Boy with Luv

                                         

***

                           

Hannah Bahng — perfect blues

      

                                       Со вчерашнего дня всё изменилось. Конечно, не кардинально, да и это было бы странно, но ощутимо и заметно. Например, утра теперь были до зубодробительного слащавые, как в любимых дорамах Сону, но нравилось ли ему это? Кажется, он готов повернуть время вспять.       — Чимин позвал нас уже трижды, куколка, — ворчит Джей, обнимая Сону сзади и утыкаясь носом в его сладко пахнущую шею. Сону закатывает глаза, поправляя клетчатый галстук.       — Я должен собраться. Папа знает, что это занимает много времени, — цыкает он языком. — А зовёт он нас трижды потому, что он думает, что я тут не в школу собираюсь.       — Что же ещё ты можешь делать?       — Ну, даже и не знаю… Сону фырчит насмешливо, глядя в отражение на Джея, что елозил губами по его шее под высокой стойкой белого воротничка, крепко обнимая за талию и прижимая спиной к себе. Что мог подумать Чимин, зная, что Джей и Сону провели очередную ночь вместе, а утром так долго собирались? Очевидные для двух влюблённых подростков вещи. И это-то Сону и не нравилось, потому что вчера с Чимином он поговорить не смог. Они с Чонгуком вернулись поздно, и Сону с Джеем уже спали в его комнате. Но сегодня: Чимин не упустит возможности расспросить Сону обо всём, наверняка, решив отвезти его в школу; Чонгук не упустит возможности отпустить какую-нибудь несмешную и нервную шутку. И вот ещё почему Сону так оттягивал момент совместного завтрака.       — Fine, — сдаётся Джей, отлипая от Сону и чмокая его в челюсть. — Беру огонь на себя и выхожу первым.       — Не забудь подраться с папой за возможность везти меня в школу, — усмехается Сону, подступая ближе к зеркалу и проверяя ровность прорисованных стрелок.       — Боюсь, что сдамся ему сразу же, куколка, — посмеивается Джей, накидывая джинсовую куртку, лежащую на кровати Сону и салютуя ему. — Жду тебя внизу.       — Я не буду в белом. Джей закатывает глаза на эту отсылку ко всем свадебным традициям и качает головой, выходя из комнаты и оставляя Сону одного. Улыбающегося своему отражению. И да, это было до жути слащаво, до странного в груди спокойно, но так хорошо. Так правильно и неправильно одновременно, что всего за несколько дней его жизнь вот так круто изменилась. Ещё казалось вчера он ненавидел Джея, куксился на Чонгука, и вот уже они готовы были завтракать вместе, как почти примерно образцовая семья. С небольшим разве что исключением. Застёгивая пуговицу на клетчатых прямых брюках, Сону подхватывает свою школьную сумку, сменившую сегодня рюкзак, и выдыхает, прежде, чем открыть дверь и услышать смех с первого этажа. Он даже зависает ненадолго в дверном проёме. Он слышит басовитый смех Чонгука, звонкий перелив своего папы и тихий смешок Джея. И поверить не может в то, что, спустившись, ему не нужно будет вновь закатывать глаза и делать вид, что ему всё это не нравится. Улыбаться так широко ему конечно тоже не нравится, не в его стиле, но он ничего не может с собой поделать, когда сбегает по ступеням, сияющими глазами оглядывая кухонную зону и стол, за которым все уже собрались. Только взгляд его всё равно первым находит тёплые тёмно-карие глаза.       — Доброе утро, спящая красавица, — прыскает смешком Чонгук, оборачиваясь с кружкой кофе у губ. — Как спалось? И нет, Сону всё же приходится закатить глаза, но совсем беззлобно, пока он подходит к столу, садясь рядом с Джеем, что тут же подвигает к Сону чашку с кофе.       — Крепко, — лишь фырчит Сону, приникая к белому краю и делая короткий глоток. Он ощущает на себе внимательный, хоть и мягкий, взгляд Чимина, но старается не подавать вида.       — Львёнок? — зовёт тот.       — М?       — Сегодня…       — …Джей повезёт меня в школу, — перебивает папу Сону, бросая на него короткий взгляд и тут же отводя его на еду на столе. — А после мы с ребятами пойдём гулять и я приеду сам.       — Заметь, Чимин-а, — ухмыляется Чонгук, подбивая Чимина локтем в бок и кивая на Сону. — Весьма учтивый отказ.       — Весьма хитрозадый, я бы сказал, — качает головой Чимин, упираясь локтями в стол и складывая пальцы в замок, пока рассматривает то, как любезно Джей намазывает для Сону тост творожным сыром, пока Сону спокойно выжидает. — И что, даже нет желания поговорить с папой о последних новостях?       — У нас будет куча времени, когда Джей уедет, — морщит нос Сону, когда Джей предлагает ему авокадо.       — Да, например за завтраками, когда тебя больше некому будет вот так обслуживать. Сарказм Чимина не колючий, они с Чонгуком даже обмениваются смешками после. А у Сону вот от этого снова колет обида в груди. Потому что да, Джей уедет на целых полгода, и Сону придётся завтракать одному, ездить в школу одному или с Чимином, засыпать в пустой и огромной кровати одному. Он принимает тост из рук Джея и опускает голову, утопая в своих мыслях. Разговоры за столом любезно меняют тему, Чонгук о чём-то шутит, стараясь не затрагивать тему развода и отъезда Джея. Сону совсем погружается в свою голову и едва ли выбирается во внешний мир, когда они с Джеем оказываются в машине по пути в школу.       — Ты собираешься все следующие шесть месяцев вот так грузиться? — вздыхает Джей, поглядывая на Сону, что задумчиво жевал губы, глядя в окно с пассажирского сидения.       — Возможно, — бурчит он.       — Я ведь не уезжаю на отдалённый остров, где не будет связи до твоего выпуска, чего ты? — снимая одну руку с руля, Джей опускает ладонь на колено Сону, сжимая не сильно. — Мы будем созваниваться каждый день. Хочешь каждый час?       — Фу, не хочу.       — Три часа? Джей пытается шутить, но Сону лишь поджимает губы и накрывает его руку своей, начиная перебирать узловатые пальцы.       — Ну неделю мы так будем. Ну, ладно, месяц. А потом что? Мать снова запряжёт тебя сёстрами, конец твоей учёбы и диплом близко, тебе надо готовиться. Те же суды…       — Эй? Не взирая на время, Джей тормозит прямо за поворотом к школе и поворачивается к Сону, переворачивая руку и сжимая ей пальцы Сону в своих. Он смотрит на его опущенную голову, надутые губы, види как Сону изнутри кусает щёки и невесомо проводит костяшкой пальца по одной из них.       — Какие бы дела у меня не были, это не значит, что я забуду об обязательствах.       — То есть тебя…       — Нет, — тут же обрывает Джей, прекрасно понимая, как Сону хотел выкрутить его слова. — Нет, но это одна из важных частей отношений, Сону. Обязательства. И, кроме любви, уважения и всего прочего, у меня перед тобой есть обязательства. И это не плохо. Например, — говорит он притягивая руку Сону к своим губам и целуя внешнюю сторону ладони, — предупреждать тебя, если мне нужно будет куда-то пропасть больше, чем на три часа. Говорить тебе, если я болею, но тут же уточнять, что я лечусь, чтобы ты не надеялся, что я как можно скорее умру и всё моё наследство станет твоим. Сону тут же вскидывает голову и уставляется на улыбающегося Джея распахнутыми глазами.       — Чего несёшь?!       — Зато ты, наконец, на меня посмотрел, — хмыкает Джей. — Например, — продолжает он, — звонить тебе утром и перед сном, как минимум.       — Почему бы это обязательство?       — Потому, что я обязан убедиться, что ты проснулся и не опоздал в школу, хорошо спал ночью и также хорошо уснёшь вновь. У Юнги вот тоже есть перед тобой обязательства, и даже больше. Выполняет ли он их? Вряд ли.       — И при чём тут мой отец? — закатывает глаза Сону, вздыхая.       — При том, что у тебя всю жизнь был неправильный пример мужчины и хороших отношений перед глазами. Ну, — куксится Джей, — не то, чтобы у меня был хороший пример именно отношений, но. Но мой отец — прекрасный пример хорошего мужчины. И я просто хочу быть таким же. И, чтобы ты знал, что я — не твой отец, Сону, как бы странно это не звучало сейчас.       — Криповато.       — Я не планирую обещать того, чего не собираюсь выполнять. Джей слегка подтягивает рукав рубашки Сону и целует его в запястье прямо над браслетом.       — Не забывай этого.       — Сперва не облажайся в первый же месяц после отъёзда, — фырчит Сону, но взгляд его теплеет.       — Challenge accepted, — ухмыляется довольно Джей, наклоняясь вперёд и захватывая губы Сону в нежном поцелуе.                            

BTS feat. Halsey — boy with luv

            

              И эта успокоившаяся буря внутри Сону могла превратиться в спокойные волны вместе с тем, как плавно протекали поцелуи один за другим, пока они так уютно были спрятаны за углом школьных ворот. Но резкий стук в окно заставил его задохнуться и резко отстраниться, обернувшись. Глаза его расширились ещё сильнее, когда он увидел вдруг Чонвона с таким же ошалевшим взглядом, взъерошенного и явно чем-то напуганного. Или взбудораженного…?       — Что произошло?! — Сону опускает стекло, к которому тут же припадает Чонвон, задыхаясь.       — За тобой гонятся монстры? — скалится Джей, опираясь предплечьем о руль.       — Вылазь быстрее! — шикает Чонвон на Сону, взмахивая рукой в скупом приветствии Джею.       — Чего…       — Вылазь, говорю, всё пропустишь! Абсолютно дезориентированный Сону, которого едва ли не за шкибот через стекло хватает Чонвон, только и успевает, что обернуться и чмокнуть Джея в губы, прежде чем его буквально вытаскивают из машины. Потому что Чонвон был долговязой и хитрой оглоблей, что умудрился засунуть руку в окно и дёрнуть ручку двери, за шкирку вытаскивая Сону наружу.       — Ты что творишь?! Знаешь сколько эта рубашка стои…ммм!       — Твой шок будет стоить гораздо больше! Чонвон зажимает Сону рот ладонью, поттаскивая его к углу каменного школьного забора и выглядывая из-за него по-шпионски, прижимая к своему боку Сону, что отчаянно пытался брыкаться.       — Я, значит, звоню утром Джейку, чтобы вместе пойти в школу, а этот предатель не отвечает. Ну, думаю, идиота кусок, проспал опять, поехал в школу один. Тебя-то ближайшую неделю вообще бесполезно дёргать, ты вон с братцем своим, — Сону намеренно больно щиплет Чонвона за бок, щуря зло глаза, но Чонвон и ухом не ведёт. — И что ты думаешь? Только я подхожу, смотрю вы там сосётесь, фу кстати! Дохожу до угла и…! Чонвон, всё ещё держа Сону за шкирку как котёнка, толкает его вперёд, заставляя посмотреть в сторону школьных ворот, у которых стояла, держась за руки парочка. И, как только Сону готов уже наорать на Чонвона за то, что он так паршиво с ним с самого утра обращается ради каких-то лобызающихся подростков, один из этих подростков отстраняется, сверкая яркой улыбкой. А Сону готов закричать от шока, уже набирая воздуха в лёгкие и распахивая глаза сильнее, но Чонвон снова сгребает его в охапку, зажимая рот рукой и пряча их за углом.       — Понял, да?! Я вот тоже чуть не заорал.       — Мфмм…! — Сону наконец стряхивает со своего лица руку друга и кричит шепётом: — Когда успели?!       — Я начал складывать дважды два и понял, что Хисын не ночевал дома.       — Что?!       — Я тоже понятия не имею, где они были и как вообще это всё случилось, но теперь у нас вместо невзаимно влюблённого нытика будет слащавая задница, — хнычет Чонвон, но глядя на Сону добавляет. — Вторая.       — Эй!       — Я всё ещё не могу поверить, — шепчет Чонвон, выглядывая из-за угла и снова глядя на милующихся Хисына и Джейка.       — Джейк влюблён в него, кажется, целую вечность. И это, вроде как, должно быть логично, — бормочет Сону, приходя в себя.       — Но нихрена так не ощущается, да?       — Абсолютно. И это правда странно. Нет, они правда рады. Но это было так внезапно. Потому что ещё вчера на Джейке буквально лица не было, будто это ему сказали, что Хисын куда-то уезжает, а уже сегодня они стоят и целуются перед школой. Мило? Безусловно. Обидно? В какой-то степени, конечно.       — Почему он нам не сказал? — хмурится Сону, скрещивая руки на груди и оборачиваясь, когда слышит, как машина Джея наконец отъезжает от школы. Он машет ему рукой, возвращая внимание Чонвону, что пожимал плечами.       — Вот поэтому мне это всё и не логично. Я был бы рад за них честно и искренне, если бы Джейк хоть словом обмолвился о том, что наконец решился признаться Хисыну в чувствах. Но ведь молчали оба, как рыбы.       — У Джейка вечно рот о всякой дичи не затыкается, а тут…       — Ну, не думаю, что они пытаются это скрыть, учитывая, что они сжирают друг друга прямо напротив школы, — кривится Чонвон, поправляя рюкзак на своём плече. — Но то, что Джейк не сказал нам заранее — заслуживает, как минимум, одну оплеуху. Сону кивает серьёзно, хмурясь ещё больше, когда они вдвоём всё же решаются выйти из своего «укрытия» и направиться прямиком к Хисыну и Джейку, что по-прежнему стояли держась за руки и воркуя о чём-то между собой. Так, словно делали это каждый день и ничего сверхъестественного не произошло. Будто Джейк не страд всё это время, боясь признаться.       — Доброе утречко, голубки, — выглядывая из-за расправленных плеч Чонвона, ворчит Сону, глядя на то, как Хисын и Джейк медленно, совсем неторопливо отрываются друг от друга, чтобы посмотреть на них.       — И какого ж хрена? — вместо приветствия нападает Чонвон, хватая Джейка за шкирку также, как и Сону минутами ранее.       — Воу! Эй, Вон-а, успокойся!       — Чонвон. И только мягкий, но строгий голос Хисына заставляет Чонвона разжать хватку, но неплохо так перед этим встряхнуть Джейка.       — Друг называется.       — Друг! — протестует Джейк. — Я может вам сюрприз хотел сделать?!       — Да я чуть инфаркт не получил! — охает Чонвон.       — Также, как, когда Джей поцеловал Сону…? — осторожно спрашивает Джейк.       — Хуже! А затем расплывается вдруг в довольной улыбке, хлопая Чонвона по плечу.       — Вот и славненко. Этого я и добивался.       — Ну, вы может нам правда расскажите? — вздёргивает бровь Сону, глядя попеременно то на Хисына, то на Джейка.       — Обязательно, — кивает старший. — Как только вы сходите в школу и отсидите все уроки. Марш, — кивает он головой и шлёпает по бедру Чонвона. — Иначе маме расскажу, что прогуливаешь.       — А я…а я…       — Она знает.       — Даже мама знает, а я нет?! — Чонвон хватается за сердце. Сону кривит лицо. Чонвон никогда не был таким драматчиным, как он. Кажется, их дружба хреново на Чонвона влияет, но об этом Сону подумает позже.       — Марш в школу, Чонвон. И ты Джейк, — Хисын серьёзно смотрит на них двоих, но не сдерживает короткой усмешки, глядя на довольное и влюблённое лицо Джейка. — Я заберу вас после школы.       — Если мы идём с вами, как парочкой, то я беру Дея, — сдаётся Сону, поднимая руки и качая головой.       — Я тогда лучше в школе ночевать останусь… Чонвон закрывает лицо ладонями и уходит первым, разворачиваясь на пятках кроссовок и оставляя Сону наедине с парочкой. Ненадолго, потому что Хисын одним только взглядом прогоняет Джейка вслед за младшим братом. Сону, чуть сощурившись, смотрит на Хисына снизу вверх задумчиво.       — Что такое, Ну? — слабо улыбаясь в ответ, Хисын поправляет пальцами копну волос.       — Да думаю вот, — мямлит Сону, кусая щёки изнутри.       — Поделишься? Или тебя тоже, как в детстве отругать и отправить на учёбу?       — Нет, уж, спасибо, — фырчит Сону. — Меня теперь есть кому ругать. И переводит взгляд на дорогу, по которой давно уехал домой Джей. Тяжёлый вздох срывается с его губ, но прежде чем он уходит вслед за друзьями, Хисын легонько ловит его за запястье.       — Проследи за ними? Дураки, подраться ведь могут. Сону вздыхает ещё раз и кивает. Потому, что правда могут. Потому, что Чонвон пусть и не был никогда драмой квин, как Сону, но обижаться умел с самого детства. Мог неделями не разговаривать, в начальной школе и вовсе уходил есть отдельно. Жуткий характер под всей этой милой мишурой с ямочками, и кому только достанется? Сону, кусая нижнюю губу и поднимаясь по ступеням в школу, усмехается сам себе. Про него так всегда говорили друзья и папа. И в итоге достался же, только вот такому же вредному, наглому и характерному. Оглядывая большой холл и лестницу, Сону замечает кроссовки Чонвона, что уже поднимался наверх и устремляется за ним. И, может, следующие полгода не будут такими уж грустными и пустыми, раз теперь у них будет, как минимум, одна парочка под боком, над которой можно будет шутить бесконечно?                                                 

***

                                  

BTS — HOME

                                                    Но все планы ребят, возможно к их счастью, нарушил даже не Джей. А Чимин, который внезапно оказался у ворот школы, ожидая Сону в машине и постукивая пальцами по рулю в такт какому-то треку по радио. Сону непонимающе хмурится и отбегает от друзей, распахивая пассажирскую дверь и заглядывая внутрь.       — Ты че тут делаешь?       — И тебе привет, львёнок, — посмеивается Чимин, убирая свою сумку назад. — Садись.       — У меня дела, пап, ты это знал с утра, — закатывает глаза Сону, но Чимин качает головой.       — У меня тоже дела. И ты нужен мне на них. Друзья, в отличие от Джея, не уезжают уже через пять дней. Это буквально удар под дых и Сону даже открывает рот, чтобы возразить, но странная улыбка папы и ещё одна мысль останавливают его.       — Погоди-ка. Разве ты не должен быть на работе? Твой отпуск кончился сегодня.       — Отпросился. Сказал, что ребёнка из школы встретить нужно, — фырчит Чимин в тон Сону.       — Пап.       — Сону? — с нажимом говорит он, поворачиваясь к Сону и маня его пальцем. — В машину. С ребятами потом увидишься. И нет, если честно, Сону хотелось сбежать, потому что Джей сказал ему, что задержится на работе у Чонгука, а на двойное свидание с бедолагой Чонвоном на хвосте Сону никак идти не хотел. И поездка с Чимином будет прекрасной причиной слинять. Но и разговаривать с папой про их отношения с Джеем, тем более в запертой машине, из которой не сбежать, ему не очень-то хотелось. Но выбора не было и, обернувшись к друзьям, он печально вздыхает, пожимая плечами.       — Не сегодня, ребят, — машет он им рукой; замечает умоляющий взгляд Чонвона не бросать его с новообразованной сладкой парочкой. Но садится вс же в машину, закрывая дверь и пристёгиваясь ремнём.       — Даже не обнимешь их? — вздёргивает бровь Чимин.       — Долгие проводы — лишние слёзы, — ворчит Сону, открывая зеркало сверху и поправляя макияж.       — Я припомню тебе это, когда ты будешь провожать Джея в аэропорту.       — Я привяжу тебя дома к батарее и не пущу на проводы.       — Туше, — фырчит Чимин, качая головой и трогаясь с места.       — Итак, почему ты не на работе? — Сону откидывается боком о пассажирское сидение, скрещивая руки на груди.       — Потому, что у меня есть дела.       — Забрать меня из школы — такое себе дело. Это мог бы сделать и Джей. Колись, хочешь просто устроить мне допрос?       — Было бы славно, — усмехается Чимин, сворачивая по дороге. Сону хмурится, он прекрасно знает их путь до дома Чонгука, благодаря Джею, и сейчас они ехали не туда. — Но допрос я тебе устрою сразу после того, как ты устроишь мне мой.       — Да я вроде как всё спросил…а куда мы едем?       — Не всё, — подмигивает Чимин. — Мне нужно в больницу. Я боюсь иголок, ты это помнишь, а Чонгук со мной поехать не может.       — Хочешь, чтобы мы упали в обморок вместе, па? Я крови боюсь вообще-то, — куксится Сону.       — Вместе всяко веселее. И всё. И Чимин больше не говорит ничего. Улыбается глупо, глядя по сторонам, пока тормозит на светофоре, вздыхает как-то томно и снова и снова барабанит пальцами по рулю под каждый новый трек. Ведь, если Чимину надо в больницу и он болеет, вряд ли бы он так глупо улыбался? Тем более, что ему предстоит сдавать анализы, а перед этим он всегда сам не свой ходил целые сутки. Да, Сону знает, Сону помнит. Но, может, на Чимина так странно повлияла новость об их с Джеем отношениях? А, может, Чимин просто начал по-тихой слетать с катушек…       — А у нас Джейк Хисыну признался, — решает разбавить атмосферу Сону. Чимин округляет глаза.       — Да ты что?! Вот так просто, спустя столько времени? — охает старший.       — Мы сами в шоке. Утром просто увидели их с Чонвоном у школы. За ручку, вот это вот всё.       — «Это всё», что бывает у обычных влюблённых?       — Ага. Чонвон обиделся жутко, не разговаривает с ними весь день.       — Обиделся на то, что ему первому не сообщили такую важную новость? — скашивает заинтересованный взгляд на Сону Чимин.       — Ну, конечно! Ты представь: твой родной старший брат и лучший друг, у которого язык без фильтра — и внезапно не сказали ничего тебе. Это обидно же, — всплёскивает руками Сону. Чимин поджимает губы, кивая.       — То есть, если бы кто-то из нашей, теперь уже большой, семьи рассказал что-то тебе первому, а потом всем остальным — тебе бы это… — он подыскивает слово, сужая глаза. — Принесло большое удовлетворение и чувство важности?       — Па, — закатывает глаза, глядя на родителя Сону. — Зная меня, мне кажется ты задаёшь бесполезный вопрос.       — Риторический.       — А?       — Тот, который не требует ответа, так как он очевиден. Но да. Но я просто хотел услышать, что это всё ещё так и твой нездоровый эгоизм по-прежнему при тебе, — фырчит насмешливо Чимин. Сону гримасничает и отворачивается к окну. — Ты поэтому вчера утром так отреагировал на суд? Потому, что Джей не сказал тебе?       — Ага, — отрешённо соглашается Сону, кусая костяшки пальцев. Чимин понимающе мычит, поджимая губы и легка кивая головой в такт музыки, пока Сону, отвлекаясь от странного поведения папы, снова зарывается в свои мысли. Чёрт их разберёт этих взрослых и что там у них в голове, у него вон на горизонте новая проблема, вдобавок к полугодовому почти-одиночеству. Отношения Джейка и Хисына, при которых второй теперь почти всегда будет присутствовать на их дружеских встречах. Конечно, Сону не то, чтобы и сам частенько гулял с Джейком и Чонвоном…вообще, он чаще таскал с собой в торговые центры Чонвона, предпочитая его более спокойную компанию. Но ведь теперь без Джея ему будет грустно? И наверняка ему захочется больше времени проводить с друзьями…он кривит лицо, и Чимин хихикает, замечая это.       — Что стряслось?       — Думаю о том, что не хочу становиться нуждающимся во внимании щенком, — бурчит Сону, дергая свой клетчатый галстук. Чимин удивлённо приподнимает брови.       — О чём ты, Сону-я?       — О том, что Джей уедет. А я боюсь, что отвык от своего гордого одиночества дома и буду пытаться видеться с ребятами чаще.       — Разве это плохо? Уверен, они будут рады хотя бы в последние полгода видеть тебя почаще.       — А? — Сону растерянно хлопает глазами, совсем не понимая, к чему клонит Чимин.       — Львёнок, — вздыхает тот, паркуясь у глянцевой и переливающейся окнами на солнце клиники; он отстёгивает ремень безопасности, поворачиваясь к Сону. — Вы выпускаетесь через полгода, ты уедешь в Японию. Почему тебя беспокоит только отъезд Джея, с которым вы увидитесь, но не то, что ты больше, возможно никогда, не увидишь лучших друзей? Не говори, что тебе это не важно, я никогда в это не поверю. И вот, вслед за второй проблемой, Сону словно каменной плитой накрывает третья. И, кажется, такая сильная, что он даже слегка съезжает по пассажирскому сидению, начиная осознавать действительность. Он так привык к тому, что Джейк и ЧОнвон — это нестираемая постоянная. Такая себе константа, длинной в двенадцать лет, которые всегда были и будут рядом. Которая исчезнет вот-вот, потому что Джейк останется в Корее, строить отношения с Хисыном и учится в его же университете. Потому, что Чонвон останется здесь тоже, он уже даже заранее подготовил все документы, осталось только экзамены хорошо сдать. И Чимин прав, они будут видеться максимум на праздники, если Сону будет не лень приезжать. А Сону наверняка будет лень, в этом весь он. А потом и их общение через интернет сойдёт на нет. Сону обретёт Джея после выпуска из школы, потому что университет в Америке у того тоже кончится. Но Сону, вероятно, навсегда потеряет лучших друзей. В одночасье.       — Ну, вот, — печально вздыхает Чимин и тянется к Сону, вытирая с розовых щёк слёзы, о которых Сону и не подозревал. — Это был такой хороший день. Прости, Сону-я.       — Всё нормально. — по привычке бравадится тот, отстёгивая и свой ремень безопасности, шмыгая носом.       — Мы поговорим об этом перед сном. Хочешь? Или хочешь обсудить это с Джеем? Сону задумывается. Всерьёз задумывается, глядя в тёплые карие глаза папы. Поговорить с ним перед сном о таком теперь большом переживании? Снова за чашкой какао, в большой гостиной Чонгука, на мягком диване — звучало так до одури заманчиво. И да простит его Джей, но да. Это то, что Сону внезапно очень сильно хотел обсудить с папой. В конце концов, он был свидетелем зарождения этой странной дружбы, он мирил когда-то Чонвона и Сону, что в детстве, вообще-то, много дрались. Это было что-то такое сокровенное только между ними двумя. И почему только все эти глубинные осознания приходят к Сону теперь? Теперь, когда он в общем-то почти взрослый, в отношениях и вот-вот съедет из-под крыла Чимина. Почему вдруг именно сейчас он почувствовал эту странную нужду в папе, спустя столько лет прожжённого эгоизма? С ним определённо что-то было не так. А, может, он просто на подсознании уже чувствовал то, что предстояло узнать. Потому, что, когда они с Чимином заходят в клинику, на которую Сону даже не обратил внимания, вокруг внезапно оказывается слишком много беременных мальчишек, парней и мужчин всех возрастов и внешностей. Сону хмурится, осматриваясь по сторонам, пока Чимин заполняет на стойке регистрации какие-то документы. Сону правда пытается понять, что происходит, но голова его всё ещё слишком забита его проблемами и он, как слепой котёнок, просто следует за Чимином к кабинетам забора крови. Пока они, наконец, не садятся в очередь. Пока Сону не видит в руках папы распечатанный лист с направлением на анализ ХГЧ. В течение напряжённой минуты взгляд Сону мечется от листка к лицу Чимина, что спокойно и выжидающе смотрит в ответ.       — Ты сейчас шутишь же, да? — только и булькает Сону чуть слышно.       — Узнаем, — пожимает плечами Чимин, снова так легко и странно улыбаясь, как в машине. Сону постепенно, очень медленно, начинает складывать дважды два. Вопрос Чимина о новостях, его поведение, состояние, больница и направление. Ярые попытки Чонгука оградить Чимина от всех судебных дел, хотя папа Сону не хрустальный и перенёс бы спокойно новость об оскорблении себя. Возможно, просто нашёл бы кого-то в Америке, кто поджёг бы машину матери Джея, но не более. Сону моргает раз, другой.       — Как давно?       — Подозревать начали в конце отпуска, — фырчит Чимин, вздыхая и глядя на листок, в котором прописаны его данные. — Очень удачно подвернулся под руку суд и мы смогли вернуться сюда, чтобы всё проверить.        Сону пытается посчитать в своей голове всё, что только можно.       — Мы переезжаем не из-за этого?       — Нет. Переезжаем мы из-за свадьбы и из-за того, что мы с Чонгуком в принципе уже почти семья, — Чимин усмехается, поддевая Сону плечом. — Переезжаем всё-таки?       — Ой, не начинай, — морщит нос Сону, отмахиваясь. — И не съезжай с темы. Получается, если это всё подтвердится, то ты не родишь до моего отъезда?       — Если да, то чуть позже.       — А как же свадьба? Что, с пузом будете у алтаря стоять? Скажут же, что по залёту поженились, — скулит Сону, закрывая лицо руками.       — Скажет «кто»? — хмыкает Чимин, ласково ероша волосы Сону на затылке. — Плевать мне, знаешь же. Тем более все, кто надо, знают, как долго мы с Чонгуком вместе. И что это, в общем-то, логичное развитие событий для двух взрослых людей, готовящихся стать официальной семьёй.       — Костюм не сойдётся, — ворчит Сону в свои ладони.       — Закажем новый, не беда. И прежде, чем Сону находится с очередной репликой, Чимина вызывают в кабинет. А на телефон Сону приходит смс. От кого: Дже-я «Я знаю где ты. :) Как только будут новости — отпиши. Не могу уехать от отца, он смотрит в одну точку уже час: D» Сону откидывается спиной о стену и блокирует телефон, также как и Чонгук, уставляясь теперь в одну точку, на дверь кабинета забора крови, за которой исчез Чимин. Как, просто как в его маленькой и предсказуемой жизни, за один день могло случиться столько всего и сразу? Как за один месяц его жизнь, жизнь его друзей и семьи поменялась настолько, что Сону теряется уже в ощущениях? Рад ли он, что у него будет брат и сестра? Да понятия он не имеет, его семнадцать лет растили единственным цветочком, на которого тратили все силы, ресурсы, время и нервы. Но он скоро уедет, а Чонгуку и Чимину очевидно захотелось общего ребёнка, раз уж старшие уже выросли. Рад ли он за Джейка и Хисына? Да, вроде как, да. Ведь Джейк больше не будет ноющей занозой с безответной влюблённостью, и после школы точно не будет один. Рад ли Сону за то, что, если всё будет хорошо, они с Джеем тоже устроят свою жизнь в Японии, если Джей согласится туда переехать? Конечно, да. Он теперь вообще без Джея света белого не видит. И это, наверное, плохо. Но Сону так всё равно. Ещё бы, конечно, в круговороте этих мыслей и событий не забыть про самое главное — экзамены, которые, если Сону не сдаст, не дадут ему попасть в университет в Японии, о котором он грезит с пятнадцати лет. Но экзамены, воистину, последнее, о чём он может сейчас думать. У него впереди ещё полгода, чтобы о них подумать, а долгожданные отношения друзей и вторая беременность папы вон только раз впервые случаются. Когда Чимин наконец выходит из кабинета, бледный, как полотно, на его локтевом сгибе красуется пластырь. Чимин сразу же протягивает ему бутылку воды, которую достаёт из сумки Чимина, стоящей рядом.       — Результат через два часа, — бормочет Чимин, отпивая воды. — Бояться иголок я так и не перестал.       — Джей написал, что Чонгук себе места не находит. Написать им, что ему придётся сходить с ума ещё два часа? Чимин прыскает смешком и кивает.       — Напиши. Или можем поехать к ним и сходить с ума вместе? Сону прикидывает, насколько абсурдно это будет выглядеть. Но мысль забрать Джея с работы Чонгука и оставить с ним Чимина — кажется ему слишком заманчивой. Никакой радости сидеть с двумя нервными родителями в одном помещении теперь, когда они знают об их отношениях, Сону не испытывал.       — Поехали. Джей говорил, что в офисе Чонгука на первом этаже вкусное мороженое, — вспоминает Сону, поднимаясь с кресел ожидания.       — И булочки, — подмигивает Чимин. — И твой любимый кофе. Там вообще хорошая кофейня, знаешь. Сону ещё не знает. Сону всё ещё растерян и, кажется, понимает Чонгука. Сону вообще в последнее время как-то слишком много всего начинает понимать. Взрослеет?