Часть 2
15 декабря 2024 г., 13:27
Аэропорт Лагунова постепенно превращался в воспоминание, пока мы спешно проходили регистрацию. Лера ждала нас у стойки, скрестив руки и постукивая ногой по полу, с выражением лица, которое могло бы растопить лёд в Антарктиде. Её тёмные волосы с мелированием на концах под красный были собраны в толстую косу сзади и болталась от её действий, а тёмные глаза, как у меня, сверлили нас с лёгким раздражением.
— Наконец-то, и года не прошло, — буркнула она, когда мы подошли. — Я уже думала, вас всех похитили инопланетяне или вы решили устроить пикник в кафе на первом этаже. А это... Рин? — Её взгляд упал на рыжеволосую девушку, и на миг в нём мелькнуло удивление, смешанное с теплотой.
Рин улыбнулась уголком губ, подходя ближе.
— Привет, Лерчик. Давно не виделись, подруг. Ты прям изменилась, даже сразу не узнала.
Лера слегка фыркнула, но её щёки слегка порозовели.
— А ты всё такая же рыжая и упрямая. Да и сама стала ничего такая, хе… Ладно, обнимашки потом. Посадка уже началась. Давайте шевелитесь, или останемся здесь торчать.
Мы потянулись к гейту, где уже толпились разношёрстные пассажиры. Самолёт ТУ-134, как указан в билете, летел до другого города в восточной части страны. Он казался небольшим с виду, так что салон обещал быть не столь просторным, как в боингах и аэробусах. Я пытался не думать о том, как вся эта компания девушек вокруг меня превращает простую поездку в нечто вроде комедийного фарса. Ульяна шла впереди, болтая ногами и вертя головой, как будто искала приключений. Рин шагала рядом с Лерой, тихо перекидываясь фразами о старых временах. Вика же держалась чуть позади, с её обычной спокойной улыбкой и собранным выражением лица, но я заметил, как её взгляд то и дело скользит по нам всем, словно она анализирует ситуацию.
Когда мы наконец зашли в салон тушки, стюардесса приветствовала нас стандартной рабочей улыбкой и указала на места. Билеты оказались без фиксированных мест — «свободная посадка», как объявили. И вот тут началось.
Ульяна, не теряя ни секунды, рванула вперёд, таща за собой свой кейс с объективами с болтающейся дорогой японской камерой на шее.
— Я сяду у окна! — объявила она, плюхаясь на сиденье в середине салона самолёта. — Тёма, садись рядом! Отсюда вид будет супер для фото!
Я замер, чувствуя, как все взгляды устремляются ко мне. Рин, которая шла следом, резко остановилась, её зелёные глаза сузились под очками.
— Эй, коротышка, ты что, уже всё решила заранее? — произнесла она с вызовом, скрещивая руки. — Может, Артём сам выберет, где ему лучше сесть. И вообще, я бы хотела сесть рядом с ним. У нас есть о чём поговорить после стольких лет разлуки.
От сказанных слов мне стало резко не по себе.
Ульяна вскочила, как пружина, её светлые косички взметнулись.
— А?! Ты чего, рыжая! Он мой... эээ... мой соавтор! И вообще, я первая заняла и приказала ему сесть со мной! Иди садись с Лерой или кем-то ещё!
— Я тебе что, пёс какой-то, Ульяна, — возразил я негромко.
— Вот-вот, — услышала Рин меня, — он тебе не пёс, дабы слушаться тебя безукоризненно. Ему решать, с кем сидеть, а с кем нет.
Лера, которая уже усаживалась в соседнем ряду, закатила глаза.
— Ой, девчонки, вы как дети в песочнице. Братец, садись куда хочешь, только не ввязывайся в их разборки. Я пасс.
Но Ульяна и Рин уже стояли лицом к лицу, разделённые только проходом. Воздух между ними снова заискрился, как в кафе.
— Хмпф! Ты просто завидуешь, что он со мной работает над проектом! — шипела Ульяна, тыкая тоненьким пальцем в сторону Рин.
— Завидуешь? Тебе? — Рин фыркнула, отбрасывая одну из своих длинных рыжих косичек за спину. — Ты же сама сказала, что я могу присоединиться как художник. А теперь хочешь монополизировать Артёма как вещь? Как типичная цундэрэ, которая не признаётся в своих чувствах!
Ульяна покраснела до корней волос.
— Ч-чего?! Я не... Я просто... Ррр! Тёма, скажи ей! Хватит отмалчиваться!
Я стоял, как вкопанный, чувствуя, как пот стекает по спине.
«Почему я всегда в центре этого безумного цирка?» — подумал я, пытаясь найти слова.
Но прежде чем я открыл рот, Вика мягко, но уверенно прошла мимо нас и села на место рядом с тем, которое Ульяна «зарезервировала» для меня — прямо посередине ряда, у прохода.
— Девочки, хватит, — произнесла она спокойно, но с той интонацией, от которой все замолкли. Её красные глаза были прищурены под очками из тонкой оправы, а улыбка — чуть шире обычного. — Артём сядет здесь, со мной. Ульяна, ты у окна — наслаждайся видом, как хотела до этого. Рин, садись напротив, через проход. Лера уже заняла место. И никто не будет спорить, потому что самолёт вот-вот взлетит, и стюардесса уже смотрит на нас.
Стюардесса действительно смотрела, с лёгким недоумением. Ульяна открыла рот, чтобы возразить, но Вика бросила на неё такой взгляд, что та только фыркнула и села обратно, бормоча что-то про «тиранию». Рин, поколебавшись секунду, села напротив, через проход, рядом с Лерой, которая уже уткнулась в телефон.
Я вздохнул с облегчением и сел между Викой и Рин. «Вика снова разрядила тяжёлую атмосферу. Как она это делает?» — подумал я, пристегиваясь. Самолёт начал рулить по взлётной полосе, и гул двигателей заглушил остатки напряжения.
Взлёт прошёл гладко, хотя Ульяна вцепилась в подлокотник, когда самолёт оторвался от земли. Она быстро отвлеклась, прильнув к иллюминатору и щёлкая камерой облака внизу.
— Вау, смотрите, как красиво! — воскликнула она, поворачиваясь ко мне. — Тёма, это же идеальный референс для небес в новелле! Представь, алый закат над лагерем...
Я кивнул ей, но мысли мои были далеко от всего. Пока самолёт набирал высоту, я уставился в спинку сиденья впереди, и волна сомнений нахлынула снова.
«Зачем я это всё делаю? Писательство... Это же сплошная мука без перспективы в будущем. Ульяна давит с проектом и жаждет его сделать больше, чем я, Рин теперь тоже в деле, Вика пишет сценарий вместе со мной, да и Лера в деле, несмотря на её скепсис в данной задумке... Все они такие талантливые и целеустремлённые, а я? Я просто стучу по клавишам, и ничего не выходит. Постоянно пребываю в неком самобичевании с поиском смысла своего ремесла… Может, бросить всё к чертям?»
Ульяна ускакала куда-то очень быстро, бросив на последок недовольный взгляд на меня и на Вику. Следом, как если что-то хотела сказать Рин ускокала и она, оставив меня на едине с Викой. Лера слушала музыку в наушниках и особо не обращала внимание, вся в телефоне и в какой-то игре. Я уже начал волноваться за Рин и Ульяну, как бы те не устроили войну, но когда глянул в их сторону, то увидел что те стояли в очереди в туалет и особо не контактировали, по крайне мере с моего места это плохо было видно.
Вздохнул слегка устало и протяжно. И как эти оба уживуться вместе?
"Буду надеяться что они найдут общию линию"
Мелькнуло чувство, вновь нахлынули хандра и апатия из-за проекта по моей рукописи, как и смысл всего.
Вика, сидевшая рядом, повернулась ко мне. Её серебристые волосы, заплетённые в толстую конскую косу, слегка растрепались от кондиционера, а глаза заглядывали прямо в душу.
— Ты в порядке? — тихо спросила она, наклоняясь ближе, чтобы не привлекать внимание других девочек. — Ты выглядишь... задумчивым и грустным. Как будто мир на плечах несёшь в гордом одиночестве.
Я вздрогнул. Её резкая близость, обворожительный запах цветочного шампуня, тёплое дыхание… Она смотрела на меня, как если видела нечто больше, чем я показываю всем.
«Иногда меня пугает то, насколько Вика иногда может быть проницательной и чуткой», — пролетели мысли в голове, ощущая, как начинаю нервничать немного. Решил не отмахиваться. Вика всегда умела вытягивать из меня правду, даже тогда, на детской площадке…
— Да так... Просто думаю о всяком. О проекте, о лагере... О том, зачем я вообще пишу и участвую в бесперспективном проекте.
Она кивнула, не перебивая, и жестом попросила продолжать. Самолёт стабилизировался на высоте, и стюардесса прошла с напитками. Я взял воду, Вика — сок.
— Знаешь, — продолжил я, понижая голос, — когда Ульяна затянула меня в эту визуальную новеллу, я подумал: «Ладно, почему нет? Может, это шанс понять смысл своего увлечения письмом и найду решение своей апатии и депрессии в мёртвом ремесле». Но сейчас... Я смотрю на вас всех. Ты пишешь сценарии и книги так легко, как я не могу, Ульяна рисует шедевры чуть ли не за вечер, Рин вот комиксы делает у нас, Лера кодит хорошо. А я? Мои тексты — это сплошная борьба с самим собой. Каждый абзац вымучиваю, переписываю по десять раз, если не больше. И для чего? В нашей стране писатели либо голодают, либо пишут под заказ какую-то ерунду за сущие копейки. Я завидую вам, девчонки. У вас талант течёт по венам, а у меня... Может, пора бросить и уйти в другое ремесло, там, где есть перспективы роста и смысл?
Слова вырвались сами, и я почувствовал облегчение, но и стыд за свою слабость возле Вики. Вика слушала внимательно, не отводя глаз. Её рука случайно коснулась моей на подлокотнике — или не случайно? — и это придало беседе интимности, как будто мы в отдельном мире, несмотря на гул самолёта и окружающих людей в салоне.
— Артём, — мягко произнесла она, сжимая мою руку чуть сильнее. — Ты не прав. Талант — это не только лёгкость. Это упорство. Я видела твои черновики, читала твои работы на ранних стадиях твоего писательства. Они живые, эмоциональные и интересные. Ты создаёшь миры, где люди чувствуют себя как дома. По крайней мере, для меня… Ульяна права — твоя книга вдохновила нас всех в каком-то плане и собрала всех под единым проектом из картинок, музыки и коротких текстов в диалоговом окне. А давление... Оно от того, что ты сам себя грызёшь и накручиваешь. Завидовать? Пфф, я завидую тебе больше. Ты не боишься быть честным в текстах, а я иногда прячусь за словами и пишу то, что люди больше всего хотят прочитать…
Я повернулся к ней, удивлённый. Вика, которая всегда кажется такой уверенной, завидует мне?
— Правда? Но ты же... Ты пишешь так круто. И не жалуешься никогда. Это я наоборот должен равняться на тебя и стараться стать таким же автором, как ты.
Она улыбнулась, но в глазах мелькнула грусть.
— Жалуюсь, просто внутри. Помнишь, как я присоединилась к проекту? Я думала про себя тогда — это поможет мне преодолеть свой блок. Но каждый раз, когда сажусь за сценарий или за очередную главу, думаю: «А если это никому не нужно?» или «Выйдет полный мусор, который никто не захочет прочитать и просто скипнет и уйдёт к другой книге?». Поверь, ты не один такой. Но бросить? Нет. Потому что смысл не в славе или деньгах. Смысл в том, чтобы выразить себя. Твои истории трогают людей — Ульяну, Рин, даже меня. Не бросай, Артём. Давай вместе найдём способ сделать это легче и интереснее. В лагере, например, напишем что-то новое, без давления. М?
Её слова проникли глубоко. Я почувствовал тепло в груди — не только от поддержки, но и от близости. Наши лица были всего в паре сантиметров, и я заметил, как её щёки слегка розовеют, а розовые губы словно манили меня в них вцепиться.
— Спасибо, Вика. Ты... Ты всегда знаешь, что сказать. Может, ты права в чём-то. Давай попробуем в лагере. Без спешки.
Она кивнула, не отпуская мою руку.
— Договорились. И помни: мы все в одной лодке. Если что, я рядом.
Появилась Ульяна, она мельком оглядела нас как если заметив наш разговор, потом прошлась и плюхнулась на свое кресло возле иллюминатора, а после наклонилась к нам.
— Хмпф! Стоило мне уйти, как вы уже секретничаете. Поделитесь!
Вика рассмеялась, отпуская мою руку.
— Ничего особенного, Уля. Просто болтаем о проекте и предстоящих ярких двух неделях в лагере.
Следом появилась Рин. Она бросила также мельком глаза на нас, но стоило ей поймать Ульяну, как та хмыкнула и плюхнулась на противоположной стороне, на своё кресло рядом с Лерой, после чего бросила взгляд, полный любопытства, но промолчала. Лера слегка хмыкнула и изогнула уголки губ, не отрываясь телефона и наушников полностью.
— Братец, не ведись на их уловки. Они все хотят тебя в свои сети затащить.
Я закатил глаза, но внутри почувствовал прилив сил. Беседа с Викой развеяла часть тумана, но не избавила меня полностью от терзаний. Полёт продолжался, и я даже начал смотреть в окно, представляя, как лагерь вдохновит нас всех.
Но сомнения не ушли полностью. Они затаились, ждя момента. А пока... Пока я наслаждался моментом.
+++
Посадка была мягкой, но тряска вернула меня к реальности. Мы вышли из самолёта в прохладный воздух в каком-то небольшом аэропорту в глуши, окружённом лесами. Микроавтобус до лагеря ждал нас, и вся группа загрузилась в него. В автобусе места снова стали предметом спора. Ульяна попыталась сесть рядом со мной, но Рин опередила её, плюхнувшись слева. — Эй! — возмутилась Ульяна. — Первая села, — ответила Рин с ухмылкой. Вика села справа от меня, а Лера — с Ульяной напротив. — Девчонки, давайте без драк, — сказал я, пытаясь разрядить атмосферу. — В лагере разберёмся. Автобус тронулся, петляя по лесной дороге. Пейзажи за окном были потрясающими: густые леса, озёра, холмы. Ульяна снова щёлкала камерой. — Смотрите, это же как в твоей книге, Тёма! — воскликнула она. — Алое полнолуние взойдёт здесь! Я кивнул, но мысли вернулись к беседе с Викой. «Она права. Нужно найти смысл. Может, этот лагерь — шанс?» Вика наклонилась ко мне. — Видишь? Вдохновение вокруг. Не сдавайся. Я ей слегка кивнул, продолжая пребывать в неком меланхоличном апатичном настроении. Рин, услышав, бросила взгляд. — О чём вы? — О проекте, — ответил я быстро. Мысли вновь свелись к теме письма под гул машины. Раздумывал о завершении своей деятельности после создания новеллы с уходом в другую стезю. Это, кажется, будет отличным завершением печальной карьеры писателя-новичка… А сейчас предстоит довести начатое до конца, как бы больно мне ни было и как бы я ни страдал от своей же дилетантской деятельности на фоне успешных и талантливых девочек… Слова Вики помогли мне в самолёте, хоть и не выкорчевали занозу. Спустя, как мне показалось, целую вечность на самолёте и в микроавтобусе, мы прибыли на место. В глухой части тайги, как показывал мой телефон, связь не ловит тут от слова совсем, кроме как стационарного телефона в главном холле. «Отличное место, чтобы отдохнуть от вечного информационного шума и городской суеты», — пролетели усталые мысли. К тому времени вовсю блуждал вечер с переходом в тихую ночь. Целый день в пути. Он всех вымотал крайне сильно, и мы валились с ног. По прибытии в лагерь особо никого не было видно, кажется, спят или где-то ещё находятся. В большом центральном здании быстро отметились как прибывшие у ответственного лица, нам всем раздали ключи от наших комнат в другом здании. Рассказали о мерах предосторожности, о том, когда начинается комендантский час, и вручили памятки с другими правилами лагеря. К слову, приехали почти к половине десятого. Пока разобрались, уже без пяти одиннадцать стукнуло. Вот как время летит. Само место жительства оказалось небольшим двухэтажным зданием, потрёпанным и чем-то похожим на пресловутые японские дома из аниме и манги с открытым уличным коридором. Тут таких, как я понял, много, и все они располагались в разных участках лагеря. По местным правилам девочки селились выше, а парни — под ними. Мне попалась комната под номером 103. Со мной никто не живёт, а вот девочки поселятся по двое. Так как нам досталось пустое здание, жить в нём будем только мы. «Точно чей-то злостный заговор», — пролетели усталые мысли по ходу движения со всеми. — Наташа?! — удивился я, увидев знакомую персону возле перил на втором этаже. Девочки, кажется, тоже её заметили, как и она нас. Наташа спустилась сверху, держа смущённую улыбку на лице. — Вот так совпадение, — улыбчиво произнесла она. — Тоже решили сюда поехать? — Хмпф! Да, — прохладно ответила Ульяна. — Только почему ты здесь? Другим девушкам тоже хотелось знать, судя по виду, особенно мне! Я-то думал, что больше не увижу её, а она здесь! «Что за гарем-то выходит у меня?! Не такой ягодной жизни я хотел…» — устало произнёс про себя, продолжая ожидать от неё ответа. — Ну, — украдкой зацепила она меня взглядом, — захотелось просто тоже. Меня этот взгляд напрягает. Ты что удумала, Наташ?! — Захотелось тоже? — подозрительно переспросила её Ульяна. В этот момент вздохнула Лера. — Это я сказала ей о поездке сюда, — произнесла она, ставя руку на пояс. Все девочки, в том числе и я, уставились на неё. — Не смотрите так на меня. Она тоже член нашей команды по созданию новеллы. Будет лучше, если все мы будем в одном месте. В её словах ощущалась доля истины. Как-никак, когда вся группа разработчиков игры в одном месте, легче создавать её. Сестра мыслит уже как разработчик, похвально, что ещё сказать. «Только почему ты не предупредила нас всех, чертовка?! Сама же знаешь, что было в прошлом между Наташей и мной. Да и девочки тогда, вроде, не совсем приняли её по отношению ко мне…» — И давно ты здесь? — спросила Вика. — Днём приехала сегодня. — Понятно, — только кивнула Вика. — Ладно. Хватит этих бессмысленных разговоров. Пойдёмте уже к себе в комнаты, — сказал я. — Завтра разберётесь и поговорите как следует. Перехватил сумку с вещами поудобнее и пошёл вперёд, оставляя девушек наедине. Мне требовалось отоспаться и принять тот факт, что спокойной лагерной жизни мне точно ждать не придётся. А я только понадеялся на лучший исход… Чёрт! Открыл дверь. Комната оказалась небольшой. Я не стал раскладывать вещи, просто разделся, постелил постельное бельё и вырубился, как только прикоснулся к мягкой кровати.
