Handle With Care

Тео со вздохом скрещивает руки на груди и отводит взгляд в окно. Он наблюдает за телами, слоняющимися по улице внизу, за счастливчиками, бродящими вокруг, не обращая внимания на кровь, витающую в воздухе.  — Я имею в виду, я прекрасно понимаю, что, вероятно, я параноик, но я не думаю, что могу доверять тебе. По крайней мере, сейчас, — признается он, делая паузу, — Без обид.  Доверие — вещь шаткая, когда где-то, вне досягаемости, затаился старый враг. Все было хорошо, пока не стало плохо. Это как сдирать корку с раны, пока она не зажила. Это как оказаться в глубокой яме, едва научившись держаться на воде.  Тео продолжает: — Это не имеет к тебе никакого отношения. Просто... Монро, та охотница, о которой я тебе говорил раньше? Она вернулась. Наверное, хочет нас убить или что-то в этом роде. Я не знаю. Возможно, слова звучат слишком небрежно, как и то, как Тео безразличен к собственной смертности, если судить по тому, как морщится лоб Аиды.  — Хорошо. Давай разберемся, — говорит она. — Откуда берется недоверие?  — Я сижу здесь час в неделю и болтаю обо всей ерунде в своей жизни. Все, что я скажу, легко может быть использовано против меня. Против моей стаи, — отмечает Тео, задним числом чувство вины шевелит его нутро от перспективы испортить всем жизни только потому, что он хоть раз научился быть честным. Однажды он чуть не разрушил стаю по собственному желанию. Было бы обидно случайно сделать это снова, получив второй шанс.  — Все, что ты говоришь во время этих сеансов, остается… — В этой комнате, я знаю, я знаю, — перебивает Тео. — Все равно. Кажется рискованным.   Тео знает, что Дитон не связал бы его с кем-то, кому он не доверял бы в полной мере, но Монро сама была консультантом по вопросам поступления, в конце концов. Это удобная уловка, вымогательство информации под видом беспокойства.  — Значит, ты веришь, что я могла бы работать с Монро? — спрашивает Аида.  — Ну, если и не сейчас, ты сможешь это сделать в какой-то момент. Такое случается, — пожимает плечами Тео, — Она может каким-то образом вымогать у тебя информацию, например пыткой. Угрозы твоим близким — ты призналась, что в твоей семье есть оборотни, верно? Или она могла бы послать одного из своих лакеев проникнуть к тебе в качестве клиента, заставить их установить жучок в комнате или что-то в этом роде. Или… Список заканчивается, когда он выдвигает гипотезы о других возможных способах. Возможно, то, что сделал бы сам Тео.  Терапевт медленно кивает, складывая руки на коленях. Она говорит: — Ну, не стесняйся проверять наличие жучков, если тебе так будет комфортнее. — Я же говорил, что это прозвучит как паранойя, — ворчит Тео. Но эта опасность — не то, что можно упустить из виду. — В этом нет ничего плохого, — успокаивает она, — Вы столкнулись с повторным появлением человека, который представляет реальную угрозу вашей безопасности. Но это заводит нас в тупик. — Что ты имеешь в виду? — Я думаю, что на данный момент важно определить, какие темы ты считаешь безопасными для обсуждения, — объясняет Аида.  Тео лениво почесывает затылок, размышляя.  — Я, гм, я подтвердил свое поступление в Калифорнийский технологический институт. Получил немного стипендии, — рассказывает он. Она не покрывает полную стоимость обучения, поэтому он все еще выкраивает то, что может, из внешних грантов, но это похоже на свет в быстро сужающемся туннеле.  Она улыбается: — Это невероятно, Тео. Я думаю, ты чувствуешь себя очень гордым.   — Гордым, — эхом отзывается Тео, — Да. Да, наверное. Просто странное время, я думаю. Мечтать о колледже, когда… Возможно, в твоём родном городе назревает война.   — Происходит вся эта серьезная херня. Я чувствую, что мне пока нельзя волноваться. Или вообще так…  Его прерывает непрерывная вибрация мобильного телефона. Он вытаскивает устройство из кармана, бросая извиняющийся взгляд в сторону консультанта:  — Извини, могу я…? — Не волнуйся, делай что нужно.  Лиам: - Папа сегодня принял еще 5 пациентов с травмами органов дыхания в отделении скорой помощи, 2 умерли, 3 в коме (16:23) - Укусы + царапины, огромные (16:23) - Должно быть волки, позвони, когда прочитаешь это (16:24) Скотт: - Срочное собрание стаи у меня (16:25) - Мы думаем, что на свободе разгуливает омега (16:25) Тео стоит, движимый больше инстинктом, чем чем-либо еще, и на мгновение забывает, что он чем-то занят. Слишком занят, будучи захваченным чем-то другим. — Все в порядке?   — Э-э, мне вообще-то пора идти. Это… — он делает паузу, сдерживая любое упоминание о стае, — Произошло кое-что срочное.  — Хорошо, — говорит Аида, — Надеюсь увидеть тебя в это же время на следующей неделе?  Тео выдыхает и слегка кивает.  — Да, — отвечает он, словно пытаясь убедить себя, — На следующей неделе.  И он выходит за дверь, из безопасного места в намного более опасное. В мир. Ко всем страшным существам, которые там живут.  * Странно, что все они собрались в гостиной Скотта. Не было такого количества людей из стаи с тех пор, как, ну, в последний раз, когда все пошло к чертям. И даже тогда Алек еще не присоединился к ним.  Уберите несчастье и получите одну большую счастливую семью.  Но они не могут этого сделать, если не принимать во внимание опасность, которая их связывает. Множество недавних нападений заставило город заговорить. Опять не об оборотнях, пока нет, а о крупных животных, достаточно пугающих, чтобы вызвать подозрения у тех, кто осмеливается бегать трусцой, ходить в походы или разбивать лагерь в городе даже в дневное время.  Дэвид был полезен на этом фронте, поделившись всем, чем мог, о множестве пациентов с «нападением животных». Пока что, похоже, между ними нет никакой последовательности. Случайный набор возрастов, ничего, что, казалось бы, связывает их с сопротивлением Монро, ничего общего, кроме того, что они оказались не в том месте не в то время.  Дженна тоже помогает. Она предложила карту недвижимости по всему округу, которая предлагает скрытые уличные доступы и нижний уровень, который трудно найти в Калифорнии, а также заброшенные объекты. Тип мест, в которых трусливые, неотёсанные охотники любят прятаться. Мелисса даже купила Дженне электрошокер. Она официальная мама стаи №2, на данный момент.  Мейсон хмурится: — Извините, но я единственный, кто думает, что немного сложно разделить наше внимание между потенциально диким волком без стаи, который бегает и убивает людей, и, э-э, садистским охотником, вернувшимся ради мести?   — Нет, — бормочет Лиам, — Ты не единственный   — Если честно, волк представляет для нас гораздо меньшую опасность. В конце концов, он нападает на людей. Я говорю, что мы больше беспокоимся о Монро, — замечает Хейден.  Малия пожимает плечами: — Согласна.  — Привет! Человек прямо перед вами! — усмехается Стайлз.  — То же самое, — говорит Мейсон, размахивая рукой, связанной фиксатором, — Недавно раненый человек, к тому же.  — Упс, — фыркает Хейден.  — Ну, технически, ты получил травму из-за охотников Монро, так что, возможно, Хейден права, - комментирует Алек.  — Ладно, слушайте, — вздыхает Скотт, — Мы справимся и с тем, и с другим. Мы сможем. — Но хотим ли мы этого? — спрашивает Кори, нахмурив брови, — Я имею в виду, что в прошлый раз Монро как бы согласилась на сотрудничество со всеми, а сейчас здесь даже не вся стая.   — И почему омега должна быть нашей проблемой? Крис — охотник. Пусть делает свое дело, — предлагает Тео. Снимите с них хотя бы одну ответственность. Он никогда этого не понимал, непрекращающееся желание Скотта взять всю ответственность в свои руки, он единолично отвечает за благополучие всего города. Это почти заставляет Тео чувствовать себя плохо, зная, что он когда-то способствовал этому.  — Этот ублюдок прав, — соглашается Стайлз, как будто ему это причиняет физическую боль, — Наше время лучше потратить на то, чтобы пресечь попытки Монро добиться успеха здесь.   — Хорошо. Я поговорю с Крисом, но мы не можем позволить ему делать это одному. Омега явно опасна, — настаивает Скотт. Он поворачивается к Стайлзу, — У нас есть какая-нибудь новая информация?  — Кроме одной стаи, которую вырезали в нескольких городах отсюда, есть… пара небольших стай, меньше нас, на севере, которые пропали без вести. Типа, территория полностью заброшена, — отвечает Стайлз.  Лиам морщится: — Из этого направления, как ты говорил, двигалась Монро?   — Да, — кивает человек, — Я имею в виду, мы пока не можем сказать, что она их убила. Их тела нигде не обнаружены, и не было никаких сообщений о резне, как с другой стаей. — Как думаешь, они сбежали? Может, они знали, что она придет, так же, как и мы, — предполагает Малия.   — А если они даже меньше нас, они, вероятно, не думали, что у них есть шанс, — кивает Мейсон. В комнате воцаряется небольшая скорбная тишина. Небольшая скорбная тишина, которую прерывает звонок в дверь.  Алек вскакивает и направляется через комнату к входной двери, несмотря на ропот группы о том, что в данный момент они не ждут никого другого, даже Мелиссы, которая должна быть на работе, леча несчастных жертв нападения оборотней.  — Эм, привет. Но это не Мелисса.  — Эй, чувак, заходи, — предлагает Алек, сопровождая гостя за собой.  Это- — Нолан? — изумляется Стайлз.   Человек, о котором идет речь, шаркает позади Алека, весь с выпученными глазами и робкий, как будто никогда не было момента, когда он хотел их смерти.  Самый младший бета тащит ребенка к группе и говорит: — Подождите, ладно, прежде чем что-то говорить. Я пригласил его…  — Зачем? Чтобы он мог нас сдать? — бормочет Тео. Лиам тычет его локтем в ребра, небольшое предупреждение. Будь любезен.  Алек продолжает, игнорируя комментарий: — ...потому что он знает Монро даже лучше, чем мы. Он мог бы быть полезен. — Да, и она ему больше не доверяет, — замечает Мейсон, бросая взгляд на бывшего охотника, — Ты, вероятно, ее враг, как и мы. — Это правда. Она бы раскусила любые планы действовать как двойной агент, — соглашается Скотт.  — Я все еще работал с ней. Я видел ее заговор против тебя с самого начала на каждом шагу, — Нолан садится, признавая свою смелость в готовности окинуть настороженные лица перед собой, когда он говорит, — Я... я хочу помочь. Я могу помочь. Пожалуйста? Позвольте мне быть на вашей стороне в этот раз.   Тео прерывает задумчивое затишье, в которое погрузилась группа, шуткой: — Или... новый план: ребёнок-охотник отправляется за диким омегой, пока мы разбираемся с большими детьми. Считай это посвящением в стаю.  В любом случае, эта стая всячески стремится ко второму шансу. Вероятно, это менее жестоко, чем, скажем, бесконечный цикл собственной смерти. Да, вот это.  Лиам скрывает смех за плохо притворным кашлем и получает от своего альфы равнодушный взгляд в качестве выговора.  — Ты придурок, — шепчет он.  — Тебе это нравится, — шепчет Тео в ответ.  В стае происходят какие-то бессловесные дебаты. Что-то вроде: Стоит ли оно того? Можем ли мы доверять ему? Тео лениво размышляет, так ли они спорили, позволяя Тео помогать им в первый раз. Во второй раз нет, хотя те первые недели подозрений посреди кризиса призрачных всадников прошли в дымке паранойи, бессонницы и дезориентации. Иногда он думает, что справился с этим на автопилоте.  Пристальные взгляды обращаются в сторону Нолана, а тот извивается под пристальным вниманием. Пока оно не разбивается.  — Спасибо, Нолан. Мы будем признательны за помощь, — признает Скотт.  Это не должно вызывать ревности в его желудке, потому что это не имеет значения. Тео чувствует запах скептицизма в комнате. Он знает, что они не все доверяют Нолану. Лиаму пришлось ладить с человеком, будучи вторым капитаном команды по лакроссу. Алек подружился с ним. Мейсон насторожен, а Кори тем более, как будто ждет, чтобы снова получить ножевое ранение в руку. Хейден равнодушна. Но это всеобщее признание со стороны старших участников, будто человек был слишком плохим охотником, чтобы причинить какой-либо реальный вред, будто он никогда не представлял реальной угрозы, это жалит, это действительно так.  Немного.  * Задняя часть его черепа снова сталкивается с деревянным полом под ним. Он думает, что он деревянный. Он думает, что на этот раз это нечто иное, чем больничный линолеум. Он не уверен, почему. Не может думать ни о чем, кроме звона в ушах и боли, расцветающей в голове.  Тара, стоящая над ним на коленях, выглядит гораздо злее, чем обычно. Более разъяренная и менее пустая. Это тоже новое? Может ли это место измениться? Может ли он измениться?  — Все в порядке, — выдавливает Тео, сглатывая сгусток крови, — Тебе не нужно останавливаться.  Он закрывает глаза. Ему никогда не нравилось смотреть на эту часть: как Тара забирает свое сердце обратно. Не нравится, как оно кровоточит и бьется даже под ее хваткой. Не нравится зияющая пустота, которая душит его, когда оно вырывается наружу. Не нравится, что его сестра никогда не выглядит удовлетворенной.  — Поверь мне, я не буду, — рычит голос.  Его глаза резко открываются, только потому, что Тара умудрилась произнести что-то, кроме его собственного имени, в этот раз. Потому что это тоже нечто другое.  Но это не Тара. Это Малия, когтистая рука, занесенная так, словно на этот раз она будет той, кто закончит работу. Он вяло соединяет точки. Вспоминая, что он не все еще там внизу. Скотт и Лиам отрывают от него Малию, и Тео пытается почувствовать больше присутствия в своем собственном теле. Пытается вспомнить, как снова стать Тео, которым они хотят, чтобы он был. А не версией трупа, которую они вернули.  — Помедленнее, ладно? — процедил Скотт, — Он снова отправится под землю.  Оу. В конце концов, Тео, которого они хотят — это трупная версия.  Он теряет себя на минуту. Уплывая от своего тела, как будто он пытается подняться, а не опуститься на этот раз, как будто это что-то изменит. Но он давится кровью, стекающей по его горлу из сломанного носа, который медленно заживает, и он снова возвращается в свое тело, заставляя себя сесть.  — Или он может убить нас! — возражает Скотт.  — Он — моя ответственность, — ощетинивается Лиам, — Ношико дала меч мне.  Он невнятно говорит: — Это так неловко, когда мама и папа ссорятся.   — Заткнись! От этого хора криков голова еще больше кружится. Отстой.   Хейден выходит вперед, прекрасный голосок разума.  — Вы оба правы. Если Тео попытается что-нибудь сделать, мы отправим его обратно в Ад.  Он на самом деле не знает, что имеется в виду под «Если Тео попытается что-нибудь сделать».  Единственное, что он пытается сделать, это выяснить, приведет ли его эта игра «доверять или не доверять» обратно туда, откуда он пришел. Единственное, что он пытается сделать, это выяснить, возвращался ли он когда-либо на самом деле.  Он только пытается проснуться. * Выступление Сида Циклона на пенсии происходит в четверг вечером в спортзале, который на мгновение превратился в элегантное пространство для проведения мероприятий или, столь же элегантное, каким может быть школьный спортзал, с арендованными столами, складными стульями и натянутыми вокруг темно-бордовыми и белыми воздушными шарами — для банкета студентов-спортсменов.  Не то чтобы он хотел быть здесь. На самом деле, Тео одержим желанием утром вернуть темно-бордовый кошмар костюма талисмана обратно директору. Но это стайное дело. Вроде, как бы, что-то вроде.  Сид, самый заметный шпион в мире, бродит по банкету, подходит и выходит из-за столов и подслушивает разговоры присутствующих преподавателей и членов управления. Также можно фотографироваться с участниками, но это скорее печальное последствие того, что вы представляете собой ходячий торнадо среди моря капитанов команд и учителей, одетых в полуформальную одежду. В прошлый раз тренер Стюард был охотником прямо у них под носом, и они слишком долго ходили рядом, даже не осознавая этого. На этот раз они постараются быть на шаг впереди хитрых охотников, скрывающихся на виду.  Это почти перебор. Большинство разговоров так же скучны, как и весь вечер, и те немногие разговоры, которые на самом деле вращаются вокруг недавних стычек в лесу, имеют тенденцию склоняться в сторону «бешеных пум». Это, как полагает Тео… в некотором роде хорошо. Глупо, учитывая, что местный контроль за животными не обнаружил и не поймал этих явно бешеных больших кошек. Но хорошо.  Тео в костюме Сида продолжает свою миссию среди толпы и останавливается только тогда, когда его ухо достигает какого-то разговора. Он стоит достаточно близко, чтобы слышать, но, надеется, не настолько близко, чтобы гигантский бордовый циклон мог показаться странным.  — Ты слышали о нападениях в парковом районе? — Как я мог этого не слышать? Это все, о чем сейчас говорят в новостях. — Волки наконец-то показывают свое истинное лицо. — Пора. И люди не забудут всё, как в прошлый раз. Мы- — Сид! Можем ли мы сфотографировать тебя с капитанами команд поддержки, участвующими в соревнованиях? Тео закатывает глаза, как будто кто-то это видит, и тащится к группе, ожидающей его, чтобы позировать для еще одной фотографии. К тому времени, как он закончил, он уловил только конец разговора. Через сетчатые прорези для глаз в костюме он может различить кого-то, похожего на тренера Стюарда, и еще одну фигуру, которую он не может узнать.   — Единственный способ защитить себя — это вооружиться.    — Мы не должны бояться существовать в своем городе.  По обе стороны этой реки находятся группы, которые хотят одного и того же. Жаль, что между ними слишком большая пропасть, чтобы это увидеть.  Когда банкет подходит к концу, Тео ныряет в раздевалку, чтобы переодеться, прежде чем ему придется в последнюю минуту выполнять еще какие-либо просьбы о фото. С трудом выбирается из костюма в последний раз и засовывает его в свой шкафчик — конец эпохи.  — Хэй, — приветствует Лиам, присоединяясь к Тео в раздевалке с сертификатом признания студента-спортсмена в руке, — Что-нибудь получил?  — Да, я схватил пару печенек с арахисовым маслом, которые лежали на столике перед тем, как уйти, хочешь одно? — Тео ухмыляется, протягивая пакетик с угощениями, обмотанный бордовой лентой.  — Это совсем не то, о чем я говорил. Но да, — фыркает Лиам, принимая печенье.  Тео кивает в сторону выхода: — Я знаю, я расскажу тебе в машине. Нолан патрулирует с нами? Лиам качает головой, когда они выходят на улицу.  — Сегодня вечером только мы. Я думаю, нам стоит осмотреть лес, где нашли двух последних жертв. Если Монро в городе, она ни за что не упустит возможность убить одинокого волка. — Меня вполне устраивает, — пожимает плечами Тео. Не то чтобы Нолан мог предложить что-то особенное по отбиванию бешеных горных львов или уничтожению охотников.  — Ну что, слышно что-нибудь от Сида Циклона? — спрашивает Лиам, забираясь в пикап.  — Эх, — говорит Тео, выезжая с парковки, — Большинство людей не особо задумываются о нападении животных. А вот твой бывший помощник тренера да. — Сюрприз, сюрприз, — фыркает Лиам. — Ага. Судя по тому, что я слышал, он думает, что мы, ну, не обязательно мы, оборотни в целом, решили восстать против людей. Если нападения продолжатся, нет никаких сомнений в том, что он и его приятели снова займутся своей чушью о правосудии. — Это именно то, что нам сейчас нужно. Случайный, вышедший из-под контроля волк, который всех сводит с ума, — бормочет Лиам, останавливаясь, чтобы откусить кусочек печенья, — Крис и Скотт собираются охотиться на него завтра примерно в четыре, не убивать, а просто подчинить его и, возможно, отдать Дитону, хочешь пойти с ними? Тео приоткрывает рот, чтобы согласиться, но делает паузу.  — На самом деле я не могу, — говорит он.  Лицо Лиама максимально похоже на человеческий эквивалент вопросительного знака, если вы вдруг спросите Тео.  — У меня собеседование на получение стипендии, — объясняет он, —Хотя, возможно, я мог бы присоединиться к вам позже.  — О. — О? — эхом отзывается Тео, бросая взгляд на Лиама.  — Я просто, ну. Ага. Ох, — заикается Лиам, отводя взгляд в окно, — Это круто. — Да, похоже, ты считаешь это суперкрутым, — хмурится Тео.  Между ними повисает странная, натянутая тишина, пока Лиам не спрашивает: — Ты рад поступить в колледж? Уехать?   — Я... не знаю. Думаю, это пока не кажется реальным, — пожимает плечами Тео.  — Но это так, — ворчит Лиам. — Ага. — Ты уедешь, а я буду здесь, и я не знаю, что тогда произойдет.   Тео фыркает и спрашивает: — Ты пытаешься порвать со мной заранее? За целых четыре месяца? Это то, что происходит прямо сейчас?   Лиам не отвечает на это, а лишь раздраженно засовывает в рот еще один кусочек печенья с арахисовым маслом, когда они приближаются к лесу.  — Ли, тебе осталось учиться год. Ты не так уж и отстал, если говорить об отъезде, — замечает Тео, нахмурив брови.  — Да. Я знаю, как бы там ни было.   Что-то внутри него отшатывается от поражения, прорывающегося в голосе Лиама. Он паркуется сразу за линией деревьев, выключает зажигание и поворачивается лицом к другому мальчику.  — Я не брошу тебя, ладно? — успокаивает Тео, суммируя все глупые сентиментальные слова, которые он может выдавить из себя, чтобы заставить это скорбное выражение на лице Лиама исчезнуть, — Я уезжаю, конечно. Но это не значит, что я тебя бросаю.  Даже в полумраке пикапа Тео видит, как румянец ползет по шее Лиама, растекаясь по щекам. Это глупо и слащаво. Заставляет Тео отвести взгляд.  — Спасибо, — шепчет Лиам после паузы, — …за печенье.  — Пожалуйста. За печенье.  В глазах Лиама отражается эта странная искренняя привязанность, и от него пахнет чем-то, чего Тео не может полностью распознать, чем-то теплым и утешительным, что заставляет его сердце трепетать, заставляет его задыхаться, становится липким и странным.  — Что это такое? — бормочет Тео, пытаясь подавить желание уткнуться носом в шею Лиама. В конце концов, они здесь с определенной целью. Больше, чем просто трахаться в своей машине.  Лиам издает тихий вопросительный звук, и Тео обводит его жестом. Вокруг них. — То, как ты пахнешь, — говорит он.  — Что, от меня воняет? — усмехается Лиам, — Это не я был всю ночь в костюме талисмана. — Нет, засранец, я имел в виду твои химосигналы, — фыркает Тео, не тратя время на то, чтобы понюхать собственную футболку в ответ на обвинение. Могло быть и хуже.  Глаза Лиама сужаются и расширяются по очереди, он становится жестким. Смущение прорезает его запах. Тео старается не оплакивать потерю прошлого запаха.  — Ничего. Я не понимаю, о чем ты говоришь, — утверждает Лиам, отводя взгляд и теребя ленту на своем пакете со сладостями. — Но- Тео прерывает ужасный удар о переднюю часть его машины, слабая вспышка тела, ныряющего в деревья.  — Черт возьми, — стонет он, отстегивая ремень безопасности и молча клянясь выбить дерьмо из всего, что только что врезалось в его полностью неподвижный пикап.  Лиам щурится в темноту: — Ты думаешь, это была…? — Омега, возможно, — кивает Тео.  — Моя мама так разозлится, если я испорчу этот костюм, — ворчит Лиам, вздыхая, глядя на свои брюки, — Как думаешь, мы справимся сами или нам стоит кого-нибудь позвать? — Напиши стае. Однако мы должны попытаться остановить его, прежде чем он ускользнет, ​​— предлагает Тео. Он выходит из машины, осматривая свою сторону. Каким бы чудом это ни было, учитывая то, как он почувствовал удар, вмятин не осталось. Однако к решетке прилипло несколько кусочков меха. Тео фыркает, глядя налево, на ряд деревьев.  — Чувствуешь запах? — спрашивает Лиам, убирая телефон обратно в карман.  Тео кивает, следя за ними глубже в лес, пока впереди не раздается шорох в кустах. Тяжелые получеловеческие шаги приближаются. Лиам издает глубокий предупреждающий рык и сверкает глазами. Тео следует его примеру, но колеблется, когда их цель дает о себе знать.  — Эй, Лиам? — шепчет Тео.  — Ага? — Здесь… должен быть только один омега, не так ли?   Лиам вздыхает: — Ага.   — Круто, — выдыхает Тео, переводя взгляд между тремя парами светящихся глаз, пристально смотрящих на них. Две синие, одна золотая, — Просто решил уточнить.