Я стал учителем главного героя (И бывшим вассалом главного злодея)

– У нас проблемы. Наконец, демоница и лекарь умолкли и удосужились вернуться в реальность, оценить текущую обстановку. Они увидели, как к ним со всех сторон приближаются мерзкие черные твари, и тут же, забыв о своей глупой перебранке, бросились к советнику. Мэй Няньцин не знал, куда деть бессознательное тело земледельца, и просто закрыл его собой, поспешно вынув из рукава талисман. – Не отходите от меня ни на шаг! – предупредила Лошэнь, снеся своим рукавом парочку сколопендр, – Я постараюсь очистить вам путь. – Хорошо, – кивнул советник и повернулся к лекарю, – Помогите мне поднять его! Су Лянсянь предусмотрительно закрепил клинок Цзютянь на своем поясе, скептически осмотрел тело мужчины и уже потом неохотно согласился: – Ладно, этот парень, похоже, очень любит жизнь, и просто так с ней расставаться не намерен. Люблю таких. Больше пользы, меньше затрат. Одни преимущества. – Су Лянсянь, я вас умоляю…, – еле сдерживаясь, прошипел Мэй Няньцин. – Я понял, понял! Давайте взвалим его на ваши плечи. Боюсь, мои вряд ли выдержат его вес. «А думаешь, мои выдержат?! Скажешь тоже!» Как бы советник этого не хотел, на споры не было времени от слова совсем. Лошэнь старалась изо всех сил, но даже она имела свои пределы. Твари буквально липли к ее ногам и длинному подолу. Она в отвращении раздирала их тела своими длинными когтями, но на место одной падшей твари тут же приползала другая. Окончательно и бесповоротно их мог пронять только духовный огонь. – Меняемся местами! – решил советник, пустив в тварей один из талисманов, – Я расчищаю путь, а вы следуете за мной. Твари тут же вспыхнули, как спички, и истошно заверещали. Удовлетворившись результатом, советник оставил спящего мужчину на лекаря и бросился вперед. Су Лянсянь удивленно похлопал глазами и, осознав, что его бросили, возмущенно закричал: – Эй, вы слышали, что я сказал?! Я не потащу это тело на своем горбу! Я согнусь пополам и больше никогда не разогнусь обратно! Это просто возмутительно…! Его возмущения прервала Лошэнь, что прямо на его глазах легко подняла одной рукой мужчину за пояс и также легко взвалила на свое плечо. – Поднимайся, старичок, – лукаво улыбнулась Лошэнь, – Но если не можешь, ничего страшного, я и тебя понесу. – Эээ, думаю, не стоит, – нерешительно пробормотал Су Лянсянь, – Я уж как-нибудь сам справлюсь. Хотя может в другой раз… Последние слова он произнес вполголоса, но Лошэнь все равно его услышала и еще шире ухмыльнулась. Подав лекарю руку, лисица решительно повела его вслед за советником. Мэй Няньцин же в это время занимался массовым сожжением мерзких многоножек и не видел ничего, кроме извивающихся в мареве огня тел. Ему казалось, что тварям нет конца и края, и, мягко говоря, начал немного нервничать. «Да когда же вы кончитесь то?! У меня так талисманов на всех не хватит! Боги, откуда вы все лезете? Как же я ненавижу этих ползучих тварей! Мерзость!» Одна из многоножек незаметно обвила его лодыжку, отчего советник чуть не упал, но этой заминки хватило для того, чтобы потерять контроль над ситуацией. Сколопендры окружили четверку со всех сторон, закрыв путь к отступлению. Су Лянсянь попытался использовать свои талисманы, но их хватило лишь на сожжение нескольких особей. В итоге Мэй Няньцин взмахом руки создал вокруг себя и своих спутников защитный огненный круг, на время оставив тварей негодующе верещать за его пределами. – И? Что дальше? – тяжело дыша после бега, поинтересовался Су Лянсянь. – Может, нарисуем еще один круг перемещения? – предложила Лошэнь, – Или же воспользуемся помощью ваших темных друзей? Демоница кивнула в сторону тени советника, и Мэй Няньцин понял, что она имеет в виду. Не мешкая, советник мысленно обратился к теням. Вот только пляшущие языки пламени заставляли теней пускаться в немыслимый дикий танец, отчего советнику было трудно призвать их к порядку. Казалось, их голоса поют вперемешку на всех языках, какие только существуют в пределах Поднебесной. Но кое-что из этой безумной какофонии можно было разобрать: – Будда Амитабха, злобных духов отведи! – Будда Амитабха, зло отведи! – Скованный сожалениями, вечный не обрету покой! – Милостив будь и отвори мне двери в мир иной! – Просто прекрасно! Всё просто прекрасно! – Все просто прекрасно! Амитабха! Мэй Няньцин прижал пальцы к виску и обреченно бросил: – Они меня не слышат! Слишком много шума. Слишком много огня. – Тогда я рисую круг! – Лошэнь решительно сбросила с себя тело мужчины и начала рисовать на земле схему для перемещения в пространстве. – Но это лишит вас последних сил! – возразил Мэй Няньцин. – И в этом случае вы обещали быть моим верным телохранителем, – игриво подмигнула ему лисица, – Старейшина, у нас все равно нет иного выхода. Ядовитые твари не успокоятся, пока не вкусят нашей крови. Ждать у моря погоды бесполезно. – Полностью согласен! – поддержал идею лекарь Су и указал на земледельца у своих ног, – И если бы этот юнец был сейчас в сознании, сказал бы то же самое. Советник, давайте быстрее решайтесь, иначе я и сам скоро упаду в обморок от жара! Тогда нести придется уже два тела вместо одного. А это та еще затрата ресурсов! Советник медлил. Ему абсолютно не нравилась идея лишиться главной движущей силы их маленькой команды, ведь сам он, истратив хоть и не так много духовной энергии, уже чувствовал, что на грани. Последствия искажения ци еще давали о себе знать, и не зря лекарь Су до сих пор не дал официального разрешения на продолжение его духовного самосовершенствования. «И что делать? Плюнуть на все и позволить Лошэнь нарисовать круг? А что еще остается? Думай, советник, думай! Что же еще…» – Я помогу, – вдруг, словно весенняя листва на ветру, прошелестел в его голове знакомый голос. «Что? Кто? Постойте… Лань-эр?! Это ты?!» Голос так и не ответил, но Мэй Няньцин мог поклясться, что услышал мягкий говор своего бывшего шиди Лань Цайхэ. И как только он это осознал, земля резко затряслась, по ее поверхности разверзлись глубокие трещины, поглотив часть черных сколопендр. Оставшиеся на поверхности твари Тунлу издали испуганный визг и, словно крысы, бегущие с тонущего корабля, разбежались во все стороны. От поднявшегося столба пыли огонь затух, и троица прижалась к земле в ожидании, когда тряска хоть немного утихнет. Мэй Няньцин как раз пытался откашляться, когда услышал удивленный возглас лекаря: – Эй, а эта гора всегда была здесь?! – О боги! – волнительно вздохнула Лошэнь, – Это невероятно! Мэй Няньцин открыл глаза и также не смог сдержать изумленного «О!». Буквально в шаге от него, там, где раньше был лишь пустырь, земля плавно уходила ввысь, незаметно теряясь в туманной дымке облаков. Лекарь Су был прав. Перед ними предстала взявшаяся неизвестно откуда высокая остроконечная гора. – Лань-эр? – все еще не мог поверить своим глазам советник. – Да, А-Цин, это я, – мягко ответил ему шиди Лань. – Что за фокусы? – все не мог взять в толк лекарь Су, – Что это за чудо-гора такая, что сама переместилась с одного места на другое? – Это не гора, а дух! – сообразила Лошэнь и в подтверждение своей догадки обратилась к советнику, – Я ведь права, старейшина? Мэй Няньцин кивнул: – Да, это мой старый друг, и на его теле находиться нам будет куда безопасней, чем здесь. Так что хватаем нашего сонного приятеля и живо поднимаемся наверх! Уговаривать всех долго не пришлось. Троица с человеком на плечах быстро покинула пустырь и стала подниматься к вершине. Мэй Няньцин заметил, что за ними по пятам вьются длинные растения, защищая от угрозы извне, и довольно ухмыльнулся. «Сяо Лань, ты просто чудо. Если бы не ты, нас бы уже сожрали с потрохами, а кости оставили гнить на этой проклятой земле» – Ну что ты, я только рад помочь, – произнес Лань Цайхэ, и в подтверждение его слов одна ветвь мягко скользнула по щеке советника, – Чуть выше есть живой источник. Идите прямо к нему. Его воды исцелят заблудшего странника. – Идем вперед, – сказал Мэй Няньцин и пальцами огладил один из длинных листков. – А этому духу точно можно доверять? – с сомнением посмотрел на него Су Лянсянь. – Вы можете доверять ему так же, как доверяете мне. Су Лянсянь хмыкнул и без обиняков заявил: – Тогда я, пожалуй, не буду терять бдительность. – Как пожелаете, – фыркнул в ответ советник. Пока советник и лекарь перебрасывались колкостями, Лошэнь непривычно хранила молчание и в восхищении оглядывалась по сторонам. Зеленый листок незаметно коснулся мочки ее уха, вызвав приятную дрожь. Демоница улыбнулась и от нежности прикрыла глаза. Лань Цайхэ дал понять, что он ей не враг, и Лошэнь с радостью приняла его в свое сердце. – Куда дальше? – вопросил в пустоту Мэй Няньцин. Ветви перед ним тут же расступились и вывели к отвесному склону. С его высоты текла струя воды и внизу образовывала небольшой водоем. Советник сразу же догадался, что это тот самый источник, о котором говорил шиди Лань. Мэй Няньцин повелел уложить земледельца рядом с источником, а сам опустился на камень у самой воды. Лекарь Су и Лошэнь с интересом наблюдали за ним, ожидая его дальнейших действий. – Дорогой мой, ты снова не рассчитал свои силы, – мягко укорил своего шисюна Лань Цайхэ, пока его ветвь скользила по ладоням советника. Мэй Няньцин только сейчас заметил, что его руки покрыты красными пятнами от ожогов, – Опусти их в воду. Мэй Няньцин подчинился и медленно окунул свои ладони в холодный источник. Сначала кожу начало слегка покалывать, но потом от кончиков пальцев и далее по всему телу потекло приятное тепло, по ощущениям похожее на поток светлой энергии. Советник вынул руки из воды и приятно удивился. От увечья не осталось ни следа. – Силы небесные! – удивился не меньше Су Лянсянь, – Вот это да! Какой замечательный источник! Интересно, если его воды перелить в сосуды и спустить с горы, не потеряют ли они своей удивительной силы? Сколько же можно было бы излечить бедолаг, не тратя при этом бесценные запасы небесного хранилища. – А-Сянь! – грубо потянула его за плечо Лошэнь, – Вспомни, кто ты есть и что ты должен делать! Ты лекарь, так лечи, а не думай о собственной выгоде. Не заставляй меня вновь разочаровываться в тебе. Задетый за живое, укоренный лекарь стыдливо прикрыл рот тыльной стороной ладони, но, поймав внимательный взгляд советника, не выражающий особой неприязни или сомнений, а лишь незамысловатый, тонкий намек на интерес, в привычной манере махнул рукой и приказал: – В воду его! Мэй Няньцин и Лошэнь вместе подняли тело земледельца и осторожно опустили в источник. Су Лянсянь придерживал голову раненого и внимательно наблюдал за процессом исцеления. Не прошло много времени, как раны человека начали потихоньку заживать, а на лицо вернулся живой здоровый румянец. – Замечательно, – оценил состояние человека Мэй Няньцин, – Благодарим тебя, шиди Лань. – Другой вопрос. Если я окунусь в этот источник, излечат ли его воды мою больную спину? – все никак не унимался Су Лянсянь, водя пальцами по кромке воды. – Можете попробовать, но результат я вам не гарантирую. Лекарь Су подумал-подумал, и все же решил ограничиться окунанием своих морщинистых пальцев. Их по старости лет частенько сводило судорогой, поэтому он надеялся хоть на какой-то маломальский эффект. На его действия Лошэнь лишь смиренно покачала головой и снова повернулась к советнику: – Старейшина, это очень древний и сильный дух. Полагаю, он существует столько же, сколько и существует сама гора Тунлу. Вы сказали, что он ваш друг и даже назвали его по имени. Мне интересно, кем же являлся этот дух при жизни? И как он связан с вами? И он ведь не один? В прошлый раз, будучи у вершины Тунлу, я видела двух его братьев с высоты. Их имена вам также известны. Я права? Мэй Няньцин ответил не сразу. Лошэнь видела, как его губы то смыкаются, то размыкаются, беззвучно ведя с кем-то диалог. Наконец, советник моргнул и спокойно сказал: – Когда-то давно мы вчетвером служили одному господину. Теперь же они духи-хранители, а я одинокий странник. Это все, что я могу вам сейчас рассказать. Не больше. – Они ведь умерли не своей смертью? – Как и любой другой дух, не нашедший покоя в загробном мире. – Кто их убил? – Лошэнь, не стоит. Под стальным взглядом советника демоница сникла и виновато опустила голову. – Простите, я перешла черту. – Ничего, вы имеете полное право задавать вопросы, – слегка улыбнулся ей советник, – Но я также имею право на них не отвечать. У вас есть свои секреты, у меня свои. Останемся каждый при своих демонах в шкафу. – Она умна, – прошептал Лань Цайхэ, – Ей не составит труда связать наше прошлое с Белым бедствием. «И я надеюсь, что она будет также умна и в вопросе сохранения личных границ. Владыка и так косо на нее посматривает после неудачной попытки переманить на свою сторону. Не хватало еще, чтобы она привлекла его внимание своей излишней любознательностью» – Я вас поняла, и больше не буду задавать вопросов, – смирилась с поражением Лошэнь, – Но знайте, что я всегда буду рада выслушать вас. Ведь это, наверное, так тяжело. – Что именно? – Продолжать жить, когда все друзья уже почивают в могилах. Идти по дороге жизни в полном одиночестве. Мэй Няньцин слегка нахмурился, но кое-что вспомнив, сказал: – Разве не вы говорили, что я не одинок? – Да, снаружи, но не внутри, – Лошэнь прижала руку к своему сердцу и печально улыбнулась, – Там вы все еще одиноки. И будете продолжать быть одиноким, пока несете в себе тяжесть тайны, в которую так не желаете посвящать даже самых близких людей. И я, думаю, знаю, почему. – Из-за страха, – продолжил ее мысль Лань Цайхэ, – Страха навредить им. Сделать только хуже. Стать причиной их гибели. – Ну, раз знаете, значит, мне не нужно вам ничего объяснять, – раздраженно отвернулся советник, – Простите, я ненадолго вас оставлю. Передохните пока, я скоро вернусь. Взмахнув рукавом, Мэй Няньцин скрылся в переплетениях ветвистых кустарников и таким образом закончил разговор. Не нашедшей нужных слов Лошэнь оставалось лишь горько вздохнуть и вернуться к источнику.

***

«Они мертвы! Нет, это не так! Это не может быть правдой! Он не мог! Это неправда! Все неправда!!!» Это правда. Тай Цзи, твой господин убил своих вассалов. Скинул их тела в жерло проклятой горы. Совершил жертвоприношение и утолил ее голод. – Нет, замолчи! Это неправда, сон! Просто страшный сон! Я скоро проснусь! Скоро… Тай Цзи, он больше не станет прежним. Его поглотило безумие. Всепоглощающая безысходность. – Нет!!! Сапог зацепился за корягу, и земля резко ушла из-под ног. От удара о землю боль пронзила все тело, не давая сдвинуться с места. Приглушенное рыдание раздавалось откуда-то из-под грязных спутанных волос. Крупная дрожь пронизывала темную фигуру, сломанной куклой лежащую на земле. Она не могла подняться. Она не хотела верить. Она не хотела жить. – Почему? – хриплым шепотом вопрошала она на грани истерики, – Почему…все…так… Я не…понимаю… Тай Цзи, ты должен идти. – Зачем? Это твоя судьба. – За что нам это все? За какие грехи? Иди вперед. И не оборачивайся. Ты должен… – Замолчи!!! – сжатый кулак с силой ударил по земле, на белой, как снег, коже выступила кровь, – Я не хочу идти. Я хочу, чтобы все стало, как прежде. Чтобы не было этого пророчества. Не было этих слез и страданий. Чтобы эта чертова гора никогда не просыпалась и не ломала моего принца! Ты правда думаешь, что в горе дело? Руки совершили попытку приподняться над землей. Голова опрокинулась назад, глаза невидяще впились в нестройный ряд далеких бледных светил. Они тоже насмехались над ними. Как и все эти мерзкие боги. Как и все эти глупые, жестокие люди. – Что мне теперь делать? – холодные слезы потекли по щекам, капля за каплей падая на сухую траву, – Как мне быть? Неужели я и правда теперь совсем один? Нет, я должен вернуться. Но я не могу! Мне страшно! Мне так страшно…не могу… Выбирай. Одиночество или вечные оковы. – Сяо Лань … Чжу-сюн… Цзюй-сюн…. О боги, почему вы не забрали меня с собой?! Почему оставили здесь одного?! Что мне делать?! Мне так страшно… Страшно. Так страшно. Холодно. Больно. Вставай и иди. Утри слезы и продолжай жить. Пусто. Одиноко. Тоскливо. Отринь страхи. Забудь о любви. Прими свою судьбу. Одиноко. Горько. Тошно. Забудь обо всем. Встань и иди. Не оглядывайся. Забыть. Идти. Все забыть. – Нет, – ноги медленно поднимают сломанное тело, темный взгляд устремляется ввысь, – Я никогда не забуду. Я буду идти с этой памятью, с этой ношей до самого конца. Ради Его Высочества. Ради моего солнца. Чего бы мне это не стоило. Иди. Иди сквозь время, иди сквозь судьбы. И никогда не забывай. Никогда. – Цин-эр, проснись! – острой иглой впился в сознание голос Лань Цайхэ, и Мэй Няньцин резко открыл глаза. Советник сидел в позе лотоса на краю обрыва и, если бы не гоши Лань, точно бы свалился вниз. Решив помедитировать в одиночестве, он не думал, что снова окунется в омут памяти и станет заложником дурных воспоминаний. Обхватив голову руками, он еще некоторое время просидел так в задумчивости, прежде чем ответить другу: – Прости, Лань-эр. Я снова витаю в облаках. – Не извиняйся, – зеленая гибкая ветвь обвила его запястье, даря утешение, – Я знаю, что ты чувствуешь, и всем сердцем желаю разделить с тобой эту боль. – Мне и этого вполне довольно, – Мэй Няньцин прижал свою обвитую ветвями ладонь ко лбу и уточнил, – Что они делают? – Кто? – Наши друзья. – А. Они охраняют границу. Чтобы новорожденные демоны не вторглись в мир людей. Я отделился от них, чтобы помочь тебе. Они все знают и могут явиться по первому твоему зову. – Но пока их не стоит звать. Ради безопасности людей и мира. – Все так. Поэтому сейчас я в твоем полном распоряжении. – Что ж… Мэй Няньцин опустил руку и окинул взглядом раскинувшуюся перед ним картину. С высоты была хорошо видна гора Тунлу. Своими зорким глазом советник видел, как по ней, словно муравьи, ползут темные фигуры, как периодически вырывается пламя из огромной печи. Бойня между демонами уже началась и шла полным ходом. – Земледелец сказал, что оставшиеся в живых люди направились в сторону горы, – рассуждал вслух советник, – Есть два варианта развития событий. Либо они уже все давно мертвы, что вполне вероятно, учитывая количество демонов, блуждающих в окрестностях Тунлу, либо же… – Они встретили сильного защитника. – И я даже знаю, кого именно. – Тогда тебе не о чем волноваться. Мэй Няньцин потер переносицу и тяжело вздохнул. С прошлой жизни он помнил историю о призраке, что в попытке защитить людей вырвал себе глаз и сделал из него мощное оружие, и все же эта версия событий была лишь догадкой, слухом, так и не сумевшим обрести доказательства своей истинности. Никто, кроме самого призрака, не знал правды. И это порождало сомнения в душе советника. – Раз я здесь, ничего не мешает мне одним глазком взглянуть на это за адское побоище. Тем более если там остались живые люди, их нужно оттуда вытащить и вернуть домой. Таким образом, я очищу свою совесть и плюсом заработаю парочку заслуг. – Эта гора манит тебя в свои сети. Если ты поддашься, она просто так не отпустит тебя. – Пускай. Я хочу видеть. Хочу вспомнить. – Там я не смогу быть рядом с тобой. – Я знаю. Не волнуйся, я просто так не умру. Кое-кому я еще нужен живым. Он ведь тоже там, не так ли? Им не нужно было называть имя, чтобы понять, о ком ведется речь. Бай Усянь непременно даст о себе знать, где бы он ни был и чем бы он не занимался. Шиди Лань ничего не ответил, лишь устало вздохнул. Мэй Няньцин принял это за молчаливое согласие и сказал: – Могу я оставить моих спутников на твое попечение? – Конечно. Пусть остаются. Но предупреди своего друга-лекаря, чтобы он не смел собирать плоды моих трудов и забирать их с собой с горы. Ему разрешено использовать лечебный источник в свое удовольствие в пределах моей земли, но не более. – Хорошо, скажу, что ты сбросишь его со склона и переломаешь ему все кости, если он попытается схитрить. – Я не настолько жесток. Но могу и незаметно уволочь его тело, использовав в качестве удобрения для моих трав. «Эм…. А есть разница?» Решившись идти к горе, Мэй Няньцин отошел от обрыва и вернулся к своим спутникам. Еще не дойдя до источника, он услышал голоса, переговаривающиеся между собой: – Женьшень, аконит, кизил, имбирь, ягоды годжи! Боже мой, эта гора – рай для любого лекаря! Так еще и целебный источник в придачу! Зачем мне Небеса, если есть этот маленький клочок земли? – Шу Сянь, ты забыл, что обещал мне? Жадность погубит тебя. – Ладно, ладно! Не сердись так, моя дорогая Ло. Я лишь выразил свое искреннее восхищение этому чуду света. И все же, если я возьму лишь чуток того и чуток сего, будет ли дух горы злиться на меня? Я позаимствую лишь малую часть из его многочисленной коллекции, но это будет стоить того. – Нет, – ответил ему Мэй Няньцин, выйдя на поляну, – Дух горы строго-настрого запретил вам трогать плоды его трудов и тем более уносить их с собой. В это время Су Лянсянь копошился в траве и, заслышав речь советника, состроил такую гримасу, что сидящей около него Лошэнь стало очень смешно. – Но почему?! – в отчаянии заламывал руки Су Лянсянь, – Я ведь не для себя стараюсь, а для блага тяжелобольных! – Кое-кто явно кривит душой, – заметил Лань Цайхэ. – Нет, – словно отговаривая несносное дитя, снова повторил советник, – Если вы спрячете хоть одну травиночку под подол, станете живым удобрением. Вам все ясно? – Да понял я, понял, – пробурчал лекарь Су, раздраженно отряхивая свои одежды. – Вот и отлично. Итак, я отправляюсь к горе Тунлу, чтобы узнать о судьбе людей, волей случая забредших в эти земли. Лекарь Су однозначно остается здесь и дожидается меня на случай, если я все же найду людей. Им, несомненно, понадобится ваша помощь. – А я? – выпрямилась Лошэнь. – А вы вольны делать то, что пожелаете, – дал ответ советник, – Я не вправе заставлять вас помогать мне, тем более у вас есть свои планы, не так ли? Лошэнь кинула пристальный взгляд на ничего непонимающего лекаря Су и, тряхнув волосами, гордо заявила: – Мои планы немножко изменились, поэтому я провожу вас до Тунлу, а потом вернусь сюда на случай, если злобные духи все же посмеют вторгнуться на гору. «Это вряд ли. Сяо Лань хорошо защищает своего горное тело. Но мне же лучше. Не придется ей ничего объяснять и волноваться о ее безопасности» – Хорошо, – кивнул Мэй Няньцин, – Тогда идем. Я попробую снова призвать теней. – Подождите! – остановил его Су Лянсянь и снял с пояса Цзютянь, – А его не хотите взять с собой? – А, Сюй Лин, – вспомнил о своем подопечном советник и глубоко задумался. Он не являлся практикующим мечником, поэтому без духовной силы меч для него был равен бесполезному куску металла. Когда-то он использовал его, чтобы припугнуть тридцати трех небожителей, но не более того, – Пусть останется у вас. Сюй Лин мало-мальски знает местность, поэтому в случае чего поможет хотя бы окончательно не заблудиться. – Какого вы, однако, высокого мнения обо мне, советник, – хихикнул Сюй Лин. – Так и быть, – на удивление быстро согласился Су Лянсянь, внутренне радуясь, что клинок останется вне досягаемости его неподражаемой Ло. – Су Лянсянь, – напоследок позвал советник и покрутил пальцем в воздухе, заставив длинные зеленые отростки обвиться вокруг его руки, – Даже если меня здесь нет, это не значит, что можно творить все, что вздумается. Шиди Лань будет пристально следить за вами, так что будьте хорошим лекарем и позаботьтесь о нашем бедном друге. Мэй Няньцин усмехнулся, когда уши и лицо лекаря резко покраснели, сделав его похожим на генерала Гуань Юя . Еще больше его позабавило возмущение лекаря, брошенное ему уже в спину: – Да за кого вы меня принимаете?! Это возмутительно! Крайне возмутительно!