Fade to black

В доме Блэков есть одна маленькая закономерность. Наследник, запасной, наследие только по мужской линии. Неважно, кого выберет нынешний Лорд. У этого человека должен быть наследник и запасной. Наследник и запасной и никак иначе. Неплохо бы иметь и девочку для заключения выгодных союзов, но это вторично, поверьте. Регулус Кохаб Блэк был третьим ребёнком главы семьи. Он мальчик. Он мальчик и это единственное, что радует его родителей. Регулус болезненный и хрупкий ребёнок, совсем не такой, как крепкая жилистая Ликорис или твёрдый немногословный Арктурус. Регулус провёл первые три года своей жизни на самой грани между жизнью и смертью. Его матушке здоровье уже не позволяло родить ещё одного ребёнка, потому она пылинки сдувала со своего второго сына. Но на третий год Сириусу надоело ждать, пока запасной выздоровеет. Регулус Кохаб Блэк выздоровел на третий год своей жизни. Геспер Блэк в девичестве Гамп умерла родами. Безымянная девочка ушла вслед за ней. Жизнь за жизнь. Регулус не наследник и это несколько упростило его жизнь. Он тихий, слегка мрачный ребёнок, которым занимались няня и домовые эльфы. Он не плакал, он не клянчил ничего. Его первой магией было заклятие немоты на портреты в галерее, где он любил сидеть и разглядывать картины. Регулусу нравились пейзажи, а портреты мешали. Он предпочитал проводить время в тихом поместье, когда его брат с сестрой выходили в общество. Он предпочитал сидеть на коленях тёти и слушать, как она читает. Он быстро научился читать сам. Если честно, мальчиком должна была родиться Ликорис. Ей бы очень подошло, она могла бы представлять семью там, где Арктурусу появляться уже было зазорно. Она могла бы быть первой там, где Регулус не стал бы даже четвёртым.

***

«Давай сыграем в игру,» — заговорчески зашептала Ликорис. Ей семь, но пятилетний брат почти доставал её по росту. Регулус редко выигрывал, когда они с Ликорис играли, особенно в догонялки. Он постоянно путался в ногах. «Ты всегда выигрываешь,» ответил ей Регулус. Она была старше, уже умела делать некоторые заклинания одной из семейных волшебных палочек. Против неё было сложно играть. Ликорис поджала губы и скуксилась. «Это игра без проигравших,» наконец произнесла она. Регулус наклонил голову. «Так не бывает,» пробормотал он. Ликорис улыбнулась. «Ещё как бывает! Давай расскажу,» — и она начала шептать брату на ухо новую игру. Игру, в которую они будут играть ближайшие пятьдесят лет.

***

Никто и не думал останавливать их. Арктурус проводит все свои дни в учёбе, ему почти одиннадцать и он не может опозорить Дом Блэк. Отцу важно лишь то, что они живы и не попадаются на глаза. Тётя Бельвина вышла замуж, а о дяде Финеасе больше нельзя было говорить. Тринадцатилетнему дяде Сигнусу они мало интересны. Только дядя Арктурус мог бы что-то сказать, да только вот его не подпускают к племянникам. Дядя Арктурус женился на девушке, у которой бабушка была грязнокровкой. Регулус стал Ликорис, вначале всего на пару часов, постоянно боясь, что их обнаружат и накажут. Потом дольше, осознав, что никто не замечает. Это было весело — стоять там, где должна была стоять Ликорис. Это было спокойно. От Ликорис не требовали того же, чего требовали от Регулуса. И тётя Виолетта, совсем молодая, с глазами стекляшками и кругами под ними, подозвала именно Ликорис. Она смотрела с ужасом на всех и вся. Но не на Ликорис. Это было приятно. Поллукс был маленький, сморщенный и красный. Тётя Виолетта не стала отдавать его кому-либо, чтобы подержать, но Ликорис было позволено протянуть малышу палец, за который тот тут же схватился. Регулус подумал, что перестать быть младшим — не так уж плохо, если у него будет больше таких маленьких племянников. Малыш Поллукс тоже быстро перестал быть самым младшим. В один год родились Кассиопея и Каллидора, рождение которых праздновали с размахом. Невесты из Дома Блэк были хорошей инвестицией. В тот же год Ликорис уехала в школу. Тут рискованно было играть в игру, слишком уж много магических артефактов вокруг. Люди были слепы, но вот в слепоту Распределяющей шляпы Регулусу верилось слабо. И он остался практически один. Было трудно, его тоже начали готовить особенно строго.

***

Ему было почти четырнадцать, когда у тёти Виолетты родились последние дети. Был канун Рождества, но в доме царила напряжённая атмосфера. Регулус очень хотел закрыться в лаборатории и не слышать шепотки гостей и родственников, но это было просто категорически запрещено. Мало что зависело от пола этих детей — Сириус II, нынешний глава Дома Блэк, уже выбрал в наследники своего сына. Поллукс, будучи единственным потенциальным кандидатом, скорее был помехой. В доме его никто бы не поддержал, вспыльчивый и резкий Лорд разворотил бы весь дом за пару лет. Так что ребёнку тёти Виолетты стоило бы быть девочкой. Она бы принесла дому Блэк почёт, став хорошей невестой и Леди иного домп. Ликорис кивала. Регулус сжимал до белоты кулаки в изящном платье. Он всё ещё оставался субтильным и тонким, и даже без оборотного, которое они недавно начали применять, мог легко сойти за Ликорис. Но если бы замуж захотели выдать Ликорис, их игре пришёл бы конец. Регулус не знал, что бы за этим последовало и если честно не хотел знать.

***

Тётя Виолетта кричала в соседнем крыле вот уже который день. Отчаянно, душераздирающе, извиваясь в агонии и пробивая все поставленные её мужем заклинания заглушки. Регулус не мог спать. Он хотел пройти в крыло тёти Виолетты, хотел хоть чем-то помочь, но ему было четырнадцать и он не знал ни единого исцеляющего заклинания. Дать тёте зелье не представлялось возможным. У тёти Виолетты пять дней назад родился сын, сразу после Рождества. Но у тёти был ещё один ребёнок, ребёнок, который отчаянно не хотел приходить в этот мир. В каком-то смысле Регулус мог его понять. Пока взрослые праздновали рождение Мариуса Кастора, Регулус тихонько молился про себя. Он так и не понял кому. Он так и не понял, откуда в его голове вообще появилась идея молитвы. Часы пробили полночь. Наступил тысяча девятьсот двадцатый год. У маленькой Полярис были чёрные кудряшки на голове и такие же глаза, как у тёти Виолетты. Она звала её Дорея, когда слышала только Ликорис и малыши.

***

Полярис и Мариус Блэк — королевские близнецы, явно последние дети Сигнуса и Виолетты. Запасной наследник и прекрасная, уже в самом юном возрасте подающая надежды маленькая принцесса. Регулус часто приглядывал за ними, когда Арктурус или Мелания не могли. Он любил своих кузенов. Ликорис не нравилось следить за детьми, она предпочитала лаборатории или библиотеку, но Регулусу неожиданно понравилось сидеть около маленьких кроваток. Создание жизни, удивительная вещь, которой веками не могут добиться алхимики, но легко добиваются даже маггловские женщины. Регулус был алхимиком, в конце-то концов. Создание жизни, последний этап второго великого деяния, интриговало его до невозможности. Тётя Виолетта, которую он решился спросить об этом, как Ликорис, разумеется, только рассмеялась и погладила его по голове. Женщины были пугающими, даже в самом маленьком возрасте. Полярис смотрела на него и Регулусу казалось, что у него кто-то копается в голове. Он старался не смотреть ей в глаза, но это редко получалось. Регулус, впрочем, всё равно любил кузину, даже если она его пугала. Мариус был другим. Мариус был ближе, Мариус был обычным мальчиком, таким же как Регулус. Они даже за сестёр держались одинаково, хотя Мариус в четыре проводил с Полярис всё-таки меньше времени, чем Регулус в том же возрасте с Ликорис. У Регулуса было много времени. Они с Ликорис искали дом с лабораторией, где Ликорис-как-Регулус могла бы принимать заказы на всякие зелья, а Регулуса бы никто не трогал. Ну, искал Регулус, а вот Ликорис могла возиться с кузенами сколько душе угодно. Он научил Мариуса считать и немножко читать. Полярис тоже, хотя Регулус и дёргался от её взгляда. Но с Мариусом, вцепившимся в сестру мёртвой хваткой, договориться было невозможно и Регулус отступил. Он никогда не был Ликорис в присутствии маленькой Полярис с её невероятными глазами. Вальбурга и Лукреция, родившиеся в двадцать пятом, своего молодого дядю тоже пугали и пугались соответственно. Лукреция, когда подросла, стала шептать ему про надетую на него чужую кожу, про маски, впивающиеся в лицо… Ликорис проигнорировала её. Регулус испугался и стал избегать племянницу. Вальбурга, почти полная копия своей матери Ирмы, с небольшими вкраплениями типичной внешности дома Блэк, смотрела на Регулуса не мигая и ему всегда хотелось убежать от неё. Ликорис не убегала, только делала замечания слишком разошедшейся племяннице. Но никогда даже и подумать не могла о том, чтобы поднять на племянницу руку, как делал это Регулус. Наступил тысяча девятьсот тридцать первый год. Дому Блэк было приказано забыть о Мариусе и Регулус забыл. Но где-то в глубине души он знал, что никто и никогда не сможет заменить Мариуса, его маленького кузена, который всегда приносил Ликорис цветы из сада. В конце концов, любимые люди Мариуса были похожи друг на друга — Полярис и Регулус. Он рыдал в подушку в их общем с Ликорис доме. Молча, чтобы не разбудить Ликорис. О Мерлин, какого же было в тот момент Полярис? Полярис теперь была его любимой кузиной, наверное… Даже когда его голова раскалывалась, даже когда ему хотелось называть себя Ликорис. Когда он не мог понять, где начиналось его тело и заканчивалась «Ликорис». Любимая Полярис приносила короткую чёткость. Но Регулус никогда не позволял себе забыть, что любимым кузеном маленькой Полярис он никогда не был. Полярис обожал весь дом, она была идеальной маленькой леди Блэк. Но сама Полярис обожала своего кузена Арктуруса и своего брата Поллукса больше, чем кого-либо. Разве не Мариуса? Забудь про Мариуса. Но Дорея была не совсем Полярис и её любимым кузеном был он.

***

«Ликорис,» поприветствовала его девушка. Наверное, одна из клиенток зельеварни… Регулус наклонил голову. Точно, он же сейчас как она. Платье было удобное, не чета тем, которые иногда приходилось надевать на балы. В конце концов, это была их лаборатория, он мог носить всё, что хотел, и Ликорис могла. «Я хочу увидеть Регулуса.» «Он ушёл,» ответил Регулус, потому что так оно и было, человек с лицом Регулуса Блэка ушёл из лаборатории полчаса назад. Ликорис на продажу зелья не варила. «Я хочу увидеть Регулуса,» снова произнесла девушка. «Одна звезда хочет увидеть другую. Передай ему.» Регулус застыл. Да, может он и не был любимым кузеном Полярис, но он был тем, кто научил её варить зелья. Он был тем, кто читал ей про звёзды и рассказал про полярные звёзды. Это был их маленький знак. Они оба были полярной звездой. Кохаб — старая, ушедшая полярная звезда, не такая яркая, не такая известная теперь, но полярная звезда. И Полярис, самая яркая звезда в медведице, полярная звезда направлявшая великие географические открытия. Она была совсем на себя не похожа. Вместо длинной косы едва достающие до плеч кудри, кажущиеся в темноте карими глаза… Непривычная, маггловская одежда сделала из кузины Полярис кого-то незнакомого, с новой искрой в глазах, с какой-то иной целью. Неидеальную Блэк. «…Оборотное сойдёт через полчаса,» выдохнул он. Полярис улыбнулась и Регулус убедился в том, что это она, окончательно. «Ты одна? Заходи.» «Мы нашли зелье, изменяющее пол,» выпалила Полярис, едва они устроились в гостиной. «Практически навсегда. Но его можно сварить только с кровью, я не могу варить такие сложные зелья, а Ликорис я не доверяю. Свари мне зелье.» «Для тебя?» выдохнул Регулус. Боже, он не мог потерять свою маленькую кузину, эгоистично и глупо, но он просто не мог. «Для Полярис?» она наклонила голову и хмыкнула. «Нет,» покачала головой Полярис. «Для мужа Мариуса. Для моего брата в законе. Его зовут Крис, он прекрасный человек и муж, но я…» «Тебе не нужно убеждать меня сварить для него зелье,» перебил её Регулус. «Ты моя кузина, я сделаю это просто так,» Полярис вскинулась, уставившись ему в глаза, а затем кинулась его обнимать. «Мерлин, это так странно звучит, когда у тебя лицо Ликорис,» пробормотала она и Регулус понял, что Полярис плачет. «Ты же поддержишь меня? Что бы я не сделала?» «Конечно!» улыбнулся Регулус. В конце концов, даже если он и не был любимым кузеном Полярис, она была его любимой кузиной. «Даже если ты кого-то убила.» «Славно,» фыркнула она. А затем произнесла уже совсем другим голосом. «Моё имя Дорея. Я всё ещё твоя маленькая полярная звезда, но прошу, зови меня Дорея. Я собираюсь сбежать из дома.» «Куда ты пойдёшь? Поляри- Дорея, тебе ещё нет семнадцати!» воскликнул Регулус. Хотелось вскочить и начать ходить туда-сюда, но он не мог, пока Поля- Дорея была у него в объятиях. «У меня есть семья,» просто ответила она. «Мама и папа, хотя я их пока так не называла. К тому же,» Пол- Дорея наклонилась к его уху и быстро зашептала. Регулус рассмеялся. «Вот это уже больше похоже на мою любимую кузину!» улыбнулся Регулус. «Украсть у самого тёмного рода в Британии!» «Вообще-то,» важно начала П- Дорея. «Я не краду, мне по традиции положено приданное в треть состояния семьи мужа. А кто виноват, что лично я считаю связи богатством и приданное собираю соответственно?» Регулус рассмеялся. «Делай как ты хочешь,» улыбнулся он. «Но я буду тебя навещать!» «Рассчитываю на это,» улыбнулась Дорея. «Вот адрес Мариуса, навести его, я же знаю, что ты по нему скучал.» Она протянула ему бумажку с написанным на ней адресом, книгу с рецептами зелий и закрытую пробирку с кровью. На изумрудной обложке книги золотом было выведено «Л. Поттер». Книга старая, но явно не слишком редкая… Почерк Мариуса не изменился ни капли за всё прошедшее время. Он написал адрес сам, сам, ожидая Ликорис. Его любимой кузиной была Ликорис, а не Регулус. Регулус ещё долго сидел, уткнувшись взглядом в бумажку. Вернувшийся Регулус спросил что-то, Регулус отмахнулся чем-то связанным с алхимией. Ликорис даже внимания не обратила. Регулус открыл книгу на закладке. Зелье было сложным, но вполне выполнимым для него. Разве он не мог просто сварить для Ликорис это зелье? Разве она сама не могла его сварить? Не то чтобы его было так сложно найти, компания подростков справилась! Так какого чёрта она умоляла его меняться с ней местами? Какого чёрта он пил усовершенствованное оборотное, просто чтобы быть Ликорис дольше?! Игра затянулась. Игра затянулась и Регулус был слишком взрослым, чтобы играть. Игра без проигравших, как же, Ликорис, в играх с тобой он всегда проигрывал. Он всегда проигрывал. Проигрывал.

***

Мариус жил в небольшом домике на абсолютно маггловской улице. С крышей, выкрашенной в синий цвет. А в палисаднике росли не розы, а жасминовые кусты. Регулус любил жасмин, он использовался во многих успокаивающих зельях. Регулус ещё раз осмотрел себя. Да, может немного старомодно, но точно не так, чтобы ему уделяли слишком уж много внимания. Она была похожа на Меланию. Светлые волосы, правда очень короткие, тонкие черты лица. Только глаза у неё были карие. «Здравствуйте,» вежливо произнёс Регулус. Девушка наклонила голову и ответила голосом куда более низким, чем он ожидал. «Здравствуйте, мистер. Вы к кому?» Регулус замер на секунду. Разумеется, его не ждали, но у него была какая-то странная надежда, что всё осталось по прежнему. Так конечно, не могло быть, но человеческие сердца — штука слабая. «Я… Я к кузену, Мариусу. Регулус Блэк.» «А, Блэк!» улыбнулась девушка. «Я Крис, его…» она- он замялся и Регулус поспешил добавить, понимая, с кем разговаривает. «Я знаю о вашей ситуации, Дорея попросила меня сварить зелье для вас.» лицо Криса расцвело. Ему очень шла улыбка. «Прекрасно. Но если не возражаете,» он слегка прикрыл дверь и громко закричал в сторону лестницы. «Маарк! Выйди, здесь твой кузен!» Раздался грохот и Мариус, а это был он, именно таким Регулус и представлял его повзрослевшего, сбежал по лестнице, едва не затормозив лицом в стену. «… Регулус,» неловко произнёс он. Регулус не менее неловко улыбнулся. «Марк, верно? Я могу зайти?» Мариус коротко переглянулся с Крисом и открыл дверь шире. «Заходи. Наверное, нам обоим надо о многом рассказать.»

***

Это происходит не сразу. Регулус ещё долгие годы собирается с силами. Лондон едва не превратил его в пустую оболочку, наполнять её мучительно трудно, даже с поддержкой дорогих кузенов. Но решение принято и будет выполнено. Регулус снова мог бы увидеть звёзды. Ликорис, дорогой Ликорис… Регулус надеялся, что старший брат его простит. Однажды, хотя бы на смертном одре, скажет, что прощает. «Адеско Файер!» Лаборатория загорелась словно спичка, за секунду пламя взметнулось до небес. А затем Регулус зажмурился, так сильно, что пламя больше не отсвечивало на обратной стороне его век и пожелала только одного. Оказаться подальше отсюда. Где угодно, лишь бы там не было этого дома, лишь бы там не было этих глупых ограничений, лишь бы там не было никого, кого он мог бы ранить. Жизнь за жизнь, Ликорис.

***

Где-то в другом месте Арктурус II Блэк улыбнулся и шепнул в пустоту «Жизнь за жизнь». Его племянник выживет в этой ветке реальности. Пятьдесят девятый год.

***

Первое, что Регулус увидел перед собой — звёздное небо. Звёздное небо, слишком яркое, чтобы быть небом над Лондоном. Было холодно. Регулус начала подниматься, медленно, чтобы ничего не повредить. — Не смей вставать! — тут же прилетело ему на английском с сильным акцентом, чья-то ледяная ладонь прижалась к его лбу и не очень мягко придавила назад на землю. — Я только тебе живот зашила!