Проклятие Карлайла

На лице Снейпа застыло экзотическое выражение. Гарри, пребывавший в состоянии закипающего бешенства, не был уверен, что у такой эмоции вообще существует название. Пока он, хмурясь до боли в глазницах, выстукивал по столешнице похоронный марш, Снейп смотрел на него так, словно знал что-то важное, и словно понимал, что Гарри следовало бы знать это тоже, но по неизвестно какой причине предпочитал воздержаться от комментариев. Да, вот приблизительно такая эмоция выражалась у Снейпа на лице. — Бухает, — констатировал Гарри, то и дело вытягиваясь из-за его плеча, чтобы полоснуть спину бесстыжего Малфоя взглядом. — Нет, вы видите это? Ваш крестничек бу-ха-ет! В богом забытом кабаке на краю маггловского, блядь, Карлайла! Пока его ищет орава министерских авроров. Пока мы чуть не сдохли, пересекая мост! Это… это беспредел! Весело ему! Руки зачесались — он спрыгнул со стула, похрустел костяшками пальцев, сдул с лица липкую прядь волос… — Поттер, — сквозь зубы шикнул Снейп, видимо напрягаясь. — Что? — Прежде чем все посетители этого, — Снейп поморщился, когда кто-то сбоку пронзительно рыгнул, — волшебного питейного заведения познают бушующую гриффиндорскую страсть, тебе следует зна… — Да я ебальник ему снесу. Снейп вздёрнул было ладонь, пытаясь его остановить, но Гарри парой размашистых шагов пересёк барную стойку и, не жалея силы, постучал по белобрысой макушке. Взгляд ещё хмельной, задорный; изящно очерченные бескровные губы поджались в презрении, — Драко Малфой, обернувшись, брезгливо дёрнул плечами: — Эй, осторожнее! Сквозь ор колонок за спиной послышался скрип стула. — Слушай ты, хорёк… — зашипел Гарри, впечатав кулак в столешницу в дюйме от дрогнувшей аристократической ручки. — Я тебя в порошок сотру. Малфой, казалось, опешил от такой дерзости: он приоткрыл было рот — а Гарри ошалело замер, завидев у него на шее окисленную подвеску «СУКА». От визгливой песни, разрывавшей «танцпол», гудело в висках. Гарри шатнулся — какая-то сумасшедшая парочка чуть не отдавила ему ноги, впечатавшись в пустующий подле Малфоя стул. — Смотрите под ноги! — рявкнул он, тут же переключаясь на виновника торжества; затем кивнул на остатки недопитого виски: — Веселишься, значит? Вискарик, музычка. Прикольно тебе, павлин нещипаный? Не взяли в Аврорат, так ты решил целому Министерству аттракцион невиданной дурости устроить? Тот с грацией надменной кошки соскочил с места — и, судя по вальяжности движений, жизней имел столько же. Гарри передёрнуло, когда ледяные глаза Малфоя распахнулись в искреннем… Интересе? — Вау. Какой ты… — никогда прежде Гарри не слышал у Малфоя такого голоса, — грубый. Он недоумённо поднял бровь, уловив в серых радужках какую-то игривую чертовщину: этакие крохотные шальные огоньки. Глубокий вдох — длинный выдох. — Отвечай, какого чёрта здесь делаешь, пока я не снёс тебе башку, — обманчиво вежливо сказал Гарри. — Просто невероятный… Гарри вздрогнул: руки Малфоя обвили его шею, как скользкие змеи, и приволокли вплотную — так, что острая «А» на подвеске вонзилась ему в ключицу. — …красавчик! — восторженно выдохнул тот Гарри в шею. Сказать, что Гарри охуел — это не сказать ничего. В нос ударил навязчивый запах паршивого виски и дешёвого одеколона, тело напряглось, потяжелело, ноги словно вросли в дощатый пол под подошвой. Он стоял в немом оцепенении — не мог пошевелить и пальцем. — Горячий иностранец… — жарко шептал Малфой. — Не представляю, откуда ты будешь родом, но каждое твоё слово — как палящий зной, как тантрическое заклинание, так будоражит… Ты что, волшебник?.. Гарри загорелся до кончиков ушей. Казалось, от злости у него задрожали даже кости. Вспомнив о профессоре Снейпе, он с трудом оторвал лицо от прижимавшего его к себе безумца, и их взгляды пересеклись — ровно в тот момент, когда губы Малфоя сомкнулись на мочке багрового уха. Что-то неуловимо блеснуло в глазах молчаливого Снейпа — что-то острое, как бритва. Он сидел неподвижно — длинные пальцы сцеплены в замок на расставленных коленях. Сидел и просто… наблюдал. Когда Малфой полез шершавым языком прямо в ушную раковину, Гарри словно вышвырнуло из летаргического сна — с ног до головы его прошибла неприязненная дрожь, взор поплыл, в горле заклокотал почти животный рык, подступила тошнота. Яростно отпихнув от себя больного ублюдка, он перевёл дыхание, проглотил грязное ругательство и — замахнулся. Вместо малфоевской рожи его раскрытая ладонь со всей дури впечаталась в предплечье точно из-под земли выросшего Снейпа — туда, где значилась метка. — Сэр… — растерялся Гарри, отшатнувшись. Ни один мускул не дрогнул на бледном лице. — Ну же. Прекращай этот цирк. — А ты не только грубый, но ещё и си-ильный… — восторженно мурлыкнул Малфой. Возмущённый Гарри не мог обращать на него внимания: — Это я-то — прекращай? Вы вообще видели, что этот ублюдок себе позволя… — С наилучшего ракурса, — холодно перебил Снейп. — Пойдём отсюда. — Что? — вспыхнул Гарри. — Вы сошли с ума? «Пойдём отсюда», когда… — он рывком притянул к себе мечтательно улыбающегося Малфоя и демонстративно указал на него пальцем: — Когда Драко Малфой, полтора ебаных месяца водящий Аврорат и Министра Магии лично за нос, беззаботно бухает в жопе мира? Этот придурок и в кнат не ставит ресурсы, которые ушли на то, чтобы… — Драко Малфой, — озадачился Малфой. — Ну и имечко. Как в каком-нибудь женском романе… Гарри посмотрел на него с отвращением. — Вот ублюдок. Нажраться так, чтобы не помнить собственного имени. Что бы сказал твой отец? Малфой запрокинул голову и гортанно расхохотался, ритмично шлёпая его по плечу. — Нет, ну ты даёшь, красавчик, я от тебя просто балдею! — восхищался он, пританцовывая. — Знаешь, твоя безграничная фантазия даже заводит. Нет у меня, малыш, ни папаши, ни мамаши. Я сам по себе. Впрочем, если тебе нравится, когда тебя зовут «папочкой» … — Сэр, ради Мерлина, скажите, что у вас с собой отрезвляющее. — Да кто ж такой этот ваш Мерлин? Этот старый сутенёр тоже про него говорил — товарищ ваш, что ли? Он тоже придёт познакомиться? Ау-у!.. Снейп вздохнул, загораживая собой заинтересованно посматривающую за ними бармена; на острых скулах гуляли желваки. — Это… Гарри поражённо смотрел, как он, с силой сжав переносицу, подбирает слова. — Не знаю, — мученически оскалившись, выдавил Снейп. — Я не знаю, что это, Поттер. Но это очень, очень плохо. — Драко Малфой! — тем временем хохотнул хорёк. — В жизни не слышал более идиотского имени! Нет, слушай, для тебя я буду кем угодно… Ладонь Малфоя скользнула по его груди, очерчивая рельеф напряжённых мышц. — Но вообще, я Дэнни, — горячечно зашептал он, и небо рухнуло на землю. — И, знаешь ли, в жизни не видел такого красавчика. Ну так что, любишь сверху или?.. Английский язык Гарри решительно забыл. Бессмысленно открывая и закрывая рот, он попятился — шаг, два, три… И прежде, чем Гарри успел бы снести непослушным телом здоровенную пивную бочку, две сильные руки подхватили его под мышками и поволокли прочь. — Эй, старый сутенер! Не смей вербовать моего… ой, как тебя?.. К выходу.

***

Согнувшись пополам, Гарри загнанно дышал. — Блевану. Сейчас блевану, — предупредил он приблизившегося Снейпа, но тот и не думал отстраняться. Протянул ему ледяную бутылку воды. — Пейте. На дне бутылки плавало нечто белёсое — как молоко в чашке кофе. — Что это? — Разумеется, яд. — Ха-ха, — поморщился Гарри, прежде чем махом влить в себя добрую половину. Едва он, зажмурившись, допил горьковатое пойло и разогнулся, Снейп покрутил у него под носом раскуренной сигаретой. — Бр-р… спасибо. Сознание прояснилось, тошнота исчезла, — Гарри огляделся и, занырнув в закуток между зданиями, прислонился к кирпичному фасаду кабака. Снейп проследовал за ним, задрал голову, подозрительно всматриваясь куда-то ввысь, после чего, наконец, использовал целый ряд заклинаний: музыку прервали накладываемые негромким баритоном заглушающие, а воздух вокруг на мгновение затуманился мерцанием маскирующих. — Пришли в себя, Поттер? Опустившись на корточки, Гарри вдруг попросил: — Ударьте меня. Слова отчётливо прозвучали в созданном Снейпом вакууме, но тот словно не расслышал: — Что? — Я не хотел ударить вас. Ударите меня в ответ, и мы будем квиты, профессор, — он развёл руками в знак беспомощности и опустил веки, подставляя лицо. Раздался тихий шелест, а за ним резкий выдох — кажется, его собственный. Холодные пальцы обхватили его подбородок, вынуждая приподнять голову. — Никакие зелья не вытравят из тебя эту дурь, не так ли? — без тени иронии звучал бархатный голос. — Эту никому не нужную жертвенность. Он посмотрел в беззвёздное чёрное небо у Снейпа в глазах. — Не понимаю, — признался Гарри, подперев рукой подбородок там, где только что касались его пальцы. — И не помню, когда со мной такое было в последний раз. Чтобы я совсем, совсем ничего не понимал. Снейп сощурился, опускаясь на корточки против него — их обувь почти соприкасалась, — и закурил. — Если тебя это… — пауза, длинная затяжка, — успокоит, я сам понимаю не сильно больше твоего. Пока ты… х-м… изучал местность, мне удалось… Всё как сон, подумал Гарри, когда Снейп в очередной раз замолчал, словно не помнил нужных слов. И, кажется, эту мысль Гарри произнёс вслух. — Согласен, — не прекращал шокировать Снейп. — Большей концентрации абсурда за сутки не вообразить. Тем не менее… — Как вы вообще его нашли, сэр? Вы что… — в горле едко зажгло табаком, — вы заранее знали? — Нет, глупый мальчишка. Конечно же нет. Иначе зачем всё это? — Не знаю. Поиздеваться над Мальчиком-Который?.. — Закрой рот, — мягко перебил Снейп. — И послушай меня. Ты ведь умеешь слушать, Поттер, не правда ли? — Если бы вы хотя бы иногда отвечали на мои вопросы. — Если бы ты корректно их задавал. Гарри закусил губу, нарочито неохотно принимая очередную протянутую сигарету. — Сейчас половина десятого. Мы находимся, — Снейп зашуршал пиджаком и достал из кармана аккуратно сложенную бумажку, — вот здесь. — Вы… вы тоже стырили китайскую брошюрку! Снейп кисло ухмыльнулся и, сняв зубами колпачок с обыкновенной маггловской ручки, продолжил: — Итак, прямо сейчас мы в этой точке. С одиннадцати утра я обошёл город по… вот такому маршруту. — Ничего себе. Вы прошли вдвое больше. — Здесь нечего проходить. Я сделал несколько кругов со… скажем, продолжительными остановками. Из «подозрительного» разве что заброшенная больница на холме за южной частью крепости, вот там, и… — он фыркнул, — здесь, «дом с привидениями». — В брошюрке этого нет. — Поэтому я и делал круги. Это всего лишь туристический «гид». Разумеется, сведений о непримечательном здесь не найдётся. — Ладно, это всё любопытно, но прямо сейчас спятивший Малфой может у… — Драко никуда не денется. И он вовсе не спятил. — Что это значит? — едва не завёлся Гарри, нетерпеливо дрыгая ногой. — Как вы можете быть уверены? — Терпение, Поттер. Не забегайте вперёд, ради Мерлина и Морганы. Всё по порядку. Он страдальчески застонал. — Бог с вами. О’кей. Значит, вы нашли всё непримечательное. А я как дурак обошёл всё очевидное. — Напротив, это весьма полезно. Места повышенного скопления магглов я игнорировал. — Но сэр… здесь всё — скопление магглов. В конце концов, это маггловский городок. — Спасибо, что просветили, Поттер. Я-то в магазине… электроники по вытаращившимся детям не заметил. — Вы были в магазине электроники?! — Не скрою, я рассчитывал, что ваше геройское превосходительство соизволит избавить бывшего, пусть и ненавистного, профессора от этого технологического ада, и вы самолично… Гарри вспыхнул: — Не проецируйте на меня собственную гадость. У меня-то причин вас ненавидеть нет. Снейп изогнул бровь. — Как «изящно» вы завуалировали обиду, — сказал он, попадая точно в мишень. — Ничего я не завео… вуалировал, — пробормотал Гарри, растерянно бросив окурок. — И я вас не ненавижу. — Это признание? Я польщён. Он почти зарычал, чувствуя, как пунцовеют щёки: — Это факт! А потом оторопел, не веря собственным ушам — Снейп рассмеялся низким раскатистым смехом, прикрыв ладонью искривлённые губы. — Я вас тоже, Поттер. Если вы до сих пор не заметили. Целую вечность спустя смех оборвался. В голосе Снейпа прорезались стальные нотки: — Я обнаружил его случайно. Пока покупал воду в супермаркете Tesko. Это недалеко от железнодорожной станции. Здесь. Драко… Драко сдавал пустые бутылки в автомат выдачи купонов на пропитание. И сердце Гарри ушло в пятки.

***

Он носился по крохотному пространству туда-сюда, смолил тысячную сигарету, то и дело переступая туфли оставшегося на корточках Снейпа. Где-то снаружи сокрытого магией закутка пьяные англичане потихоньку отчаливали по домам. — То есть, вы хотите сказать, он и правда ничего… — Не помнит. — Вот прямо ничегошеньки? Снейп многозначительно цокнул языком. — Совсем. — Откуда вам знать, что он не придуривается? Что, если его просто опоили какой-нибудь дрянью? — Проник в его разум, разумеется. Точнее в то, что от этого разума вообще осталось. Так что это исключено. Гарри облизал пересохшие губы. — Как вы умудрились использовать легилименцию посреди Карлайла и остаться незамеченным? — Завлёк его в платный общественный туалет. Он скукожился, случайно вообразив, под каким предлогом этого нового Драко Малфоя можно было завлечь в общественный туалет. — Проблема не в этом, Поттер. — О, теперь проблема во всём, профессор! — резко встал Гарри, хлопнув себя по бёдрам. — Вы представляете себе табло Кингсли, когда мы притащим туда это? — Поверьте, лицо Министра Магии не раз являлось ко мне в ночных кошмарах. Я хорошо его представляю. По этой причине сегодня мы никуда не отправимся. — Вы шутите? — Отнюдь. — Но почему? Разве не за этим мы вообще сюда прибыли? Поднявшись на ноги, Снейп стряхнул пыль с рукавов пиджака. Руки его скрестились на груди, взгляд обрёл отстранённо-мрачное выражение, коего Гарри не наблюдал со времён лекций в холоде хогвартских подземелий. Он заговорил — строго и методично: — Legilimens, как и абсолютно каждое заклинание, созданное величайшими волшебниками ещё в древности, имеет множество модификаций. Модификации бывают простые и общеизвестные — вроде вариаций трансфигурирующих, о чём вы, должно быть, если не слушали, то хотя бы слышали от Минервы на пятом курсе, — а бывают сложные и… индивидуальные. Это логично, Поттер, что раз сотню-другую лет тому назад малолетний студент освоил искусство модифицирования и изобрёл, я уверен, известную вам гигиеническую версию очищающих, то и любой другой волшебник способен на нечто подобное. Технически, разумеется. И то если у этого человека имеется хоть какая-то претензия на мозги. — Никогда об этом не думал. Вы имеете в виду… каждый может изменить уже существующее заклинание? Только Снейп открыл рот, как его осенило: — Мерлин! Это как… это как то, что вы… в лесу… — Верно. Как Sectumsempra Homicida. Это вариация хорошо знакомого вам заклинания, которая, в отличие от «оригинала», необратима. — То есть… — То есть оно исполосовывает мясо, а потом рассекает хрящи и кости до тех пор, пока они не перемалываются в порошок и не сливаются с землей, — хладнокровно, как бесчисленные «неудовлетворительно» по контрольной, озвучил Снейп. — Под его действием уповать на Vulnera Sanentur бессмысленно. — Но что, если… — Если кто-то безбашенный, вроде одного импульсивного гриффиндорца, решит употребить его ради забавы? — читал он мысли. — Будет плохо. Разумеется, не зная особенности модифицированного другим волшебником заклинания, обратить его эффект невозможно. — И всё же, к чему вы клоните, сэр? — сдержанно поинтересовался Гарри, не найдя сил реагировать на очевидный упрёк. — Мной разработано несколько вариаций Legilimens. В том числе коллективного воздействия. — Что? Между тонких бровей Снейпа залегла глубокая морщинка. — А как иначе, по-вашему, Тёмному Лорду удалось бы так просто залезть в голову каждого несчастного студента — и преподавателя — в «день Икс»? Будь он всесилен до той степени, в Битве не было бы никакого смысла. — О боже… так это вы… — Я не мог. Этого знать, — процедил Снейп, взмахнув ладонью в предостерегающем жесте. — Никто не мог, Поттер. — Я не в том смысле, что это ваша вина. — А я — именно в том, — горькая усмешка. — Итак, вас, должно быть, крайне интересует, к чему вся эта прелюдия. Гарри осторожно кивнул. — Не всякая магия работает на магглов. Вам ведь это известно? — Конечно, — пробудилась внутренняя Гермиона: — Заклинания конкретны до мелочей. Тот же Expelliarmus не может отобрать у вооружённого маггла револьвер. Потому что создан для обезоруживания волшебников, в мире которых единственное истинное оружие — палочка. Равно как какое-нибудь «Ешь слизней» — оно элементарно отрикошетит, не обнаружив цель. Потому что в мире магглов не существует флоббер-червей. — Похвальная логика суждений. — Это сарказм? — Нет. Тут Снейп потёр виски, сделал глубокий вдох, как перед погружением в воду, и Гарри готов был поклясться, что на мгновение его лицо перекосила искренняя растерянность. — Я испробовал четыре вида легилименции на Драко, и ни один из них… не сработал. — Четыре? Что значит не сработал? Но ваша палочка?.. — Я не использовал палочку. И очень хорошо. — Беспалочковая легилименция?! Это ведь отнимает кучу сил! А спали вы дай бог шесть часов. Как вы вообще стоите на ногах? — На чистейшем энтузиазме, — Снейп вздёрнул подбородок, криво усмехаясь. Такой странный, такой не характерный Снейпу жест. Лишь сейчас Гарри обратил внимание на глубокие тёмные круги, залёгшие у того под глазами. Лишь теперь задумался о его физическом состоянии. — Вы сказали «хорошо, что без палочки». Почему? — Надеюсь, собственным бездействием в баре я наглядно продемонстрировал вам, во что превратился Драко. Четыре часа назад его поведение едва ли отличалось от того безобразия, свидетелем коего вы оказались. Будь это так просто — направить на убеждённо бездомного официанта обыкновенного маггловского паба палочку… — Но есть Obliviate. — Боюсь, используй я Obliviate, в Лондон от Драко и правда вернулось бы одно тело. Затылок покрылся мурашками. — Продолжайте. — Я не лукавил, Поттер, когда сказал вам, что… не знаю. Я не знаю, по какой причине на Драко Малфоя сработала лишь маггловская модификация Legilimens. — Маггловская. Модификация. — Да, да, — зачем-то кивал Снейп. — Мягкая форма легилименции, рассчитанная на взаимодействие с маггловским сознанием. Потому что маггловское сознание… — Априори не может иметь никакого барьера… оно раскрыто нараспашку. Простое, как детская азбука, — закончил за него Гарри. Две пары глаз уставились друг на друга в одинаковом неверии. В одной читалась невыразимая горечь, в другой — откровенный испуг. Голос Гарри дрожал: — Что случилось, когда вы проникли в его разум? Тень ужаса пробежала у Снейпа по лицу. — Руины, — резким шёпотом выговорил он. — Бестолковое стеклянное крошево. Сотни, тысячи осколков. Горой посреди больничной койки. Ни-че-го, Поттер. Ничего раньше десятого мая. Только длинный коридор с развешенными по стене замороженными колдографиями. — Фотографиями? Снейп отстранённо мотнул головой. — Возможно. Сплошной Карлайл — смазанные лица магглов, идиотский бейдж «Дэнни Уайт, эври найт»… эпизодическая порнография в подсобках и номере его хостела. — О господи… — И если бы я, старый болван, вовремя не осёк себя от Obliviate… От сознания Драко остался бы один пепел. — Нужно… боже, нам нужно как можно скорее… — Тише. По порядку, — выдохнул Снейп, с видимым усилием возвращая лицо. — Сперва, Поттер, требуется диагностика. Предварительный «диагноз» плох настолько, что я обязан его опровергнуть. Нужно понять, с чем придётся иметь дело. В свете последних событий несложно догадаться, что магическим способом выкрасть Драко — а лучше забудь об этом имени к чёртовой матери –невозможно. — Не понимаю, о какой диагностике речь, но… да. Определённо невозможно. — Увидишь. Для начала я отправлюсь в отель и… — Снейп поджал губы, словно слова причиняли физическую боль: — Побуду один. — Конечно, сэр. Я провожу вас. — Я в состоянии переставлять ноги. — Я и не имел в виду, что… — Нет. Ты остаёшься здесь — некоторое время. Сколько выдержишь. Вернись в бар и пообщайся с Драко. Что бы он ни вытворял, — слышишь? — не вздумай набрасываться на него с кулаками. Не забывай, что он ни черта не помнит. Не используй нашу лексику. Бармен что-то подозревает. Они близки. Снейп одно за другим бросал ему рваные указания, с каждым словом говоря всё тише. — Старший аврор Министерства Магии… — тихо усмехнулся он. — Что ж, соберите всю потенциально важную информацию. В восемь утра постучите в мою дверь — три раза с секундным интервалом, два подряд. Гарри недоумевал. — К чему такая конспирация? — Мужчина, которого вы угостили сигаретой. В цилиндре. Помните? — Помню. Смешной. — До полусмерти избил проститутку, едва вы ретировались. Глаза его широко раскрылись. — Чт… но я… Снейп схватил его за воротник гавайки и притянул к себе. Бледные губы шевелились в критической близости с его собственными: — Здесь никому не стоит доверять. По крайней мере, до тех пор, пока мы не узнаем, чьих рук это дело. Просто сделай всё как я попросил. Завтра мне понадобится твоя помощь. Это было уже потом, мучительно долгие часы спустя, когда утомлённый Гарри, шаркая ботинками по тротуару в полном одиночестве, остановился, вслушиваясь в ночную тишину. Кто-то снова коснулся его плеча, а он инстинктивно напрягся, развернувшись на одних пятках. В тихом свете понурого фонаря лицо человека напротив наполовину скрывалось тенями. — Сигаретку… можно? — пискнул незнакомец. Гарри достал смятую, наполовину полную пачку. Без раздумий вложил её в трясущиеся костлявые ручки. И вздрогнул: незнакомец обхватил его запястье ладонью, задирая безумное лицо. — Это вы… вы! — Отпустите, — сквозь зубы потребовал Гарри, брезгливо отдёргивая кисть. — Оно привело… сюда. Играется с вами… — сальные волосы скользнули по лицу, обнажив два безжизненно блёклых глаза, грязные ногти впились ему в костяшки. — Должно быть, вы не в себе. — Оно чувствует вашу силу. Оно поглотит. Гарри мрачно рассмеялся, демонстративно оглянувшись по сторонам: — Оно? Ради бога, идите куда шли! Рот незнакомца растянулся в акульей улыбке, обнажая гнилые зубы. — Проклятие. Оно ждёт… — он отпустил Гарри, взмахнув рукой в приглашающем жесте, — вас.