Do I Wanna Know

Camila's POV Медленно просыпаясь на следующее утро, мне потребовалась секунда, чтобы осознать, что на самом деле происходит. Слышать чье-то дыхание рядом со мной все еще было непривычно… к сожалению. Повернувшись на бок, чтобы посмотреть на потрясающую женщину в постели со мной, я не могла не пожалеть, что у меня нет шанса привыкнуть к этому. Но старшая постоянно была в турне или занималась другими проектами, что не позволяло ей оставаться в Майами дольше, чем на несколько дней. Сегодня она снова уезжала, и мы не договорились о том, как будем жить в течение следующих четырех месяцев разлуки. Разочарованно вздохнув, я встала с кровати и решила принять душ. Лорен, вероятно, потребуется еще некоторое время, чтобы прийти в себя после вчерашнего вечера. Мне нравилось, что она здесь, больше, чем я признавалась, и мысль о том, чтобы она осталась со мной навсегда, определенно приходила мне в голову. Однако до сих пор у меня не было возможности обсудить это с ней. Из-за ее безумного графика любые долгосрочные планы были невозможны. Кроме того, я знала, что Лорен упоминала, что не думала о том, чтобы остановиться в ближайшее время. С другой стороны, она, казалось, была готова принять идею о нашей женитьбе. При одном воспоминании об этом разговоре у меня мурашки побежали по коже. Я понятия не имела, насколько серьезно она относилась к этим вещам, и это напугало меня до смерти. Выйдя из ванной после душа, я присоединилась к певице в постели и наблюдала за ее умиротворенным выражением лица. Она выглядела намного моложе. Ее бледная кожа и темные круги под глазами свидетельствовали о напряженном образе жизни, который она вела. Я держала свое беспокойство при себе, потому что она, очевидно, была достаточно взрослой, чтобы понимать, где предел ее возможностей. Тем не менее, я не могла отрицать, что волновалась всякий раз, когда она возвращалась в Майами такой измученной. На ней все еще была вчерашняя одежда, а ее длинные темные локоны разметались по подушкам и ее лицо. Я протянула руку и нежно убрала их ей за ухо. Я довольно долго не сводила с нее глаз, так как мой разум был занят слишком многими мыслями о нашем будущем. — Перестань пялиться на меня, — внезапно прошептал скрипучий голос, заставив меня мгновенно улыбнуться. — Значит, ты действительно чувствуешь это, когда я смотрю на тебя, — заметила я и увидела, как зеленые глаза слегка приоткрылись. — Иногда, да, — ответила она, но потом застонала. — О боже, солнечный свет, — вздохнула она и снова закрыла глаза от боли. Очевидно, у нее было похмелье, и я тихо рассмеялась, видя, как она борется. — Я действительно удивлена, что ты больше не можешь пить, — призналась я, но наклонилась, чтобы нежно поцеловать ее в висок. Раньше она была единственной в нашей компании, кто мог напоить даже парней до полусмерти. Хотя я не скучала по ее чрезмерному образу жизни. — Я старею, Кэмз, — неожиданно сказала она, и даже ее глаза быстро раскрылись, когда она назвала мое старое прозвище. — Кэмз? — спросила я с широкой улыбкой. — Мне кажется, ты все еще немного пьяна. — Может быть, — рассмеялась она, и мое сердце затрепетало от этого смеха. — Тебе это больше не нравится? — Нет, дело не в этом. Никто не называл меня так уже много лет, так что я была немного удивлена. Ты можешь называть меня как угодно… кроме Карлы, — быстро добавила я. — Кроме твоего настоящего имени, — поддразнила она, но тут же снова застонала и потерла лоб. — Давай, я дам тебе аспирин, и ты примешь душ. Это поможет, — предложила я и увидела, что она кивнула. Она медленно села, и я подошла к аптечке, чтобы взять обещанное обезболивающее и стакан воды. Лорен рылась в своем чемодане, пытаясь найти что-нибудь, что можно было бы надеть, и бросила кое-какую одежду на кровать. Я поставила стакан и таблетку на комод, собираясь вернуться на кухню, но она схватила меня за запястье. Она нежно развернула меня, и ее губы неожиданно встретились с моими. Они были нетерпеливыми и более страстными, чем я могла ожидать в ее нынешнем состоянии, но я вовсе не жаловалась. Обхватив меня руками за шею, она притянула меня ближе и у меня закружилась голова, когда ее полные губы накрыли мои. — Доброе утро, — выдохнула она с ухмылкой, и я медленно открыла глаза. — Доброе утро, — чуть не заикаясь, пробормотала я и увидела, что она улыбается еще шире от моего волнения. Она и понятия не имела, насколько чертовски очаровательна, не так ли? Мое сердце билось намного быстрее, чем несколько секунд назад, но она отпустила меня после быстрого поцелуя и продолжила свои поиски одежды. Я позволила ей сделать то, что она должна была сделать, и пошла на кухню, чтобы приготовить небольшой завтрак. Старшая, вероятно, была не очень голодна, учитывая ее похмелье. Поэтому я приготовила простой кубинский кофе, который ей очень нравился. Усевшись за стол, я прочитала несколько своих электронных писем и дождалась встречи с прекрасной женщиной, которую я имела удовольствие называть своей девушкой. Прошло некоторое время, прежде чем Лорен присоединилась ко мне, и я увидела, что она все еще борется с последствиями своего пьянства. Для меня она по-прежнему выглядела безупречно. Ее волосы были немного влажными, на ней не было косметики, на ней были простые джинсовые шорты и черная футболка с V-образным вырезом. Когда она подошла к столу, ее лицо просияло, когда она почувствовала запах кубинского кофе. — О да, ты просто спаситель, — сказала она и наклонилась, чтобы еще раз быстро поцеловать меня, прежде чем сесть. — Я подумала, что тебе нужно немного подкрепиться, — улыбнулась я, увидев, как она делает первый глоток крепкого, но горячего напитка. Ее глаза закрылись от удовольствия, и я была рада хоть как-то утешить ее. — Спасибо, — начала она. — Не только из-за кофе. Я хочу сказать, что вчерашний вечер был просто великолепен. Я до сих пор не могу поверить, что ты всех пригласила. Это был, безусловно, лучший день рождения в моей жизни. — Не за что. Я рада, что тебе было весело, — ответила я, и мне было приятно видеть ее такой по-настоящему счастливой. — Может быть, даже чересчур весело, — добавила я, поддразнивая. — Да, я знаю, — рассмеялась она. — Честно говоря, это была вина Дайны. Она продолжала подавать мне напитки, и, прежде чем я поняла, что происходит, я была в стельку пьяна. Мы продолжали обсуждать вчерашний вечер и некоторые основные моменты. Видеть, как искрятся ее зеленые глаза всякий раз, когда она рассказывает о чем-то волнующем, было самым ценным. Сколько бы лет ни прошло, смотреть в их глубокий изумрудный цвет по-прежнему завораживало. Тот факт, что они, казалось, время от времени меняли цвет, не облегчал ситуацию. Я вспомнила, что они выглядели почти серыми, когда мы впервые оказались в очень холодном климате. Сейчас они были определенно зелеными, но все еще очень светлыми, что делало контраст между ее бледной кожей, яркими глазами и очень темными волосами еще более заметным и красивым. Пока мы продолжали разговаривать, мое предположение оказалось верным, и Лорен не стала есть, потому что ее подташнивало. Казалось, ей нужен был только кофе, но мои мысли постоянно возвращались к нашим планам. Оставалось совсем немного времени до того, как она отправится в аэропорт и пробудет за границей долгих четыре месяца. Как только мы закончили разговор о ее дне рождения, я нервно сменила тему. — Я думаю, нам стоит поговорить о том, что будет дальше, не так ли? — осторожно спросила я и увидела, как она делает глубокий вдох, готовясь к довольно серьезному разговору. — Да, мы должны, — ответила она и немного выпрямилась на стуле. — Я вроде как взяла на себя смелость и просмотрела твое расписание и даты гастролей, и мне было действительно трудно найти время, когда ты могла бы пробыть в городе дольше, чем на пару часов из-за концерта, — призналась я и увидела, как Лорен пристально смотрит на меня. — Но мне удалось выяснить, что ты собираешься пробыть в Париже два дня. У тебя первый выходной, а на следующий день концерт. Я смогла взять выходные и подумала, что могла бы прилететь, чтобы увидеть тебя и твое шоу? Мой голос выдавал, насколько я на самом деле нервничала, потому что понятия не имела, что скажет старшая. Мы не говорили о том, чтобы встретиться в промежутке, но я не могла вынести того, что не видела ее четыре месяца. Четыре недели и без того были ужасными, и с каждой разлукой становилось все хуже, в том смысле, что я скучала по ней еще больше. — Это прекрасно, — весело сказала Лорен и мгновенно разрядила мое напряжение. — Нам с тобой в Париже должно быть весело. Или ты просто используешь меня как предлог, чтобы съесть столько круассанов и выпить столько вина, сколько захочешь? — Ты меня раскусила, — мягко рассмеялась я и увидела, как она ухмыляется. — Это было бы как раз в середине четырех месяцев. Два месяца разлуки, потом Париж и еще два месяца разлуки, — уточнила я и не смогла удержаться от тихого вздоха. Мысль о том, что мы будем так долго находиться вдали друг от друга, напрягала. — Иди сюда, — внезапно произнес хрипловатый голос, жестом предлагая мне сесть к ней на колени. Я встала со стула и сделала то, что она хотела, чтобы я сделала. Ее рука тут же схватила мою и переплела наши пальцы, как только я уселась на ее накачанные бедра. Встретившись с ней взглядом, я увидела ее так близко, что мое сердце подпрыгнуло в груди. Другой рукой она нежно погладила меня по щеке, прежде чем снова заговорить. — Я знаю, кажется, что прошло очень много времени, но мы проходили и через худшее, верно? — она пыталась успокоить меня дальше, но я не могла игнорировать это этот болезненный укол в груди. — А когда все это закончится, мы наконец -то поедем в Италию, и ты сможешь есть столько пиццы, сколько захочешь… и растолстеешь, и будешь валяться на пляже весь день, — теперь она пыталась говорить под другим углом зрения, заставляя меня смеяться. Это сработало, потому что я слегка хихикнула. — Я не могу дождаться, — ответила я более искренне, но улыбнулась в ответ. Рука женщины скользнула от моей щеки к затылку и нежно притянула меня к себе. Ее губы встретились с моими в нежном поцелуе, за которым последовал более чувственный. Я глубоко вдохнула и почувствовала ванильный запах шампуня, которым она пользовалась. Ее язык уже скользнул по моей нижней губе, прежде чем прикусить ее. Я тихо ахнула и запустила руку ей под майку. Ее плоский живот напрягся, когда я провела кончиками пальцев по упругим мышцам. Мое влечение к темноволосой красавице росло с каждой секундой, когда ее сочные губы целовали мои. Подняв ногу, я хотела усадить ее к себе на колени, но каким-то образом потеряла равновесие, когда пыталась перебраться на другую сторону. Лорен не смогла нас спасти, и из-за моего неаккуратного движения стул опрокинулся, а вместе с ним и мы. Старшая упала назад, и я приземлилась на нее сверху, испугавшись, что она могла пораниться. Вместо этого я услышала ее очень громкий смех, напомнивший мне о том времени, когда Элли заставила ее так же неудержимо смеяться. По какой-то причине у старшей из группы был особый способ заставлять ее смеяться. Лорен задыхалась от смеха. То, что я всегда пыталась подражать, потому что мне нравился ее раскованный смех. Иногда мне это удавалось, но в основном это было непреднамеренно, как сейчас. Но я ничего не могла с собой поделать и присоединилась к ней. — Боже мой, — выдохнула она. — Ты в порядке? — спросила я, потому что это она упала на пол, а не я. Я все еще лежала на ней и наслаждалась каждой секундой. — Да, я не могу дышать, — ее голос был хриплым, но постепенно успокаивался. Я приподнялась и, наконец, оседлала ее, прикусив нижнюю губу. Откидывая назад свои волосы, я хотела насладиться зрелищем, которое предстало передо мной, прежде чем она уйдет. Ее глаза встретились с моими, и я почувствовала, как к горлу подкатывает огромный ком. Она выглядела так очаровательно со своими раскрасневшимися щеками и широкой улыбкой. Мне показалось, что мы снова стали подростками, которые просто дурачились и были беспечны. Это было очень давно, но я чувствовала себя подавленно. Мысль о том, что она уйдет, постоянно крутилась у меня в голове, и на этот раз я почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. Я хотела этого: чтобы она была здесь, со мной, и занимаясь этими глупостями, в то время как всего несколько минут назад мы могли бы вести серьезный разговор. Просто не было никого, кто бы понимал меня так, как она; никого, с кем я могла бы поделиться всеми этими разными сторонами моей личности. — Что случилось? — спросила внимательная женщина и села, как только мои глаза наполнились слезами. Зная, что ей неприятно видеть меня расстроенной, я обвила руками ее шею и просто крепко обняла. Она тут же сделала то же самое, но успокаивающе погладила меня по спине. Я знала, что она поймет, и это отчасти было причиной того, что я была расстроена в первую очередь. Этот порочный круг убивал меня! — Я люблю тебя, — прошептал ее прекрасный голос, и я прижалась к ней еще крепче. — Я тоже тебя люблю, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. — Пожалуйста, не плачь, я умоляю тебя, — умоляла меня темноволосая женщина, и, видимо, мне не удалось скрыть дрожь в голосе. Она нежно поцеловала меня в плечо, хотя ткань моей футболки была напротив ее губ. Я знала, что она хотела как лучше и хотела утешить меня, но ее нежность только усугубила ситуацию. Моя грудь тяжело вздымалась, потому что я изо всех сил старалась сдержать рыдания. Она уткнулась лицом в изгиб моей шеи, и я сделала очень глубокий вдох, чтобы успокоиться. Прошло довольно много времени, пока мы просто сидели и обнимали друг друга, прежде чем мне удалось взять себя в руки. У нас не оставалось времени, и Лорен нужно было собирать вещи, чтобы ехать в аэропорт. Я предложила подвезти ее, и мне нужно было успокоиться, прежде чем садиться за руль. Оторвавшись от наших долгих объятий, она посмотрела мне в глаза, ища поддержки, и я сделала все, что могла, чтобы казаться менее печальной. Ее губы снова нашли мои, очень нежно, как будто она боялась меня сломать. Мы обе молчали, потому что в этом не было необходимости. Мы «сказали» все в тот последний момент близости. Я медленно поднялась после нашего короткого поцелуя, и она последовала за мной. Наблюдать, как она собирает вещи, была настоящим кошмаром, и я продолжала твердить себе, что мы снова увидимся раньше, чем я думала. Что ж, два месяца — это скорее, чем четыре. Вскоре после этого мы ехали в аэропорт, и, к счастью, в Майами не было папарацци. Это немного облегчило задачу. Сотрудники аэропорта помогли Лорен с багажом, и все это время она держала меня за руку. Вплоть до того момента, когда нам пришлось распрощаться. Я снова боролась со слезами на глазах и ненавидела себя за то, что так усложняю ей жизнь. Она всегда чувствовала себя виноватой, хотя я этого и не хотела. Притянув меня еще раз к себе, она нежно укачивала меня в своих объятиях, и мне хотелось впитать в себя каждую мелочь ее совершенного тела, прижатого к моему. Отпустив друг друга, мы поцеловались, и мне пришлось очень сильно постараться, чтобы не расплакаться, когда наши губы встретились. — Все будет хорошо, Камила. Я обещаю, — ее голос еще раз попытался успокоить меня. — Я знаю, — быстро ответила я, потому что не хотела, чтобы она волновалась. На этот раз Лорен казалась намного спокойнее. Она и близко не была так расстроена, как я, и я начала задаваться вопросом, почему я так взволнована. Старшая излучала такую непринужденность. Очевидно, ей было грустно, но, казалось, она больше расстроилась из-за того, что увидела меня расстроенной, чем из-за того, что она уезжала. В общем, похоже, в последнее время она стала более спокойно относиться к нашей разлуке. Я не хотела так думать, но у меня было неприятное чувство, что она, возможно, никогда не задержится на одном месте надолго. — Мне нужно идти, — вырвала она меня из моих мыслей и обхватила мое лицо руками, целуя в последний раз. На этот раз я не смогла сдержаться и быстро вытерла слезу, скатившуюся с моих глаз. — Я скоро с тобой поговорю, хорошо? Я люблю тебя, — заверила она, и я храбро улыбнулась. — Хорошо, я тоже тебя люблю, — выдохнула я и, наконец, отпустила ее, услышав, как она громко и отчаянно вздохнула. Она помахала мне рукой перед посадкой в самолет, и я почувствовала, как мое сердце мгновенно упало. Я никогда не привыкну видеть, как она уходит, сколько бы раз это ни происходило. С тяжелым сердцем я покинула аэропорт и направилась обратно в свою квартиру. Следующие два месяца были для меня настоящим испытанием. Лорен была занята больше, чем когда-либо, и постоянно летала из одного места в другое, из-за чего нам было практически невозможно связаться друг с другом, кроме как переписываться. Я знала, что она пыталась, но в последнее время было так трудно с ней связаться. Все, чего я хотела, — это время от времени слышать ее голос или, может быть, видеть ее по веб-камере. Всякий раз, когда мы строили планы, они срывались, потому что у нее были другие обязательства. Я начала нервничать, потому что мне казалось, что я теряю ее. Возможно, я слишком драматизировала ситуацию, но отсутствие общения было невыносимым. Отношения на расстоянии были тяжелыми, это было мучительно. Я не была уверена, что на самом деле чувствовала Лорен, потому что она либо писала приятные сообщения, либо делилась своими планами по поводу того, что происходило по расписанию. Было тяжело иметь серьезный разговор с кем-то по смс, вот почему я решила подождать, пока мы, наконец, снова не увидимся. Я бы смогла увидеть, изменилось что-то или нет. Перспектива перемен пугала, но, судя по тому, как шли дела, мне нужно было хоть как-то заверить, что женщина, которую я любила, не ускользает от меня. Майами был моим домом, и так было всегда, но я не могла не задаться вопросом, чувствовала ли Лорен то же самое. Есть ли у нее дом? Захочет ли она когда-нибудь его иметь? Эти вопросы мучили меня каждый день в течение целых двух месяцев. Наверное, было еще слишком рано думать об этом, но я была безумно влюблена в нее и хотела, чтобы она принадлежала мне. Неужели это было так плохо? Если бы она не хотела того же самого, это было бы хорошо. Я уговаривала себя не быть настойчивой, потому что боялась оттолкнуть ее еще дальше от себя. Итак, я постаралась сосредоточиться на своей жизни без нее, насколько могла, и дождаться Парижа. Наконец настал этот день, и я направлялась на встречу со знаменитой певицей в ее отеле. С тех пор как я приземлилась в Париже, мое сердце не переставало колотиться. Я даже не могла оценить красоту города, окружавшего меня. Мои мысли были заняты только зеленоглазой женщиной и тем, каким будет наше воссоединение. Такси остановилось перед большим отелем, и ко мне отнеслись так, словно я была знаменитостью. Я предположила, что это Лорен велела им так поступить, и мне почти захотелось пробежать через роскошный вестибюль, но я сдержала волнение. Минуты между регистрацией и стоянием перед ее дверь, казалось, была самой длинной в моей жизни. Я постучала, и мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Первое, что я увидела, когда открылась дверь, были знакомые зеленые глаза. А затем широкая улыбка на губах старшей, прежде чем я буквально набросилась на нее. Лорен чуть не упала, потому что я неожиданно врезалась в нее. В последнюю секунду она обхватила меня за талию, чтобы удержаться на ногах. Она нежно рассмеялась в мои губы, но ответила на страстный поцелуй, которым я «атаковала» ее. Чувствовать, как ее умелые губы обхватывают мою нижнюю губу, было настоящим блаженством. Я была наркоманом, переживающим ломку, но она была готова быстро меня вылечить. Выпятив верхнюю губу в ответ, она высвободилась и сделала глубокий вдох. — Вау, — выдохнула она. — Бонжур, — добавила она с ухмылкой, но я была не в настроении разговаривать прямо сейчас. Я втолкнула ее внутрь и прижала к стене, увидев, как расширились ее глаза. — Не нужно быть очаровательной, я и так хочу сорвать с тебя одежду, — ответила я и схватила ее за подол рубашки. Она мгновенно остановила меня, схватив за запястье. — Эм… подожди, мы, на самом деле, не одни, — сказала она, и у меня не было времени подумать, прежде чем я услышала чей-то голос и повернулась к ней лицом. — Так, так. Камила Кабейо, та, что сбежала, — раздался вкрадчивый голос, и мой взгляд остановился на чрезвычайно стильной брюнетке, оглядывающей меня с ног до головы. Мне потребовалась секунда, прежде чем я отошла от Лорен. — Веро? — спросила я, слегка шокированная. Моя хитрая улыбка сразу же выдала меня, потому что я помню ее по давним временам. Я не могла поверить своим глазам. Веро была одной из старых школьных подруг Лорен, но я понятия не имела, что они до сих пор поддерживают связь. Какое-то время их дружба была непростой. Я никогда не могла понять, что происходило между этими двумя. Единственное, что я знала наверняка, это то, что Веро заставляла меня нервничать. Она всегда так делала, и я почувствовала, что мне снова шестнадцать, когда ее темные глаза пристально посмотрели на меня. Я никогда не встречала никого настолько откровенного и кокетливого. В голове у меня все еще было бардак, она подошла к нам и быстро обняла меня. — Черт, — выругалась она, отстраняясь. — Неудивительно, что ты в конце концов сменила команду, Лорен. Я всегда считала тебя милой, но, черт возьми… Камила… Мне становится жарко от одного взгляда на тебя. Мои щеки мгновенно покраснели, потому что я не привыкла, чтобы ко мне так беззастенчиво приставали. Я на секунду взглянула на Лорен, но она только ухмыльнулась и снова поправила свой топ. — Это мило… Наверное, — пробормотала я, почти заикаясь, и почувствовала себя немного неуютно от такого пристального внимания. — Как дела? Ты сейчас здесь живешь? — Боже, нет! — воскликнула Веро и закатила глаза, словно это был бы кошмар, если бы она это сделала. — Я здесь по работе, на неделе моды. Я закупщик для Bergdorf Goodman. — Вау, звучит захватывающе, — я попыталась завязать непринужденную беседу и не удивилась, что в итоге Веро получила такую престижную работу в сфере моды. Насколько я знала, это был беспощадный бизнес, и у нее хватило бы упорства добиться успеха в этой среде. — Не совсем, — невозмутимо ответила она. — Но я увидела, что завтра у Лорен концерт, и мне удалось с ней связаться. Она сказала мне, что ты придешь, и я хочу, чтобы вы двое пошли со мной и парой друзей куда-нибудь сегодня вечером. Итак, сколько времени займет секс по случаю воссоединения, потому что мы встречаемся в восемь за ужином? — я услышала тихий смех Лорен, но мое лицо снова покраснело. — Если, конечно, я не смогу присоединиться, — подмигнула она мне, и я чуть не почувствовала, как мои глаза выскакивают из орбит. — Три девушки из Майами в Париже — это уже звучит как порно, и если я не могу оставить Камилу себе… делиться — это заботливо, Лорен. — Вероника Иглесиас, дамы и господа, — Лорен все еще смеялась, но слегка покачала головой. Почему ее так не смутил очевидный флирт Веро со мной? — Послушай, я уверена, что Камила устала после перелета, и мы хотим побыть наедине. Я напишу тебе, если мы присоединимся к тебе, хорошо? — Хорошо, но ты должна пойти с нами. Ты не пожалеешь об этом, я клянусь, — настаивала Веро, но прошла мимо меня к двери, которая все еще была открыта. — Повеселитесь, — добавила она, еще раз подмигнув, и закрыла дверь. Я все еще пыталась осознать, что на самом деле только что произошло. Одно дело было наконец-то снова увидеть Лорен, но присутствие ее старой подруги заставляло меня напрягаться. Они обе были очень близки, когда были вместе. Веро была способна проявить свою дикую сторону в Лорен, и по какой-то глупой причине я почувствовала угрозу с ее стороны. Не говоря уже о том, что я ревновала, потому что предполагалось, что это будет наше время, и теперь я должна была поделиться этим с женщиной, которая открыто призналась, что была влюблена в меня много лет назад. Воспоминания о ее твитах и сообщениях вызвали смешанные чувства. — Камила? — осторожно спросила Лорен, и я поняла, что, вероятно, просто смотрела в сторону. — Прости, — я нервно рассмеялась и провела рукой по волосам. — Я просто была застигнута врасплох присутствием Веро. Старшая кивнула, но взяла меня за руку, чтобы провести в большую гостиную. У меня чуть челюсть не отвисла, когда я увидела, насколько большими были апартаменты. Я не могла представить, сколько денег она, вероятно, заплатила, чтобы остановиться здесь. Она, казалось, не обратила внимания на мои восхищенные взгляды, а просто села рядом со мной на диван. — Я понятия не имела, что она собирается прийти сюда сегодня, — слегка напряженный голос начал говорить. Похоже, напряженные гастроли наложили отпечаток на ее голосовые связки. — Мы немного переписывались, и час назад она внезапно появилась у моей двери. Я была удивлена не меньше твоего. — Я не знала, что вы поддерживаете связь, — ответила я как можно небрежнее. — Мы всегда поддерживали связь. Я имею в виду, у нас были разные моменты, но мы никогда не забывали друг о друге. Несмотря ни на что, она одна из моих самых старых подруг, а в этом бизнесе очень трудно завести новых. Ты никогда не знаешь, кто действительно твой друг, а у кого есть скрытые мотивы. С Веро, по крайней мере, я знаю, во что ввязываюсь, — ухмыльнулась она. — Да, она не изменилась, не так ли? — отметила я. — Нет, не совсем. Но хватит о Веро, — сменила тему Лорен. — Как прошел твой полет? Ты не устала? — Полет прошел нормально, но я совсем не устала, — быстро сказала я, потому что я хотела провести с ней как можно больше времени. Внезапно я заметила на ее рубашке пятна краски, которых раньше не замечала. Даже на ее джинсах виднелись разноцветные точки и разводы. Я нахмурилась и снова подняла глаза. — Ты рисовала? — Да, я пыталась освежить это в памяти. Я так давно этого не делала, но когда я впервые приехала сюда… Я не знаю, Париж такой красивый, что я сразу почувствовала, что должна рисовать, — призналась она, и я нежно улыбнулась, услышав это. Я знала, что она любила рисовать, но в какой-то момент она прекратила во время Fifth Harmony. И с тех пор я не слышала, чтобы она говорила об этом. Я испытывала столько противоречивых эмоций. С одной стороны, я была очарована многогранной и разносторонне одаренной женщиной, сидевшей рядом со мной. С другой стороны, она только усилила мой страх, что я не получу и половины того, чего она заслуживает. Ее творческий подход, казалось, полностью соответствовал тому, какой я всегда представляла себе жизнь Лорен: полной приключений и романтики, в духе свободы. Единственным недостатком этого было то, что я не была похожа на нее. Я не стремилась бывать везде и путешествовать по всему миру. Страх перед нашим возможным разным будущим вызывал у меня беспокойство. — Можно мне посмотреть? — наконец спросила я, но Лорен слегка поморщилась. — Она еще не готова, и я не хочу, чтобы тебе это не понравилось, — ответила она более скромно, чем я ожидала. — Я бы никогда не отказалась, но я подожду, если тебе будет так удобнее. — Раз ты не устала, — начала Лорен, поигрывая пальцами в своей руке. — Я подумала, мы могли бы немного прогуляться по городу. Самое замечательное в Париже то, что люди здесь такие же, как в Нью-Йорке. Им наплевать, кто ты такой. Я гуляла все утро, и только одна девушка попросила меня сфотографироваться. Здесь нет папарацци, это настоящий рай. Что ты сказала? Эйфелева башня и Елисейские поля? Я все еще пыталась приспособиться к новой ситуации, но идея провести с ней весь день была слишком заманчивой, чтобы отказаться. — Звучит заманчиво, но, возможно, тебе захочется переодеться, — усмехнулась я из-за краски на ее одежде. Она пожала плечами, и, казалось, ее это не слишком волновало. — Поверь мне, людям было бы все равно, но я все равно это сделаю. Только ради тебя, — выдохнула она и наклонилась ко мне. Я сделала то же самое и почувствовала, как ее теплая ладонь и холодные кольца коснулись моих щек. Ее губы идеально соприкасались с моими, и это ослабило мое напряжение. Боже, как же я скучала по этому. Мысль о том, что она всегда будет со мной, была всем, чего я хотела, но в эти дни это казалось таким недостижимым. Я положила свою руку поверх ее и не хотела, чтобы она отпускала меня в ближайшее время. Ее близость была самым большим утешением, на которое я могла надеяться. Каждое прикосновение, каждый поцелуй уменьшали внутренний шум. Она, казалось, уловила мое нетерпение и вложила в свои поцелуи столько нежности, сколько смогла. Ее свободная рука переместилась на мою шею и провела кончиком указательного пальца по чувствительной коже. У меня мурашки побежали по коже повсюду и я наклонила голову, чтобы углубить поцелуй. Она вздохнула от удовольствия и позволила мне исследовать тепло ее рта моим жадным языком. Ее палец изогнулся, и ноготь нежно поцарапал мою шею, пока я посасывала ее нижнюю губу. Она глубоко вздохнула и встретилась со мной взглядом после наших жарких поцелуев. — Я всегда забываю, насколько ты хороша в этом, — усмехнулась она и заставила меня тоже улыбнуться. — Если ты хочешь покинуть отель, тебе следует уйти сейчас, потому что в противном случае я не могу ничего обещать, — ответила я и услышала тихий смех. Возможно, это прозвучало как шутка, но я была серьезна. Как только мы начнем, я не была уверена, сколько времени нам потребуется, чтобы снять все напряжение, которое я испытывала. — Хорошо, дай мне пять минут, — сказала она и быстро поцеловала меня в щеку, прежде чем исчезнуть в своей спальне. Я использовала эти несколько минут, чтобы успокоиться, и мне действительно удалось это сделать. Старшая вернулась и выглядела, как всегда, потрясающе: в повседневных черных джинсах-скинни, красной рубашке с V- образным вырезом и красной шапочке в тон, но по-прежнему безупречно. Она надела свои белые кеды converse и взяла сумку, прежде чем мы отправились исследовать город любви. Лорен была в восторге, как только мы покинули ее апартаменты. Она показала мне места, которые уже открывала для себя ранее весь день. Ее волнение было заразительным, ведь культура явно впечатлила зеленоглазую женщину. Она продолжала фотографировать узкие улочки, заполненные людьми, которые просто занимались своими делами, или архитектурные несовершенства, которые бросались в глаза. Больше всего меня порадовала еда. И она, видимо, это знала. Одной из первых остановок, которые мы сделали, была известная пекарня, где можно было попробовать все сладости, о которых я только могла мечтать. Я хотела купить все это целиком, но вынуждена была сдерживаться. Ну, мы ушли с тремя полными сумками, и Лорен сказала, что я так впаду в сахарную кому, если съем хотя бы малую толику этого количества. Я ничего не могла с собой поделать, открыла несколько замечательных конфет и съела их, пока Лорен делала еще больше снимков. Для меня до сих пор оставалось загадкой, почему она на самом деле не любила шоколад… Как такое вообще возможно в человеческих силах? Было странно, насколько разными порой были наши интересы, но нам все равно удавалось веселиться и находить общий язык. В какой-то момент я игриво сунула ей в лицо пирожное и размазала крем по всему ее рту. Сначала она была шокирована, но в конце концов рассмеялась, когда я стерла сладкую глазурь с ее губ. Я выхватила фотоаппарат у нее из рук и сфотографировала ее перепачканное лицо, пока она смотрела в объектив. Это было самое веселое, что у меня было за долгое время. Она действительно пробудила во мне ту глупую сторону, которую я похоронила после всех трагических событий в моей жизни. Наши следующие остановки были более обычными. В основном мы осматривали достопримечательности и взяли за правило сделать как можно больше интересных снимков. На самом деле было невероятно, что нас никто не беспокоил. Мы не задерживались надолго на одном месте и постоянно ходили, но все же. Я поняла, почему Лорен так понравилось здесь. Мы смогли, как и любая другая туристическая пара, постоять перед Эйфелевой башней и сфотографироваться, не подвергаясь преследованиям. Я никогда до конца не понимала, как ей вообще удавалось справляться со всем тем вниманием, которое обычно было приковано к ней. Ощущение себя нормальной парой также заставило меня осознать, как сильно я хотела большего. Побыть с ней наедине и просто заниматься этими случайными вещами, когда нам захочется. Время пролетело незаметно, и я заметила, что темноволосая женщина продолжает получать текстовые сообщения. Я предположила, что это Веро спрашивает, не присоединимся ли мы к ней и ее друзьям за ужином. Когда я спросила Лорен, она подтвердила мои подозрения и спросила, не хочу ли я пойти. В тот момент я была так счастлива, что согласилась бы на что угодно. Итак, в итоге мы встретились с закупщицей элитного магазина и ее друзьями в маленьком бистро. К нам присоединились люди, которые были разными художниками. Один из них был фотографом, другой — художником, и мне было трудно запомнить их французские имена. У них был такой сильный акцент, что я с трудом их понимала, но это было так мило. За столом было еще больше людей из разных слоев общества, и я была очень удивлена, что у Веро столько разных друзей. Я ожидала увидеть кучку чванливых модниц и злилась на себя за это, я недооценила ее. Это была очень приятная компания, и я была рада, что решила поужинать с ними. Лорен прекрасно вписалась в нашу компанию, и я увидела, как все были очарованы ею, как только она открыла рот. На протяжении всего ужина она поддерживала общение со всеми и умудрялась поддерживать беседу на любую тему. Я подумала, что ее ум был ужасающим. Но она была такой сексуальной. Я знала, что у меня есть кое-какие знания по разным предметам, и я не была особенно скучной, но зеленоглазая взяла верх. Кто бы мог подумать, что быть таким умным — это так возбуждает? Пока она говорила о какой-то картине, которую она видела сегодня утром, ее рука покоилась на моем плече, и я почувствовала, что Веро смотрит на меня. Встретившись взглядом с темными глазами, она ухмыльнулась, и я снова немного занервничала. Она флиртовала со мной весь вечер. Сначала я подумала, что это забавно, но со временем я уже не была уверена, шутит она или нет. Больше всего меня беспокоило то, насколько невозмутимой была Лорен ко всему этому. Она продолжала смеяться над комментариями Веро. Что случилось с безумно ревнивой девушкой, которая приходила в ярость всякий раз, когда кто-то не так на меня смотрел? Я не была уверена, стоит ли мне волноваться или льстить, ведь она была такой уверенной в наших отношениях. Проблема была в моей собственной неуверенности, не так ли? — Давай, Камила. Пойдем, выпьем еще, — сказала Веро и встала, не дав мне возможности возразить. Лорен убрала руку с моего плеча и, по сути, отпустила меня. Теперь я нервничала еще больше, потому что искренне не понимала, о чем говорит Веро. Присоединившись к ней за маленьким баром, она заказала еще вина и какие-то другие напитки, пока я просто стояла там. Я даже не говорила по-французски, так почему она хотела, чтобы я присоединилась к ней? — Знаешь, я был серьезна раньше. О тебе, мне и Лорен, — внезапно заговорила она, и я чуть не поперхнулась вином, которое попыталась проглотить перед ее словами. — Что? — я слегка кашлянула, но попыталась изобразить смех. — Ты никогда не задумывалась об этом? Будь честна, — продолжал спокойный голос, пока я смотрела на нее в полном недоумении. — Не обижайся, Веро, но я думаю, ты неправильно оцениваешь ситуацию, — осторожно ответила я, потому что не хотела начинать ссору с подругой Лорен. — Каким образом? — У нас с Лорен нет романа или мимолетной интрижки. У нас все серьезно, — искренне объяснила я, но Веро лишь усмехнулась в ответ. — Насколько серьезно это может быть с Лорен? — выпалила она в ответ, и хотя я знала, что она не пытается меня обидеть, это было не так. — Посмотри на нее, — продолжила она, и я проследила за ее взглядом, задержавшись на потрясающей женщине, которая все еще разговаривала. — Ты думаешь, она когда-нибудь бросит все это и остановится? Она, блять, Лорен Хурэги! Даже до того, как она стала знаменитой, она не могла смириться с мыслью, что ее свяжут и она не сможет быть свободной душой. Я не пытаюсь быть жестокой, потому что вижу, что она любит тебя. Все это видят, но… Я не думаю, что она готова к тому, чего ты хочешь. Возможно, она никогда не будет готова к этому. — Откуда ты знаешь, чего я хочу? — спросила я со смесью гнева и неуверенности. — Я вижу это по твоим глазам. Ты все еще смотришь на нее так, словно она подвесила луну, — голос Веро смягчился. — Ты всегда была такой, и поверь мне, я бы хотела, чтобы ты этого не делала, потому что я была по уши влюблена в тебя. Но Лорен сказала мне отступить, и я отступила. Я просто подумала, что мы все теперь взрослые и, возможно, могли бы повеселимся немного, но если ты скажешь, что у этого нет шансов, то мне придется с этим смириться, не так ли? Мое сердце бешено колотилось. Я понятия не имела, что происходит, но мне казалось, что Веро только что подтвердила все мои худшие опасения. Это было не только в моей голове. Она тоже это заметила. Тот факт, что я, возможно, никогда не стану достаточной причиной для того, чтобы Лорен действительно осталась со мной. Весь этот день был сплошными американскими горками, и я чувствовала, что только что достигла очередного пика. Я больше не отвечала, а просто избегала Веро весь остаток вечера. Не то чтобы Лорен обратила на это внимание. Она была слишком занята, развлекая всех остальных. На самом деле я злилась не на нее, а на себя, все шло быстро. Мы вышли из бистро очень поздно, но оно было недалеко от отеля, и мы решили прогуляться пешком. Старшая женщина все рассказывала и рассказывала о том, что художник сказал ей за ужином, но я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме того, что Веро сказала мне в баре. Даже когда мы вернулись в номер, и я присоединилась к Лорен в постели, моя голова была готова взорваться. Она читала, а я прижалась к ней и пыталась успокоиться. — Дай мне только дочитать эту главу, и тогда я вся твоя, — прошептала она, но обняла меня одной рукой. Я пыталась немного помолчать, но не смогла, я слишком долго держала рот на замке. — Веро была довольно прямолинейной, не так ли? — попыталась я осторожно поднять тему. — Да, — пробормотала Лорен. — Ты заметила, что она продолжала флиртовать со мной? — Веро флиртует со всем, что дышит, поэтому, конечно, она собирается флиртовать с кем-то таким же красивым, как ты, — сказала она и нежно поцеловала меня в лоб. — И это тебя не беспокоит? — Нет, — рассмеялась она, а я огрызнулась. — Что, черт возьми, с тобой случилось?! — спросила я и быстро села. Зеленые глаза были широко раскрыты в замешательстве и смотрели на меня в шоке. — Что ты имеешь в виду? — Веро серьезно относилась к нам троим. Она не шутила, но ты отшутилась, как ни в чем не бывало, — продолжала я, хотя и знала, что добром это не кончится. — Я не думала, что у меня есть причины для ревности, — ответила она, все еще ошарашенная моим гневом. — Нет, — быстро ответила я. — Тогда зачем придавать этому большое значение? — Неужели тебя так смешит, что кто-то еще может заинтересоваться мной? Что случилось с девушкой, которая приревновала, когда я упомянула о том, что влюблена в знаменитость? — Ты что, издеваешься надо мной, прямо сейчас? — тоже огрызнулась Лорен, и ее ноздри раздулись. Теперь она разозлилась и отложила книгу, села и посмотрела мне в лицо. — Чего ты хочешь от меня, Камила? Ты не хочешь, чтобы я чувствовала себя неуверенно. Ты не хочешь, чтобы я думала о том, что ты можешь снова сбежать или сделать что-то, что может подвергнуть нас опасности, поэтому я этого не делаю! Но сейчас я недостаточно ревнива? — Нет, — пробормотала я и закрыла лицо руками. Я даже не была уверена, что говорила о себе. — В чем дело, Камила? Потому что у меня такое чувство, что дело не в Веро или мое отсутствие ревности, — подхватила старшая. — Я чувствую, что ты ускользаешь, — я наконец-то открылась и увидела, что она хмурится. — Как? — спросила она с искренним недоумением. — У тебя целая жизнь без меня, и я просто ненавижу тот факт, что не являюсь ее частью. — Как и у тебя. У тебя своя жизнь в Майами, — возразила она. — Но я чувствую, что делюсь с тобой своей, — ответила я. — А я нет? — спросила она немного обиженно. — Я не говорю, что ты этого не делаешь. Я говорю, что ты не можешь, потому что тебя никогда нет рядом, — я открыла правду. — Это моя работа. И она требует, чтобы я путешествовала, и ты это знала. У нас осталось всего два месяца, а потом мы едем в Италию, — она казалась расстроенной и провела рукой по своим густым локонам. — А что будет после Италии? Насколько я знаю, ты могла бы планировать свое следующее приключение или вернуться в Нью-Йорк. Лорен встала с кровати, и я поняла, что теперь она в ярости. Она пыталась быть спокойной, но не могла контролировать свой характер. Обычно я была спокойной, и мне удалось вывести ее из себя. — Ты хочешь, чтобы я уволилась? Ты хочешь, чтобы я просто бросила все и возможно, в конце концов, я начну обижаться на тебя за это? — выпалила она. — Конечно, нет, но я начинаю чувствовать, что это необходимо. То, к чему ты возвращаешься, но на самом деле никогда не остаешься, потому что у тебя есть дела поважнее. Твои приоритеты изменились, и ты это знаешь. В прошлом году ты отменила концерты, чтобы просто побыть со мной, и я не хочу, чтобы ты делала это сейчас, но… теперь мне приходится почти умолять тебя провести с тобой два дня в течение пары месяцев! — Ты хоть представляешь, каково это было, когда я все отменила в прошлом году? — спросила она, и ее грудь заколыхалась так быстро, словно вот- вот разорвется. — Ты можешь подумать, что это был романтический жест, и я тоже так думала в то время, но у меня не было ничего, кроме тебя. И ты бросила меня! Ты оттолкнула меня и предала, оставив меня абсолютно ни с чем, потому что я отказалась от всего остального! Я только недавно снова начала получать удовольствие от того, что делаю, так что извини меня за то, что я не отказалась от того единственного, что поддерживало меня, когда ты разбила мое гребаное сердце! — она почти закричала, и я увидела, что в ее глазах блестят слезы. Я замолчала и увидела, сколько боли было в зеленых глазах, устремленных на меня. Мои собственные тоже наполнились слезами, и первые капли потекли по моим щекам. — Ты все еще боишься, что я брошу тебя, не так ли? — спросила я дрожащим голосом. — Да, иногда, и я ненавижу это, хорошо? — ответила она тоже дрожащим голосом. — Но я ничего не могу с собой поделать. Я пытаюсь быть в безопасности, насколько это возможно, но требуется время, чтобы восстановить это доверие. Не то чтобы я все еще злюсь на тебя, но некоторым ранам требуется больше времени, чтобы полностью зажить. — Но ты когда-нибудь будешь доверять мне, как раньше? — я продолжала настаивать, хотя она была на грани срыва, и я это знала. — Мне кажется, ты используешь свою работу и путешествия как предлог, чтобы не связывать себя со мной обязательствами. Настоящая причина, по которой ты не хочешь связывать себя обязательствами, заключается в том, что ты мне не доверяешь. — Как я могу не связывать себя обязательствами перед тобой? Мы вместе всего пару месяцев, и у нас едва ли было время побыть вместе по-настоящему. Так что не могли бы вы просто оставить все как есть, и мы посмотрим, что произойдет в Италии? — ее голос звучал напряженно и подавленно от всех моих расспросов. На самом деле она так и не ответила на мой вопрос, и это невероятно напугало меня. — Я не беспокоюсь об Италии. Я беспокоюсь о том, что будет после Италии, потому что ты никогда не посвящала меня в свои планы, а так не бывает, Лорен. Рано или поздно тебе придется пойти мне навстречу, потому что мне нужно что-то… что угодно, что даст мне знать, что ты готова к… — я колебалась. — К чему? — спросила она, и я услышала легкую панику в ее голосе; от одного этого у меня сжалось сердце. — К чему-то большему, чем это, — продолжила я, чувствуя, как мое сердце выпрыгивает из груди. Мы обе просто смотрели друг на друга, не зная, что сказать, потому что не ожидали такого. Лорен, конечно, этого не сделала, и я чувствовала себя виноватой за то, что испортила то короткое время, которое мы провели вместе, своей неуверенностью. Раньше я не была таким нуждающейся, но никогда еще меня так не пугала мысль о том, что я могу потерять ее снова… возможно, навсегда. — Мне нужно проветриться, — внезапно сказала она, и я запаниковала, когда она начала уходить. — Нет, Лорен, подожди, — я быстро соскочила с кровати и попыталась преградить ей путь, чтобы она не ушла. — Прости. Я не хотела устраивать тебе засаду из-за всего этого. Но я все время думала об этом, а потом Веро сказала все это, и я растерялась. Пожалуйста, не уходи. — Мне просто нужно подышать свежим воздухом… и подумать, — она избегала моего взгляда и протиснулась мимо меня. — О чем? Поговори со мной, — настаивала я, но она не ответила. Вместо этого она надела туфли, схватила куртку и в спешке покинула номер. Единственное, что я могла сделать, это смотреть, как она уходит, и чувствовать себя последней идиоткой из-за того, что свалила все на нее. Я должна была знать, что она разозлится и это закончится ссорой. Несмотря на то, что Лорен была моей защитницей на протяжении многих лет, она не умела постоять за себя. Вот почему она чувствовала себя такой уязвимой рядом со мной. Теперь я чувствовала, что воспользовалась этим. Глубоко вздохнув, я откинулась на спинку кровати и покачала головой, не веря в то, что только что сделала. Я знала, что теперь не смогу заснуть, хотя мое тело было измотано перелетом и долгим днем. Прокручивая в голове события прошедшего дня, я поняла, насколько ошеломленной, должно быть, была Лорен из-за моей внезапной агрессии. Это была не ее вина. С тех пор как я потеряла маму, одна только мысль о том, что я могу потерять кого-то еще, кого я так сильно любила, приводила меня в эмоциональное расстройство. А комментарии, подобные тому, что сказала Веро в баре, только разожгли во мне огонь неуверенности. Раньше я была сильна в этом, это должно помочь ей почувствовать себя в безопасности и со временем она сможет снова доверять мне. Постоянная разлука сказывалась на мне. Я жалела, что не смогла справиться с ситуацией лучше и не заставила старшую сбежать. Теперь было уже слишком поздно для этого, и я могла только ждать, когда она вернется, в надежде на примирение.