такой открытой и свободной в своей сексуальности. Может быть, мой разум еще не работал полностью, потому что я выпалила первое, что пришло в голову, прежде чем хорошенько подумать. — Со сколькими людьми ты переспала? — Что? — рассмеялась Камила и посмотрела на меня с недоверием, но в то же время весело. — Это прозвучало неправильно, просто ты такая… — хотела я перефразировать, но Камила перебила меня. — …такая потрясающая в постели, — она игриво ухмыльнулась, и я приподняла бровь. — Я хотела сказать «опытная», но ладно, — поддразнила я ее, и мне понравилось слышать, как она хихикает после этого. — Дело не в количестве, Лорен. Дело в качестве. Я переспала всего с несколькими людьми. Где бы я могла так много сделать этого в любом случае? — спросила она и переплела наши пальцы. — Ты училась в колледже. Разве не там все это происходит? — предположила я. — И это говорит суперзвезда, у которой есть поклонницы по всему миру, готовые умереть за ночь с ней, — ответила Камила, но теперь в ее голосе звучали нотки ревности. — Со сколькими людьми ты переспала? Мне действительно не следовало задавать этот вопрос, потому что я тоже должна была ответить сейчас. Добрые глаза Камилы смотрели на меня с ожиданием, а мое сердце бешено колотилось. Я не хотела расстраивать ее, но я определенно переспала с большим количеством людей. Не намного больше, но все же. — Больше, чем несколько, — неопределенно ответила я и не смогла прочитать выражение ее лица, что меня обеспокоило. — С девушками? — осторожно спросила она, и я была удивлена, что она не возражала против моего уклонения. — Нет, — быстро ответила я. — Я имею в виду, за исключением тебя и Шеннон. Она кивнула и неожиданно улыбнулась. Парни в ее представлении не учитывались? — Ты когда-нибудь была с парнем? — спросила я в ответ и услышала, как она снова хихикнула. — Нет, не была, — открыто призналась она. — Я люблю мужчин, правда. Я имею в виду, что большинство моих друзей в колледже были парнями, но я никогда ни в кого не влюблялась и не имела с ними такой связи. Я не была точно уверена, была ли я удивлена, услышав, что она никогда не была с парнем. Это пролило свет на несколько вещей, которые произошли в дни нашей Fifth Harmony. Как и тот факт, что она никогда не встречалась ни с одним из многих парней, которые проявляли к ней большой интерес. — Еще вопросы? — ее голос прервал мои мысли, и я мягко улыбнулась. — Только один: когда был сделан этот снимок? — спросила я и указала на рамку на ее прикроватной тумбочке. — Я никогда не видела ее раньше и не могу вспомнить, когда и где это было снято? Камиле не нужно было смотреть на фотографию, и она, очевидно, знала, о какой из них я говорю. — Это было в аэропорту Майами перед нашим отъездом на наш первый Jingle Ball тур, — ответила она, и я слегка кивнула. Нахлынули воспоминания.

***

Было здорово побыть дома и немного отдохнуть от группы и всего этого стресса. Но это также заставило меня осознать, какая потрясающая возможность мне была предоставлена. Я начала скучать по девочкам, но у нас было правило не связываться друг с другом, когда мы были дома. Это сделало наше воссоединение еще более особенным, и мы смогли поговорить о том, как провели время дома. Я была рада снова увидеть их и начать наше турне Jingle Ball. Было совершенно безумно думать, что мы являемся частью чего-то столь грандиозного. В прошлом году мы только смотрели шоу, а теперь стали его частью. Был только один человек, с которым я боялась встретиться снова: Камила. После нашей ссоры у меня дома мы вообще не разговаривали. В этом не было ничего необычного, потому что мы не должны были этого делать, но на этот раз все было по-другому. Моя подруга отворачивалась всякий раз, когда я думала о своих грубых словах во время ссоры. Я обвиняла ее в том, что у нее слишком много свиданий и она рискует заработать репутацию шлюхи; это было так нелепо, потому что я знала, что она даже ни с кем не встречалась! Я должна была это исправить. Конечно, у меня были свои причины сердиться. Какое-то время она игнорировала меня без каких-либо объяснений. И это было непоследовательно, что все стало еще более запутанным. Она держалась отстраненно, но потом, казалось, снова прониклась ко мне теплотой. Как в тот день, когда мы вернулись в XFactor для выступления. Но она снова стала относиться ко мне так, словно меня там не было. Иногда мне казалось, что она просто хочет заморочить мне голову, но я не понимала зачем. Что я такого ужасного сделала, что заслужила ее холодный прием? Был ли это наш поцелуй? Она была единственной, кто подтолкнула меня к этому, а потом проигнорировала. Не важно, сколько раз я пыталась понять странное поведение Камилы, я просто не понимала этого. На этот раз это была моя вина. Я не должна была говорить ей все это, даже если бы имела право злиться. Суть в том, что я хотела, чтобы она снова стала моим другом. Если я чего-то и хотела, так это нашей дружбы. Год был полон взлетов и падений, но я не хотела заканчивать его на плохой ноте. Вот почему я решила снова приложить усилия и, надеюсь, использовать тур Jingle Ball как время для примирения. Однако, когда я прибыла в аэропорт, все мои лучшие планы испарились, когда я увидела брюнетку, идущую навстречу мне и моей семье. Не видя ее две недели, я поняла, как прекрасно она выглядит. Она всегда была милой, но в последнее время выглядела намного взрослее. Даже сейчас на ней был только белый шерстяной пуловер, черные джинсы и ботинки, но выглядела она просто потрясающе. Я почувствовала, как сильно забилось мое сердце, но списала это на беспокойство из-за нашей ссоры. — Привет, — сказала я как можно небрежнее, когда она подошла к нам со своими родителями и Софи. — Привет, — ответила она с легкой улыбкой, и я сразу поняла, что она старается быть любезной с нашей семьей. Софи тянула меня за ногу, а я взяла на руки шестилетнюю девочку. Чмокнув ее в щеку, она хихикнула и я слегка скривилась, чтобы рассмешить ее. Я перевела взгляд на Камилу, и теперь, когда она увидела, как я общаюсь с ее младшей сестрой, улыбка стала более искренней. Я ответила ей взаимностью, но она быстро отвела взгляд. Тихий вздох сорвался с моих губ, когда Софи поиграла с моими волосами. Я села на одно из сидений, а Софи снова подбежала к своей сестре. Старшая сестра разговаривала со своим отцом, прежде чем они оба подошли ко мне. — Лорен, я хочу сфотографировать вас обеих, прежде чем вы уедите, — сказал ее отец, и я увидела, как неловко выглядела Камила. — Конечно, я бы с удовольствием, — без колебаний ответила я и увидела, как карие глаза сфокусировались на мне. Если я хотела вернуть ее дружбу, я должна была с чего-то начать, верно? Младшая девочка медленно села рядом со мной, но убедилась, что между нами достаточное расстояние. — Камила, подсядь ближе, дочка, — отец слегка обнял ее, и я почувствовала, как мое сердце снова забилось быстрее. Я слегка наклонилась и почувствовала ее голову, она всегда прижималась к моей спине. Ее рука потянулась ко мне сзади и хотела опереться на сиденье, но она случайно задела мою спину. Я чуть не вздрогнула от едва уловимого прикосновения, но сумела улыбнуться в камеру. Ее отец сделал снимок, и Камила сразу же встала. После этого мы попрощались с нашими семьями, и я сидела рядом с ней в течение последнего часа, не произнося ни слова в самолете. Она была в наушниках и читала книгу. У меня была своя книга, но я не могла сосредоточиться настолько, чтобы читать. Я читала тот же отрывок снова и снова. Должен же был быть какой-то способ загладить свою вину перед ней. Время от времени я бросала на нее взгляд зеленых глаз, но она упорно игнорировала меня. Я струсила. Обычно я не боялась ничего говорить или обсуждать какие-либо проблемы, которые у меня возникали с кем-либо, но молодая певица, как никто другой, заставляла меня чувствовать себя неуверенно. Одна мысль о том, что я могу все испортить еще больше и, возможно, потерять ее навсегда, причиняла мне боль. Проходили дни, а мы по-настоящему не общались. Я могла делать это только во время наших выступлений или интервью. Тогда она не могла демонстративно игнорировать меня. По крайней мере, не в такой степени, как тогда, когда мы были одни. Я использовала любую возможность пошутить, попытаться наладить с ней контакт на каком-то уровне, но это не принесло больших результатов. Во время одного интервью Элли похвалила, по общему признанию, симпатичного интервьюера, сказав, что он красив. Камила и я сразу же уловили это и рассмеялись. Инстинктивно я хотела, чтобы это была наша собственная маленькая шутка, и я рефлекторно схватила ее за руку. Она почти сразу же отпрянула и даже не взглянула на меня. Вместо этого она обняла Дайну, которая через несколько секунд откинула назад прядь своих волос. Я ненавидела иногда видеть их вместе, потому что они напоминали мне о том, что я потеряла. И на этом все закончилось. Подобных моментов было еще много, и я начала разочаровываться в ней и в себе. Я должна была просто извиниться в аэропорту, но теперь мне было еще тяжелее. Но сегодня был особенный день. Мы выступали в Лос-Анджелесе в рамках тура Jingle Ball, и это было огромное место. Мы все были в восторге. Дайна и Камила весь день шутили, и, хотя я завидовала, мне было приятно видеть ее такой счастливой. Когда мы подошли к красной дорожке, я решила встать рядом со своей лучшей подругой. Может, мы и не разговаривали, но она все равно оставалась моей лучшей подругой, несмотря ни на что. Мне просто нужно было дать ей это понять. Она слегка вздрогнула, когда я крепко обняла ее, чтобы позировать перед камерами. Я положила руку ей на талию и кончиками пальцев ощутила обнаженную кожу на ее боках, потому что на ней был укороченный топ. Это было это произошло случайно, но я должна была чувствовать себя комфортно, иначе ситуация стала бы еще более неловкой. Она изобразила улыбку, и я не отпускала ее ни на секунду. Я знала, что она вцепится в Дайну, если я дам ей хотя бы секунду на то, чтобы перестроиться. Поэтому я этого не сделала. Возможно, это было проявлением властности или собственничества, но в тот момент мне было все равно. Я была в отчаянии. Это чувство только усилилось, когда я увидела, что к нам приближается другой участник Jingle Ball: Остин Махоун. Певец не скрывал, что влюблен в Камилу. Уже ходили слухи, что он был влюблен в Камилу. ходили слухи, что они встречаются, и я снова вспомнила о своей ссоре с младшей девушкой. Может быть, это был мой шанс загладить свою вину перед ней? Если бы я показала ей, что у меня все в порядке с ней и с парнями, на которых она запала, возможно, она бы успокоилась. Голубоглазый парень присоединился к нам для краткого знакомства, и он показался мне милым. Я пыталась убедить себя в этом. Но по какой-то причине я не могла заставить себя по-настоящему полюбить его. Камила обняла его после интервью, а я попыталась изобразить улыбку, чтобы девушка заметила, что я ее поддерживаю. Он, казалось, не был в восторге от того, что обнимает ее. Это меня обеспокоило. Я бы все отдала сейчас за то, чтобы эта брюнетка обняла меня хотя бы на секунду. Но я улыбнулась и тоже обняла его. Наверное, я не вправе осуждать его, но, по моему мнению, Камила заслуживала большего. Остин казался немного тщеславным и просто… не очень-то ей нравился, насколько я могла судить. Она заслуживала кого-то, кто сделал бы ее центром своей вселенной и относился к ней хорошо. Тихий голосок в моей голове говорил, что я ревную, но я не хотела слушать. Я отвернулась и попыталась сосредоточиться на чем-нибудь другом. Мой взгляд упал на актера, которого я знала по телешоу, которое я смотрела. Он приветствовал меня широкой улыбкой, и мне захотелось обнять этого красивого мужчину. Очевидно, он был намного старше меня, но его голубые глаза заставили меня забыть о Камиле и Остине, по крайней мере, на несколько минут. Мы мило побеседовали, но меня попросили продолжить интервью. Камилы нигде не было, и я стала ее искать. Она подошла к нам с улыбкой, и я увидела, как Остин уходит. У меня упало сердце. Они разговаривали, пока я разговаривала со взрослым актером. Я хотела поддержать Камилу в ее выборе пары, но это оказалось сложнее, чем я думала вначале. Она снова устроилась рядом со мной, и нам удалось закончить вечер без каких-либо неловкостей. Вернувшись в наш отель, я вышла на улицу, чтобы выкурить сигарету. Я совсем недавно приобрела эту вредную привычку и курила лишь изредка. Но сегодня вечером мне это было просто необходимо. Я зажгла сигарету и сделала первую затяжку, когда услышала два знакомых голоса. Это были Дайна и Камила. Оглянувшись, я увидела наклоненное окно и предположила, что двое младших из группы разговаривают прямо за стеклом. Возможно, мне не следовало подслушивать, но я не смогла удержаться и прислушалась к их разговору. — Что происходит между тобой и Остином, девочка? Похоже, ты движешься в правильном направлении, — сказала Дайна, и я услышала волнение в ее голосе. — Я не знаю, — ответил очень тихий голос. — Камила, он милый и без ума от тебя. Не бойся, — снова попыталась младшая. — Я не боюсь, — вмешалась Камила. — Я просто… не чувствую этого. Я ненавидела себя за это, но мое сердце подпрыгнуло в груди, когда я услышала это. — Тебе знакомо это чувство, когда ты не видела кого-то какое-то время, не обязательно долгое, но у тебя в животе порхают бабочки, когда ты видишь его снова? У меня с ним такого нет. И, может быть, я наивна, но я не хочу встречаться с кем-то только ради этого. Я хочу почувствовать бабочек в животе, — объяснила Камила, и я почти почувствовала, как она покраснела. — Я понимаю, — сказала Дайна. — Я понимаю это чувство. Но потом… кто дарит тебе бабочек в животе, когда ты давно их не видела? Мое сердцебиение снова участилось, когда Камила замолчала. Если это был не Остин, тогда кто же был тот человек, которого она только что описала? Я внимательно слушала, но кареглазая не отвечала в течение нескольких секунд. — Никто, — наконец, сказала она. — Я просто привела пример… чисто гипотетически, знаешь ли. — Гипо-что? — спросила Дайна, и я слегка закатила глаза, но услышала, как Камила смеется. — Не важно. Нет никого, кого бы мне стоило упомянуть, — повторила она, но теперь ее голос звучал довольно грустно. Их разговор перешел на другие темы, но мой разум все еще был занят тем, что сказала Камила раньше. Я не хотела так себя чувствовать, но мне стало легче, когда я услышала, что ее не интересовал Остин. Какая-то часть меня почти хотела, чтобы она с кем-нибудь встречалась, чтобы мы могли забыть эту дурацкую историю с шипперством и камрен, но, столкнувшись лицом к лицу с реальной возможностью того, что она может быть с кем-то, я почувствовала себя более неуютно, чем мне хотелось бы признать. Мне все еще было интересно, кто был тот парень, от которого у Камилы мурашки побежали по коже. Она солгала Дайне, и это было слышно только по ее голосу. Был кто-то, с кем Камила чувствовала себя особенной, но я понятия не имела, кто именно. Она, вероятно, никогда бы не рассказала мне после того, что я сказала о ее влюбленности в людей. Я вздохнула в последний раз, прежде чем вернуться в свой гостиничный номер. Хотя мы по-прежнему не разговаривали, я была счастлива. Я была рада узнать, что Камила не встречается с певцом, с которым все ее ассоциировали. Возможно, это было странно, но я не могла этого отрицать. Я сказала себе, что это потому, что знала: она заслуживает лучшего.