Путь Гордого Бессмертного Злодея ко спасению

Поэт — венец природы, бог.

Не оскандалиться и мне бы,

Лежу на крыше, шлю плевок

В астрономическое небо.

Где звёзд сверкает череда,

Летит плевок мой, как ракета...

Родится новая звезда

По имени «Плевок поэта»

Взлёт был рассчитан, точен, крут.

Казалось, будет всё в порядке,

Но через несколько минут

В плевке возникли неполадки.

Небесных не достигнув тел,

Сойдя с орбиты, очевидно,

Плевок обратно прилетел,

На место старта, что обидно...

Утёрся... Размышлений нить

Трагично рвётся... Ум мой скован.

А главное, кого винить

За то, что я лежу оплёван?!

Александр Иванов "Космическая неудача" (пародия)

      - Довольно. Я услышал достаточно. Ты дал исчерпывающие объяснения и я со своей стороны могу лишь удовлетворить твоё ходатайство, - вздохнул глава Юэ, усталым взглядом пробегая документальные свидетельства и живописные доказательства погрома Цинцзин. Он рассеянно обводил пальцами контуры изображёний, ощущая под рукой шероховатость тушечных штрихов. - Согласно "Руководству добродетельного ученика: правил горной школы Цанцюн", наказание за посещение учеником борделя составляет пятьдесят ударов плетью. В последний задокументированный раз...       Взгляд главы школы метнулся ко второму по старшинству горному лорду Цанцюн, который его проигнорировал.       Но все и без того поняли, что глава Юэ имел в виду.       - ...Наказание составило шестьдесят семь ударов. Но поскольку нынешний случай был не в пример более вопиющим и позорным, наказание будет увеличено за организацию подпольной вечеринки, закончившейся оргией с куртизанками.       Ни один из присутствующих пиковых лордов не осмелился прервать речь своего лидера, молча дожидаясь его вердикта: каждый со своими надеждами.       - Наказание для каждого провинившегося ученика пика Байчжань составит сто ударов плетью за коллективное соучастие.       - Шисюн?...       - Я ещё не закончил, Цингэ. Кроме того, все они должны будут принести публичные извинения, стоя на коленях перед двенадцатью пиками в течение одного шичэня каждый.       Решение было окончательным, и Лю Цингэ ничего не оставалось, кроме как, нахмурясь, принять свою судьбу с гордо поднятой головой, полагая, что его ученикам пойдёт на пользу подобное справедливое наказание: будут знать и в следующий раз подумают дважды, прежде чем безобразничать. Хотя количество плетей, сопоставимое с тем, что когда-то получил Шэнь Цинцю, оставляло горький осадок в душе.       - Это наказание только за бордель.       - Этот шиди согласен с приговором, - со вздохом произнёс Лю Цингэ, соединив руки в воинском приветствии и кланяясь главе, послушно принимая вынесенный им вердикт. - Этот мастер обязуется исполнить волю Чжанмэнь-шисюна.       - Я знал, что ты поймешь, Лю-шиди. Ты всегда был верным и праведным, - с облегчением вздохнул глава и повернулся к "жемчужине своего сердца" с льстивой улыбкой. - Итак, Цинцю-шиди. Какие у тебя ещё есть требования, помимо денежной компенсации?       Момент, о котором он грезил с тех самых пор как, вернувшись к себе на пик, обнаружил тот в состоянии полного хаоса. Мечты о мести, наконец, воплотились в реальность. И что могло быть слаще, чем пожинать их плоды? Он поверить не мог в то, что Лю Цингэ, "золотое дитя" школы, сверзился, наконец, со своего облака, опустившись на грешную землю.       Но если в чём-то он и был уверен, так это в том, что не позволит кому бы то ни было смотреть в его сторону с пренебрежением и безнаказанно ему хамить.       - Мои требования... - он на мгновение задумался. В кои-то веки он не чувствовал напряжения. У него словно камень с души свалился: он ощущал себя сейчас легко и непринуждённо, радуясь своему триумфу. Скосив глаза, он послал долгий взгляд своему странному внезапному союзнику, и его вдруг осенило. Воодушевлённый, он решил ковать железо пока горячо.       - Требования этого мастера ясны и понятны. Первое: я требую полного и окончательного запрета для адептов Байчжань посещать пик Цинцзин под каким бы то ни было предлогом отныне и до века. Второе: я желаю, чтобы адепты Байчжань помогали пику Аньдин с перевозкой и доставкой грузов в течение как минимум четырёх месяцев, вместо их обычных ночных охот за пределами школы.       - Я могу позволить тебе наказать их по своему усмотрению, но это уже слишком! - Лю Цингэ стиснул зубы. Он скрепя сердце согласился с запретом, но что касается принятия остальных условий (А шисюн ещё, чего доброго, список составит. С него станется!) - то это будет означать, что всё его прежнее расписание на ближайшие четыре месяца полетит под хвост гуевой бабушке, и нужно будет срочно составлять новое! - На этой неделе у меня с ними уже было запланировано мероприятие: собирался сводить их на демонстрацию снятия шкуры с ядовитого монстра!       - Увы. Зато теперь можешь использовать это время, чтобы своих собственных монстров обучить приличию и привить им пару хороших манер, соответствующих высоким стандартам клана Лю, - не прогнулся учёный. Его глаза, обращённые на шиди, насмешливо сверкали. - А заодно они научатся не портить чужое имущество, если будут вынуждены убирать за собой последствия.       - Тц! Шэнь Цин...       - В самом деле... Замечательная идея!       - Чжанмэнь-шисюн!!!       Последнее заявление Шэнь Цинцю больше всех поразило даже не Лю Цингэ, которого оно непосредственно касалось, а Шан Цинхуа. Он недоверчиво покосился на своего шисюна, растерянно открывая и закрывая рот, и, опустив голову, застыл, уйдя в себя и не обращая внимание на происходящее вокруг.       Как ни старался, он не мог найти ни капли логики в действиях Шэнь Цинцю. Ничего не сходилось, и итог этого противостояния поверг ответственного за логистику школы Цанцюн в полное недоумение: он не мог взять в толк, с чего вдруг этот человек столь любезен по отношению к нему, добиваясь ради него одолжений, о которых он никогда не просил. Хотел ли он таким образом отплатить ему, чтобы не быть у него в долгу? В этой версии было больше смысла, чем в рассуждениях о внезапно воспылавшей сердечной дружбе или невесть откуда взявшемся восхищении.       Хотя он и был благодарен, но всё же сожалел о потере возможности иметь Шэнь Цинцю в должниках на всякий пожарный. Тем не менее он был в выигрыше, и выигрыш был весомым.       По крайней мере, в ближайшие несколько месяцев будет кому разделить тяготы его трудов праведных.       - Цинцю-шиди, хотя у меня нет возражений, что провинившиеся должны принять участие в оказании помощи Шан-шиди в его работе, - осторожно закинул удочку Юэ Цинъюань, ставя под сомнения высказанные шиди требования, опасаясь последствий для рабочей атмосферы в школе. - Наложить запрет на целый пик... Не чересчур ли это?       - Я не из тех, кто отступает, Чжанмэнь-шисюн. Как и Шан-шиди, который любезно помог мне в трудную минуту, когда мне больше не к кому было обратиться, - упрямо продолжил он гнуть свою линию, изо всех сил стараясь не поддаться обаянию этих прекрасных глаз, взгляд которых так часто заставлял его сдаться без боя, смиряясь и наступая себе на горло. - Если кто-то из этих отродий снова посмеет причинить вред моим или его ученикам, я немедленно придам это огласке. Мне всё равно.       - Цинцю-шиди...       - Не испытывай моё терпение, ты знаешь, на что я способен. Я уже и так был достаточно добр. Чего ещё ты хочешь?       - Ха... Он ещё смеет заявлять, что был добр! - взвился было разъярённый владыка Байчжань, спохватившись в последний момент. Он изо всех сил старался не взорваться, с трудом удерживая свою силу под контролем. Этот урок он уже усвоил ранее у себя дома, когда в присутствии родственников ему пришлось терпеть нелицеприятные шепотки в свой адрес, клеймившие его "незрелым" и "неуклюжим", которые его бабушка с разочарованием во взгляде приняла как должное.       - Этот мастер всё понял. Он принимает решение Юэ-шисюна... Байчжань принимает условия Шэнь Цинцю.       Ему пришлось уступить, выбора не было. Во имя своего пика он должен был остановиться, потому что, несмотря ни на что, понимал: если он позволит себе поддаться на провокацию и потерять контроль, то угодит прямиком в ловушку этой змеи, которая не преминет тут же этим воспользоваться, чтобы провозгласить свою окончательную победу над ним. И если в чём-то он и был уверен, так это в том, что именно Шэнь Цинцю виноват в его позоре. Проблема была только одна: у него не было никакой возможности это доказать.       Его ученики действительно осрамили его, поставив в затруднительное положение. А его шисюн воспользовался этим.       Лю Цингэ не был дураком, он уловил во взгляде главного ученика Мина, что тот что-то знает. Как бы юноша ни пыжился, строя из себя храбреца, на деле запугать его не составляло никакого труда. Он запросто мог внушить ему страх одним своим взглядом, и когда ничего не подозревающий мальчик, встретившись с ним глазами, тут же отвёл их, мастер пика Ста Битв окончательно уверился в своих подозрениях.       Вот ты и выдал себя!       - Ах, Цингэ. Хотя тебе пришлось нелегко, приятно видеть, как ты стоически принимаешь последствия действий своих учеников, и... Цинцю-шиди, пожалуйста, не смейся над ним, - натужная улыбка главы школы дрогнула при звуке сдавленного смешка Шэнь Цинцю.       - Тц! Зато теперь-то ты вне себя от счастья!       - Шиди, хватит, - прервал Шан Цинхуа, сочувственно кладя руку ему на плечо. - Не протестуй больше. То, что твои ученики неправы, - это факт. Если ты не возьмёшь на себя ответственность за их проступки, это только ухудшит твою репутацию. Прими любезность Шэнь-шисюна и решите всё мирно.       - ...       - Да, шиди. Этот Цинцю готов простить.       Было видно, как лорд Цинцзин с трудом подавляет победоносную улыбку, даже особо не пытаясь звучать убедительно. Прикусив внутреннюю сторону щеки и прижав два пальца к губам, он с вызовом смотрел на владыку Байчжань. Услышав звук системного уведомления, Шэнь Цинцю перевел взгляд на знакомый вспыхнувший перед ним экран, на котором одна за другой, сменяя друг друга, бежали строки, в то время как механический голос пел ему дифирамбы за успешно выполненную миссию.       [Поздравляем, горный владыка Шэнь!]       [Деловые люди всегда в тренде!]       [Учёт ресурсов...]       [Вычисление... Загрузка данных... Вычисление...]       [Доложить о пике Байчжань главе школы: есть!]       [Ремонт пика Цинцзин: полный вперёд!]       [Предотвращение попытки махинаций со стороны скользкой крысы: готово!]       [Вот так сюрприз! + 89 бонусных очков x3 чистыми].       [Взыскание ущерба с пика Байчжань...]       [Люди могут предать, но деньги - никогда!]       [+???? Очков начислено персонажу "Шан Цинхуа"]       [-???? Очков снято с персонажа "Лю Цингэ"]       [+???? Очков начислено персонажу "Юэ Цинъюань"]       [Отличная работа! Так держать!]