Путь Гордого Бессмертного Злодея ко спасению

      - С каких это пор миссии этого мастера твоего ума дело? Насколько мне помнится, не ты глава этой школы!       - Не пытайся выкрутиться с помощью своих грязных трюков. Я поймала тебя с поличным! - Ци Цинци сверкнула опасной улыбкой, тут же спрятав её. Она возвышалась из-за спины Юэ Цинъюаня: вызывающе дерзкая, но отлично играющая невинность перед своим любимым шисюном. Ей было, чем гордиться: ведь она разоблачала мерзкого извращенца, схватив его за руку прямо перед носом его благодетеля. Благодетеля, который наотрез отказывался видеть всё гнилое нутро этого ничтожества.       - Чжанмэнь-шисюн слишком достойный человек, чтобы знать о подобных местах морального разложения и порока, но ему не надо беспокоиться: у него есть эта шимэй, которая не даст ему принять неверное решение и передать эту миссию Цинцзин!       - Ци Цинци, ты переходишь все границы!       - Ха! Уж кто бы говорил! - парировала она, гордо вскинув голову. И тут же взгляд её смягчился, в нём появилась нежность, когда она обратилась к своему главе, взывая к его чувствительности.       - В том районе есть известный дешёвый бордель... Не стоит посылать туда потенцального... клиента. Того, кто ждёт не дождётся возможности развлечься в подобного рода местах под благовидным предлогом. Есть среди нас и те, кто в самом деле заботится о сохранении лица и честном выполнении миссии.       - И ты ещё смеешь критиковать мои методы! Вот потеха! - Шэнь Цинцю язвительно хохотнул, скривив губы в усмешке, изображая недоумение. - Нечего сказать: смело со стороны шимэй, которая, получив свой пост и пообещав следовать учению Чжэн-шишу до конца, отменила на неопределенный срок все проекты поддержки бывшей госпожи Сяньшу по оказанию помощи молодым простолюдинкам с потенциалом к совершенствованию. Под предлогом "нехватки средств", но Цинцю доподлинно известно, что владыка Аньдин предлагал особый финансовый план для решения этой проблемы, который так и остался на бумаге... Интересно, почему?       - Шэнь Цинцю! Не пятнай своим грязным языком репутацию Сяньшу! - прорычала она, пытаясь наброситься на него. Но Юэ Цинъюань, к её огорчению, подоспел вовремя, пресекая её попытку. - К твоему сведению, эта госпожа не нуждается в новых учениках. Я придерживаюсь философии, что качество важнее количества.       - Я наступил на больную мозоль, сестра Ци? - он смерил её уничижительным взглядом, словно рассматривал насекомое. - И ты ещё смеешь заявлять, что это я ставлю свои интересы выше дела?       Пока его боевые брат и сестра продолжали на его глазах оплёвывать один другого ядом, норовя выцарапать друг другу глаза при первой же возможности, глава Юэ улучил момент, чтобы повнимательнее рассмотреть того, кто сейчас прикрывался веером, изображая беззаботность. Но многолетняя дружба говорила ему о том, что это лишь фасад, не отражающий истинного настроения его друга. Переведя взгляд на главу Сяньшу, он отметил, что та сейчас - напротив: явно наслаждалась ссорой, хотя всем своим видом пыталась показать обратное.       Оба сейчас были неискренни в выражении чувств.       Он скривил губы в скорбной гримасе, наблюдая за очередным, уже не в первый раз вспыхивающим спором двух бессмертных мастеров. У них всегда были разногласия, начиная с ученических лет, и ему об этом было известно, но в последнее время казалось, что их перепалки становятся всё более частыми и напряженными. Ему оставалось лишь печально вздыхать, гадая, сколько ещё будет длиться их противостояние.       Но сейчас его волновало не это. Обращаясь к своему возлюбленному сяо Цзю, он решительно заговорил.       - Цинцю-шиди. Это правда?       - ...       - Конечно же правда! Неужели же шисюн решил, что эта шимэй стала бы вмешиваться попусту? - она скрестила руки, с отвращением уставившись на вульгарного и распущенного негодяя перед собой. Она никогда не простит такого отброса! - Его ночные похождения постоянно угрожают чести этой школы. О каком достоинстве мы можем говорить, если один из наших пиковых владык - главный герой подобных мерзких слухов!       - Закрой свой рот, Ци Цинци, - Шэнь Цзю предупреждающе наставил на неё палец. Его терпение висело на волоске из-за того, с каким пренебрежением она порочила происхождение его дорогих сестёр. - Не заставляй меня терять уважение к тебе .       - Цинцю-шиди, пожалуйста. Не уходи от темы, - настойчиво умолял Юэ Цинъюань, не сводя глаз с напряженной фигуры шиди, уже не надеясь получить обнадеживающий ответ. - Так правда это или нет?       - Конечно, правда! Он всё знал! Иначе почему он так защищается?..       - Ци-шимэй, пожалуйста, - он поднял руку, призывая её замолчать. - Я сейчас говорю с Цинцю-шиди, позволь мне.       - ...       - Я спрошу вновь. Ты знал, что в этом районе есть бордель?       - ...Какое это вообще имеет значение?       - Понятно.       Вздохнув, Юэ Цинъюань взял из рук шимэй свиток и углубился в чтение. После чего вернулся к столу, на котором невидимый миру грызун, развалившись, наблюдал всю перепалку от начала до конца, и сел на свое место, не выпуская из рук запрос о помощи. Поразмыслив пару минут в глубокой тишине, он, наконец, определился и вручил свиток главе Сяньшу.       - Я принял окончательное решение. В свете последних событий и исходя из соображений практичности и убедительности доводов, приведенных Ци-шимэй, миссия по спасению юной госпожи У будет передана феям Сяньшу под руководством главной ученицы Лю Минъянь.