Как по нотам

Лиам Мортимер

      «Почему он так на меня смотрит? Я плохо выгляжу? Или плохо играю? Уже второй день так сидит…» — думал студент консерватории Лиам Мортимер, сидя за роялем в центре зала ресторана.       Он уже знал, что приятной наружности молодой мужчина в оливковом костюме — это его работодатель, хозяин ресторана, но от этого было ещё более неловко от таких пристальных и долгих взглядов. Вряд ли ресторатор наблюдает так за каждым своим сотрудником. Такой чести почему-то удостоился именно Лиам.       «Что ж, как бы то ни было, он вправе наблюдать за работой персонала и находиться в своём ресторане. Может, он и не на меня вовсе смотрит, а просто задумался? Или кто-то сидит за моей спиной? Возможно, красивая незамужняя леди. Да нет же, что за глупости? Не может за моей спиной сидеть каждый раз одна и та же особа… К тому же мистер Клиффорд, говорят, недавно женился…»       За этими мыслями юноша сбился и промазал по клавишам. Фальшивую ноту скрыть не удалось, и Лиам сморщился от собственной ошибки, продолжая при этом играть партию. Он не то чтобы боялся, но как-то стеснялся поднять глаза и на таинственного наблюдателя, и на гостей заведения. Вдруг все сейчас с осуждением посмотрят на него? Тогда он со стыда сгорит… Лучше уж не знать.       Юноша закончил композицию и, чтобы перевести дух, потянулся за стоящим рядом стаканом воды. Размял пальцы и шею, перелистнул страницу в нотной тетради. Осталось поиграть совсем немного, и можно отправляться домой — отдыхать после долгого дня.       — Доброго вечера, — послышался совсем рядом мужской голос, достаточно низкий, но приятный.       Лиам поднял взгляд. Его начальник, работодатель и строгий наблюдатель стоял слева от клавиатуры рояля, чуть опираясь локтем на крышку. Только смотрел он почему-то не строго, а с вполне дружелюбной и даже немного скованной улыбкой. Так он показался Лиаму моложе, чем он представлял его раньше и видел издалека, а ещё — гораздо симпатичнее.       — Здравствуйте, сэр, — музыкант поспешил встать и учтиво склонить голову в коротком поклоне. — Мистер Клиффорд, если не ошибаюсь?       — Не ошибаетесь, — снова улыбнулся мужчина, явно довольный, что его узнали и назвали по фамилии.       — Лиам Мортимер к вашим услугам.       — Весьма приятно, мистер Мортимер. Позвольте предложить вам…       И с этими словами он указал на свободный столик у дальнего от входа в заведение окна.       — А как же музыка? Я не отработал ещё половину часа.       — Не страшно. Гостей мало. Разделите со мной ужин, прошу…       Лиам подумал про себя, что мистер Клиффорд ведёт себя немного странно, но почтительно кивнул, закрыл клавиши рояля крышкой и послушно направился за начальником за выбранный им столик.       Официант быстро и без всяких просьб принёс им меню. Мистер Клиффорд снова окинул юношу странным, каким-то слишком уж нежным взглядом и указал ладонью на страницы меню.       — Позвольте вас угостить ужином. Вы играли весь вечер…       — Право, это лишнее, мистер Клиффорд. Я в состоянии сам оплатить свой ужин.       Прозвучало это, наверное, чрезмерно резко, потому что мистер Клиффорд явно осёкся и смутился. Лиам даже испугался, что обидел мужчину своим категоричным тоном, но тот взял себя в руки и спокойно возразил:       — У меня и в мыслях не было каким-либо образом принижать ваше достоинство, мистер Мортимер. Я просто хотел угостить вас ужином и не обременять лишними тратами, вот и всё.       — Прошу прощения… — виновато улыбнулся юноша. — В таком случае я положусь на ваш вкус.       — Прекрасно!       Лиам сдержался от вздоха облегчения, когда мистер Клиффорд сам подозвал официанта и надиктовал ему несколько названий блюд. Юноша пока не смог бы признаться начальнику в том, что просто не разбирается в ресторанном меню и боится ошибиться с выбором. Он старался выглядеть достойно и держать манеры, но как ни крути, Лиам — один из множества отпрысков не слишком состоятельного провинциального рода. Всё его богатство — честь и талант, и из двух этих вещей только вторая могла хоть как-то приносить доход.       — Я давно наблюдаю за вами, мистер Мортимер, — улыбнулся мистер Клиффорд, когда закончил короткий разговор с официантом.       «О, это я заметил…»       — Надеюсь, вас устроила моя работа. Прошу понять, я ещё только студент…       — Не стоит оправданий, мне очень понравилась ваше исполнение. Я очень люблю музыку, мистер Мортимер, но сам талантом к ней не обладаю, поэтому мне только и остаётся, что восхищаться теми, к кому природа оказалась более щедрой. Например, вами.       — Вы мне, наверное, льстите, мистер Клиффорд, — смутился Лиам.       — Ничуть. Всего лишь выражаю своё мнение. Да, кстати… Мой управляющий предложил вам достойные условия работы? Вас всё устраивает? Мне хотелось бы, чтобы вы задержались в этом заведении.       — Вполне, мистер Клиффорд. Вряд ли я где-то нашёл бы лучшие условия.       — Не будет ли наглостью с моей стороны спросить, что сподвигло вас искать работу?       — Есть некоторые обстоятельства, — уклонился от ответа Лиам. — Я не хотел бы говорить на эту тему.       Лиам откровенно стыдился своей бедности. Нет, он не был бедным в полном понимании слова, но это смотря с кем сравнивать. Имея титул учтивости и какую-никакую родовитую фамилию, Лиам должен был соответствовать ожиданиям людей своего круга — однокурсников, преподавателей, да тех же самых посетителей ресторана. И начальника, мистера Клиффорда, тоже. Другими словами, большую часть своих средств Лиам был вынужден тратить на поддержание имиджа своей фамилии.       К счастью юноши, собеседник не стал настаивать на развитии темы и сменил направление беседы.       — Вы приехали учиться издалека?       — Да, из Северного Йоркшира. Там родовое гнездо Мортимеров.       — Стало быть, кто-то из Мортимеров живёт и здесь? Где вы обосновались?       — У дяди, но мне не хотелось бы стеснять родственников, поэтому я в поисках меблированной комнаты на оставшееся время учёбы в консерватории.       — Что вы говорите? — почему-то очень обрадовался мистер Клиффорд. — Какое совпадение! В этом здании как раз сдаётся комната…       — Правда?       — Да, здесь, на втором этаже. Это здание целиком моё. Над рестораном я планировал сделать что-то вроде небольшой гостиницы, но не всех жильцов устраивает соседство с кухней и шум, поэтому большинство комнат занято персоналом. Многие мои работники живут в пригороде и на выходные уезжают к семьям. Я мог бы предложить вам одну из комнат, мистер Мортимер. Они всё равно простаивают.       — Вы очень добры, мистер Клиффорд. Пожалуй, предложение очень заманчивое… Днём я всё равно буду на учёбе, а вечером — за роялем. Шум мне не помешает.       Подали к столу заказанные мужчиной блюда.       — Угощайтесь, мистер Мортимер. К слову, могу я называть вас по имени?       — Если так вам будет угодно, то пожалуйста. Повторюсь, меня зовут Лиам.       — Лиам… Прекрасно! Моё имя Мэтью… Можете звать меня Мэтт.       — Это лишнее… Вы мой начальник, как я могу?       — Я не хочу быть просто начальником. Считайте это моим безобидным капризом… Лиам, — улыбнулся Мэтью.       «У него очень милая улыбка,» — подумал юноша. — «Добрая… Я не видел, чтобы он так улыбался раньше. Даже когда ужинал с супругой. Не совсем понимаю, почему я удостоился такой чести, но в целом… приятно.»       — Хорошо… М-мэтт?       Мужчина кивнул и одним лишь взглядом указал на расставленные на столе аппетитные, исходящие ароматами блюда.       Уже не скрывая улыбки, Лиам поблагодарил мужчину и принялся за еду. Мэтью наблюдал за ним около минуты, прежде чем тоже приступить к ужину.       Молчание в другой ситуации показалось бы Лиаму неловким, но после такой милой беседы с обменом улыбками и любезностями, есть в присутствии Мэтью молча оказалось вполне комфортно. Конечно, юноша думал о том, что позволять мужчине оплатить свой ужин — это как-то немного неловко, но с другой стороны, сам он поужинал бы в доме дяди и воздержался от лишних трат. Один раз его гордость сможет такое стерпеть, а в дальнейшем вряд ли Мэтью станет кормить музыканта за свой счёт. Он и так излишне облагодетельствовал его за один вечер.       «И ужин, и жильё… Не знаю, что там за комната и сколько попросит за неё мистер Клиффорд, но я, наверное, соглашусь. Отсюда не так уж далеко до консерватории. К тому же если здесь живёт персонал, то наверняка есть и возможность приготовить что-то… не такое ресторанное. Я смогу приходить после учёбы, делать задания и приступать к работе за роялем, а потом просто подняться в комнату на ночлег. И не нужно будет по тёмным улицам добираться домой к дяде в одиночку с работы. Весьма неплохо, если всё так…»       Всё оказалось именно так, и даже лучше всяких ожиданий. По завершению вечера Мэтью показал Лиаму весьма уютную комнату, обставленную явно как гостиничный номер, но нетронутую при этом жильцами. Просторная кровать укрыта вельветовым покрывалом в тон штор. Для гостей — небольшое глубокое кресло и журнальный столик рядом с ним. Небольшой туалетный столик в углу Лиам уже распланировал приспособить в качестве письменного, чтобы выполнять домашние задания, к тому же рядом была удобная лампа. Окна комнаты выходили, правда, на внутренний двор, а не облагороженную людную улицу, но это даже и лучше: не слышно ржания лошадей и тарахтения новомодных паровых двигателей.       — Могу я перенести вещи уже завтра?       — Хоть сегодня.       Лиам всё же решил сделать это завтра. Поблагодарил Мэтью за его доброту и сообщил, что ему пора домой. Сумерки за окном уже давно сгустились в темноту, с которой даже уличные фонари справлялись с трудом.       — Я вызову экипаж и провожу, Лиам.       — Что вы, я и сам могу!       — Я не сомневаюсь, — чуть рассмеялся Мэтью, вручая юноше ключи от комнаты. — Просто позвольте мне ещё один каприз. Это для моего же спокойствия.       С этими словами мужчина спустился по лестнице вслед за Лиамом, покинул заведение и остановил первый же подвернувшийся кэб. Лиам, поджав губы от смущения, забрался на своё место и непонимающе смотрел на то, как Мэтью садится напротив и аккуратно расправляет ткань костюма.       — Куда едем, господа? — осведомился тучный кэбмэн.       Лиам назвал адрес дома дяди, и экипаж двинулся вперёд. Под цоканье лошадиных копыт юноша долго смотрел на Мэтью. Тот улыбался и изредка вздыхал полной грудью, как делают уставшие от пыли и смога горожане, оказавшись впервые в жизни на природе.       — Мистер… то есть, Мэтт. Мне, действительно, неловко такое внимание. Вряд ли вы обходитесь так со всеми сотрудниками.       — Вовсе не со всеми. Это в первый раз.       — Тогда почему я?       — Ты просто очень приятен мне как человек.       — Вы тоже весьма приятный мужчина, но всё же… — засомневался Лиам и, когда в свете фонаря на пальце Мэтью сверкнуло новое обручальное кольцо, вдруг выпалил:       — А ваша супруга? Она разве не волнуется, что вас нет дома так долго?       — Моя супруга знает, что я всегда возвращаюсь довольно поздно. Отношения между нами скорее дружеские. К тому же у неё есть прекрасная компаньонка. Если они сейчас не играют в лото или рифмы, то наверняка уже крепко спят.       — О… — только и смог откликнуться юноша на эту откровенность. — В таком случае…       — Мне стоит прислать завтра человека в помощь с переноской вещей в твою комнату?       — Это лишнее… — уже без особого даже и протеста, почти обречённо и устало улыбнулся Лиам.       — Во сколько лучше?       — После учёбы, пожалуй, — вздохнул юноша. — В три.       — Завтра в три, договорились.       Лиам смущённо опустил глаза и произнёс одно только тихое «Спасибо».       «Не знаю, зачем ему всё это, но я правда благодарен…»

Анет Клиффорд

      — Мэтт?       Анет, кутаясь в длинную тёплую шаль, тихонько пришла на еле слышные звуки игры на пианино в музыкальной гостиной. Она зевнула в ладонь и взглянула на часы. Шёл уже первый час ночи, а её муж сидел за инструментом ещё в выходном костюме, том же, в котором уходил утром, и рассеянно наигрывал одной рукой какую-то простенькую мелодию.       — Анет? — отозвался Мэтью без всякого удивления. Он оглянулся и выдавил из себя улыбку. Именно выдавил, как показалось Анет. Глаза мужчины не улыбались.       Девушка прошла в музыкальную гостиную и робко положила ладонь на плечо мужу. Он по-прежнему был ей чужим человеком, но Анет понимала, что во-первых, они оба с Мэттом просто покорились родительской воле и ни в чём друг перед другом не провинились, а во-вторых, Мэтт — очень хороший и добрый мужчина. Ей, собственно говоря, повезло стать именно его женой. Другой бы так не церемонился с ней…       — У тебя всё хорошо? — спросил девушка, когда Мэтью снова нажал на белые клавиши.       — Да, Анет, всё хорошо. А что?       — Уже за полночь, а ты тут… Пора отдыхать, ты наверняка устал. И твой костюм…       — Костюм? Ах, да… Стоит переодеться в домашнее. Как прошёл твой день?       — Чудесно. Мы с Дафной были в той кофейне, что ты рекомендовал. Нам там очень понравилось. Потом мы прогулялись по городу, а дома мило поболтали с Молли и поиграли в настольные игры.       — Я рад за тебя, — в голосе мужчины послышалась улыбка. — Анет, могу я спросить нечто… не слишком скромное?       — П-пожалуйста… — растерялась девушка.       — Тебя не тяготит, что мы… ни разу не были близки?       Анет нужна была минута, чтобы обдумать это и совладать с собой. Она обошла фортепиано и опустилась в кресло неподалёку. Теперь она видела лицо своего мужа — немного задумчивое. Он явно задал такой вопрос не в шутку и не ради намерения намекнуть на близость прямо сейчас.       — Если быть откровенной, то, знаешь… пожалуй, нет. Поначалу я даже боялась этого. Мой отец всегда придерживался патриархальных взглядов. Он с детства говорил, что до свадьбы я должна быть послушной дочерью, а после свадьбы — покориться во всём мужу, стать его красивой вещью. Не перечить. Не противиться. Быть милой. Ублажить в первую ночь, даже если мне будет это неприятно и больно. Я запомнила только это — неприятно и больно. Поэтому, прошу, пойми, Мэтт… я и правда боюсь этого.       — Это не так отталкивающе, как ты представляешь себе, но даю слово, что не потребую этого, пока ты не станешь готова.       — А как же… дети?       — Я хотел бы детей, конечно. Как только ты сможешь примириться с необходимостью быть вместе ради зачатия, мы сможем это сделать. Ты станешь хорошей матерью, я уверен.       — А как же ты сам? Ты мужчина.       — Всё сложно, Анет… — вздохнул Мэтт и серьёзно взглянул на неё. — Ты сможешь сохранить в тайне то, что я скажу? Боюсь, я уже не в состоянии держать это в себе.       — Что бы ты ни сказал, я обещаю, что всё сохраню в тайне. Должна же я хоть в чём-то быть твоей женой.       — Даже если любой другой меня осудил бы?       — Больше всего человек нуждается в принятии, когда все его осуждают.       — Ты права, Анет, — немного грустно улыбнулся мужчина. — Тогда ты должна знать. Женщины для меня… просто женщины. Просто люди. Меня не привлекает ни одна. Я не в состоянии полюбить тебя, прости.       — Я… знаешь, я была готова к этому. Любовь в браке — это роскошь. Отец всегда так говорил.       — Я обещаю тебе полное доверие, Анет. Безопасность. Уважение. Я обещаю полюбить детей в будущем. Это всё.       — Это много, Мэтт. Это правда очень много. А как же ты?       — Я? — удивился мужчина.       — Да, ты.       — Я влюбился. Впервые в жизни. Но это, скорее всего, безнадёжно.