Я стал учителем главного героя (И бывшим вассалом главного злодея)

– Его Высочество Сяньлэ совсем потерял совесть! Му Цин, окажи нам милость, помоги присмирить принца! «Присмирить? О боги, это действительно та самая сцена! Как же мне везет, ей-богу!» Мэй Няньцин издали наблюдал за тем, как целая толпа небожителей окружила бледного до невозможности принца и не переставала потешаться над ним, громко перешептываясь и показывая на падшего бога пальцами. Насколько бы Се Лянь не был уверен в своих силах, любой бы на его месте потерял весь запал, окружи его тридцать три вертлявые фигуры, похожие на извивающихся под дудку укротителя змей. И если ко всему прочему добавить в их ряды еще старого друга и бывшего слугу.… В такой ситуации даже советник Сяньлэ вряд ли бы удержался от пары «добрых» слов, если не целого опуса на тему «Да как ты смеешь, грязный ублюдок…» и прочее, и прочее. «Мда, хоть встреча Се Ляня и Му Цина благодаря мне произошла чуть раньше положенного срока, я сомневаюсь, что Му Цин вступится за принца. Но интересно, что он будет делать, если на сцену выйдет наставник собственной персоной? В военном лагере Сяньлэ он уже показал мне свое отношение, так что на защиту второго ученика можно сильно не надеяться. Но блин, Му Цин, нельзя так поступать с теми, кто дал тебе кров, еду и свою благосклонность! Хочешь продвинуться по социальной лестнице? Пожалуйста! Действуй! Но не ценой доверия добросердечного Се Ляня, множество раз прикрывавшего твою надменную задницу! Ладно, советник, успокойся. Ты обязательно все ему выскажешь. Тем более повод есть. Этот партизан не вернется в небесные чертоги, пока не объяснится за Ци Жуна и Се Ляня заодно» Пока советник продумывал план дальнейших действий, Се Лянь канонично давал отпор зазнавшимся небожителям. Его точные и резкие движения заставали божеств врасплох, заставляя бросать оружие и в панике пятиться назад. Му Цин же стоял меж двух огней и по его лицу советник четко понимал, что тот не знает, куда себя деть: кому протянуть руку помощи, чью сторону принять и при этом не потерять своего достоинства. «Эх, глупый мальчик. Тридцать три против двух конечно идея так себе, но неужели голос разума настолько заглушает голос сердца? Мечта стать статным небожителем против отягощающей привязанности прошлого. Мда, сложный выбор» – Му Цин! Ты так и будешь смотреть, как он бесчинствует?! – Да не стой же, как истукан, помогай! Небожители кричали и плевались желчью, пока принц с немой мольбой смотрел на своего старого друга не в силах позвать того по имени. – Му Цин не желает вмешиваться, и его можно понять. Всё-таки он когда-то был приближённым служащим Его Высочества наследного принца. И пусть теперь Его Высочество занялся грабежом и захватом чудесных земель, всё же нелегко забыть о прежних тёплых отношениях хозяина и слуги. Хватит с нас и того, что Му Цин не стал бросаться на выручку Его Высочеству. Как можно ожидать, что он решит нам помочь? Это коварное замечание стало последней каплей. Му Цин принял решение разрешить конфликт старым способом, заставив Его Высочество самолично покинуть «поле боя». Вынув саблю из ножен, он уже собирался переломить единственное оружие принца – ветку дерева, как над полем раздался громкий голос: – Что за представление вы устроили в святом месте?! Увидь это небесный император, тут же попадали бы с вершины стайкой подстреленных сорок. Какое бесстыдство! Заслышав знакомый до боли голос, Му Цин и Се Лянь одновременно повернулись к появившемуся у скалы советнику с одинаковым недоумением и даже неким испугом на лице. – Это еще кто? – шептались небожители, никогда не видевшие советника в лицо, – Что за грязный бродяга пожаловал к нам? – Ты еще кто такой?! – грубо крикнул один из самых смелых божков, – Если ты обычный странник, то ступай дальше, не лезь не в свое дело. Если же, как и мы, самосовершенствующийся, то святое место, как видишь, уже занято. Вряд ли тебе что-то перепадет. – Занято так занято, – согласился Мэй Няньцин, не спеша спускаясь по горной тропе, – Но как мне кажется, на столь обширной территории каждый из нас смог бы занять свой укромный уголок и не мешать друг другу совершенствовать свое тело и дух. Грамотная, размеренная речь советника выдавала в нем фигуру образованную и далеко не простую, как могло показаться на первый взгляд. Небожители не были настолько глупы, чтобы не понять этого. Но даже так грубая черная накидка, множественные царапины и кровоподтеки на руках и шее, растрепанный общий вид производили абсолютно противоположное впечатление и сводили на нет всю манерность и статность бывшего советника Сяньлэ. – Мы сами решим, как нам делить святое место! – выкрикнул задетый поучительным тоном советника небожитель, – Уходи подобру-поздорову, если не хочешь, чтобы мы прогнали тебя силой! Мэй Няньцин прошел мимо расступившихся перед ним богов и встал аккурат между Му Цином и Се Лянем, прикрыв второго: – Вижу, нынешние небожители потеряли всякое достоинство. – Что ты сказал?! – Наставник? – прошептал еще не отошедший от шока Се Лянь, – Как вы.… Где вы были? Я прочесал весь лес, оббежал весь город, но не единого следа… – Все хорошо, – не отрывая взгляда от богов, успокоил советник и слегка сжал предплечье юноши, – Позже я вам все объясню. А сейчас… – Да как он смеет?! – визжал оскорбленный небожитель. – Успокойся, – придерживал соратника видимо самый старший из компании богов, – Уважаемый, вы должны объясниться. Иначе мы можем неправильно вас понять. Вижу, вы знакомы с Его Высочеством наследным принцем. Вы его покровитель или простой знакомый? На слове «покровитель» Му Цин еле заметно вздрогнул и бросил косой взгляд на советника, будто давая негласный совет молчать и не делать глупостей. Но у Мэй Няньцина были совершенно иные планы и, он не собирался отступать, как это сделал, будучи в военном лагере Сяньлэ. «Прости, мой мальчик, но учитель намерен сегодня надрать этим заносчивым сорокам задницы. Конечно, Хуа-Хуа в будущем покажет им, где раки зимуют, но сейчас мой звездный час. Кстати, о Хун-эре…» Мэй Няньцин обвел взглядом толпу и сразу же приметил слабый отблеск в кулаке одного из богов. Маленький голубой огонек активно мерцал меж толстых пальцев божка, ни на минуту не желая сдаваться. «О, ты тоже здесь. Бедный ребенок, по-хорошему мне бы и с тобой провести беседу тет-а-тет. Уж слишком много ты видел…» – Прошу прощения, я совсем забыл о манерах, – вскинул голову советник и коснулся груди, – Мое имя Мэй Няньцин, бывший советник Сяньлэ, главный жрец храма Шэньу и наставник Его Высочества наследного принца, что стоит сейчас прямо перед вами. Боги тут же всполошились: – Советник Сяньлэ? – Жрец храма Шэньу? – Разве он не погиб во время мятежа на горе Тайцан? – Бред какой-то! Как этот бродяга может быть советником Сяньлэ?! К тому же тот был на десяток лет старше. А этому от силы лет двадцать пять, если не меньше. – Вот-вот! Негодяй решил присвоить себе чужое имя! – Это можно легко проверить, – подал голос старший небожитель, – Насколько мне известно, Му Цин тоже являлся личным учеником советника Мэя. Пусть тогда он и подтвердит правдивость слов этого человека. Все взоры тут же пали на Му Цина. Юноша стоял с опущенной головой и крепко сжимал рукоять сабли. Скрестив руки на груди, Мэй Няньцин терпеливо ждал, давая юнцу время собраться с мыслями. Вот только небожители не отличались особым терпением и подгоняли соратника: – Му Цин, если он не советник Сяньлэ, так и скажи! Мы проучим лгуна! – Не молчи, Му Цин. – Му Цин, почему…, – хотел вмешаться Се Лянь, но легким касанием советник дал понять, что не стоит торопить события. Устав от нарастающего давления, Му Цин со вздохом сказал: – Это правда. Этот человек – советник Сяньлэ и мой наставник. – Вот это да! – удивленно загалдели боги, – Нам попался не только наследный принц, но и его всем известный чудной наставник! Какая удача! – Что же привело сюда уважаемого советника? – усмехнулся старший небожитель, – Вы искали своего ученика? Или решили поправить здоровье в здешних местах? Не сочтите за грубость, но выглядите вы, мягко говоря, неважно. – Благодарю за беспокойство, мое здоровье действительно оставляет желать лучшего. Но я пришел сюда не ради целебных источников. Во время прогулки моих ушей достигло не то щебетание, не то клекот голодных ворон. Не думал, что вместо стайки глупых пташек, увижу здесь целую толпу благородных небожителей. Боги тут же завозмущались, указывая, по их мнению, на виновника конфликта: – Мы бы и слова не сказали, если бы Его Высочество согласился добровольно уступить нам это место! – Но я пришел сюда первым! – не выдержал Се Лянь, – Почему я должен уходить? – Мы вам уже все объяснили, Ваше Высочество. Вы слишком высокого мнения о себе раз думаете, что вам все позволено. Се Ляня настолько задели слова небожителей, что от волнения он чуть было снова не бросился в атаку, но его вновь остановил советник, удержав за руку. Мэй Няньцин внимательно посмотрел на принца, потом на Му Цина и, наконец, сказал: – Дорогие мои, если бы я знал, что Небеса настолько прогнили изнутри, ни за что бы не позволил вам вознестись в этот притон зла. Оно вам надо, слушать вороний клекот каждый божий день? Удивительная штука судьба. Дарует силу не знавшим жизни юнцам и заносчивым гордецам. А то и полным идиотам… – Да как ты смеешь оскорблять нас, называя идиотами и гордецами?! – Не советнику падшего государства говорить нам такое! Тебе-то судьба не дала шанса на вознесение! – Грязный оборванец, потерявший и имя, и статус! Не зря говорят: каков учитель, таков и ученик. – Да ладно тебе! Бедному Его Высочеству просто не повезло иметь такого учителя-простофилю! – Эй, не говори так, – шикнул один осторожный небожитель, покосившись на Му Цина, – Му Цин тоже его ученик. – Му Цин – другое дело. У него холодный ум и четкие цели в отличие от…некоторых. Не правда ли, Му Цин? Ходят слухи, что учитель не очень-то тебя ценил. Будь я на твоем месте, тут же во всеуслышание отрекся от такого наставника. Это уже было верхом наглости и бесцеремонности. Говорить такое о наставнике при его же личных учениках… Мэй Няньцин дал себе слово сохранять спокойствие, но это заявление заставило кровь в его жилах малость подкипеть. «Вот ведь мерзкие гадины! Как понимаю, здесь много небожителей родом из старого Сяньлэ, ибо информацией они владеют исключительно щепетильной и широко известной в узких кругах. Ну, либо я стал настолько знаменитым, что о моей персоне теперь шепчется каждый, кому не лень» – Не смейте оскорблять моего наставника! – со злостью закричал Се Лянь, выставив палку вперед, – Про меня говорите, что угодно, но его не трогайте! Му Цин, скажи же уже что-нибудь! Наставник столько раз помогал тебе и даже принял, как личного ученика. Неужели у тебя не найдется ни единого слова в его защиту? С каждым новым высказыванием лицо Му Цина становилось все мрачнее и мрачнее. Рукоять сабли вот-вот была готова треснуть под напором загнанного в угол небожителя. Его эмоции неспокойной водной гладью пробегали по лицу, и в этот момент советник искренне посочувствовал разрывающемуся между голосом разума и сердца юноше. «Он еще не до конца созрел. Ему кажется, что существует лишь один путь: тот, который он сам избрал и ознаменовал своей дорогой жизни. Но это далеко не так. В мире столько ответвлений, что и не сосчитать. Выбор есть всегда. Вопрос лишь в цене. А вот та может быть далеко не из подъемных. Что ж, кому, как не учителю разгребать завалы и подавать пример горе-ученикам? Правда, в финансовой грамотности я тот еще профан.… Ну и ладно. Мне не привыкать» – Му Цин, – тихо позвал советник, положив руку на плечо юноши, – Помнишь, что говорила нам Сяо Де? У людей всегда есть выбор, но они сознательно выбирают самый никудышный. Это правда. Порой люди бояться сделать шаг, думая, что под ногой окажется бездна. И все же, а вдруг не окажется? Они ведь об этом не знают и строят худшие из догадок. Как и ты сейчас. – Советник, вы должны уйти, – сквозь зубы процедил Му Цин, – Заберите Его Высочество и возвращайтесь домой. – Ну уж нет. В прошлый раз я оставил тебя одного разгребать последствия собственной беспечности. Теперь настал мой черед ставить на место зазнавшихся глупцов. Пройдя мимо Му Цина, советник небрежно добавил: – Ты можешь идти, они не посмеют обвинить тебя в трусости. Либо же можешь остаться здесь и защитить Его Высочество. Выбор за тобой. При любом раскладе я не изменю о тебе своего мнения. Думаю, ты это и так прекрасно знаешь. Му Цин не сдвинулся с места. Только когда Се Лянь вознамерился догнать советника, очнулся и преградил ему путь. – Отойди, – грубо бросил принц, – Если боишься, то стой в сторонке и не мешай. Я в отличие от тебя не собираюсь просто так смотреть, как унижают нашего наставника. – Подожди, – шикнул Му Цин, наблюдая за советником через плечо, – Сначала понаблюдаем, а потом уже решим… – Что понаблюдаем?! Как его изобьют до смерти? Му Цин, наставник болен! Он половину месяца лежал в бреду, а потом бесследно исчез. Если иного выхода нет, то лучше уж пусть меня смешают с грязью, чем хоть пальцем его тронут! – Успокойся. Если что-то пойдет не так, я уведу вас отсюда. Обещаю. Се Лянь не особо поверил своему бывшему слуге, но послушался совета и не стал рубить с плеча. Что-то в уверенной походке и высоко поднятой голове советника давало понять, что все под контролем и что их вмешательство только усугубит сложившуюся ситуацию. Мэй Няньцин же был очень рад, что оба его ученика заняли одну и ту же позицию, и с исключительным удовольствием встретил тридцать три пары горящих от нетерпения глаз. – Одно недоразумение влечет за собой другое. Недосказанность перерастает в непонимание, а непонимание – в не имеющую оснований ненависть. Порочный круг всех человеческих отношений, лишенных банального доверия. – И к чему это отступление, уважаемый советник? – вопросительно поднял бровь старший небожитель. – Да так, мысли вслух, – отмахнулся Мэй Няньцин и, прокашлявшись, словно преподаватель перед началом длинной лекции, продолжил, – Итак, объясню вам, достопочтенные даоши, почему ваши действия вызвали у меня бурю негодования. Начнем с того, что любая территория, не имеющая хозяина, считается общей в не зависимости от ее предназначения. Будь то пахотные земли или же духовный источник. – Зачем он нам это все объясняет? – зашушукались небожители, – Мы и так это прекрасно знаем. Да и дело то вообще не в этом. – Тогда встает вопрос: как делить эти земли, если они ничейные, – не обращая внимания на шепотки, продолжал вещать советник, – На такой случай с давних времен предусмотрен ряд простых правил. Первое из них – по договоренности обеих сторон. Если даосы явились в одно и то же место и их интересы совпадают, то нет никакой проблемы в том, чтобы спокойно договориться и поделить место без лишних тревог. – Это не наш случай, – принял правила этой своеобразной игры старший небожитель, с интересом поглядывая на советника из-под густых бровей. – Верно. Перейдем к следующему правилу – первенства. Как говорится, кто первый спрыгнул с вершины горы Тайшань, тому и вечное блаженство на блюде. Насколько я понял, Его Высочество нашел это место раньше вас. – В бытность Его Высочество и так занимал слишком много земель, – заметил один из божков, – Он уже познал все радости небесной жизни, мы же только продвигаемся по небесной лестнице и хотим, чтобы принц радушно уступил нам это место. – Но Его Высочество этого не желает. Такого рода просьбой вы нарушаете его личные границы. И к чему бы ему уступать вам? Только потому, что вас больше? – Вот именно! Нас больше, поэтому и духовной энергии нужно больше! А Его Высочество поглотит все за один присест, и нам ничего не останется. Мэй Няньцин задумчиво посмотрел на Се Ляня и честно ответил: – Да, согласен, мой ученик временами бывает весьма ненасытен. Но, друзья мои, посмотрите мне в глаза и скажите без обиняков, в этом ли кроется истинная причина вашей враждебности? Глаза небожителей забегали из стороны в сторону, губы сложились в надменные ухмылки. Все они прекрасно знали, что дело далеко не в количестве духовной энергии. Но открыто признаваться в этом никто не спешил. – Мы вовсе не враждебны по отношению к Его Высочеству, – хитро улыбнулся старший небесный чиновник, – Наоборот, это на нас было совершено нападение при попытке договориться. Все это подтвердят. А что насчет этих ваших правил.… Существует еще третье. Оно гласит – побеждает большинство. Сами подумайте, нас тридцать три, с Му Цином тридцать четыре. А Его Высочество один. Мы все дружно решили, что не хотим самосовершенствоваться рядом с наследным принцем по определенным причинам, поэтому вежливо попросили его уйти. Разве мы нарушили хоть один закон? Думаю, что нет. – Но это вы первыми напали на меня! – заслышав откровенную ложь, воскликнул Се Лянь. Старший небожитель удивленно поморгал и перекинулся взглядом со своими товарищами: – Неужели? Друзья, разве это мы начали драку? – Нет, конечно! – С чего бы нам первыми лезть драку с непревзойденным богом войны в короне из цветов? Падшим конечно, но все же… – У меня вообще нет с собой оружия. А вот у Его Высочества довольно тяжелая ветка в руках. Такой легко можно переломать все кости. Се Лянь весь вскипел от злости. Не стой перед ним, как скала, Му Цин, тут же бросился бы на лгунов и разорвал их в клочья. Мэй Няньцин ничего не ответил. Что-то прошептав себе под нос, он пустил немного духовной энергии в меч на поясе и отправил его в полет. Цзютянь со скоростью ветра пролетел мимо деревьев у дороги и послушно вернулся в руки хозяина. Мгновение спустя стволы задрожали и раскололись надвое, устлав своей широкой кроной землю. – Вот этим точно можно переломать все кости, – равнодушно сказал советник, огладив лазурные ножны, – Впервые встречаю небожителей, что страшатся обычной палки. Ни совести, ни смелости. Одно сплошное разочарование. Грош вам цена, господа. – Что, тоже хотите драться? – фыркнул один из небожителей с мечом наперевес, – По вам видно, что вы не воин. Вы падете от одного удара, и даже Его Высочество вас не спасет. – Наставник, не надо! – почуял неладное Се Лянь и попытался оттолкнуть Му Цина. – Советник, отступите, – еле как сдерживал неугомонного принца Му Цин, – Вам нечем их запугать. Дайте мне разрешить это недоразумение, и дело с концом. «Ой, Му Цин, помолчи, пожалуйста. Я это делаю только потому, что тебе в каноне не хватило духу встать на сторону Се Ляня. Или, по крайней мере, разрешить конфликт без скандалов и полной потери доверия к тебе» Некоторые небожители тут же зацепились за слова товарища: – Му Цин, ты что, решил встать на их сторону? Зачем тебе это? – Твой хозяин первым не захотел идти на уступки. Мы тут совершенно не при чем. – Сделай правильный выбор. Не иди на поводу этой бешеной собаки! Мэй Няньцин глубоко вздохнул: – Похоже, вы не собираетесь признавать свою вину. Еще и нагло лжете в столь прекрасном месте. – Советник, наше терпение не безгранично, – угрожающе проговорил старший небожитель, – Либо вы уходите по своей воле, либо мы не несем ответственности за последующие наши действия. Решайте. Я считаю до трех. – Считай, если хватит пальцев на руках. Это заявление ввело всех в ступор. Мэй Няньцин сказал это таким холодным и до жути пугающим голосом, что у каждого невольно побежали мурашки по спине. Аура вокруг советника резко изменилась. Его бледная тень словно обрела собственное сознание и зазмеилась по земле. Тени от деревьев, кустов и камней выползли ей навстречу и по-змеиному зашептали: – Свобода! Свобода! – Духовная сила течет рекой! – Жертва…. Время жертвы. – Ах, как сладко! Вот бы пожрать этот сладкий мир! – Вот бы поглотить с головой… Небожители тут же попятились назад, испуганно вереща: – Что это такое?! Темное искусство? Он демон, точно демон! – Успокойтесь! – кричал старший небожитель, – Это просто дурацкие фокусы! Если эти тени и низшие духи, то тем более не стоит их бояться. Дайте больше света! Но сколько бы небожители не использовали духовного света, темные создания не погибали, а лишь хитро прятались в их же собственных тенях и снова выползали, шепча полную несуразицу в уши неподготовленных к психологической атаке божеств. – Низшие духи? – хмыкнул стоящий в темном вихре из теней Мэй Няньцин, – Сколько неуважения к падшим душам. – Не врите, это не падшие души! – указал на советника пальцем один из небожителей, – Небеса покарают вас за использование темных сил! – Правда? Что ж, даже если и так, я готов принять свою судьбу. Но я говорил не только о тенях. Одно дело издеваться над человеком вашего уровня, другое – над невинным ребенком. У вас вообще осталась хоть капля совести? Или вы вознеслись уже без нее? Советник небрежно указал на небожителя, все еще крепко сжимающего голубой огонек. Одна из теней мигом переползла на божество и разразилась глумливым смехом. От страха и неожиданности небожитель разжал пальцы, и дух Хун-эра тут же стрелой полетел к советнику. – Долго же тебе пришлось сидеть в заложниках, – слегка улыбнулся Мэй Няньцин, держа духа на руке, – Не бойся, иди к Его Высочеству. Эти небожители больше не посмеют вас потревожить. Хун-эр несколько раз поморгал, будто соглашаясь с советником, и направился к принцу. Се Лянь в прострации завел духа за спину, в то время как Му Цин, больше не в силах сдерживаться, закричал: – Советник, довольно! Если вы продолжите, мне ничего не останется, как привлечь вас к ответственности! – Отлично, – кивнул Мэй Няньцин и поманил темных сущностей рукой, – Если собираешься писать отчет, то пиши сразу на имя небесного владыки. Добавь, что его преданный жрец и слуга очень расстроен тем фактом, что Небеса превратились в сплошной балаган, и что этот ничтожный нижайше просит провести тщательную проверку небесных кадров. Если владыка слишком занят и не может уделить этому свое время, то я с радостью проведу дополнительную беседу с благородными господами. Повинуясь воле хозяина, тени благополучно отступили, но не спешили уползать под камни, темным вихрем клубясь за спиной советника. Небожители настолько вымотались, что не смели и на шаг приблизиться к даосу. Старший небожитель не был глупцом, и, оценив ситуацию, презренно нахмурился и сказал: – Хорошо, уважаемый, сегодня мы отступим. Но знайте, что небесного суда вам не избежать. Му Цин! Небожитель повернулся к товарищу и с явным упреком вопросил: – Му Цин, что ты решил? Пойдешь с нами к владыке или останешься здесь зализывать раны своим бывшим хозяевам? Вновь перед Му Цином встал нелегкий выбор. Поймав взгляд советника, он немного подумал и твердо решил: – Идите без меня. Позже я сам объяснюсь перед владыкой. – Да уж, недолго тебе еще ходить по небесной столице, – съязвил один из небожителей перед тем, как последовать за товарищами. Небесные чиновники ушли. Се Лянь мог бы радоваться, если бы не тяжесть на душе. Слишком уж много унижений и неприятностей свалилось на его плечи. И все одна радость перекрывала все печали – возвращение «сбежавшего» наставника. – Наставник, – устало и в то же время облегченно выдохнул Се Лянь, – Вы не представляете, как я рад вас видеть. Но где вы все это время были? Ушли под покровом ночи и никому ничего не сказали! Матушка так распереживалась, что не ела несколько дней. Отец стал мрачнее тучи. Мы с Фэн Синем искали вас с утра до ночи в течение десяти дней, но безрезультатно! Потом я решил уйти на поиски хорошего места для самосовершенствования и заодно поискать ваши следы в святых местах, так как раньше вы рассказывали, что многие бессмертные при болезни ищут духовные источники, чтобы поправить здоровье. Вот так…я вас и нашел. Или скорее вы нашли меня. Выложив все как на духу, Се Лянь вяло улыбнулся так, что сердце советника невольно екнуло в груди. Не удержавшись, Мэй Няньцин мягко приобнял ученика и сказал: – Простите меня, Ваше Высочество. Я ушел в полном бреду и не ведал, что творю. Только приблизившись к этой земле, я немного пришел в себя и встретил вас. Если я хоть как-то могу загладить свою вину… – Ничего не нужно, – прошептал в воротник наставника Се Лянь, – Просто вернитесь домой. Этого будет достаточно. «Домой? Как там говорил Хуа-Хуа? Дом то место, где есть домашние и семья. Место, где тебя ждут. Боже, я так часто ныл, что хочу домой, не понимая, что уже давно был дома» Пребывая в своих мыслях, Мэй Няньцин кинул мимолетный взгляд за спину принцу и тут же пораженно воскликнул: – Он что, опять сбежал?! – Кто? – удивился Се Лянь. – Этот ребенок! Ваш маленький мерцающий дружок! – Ааа, вы про того духа, – вспомнил принц и огляделся, – Похоже, так и есть. – Это дух сбежал сразу же, как освободился, – вклинился в разговор хмурый Му Цин, – Да и толку от него? Только мешался под ногами. – Не смей так говорить о нем! – ощетинился Се Лянь, – Он оказался куда полезнее, чем… Язвительное «ты» так и не вырвалось из уст принца, но Му Цин и так все прекрасно понял. Опустив голову, он собирался отвернуться, но советник ловко развернул ученика обратно и, подвинув поближе к принцу, по-наставнически заворчал: – Так, мальчики, не ссоримся. Эта одна из тех ситуаций, где сложно сделать правильный выбор, не потерпев некоторых лишений. Му Цин, я знаю, о чем ты сейчас думаешь, но не стоит переживать. Ты еще найдешь себе компанию по уму. Эти высокомерные выскочки не единственные небожители, с которыми можно поднабраться опыта и повысить свой социальный статус. – Конечно, если меня не сбросят раньше…, – пробубнил про себя Му Цин, за что получил от наставника легкий щелбан по лбу. – Этого не произойдет, если ты, конечно, не устроишь геноцид или чего похуже, – усмехнулся советник и тут же посмурнел, – Если же это произойдет, владыка будет иметь дело уже со мной. Я никому не позволю измываться над моими учениками. Му Цин в прострации тер свой лоб, пытаясь переварить услышанное. Се Лянь кидал на него неодобрительные взгляды, пока советник не обратился уже лично к нему. – Ваше Высочество, вам тоже стоит постараться и набраться сил. Не зря же я так удачно появился в этом месте и спугнул стайку крикливых ворон. Воспользуемся шансом и поднакопим столько духовной энергии, сколько будет способно принять наше тело и душа. Вот, возьмите. Ваша палка конечно вне всякой конкуренции, но с настоящим мечом, думаю, будет куда привычней. Мэй Няньцин протянул принцу Цзютянь. Се Лянь внимательно осмотрел ножны со всех сторон и утвердительно кивнул: – Спасибо, наставник. Этот клинок выглядит знакомым. Я не мог его уже где-то видеть? – Это Цзютянь, один из мечей гоши Цзюй Шэнли. Хоть и не боевой, но хороший и легко поддающийся духовному слиянию клинок. Для тренировок то, что нужно. Се Лянь еще раз пробормотал слова благодарности, и тут его взгляд упал на все еще струящуюся тень наставника. Му Цин смотрел в ту же сторону, и советнику пришлось придумывать отговорки: – Я не занимаюсь темными искусствами, как вы могли подумать. Эти тени хоть и выглядят жутко, но на деле весьма безобидные создания. «Упустим тот момент, что они способны высосать душу, хех…» – Позже я вам все объясню! – раздраженно замахал рукой советник, подгоняя принца к скале, – Ваше Высочество, на той вершине открывается чудесный вид и энергия течет рекой. Помедитируйте пока там немного. Если совсем ничего не выйдет, вернемся домой, хорошо? – Д-да, наставник, – недоумевал столь резкой смене настроения Се Лянь, поглядывая на Му Цина, – Но вы ведь точно не уйдете? – Нет, нет! Мы останемся здесь и дождемся вас. – Мы? – сухо переспросил Му Цин. – Да, мы! – повторил Мэй Няньцин, – У меня к тебе есть разговор. Так что прошу, удели мне немного своего драгоценного времени. В этот раз Му Цину не дали права выбора. Но и деваться ему собственно было некуда. Так что он согласно мотнул головой, смиренно принимая свою судьбу. Се Лянь же нервничал. Он не хотел вновь оставлять советника одного. Но выбора у него тоже особо не было. Чтобы повторно вознестись, требовалось немало духовной энергии, а получить ее в кратчайшие сроки он мог лишь здесь, в этом святом месте. – Наставник, в моем мешке есть теплая одежда и немного сухих лепешек с водой. Поешьте. Я скоро вернусь. Только обязательно дождитесь меня. – Да, да, не торопитесь, – напутствовал советник, – Напортачите, будете цитировать мне Дао де Цзин, пока язык не сотрете. От знакомых ворчливых ноток сердце Се Лянь словно отмерло, что-то очень теплое и приятное разлилось в груди. Обменявшись напоследок многозначительным взглядом с Му Цином, так и говорившем: «Следи, иначе будет худо», принц со спокойной душой скрылся в зеленой листве.