Метка Дьявола. Хёнликсы.

Джису с трудом вытащила АйЕна на берег, его тело было безжизненно, и она отчаянно пыталась оказать ему первую помощь. Наконец, после нескольких попыток, АйЕн закашлялся и выплеснул воду из легких. Он открыл глаза и прищурился на нее, но силы покинули его, и он снова потерял сознание. Через некоторое время АйЕн начал приходить в себя. Он слышал какой-то странный звук, похожий на чавканье. Открыв глаза и повернув голову, он заметил Джису, которая теперь стояла на ногах. На ней была его худи, явно великая для нее, обнажая ноги, а мокрые волосы каскадом спадали на плечи. Сначала АйЕн не понял, чем она занята, но когда его взгляд упал на ведро, всё стало ясно. Джису сидела на коленях перед ведром, держа в руках целую рыбу, которую проглатывала целиком, не разжёвывая. Её щеки были набиты, как у хомяка, и она выглядела совершенно поглощенной процессом. АйЕн резко поднялся на ноги, возмущенный увиденным. — Эй! — крикнул он, направляясь к ней. Джису испуганно дернулась назад, по-прежнему с набитым ртом, и бросила на него взгляд, полный удивления и легкого страха. — Это моё! — воскликнул АйЕн, не веря своим глазам. С этого момента началась гонка вокруг ведра. АйЕн пытался выхватить рыбу из рук Джису, а она, не желая отдавать свою добычу, ловко ускользала от него. Так и продолжали бегать. Не теряя времени, она с силой бросила рыбу в сторону АйЕна, словно проверяя его реакцию. АйЕн, не ожидавший такого поворота событий, инстинктивно ударил рыбу, как футбольный мяч, и она с громким всплеском упала в воду. Но Джису уже не смотрела на то, что произошло с рыбой — она рванула к воде, её движения были быстрыми и решительными. Когда нырнула в воду, произошло нечто невероятное. Её ноги начали изменяться, словно подчиняясь волшебству. Вода окутала их, и через мгновение вместо ног у Джису появился изящный хвост, переливающийся всеми оттенками морской зелени и синевы. АйЕн, ошарашенный и ошеломлённый, остался стоять на берегу, не в силах поверить своим глазам. Ещё мгновение назад незнакомка была обычной девушкой, а теперь перед ним была существо из сказок и легенд. Его взгляд блуждал по поверхности воды, где ещё недавно мелькнул хвост Джису, но она уже скрылась в глубине. Пытаясь прийти в себя, АйЕн наконец отвёл взгляд от воды и заметил пустое ведро, которое валялось на песке. Хёнджин долго раздумывал, прежде чем решился написать сообщение. В конечном итоге, он решил сделать первый шаг и предложил Феликсу прогуляться. Быстро набрав короткое предложение, он отправил его и принялся ждать ответа, не зная, что ожидать. Вскоре телефон вибрировал, и Хёнджин прочитал короткое, но однозначное "Согласен". Хёнджин встал и направился к выходу. Подходя к двери, он начал думать о том, что скажет Феликсу, как начать разговор. Но когда он потянулся к ручке двери и открыл её, его сердце пропустило удар — прямо на пороге стоял Феликс, будто материализовавшись из воздуха. Хёнджин отпрянул, испуганно всматриваясь в друга. — Ты что, телепортироваться умеешь? — выдохнул он, глядя на Феликса, который стоял с едва заметной улыбкой на лице. Феликс тихо рассмеялся, его глаза блестели озорством. — Нет, — ответил он, продолжая улыбаться. — Просто проходил мимо и получил сообщение от тебя. — А куда ты шёл? — спросил он, бросив взгляд на Феликса, когда они отошли от дома до калитки. — Я осмотрел окрестности. Хёнджин остановился и повернулся к нему: — Зачем? Феликс слегка улыбнулся и достал телефон из кармана, протягивая его Хёнджину. На экране появилось изображение Лино, державшего на руках своего любимого кота. Хёнджин узнал эту фотографию мгновенно — Лино всегда выглядел таким счастливым рядом со своим питомцем. — Ремингтон попросил найти кота Лино, — пояснил Феликс. Хёнджин, посмотрев на изображение, фыркнул, явно понимая ситуацию: — Который уже не раз пропадает, — пробормотал он с лёгкой досадой. Эта ситуация была ему хорошо знакома. Лино и его кот часто оказывались в центре небольших приключений, и каждый раз кто-то из друзей должен был отправляться на поиски. Хёнджин, решив, что поиски кота могут быть интересным способом провести время, присоединился к Феликсу. Они вдвоём начали обследовать окрестности, переговариваясь и строя догадки о том, куда мог забрести кот Лино. Через некоторое время, устав от поисков, они наткнулись на небольшую скамейку в тихом уголке парка и решили сделать передышку. Хёнджин, чувствуя, что ему нужно немного расслабиться, достал из кармана пачку сигарет и закурил. Феликс, сидящий рядом, сразу же протянул ему свою зажигалку. — У меня есть своя, — сказал Хёнджин, показывая Феликсу дешёвую пластиковую зажигалку, купленную в магазине. Он поднёс её к сигарете и разжёг её, делая первый глубокий затяг. Феликс, однако, снова протянул ему свою зажигалку, настойчиво, но без слов. — Возьми себе, — мягко предложил он. Хёнджин покачал головой, понимая, что этот предмет, вероятно, имеет для Феликса особое значение. Возможно, это был подарок от кого-то важного. — Я не могу принять её, — ответил он, стараясь не обидеть друга. — Бери, — настаивал Феликс, — я всё равно не курю. Хёнджин снова отказался, но в этот момент заметил что-то необычное в глазах Феликса. Тот смотрел на него пристальным, напряжённым взглядом, в котором сквозили эмоции, которые Хёнджин не мог сразу понять. То ли это была скрытая печаль, то ли мольба, спрятанная за обычной просьбой. Этот взгляд заставил Хёнджина замереть, и на мгновение потерялся в этом непонятном выражении. Феликс, почувствовав замешательство друга, осторожно взял его руку и нежно сжал её. Этот жест был настолько неожиданным и личным, что Хёнджин не знал, как на него реагировать. Он хотел спросить, что происходит, но слова застряли в горле. — Ты... — начал было Феликс, его голос был тихим, но в нём чувствовалось что-то невыразимо важное. В этот момент их внимание отвлёк резкий звук шагов, раздавшийся неподалёку. Хёнджин резко повернулся на шум. Белла стояла у входа на кладбище и знала, где найти отца, ведь это было далеко не первый раз. Машина отца, припаркованная у ворот, была первым подтверждением её догадок. Стиснув зубы и придав себе храбрости, без колебаний вошла на кладбище.  Белла, несмотря на страх, уверенно шла между рядами могил. Она уже знала, куда направляться. Аадит лежал прямо на могиле Норы, его одежды были измяты и испачканы, а в руке всё ещё держалась опустошённая бутылка. — Папа! — воскликнула Белла. Она быстро подбежала к нему и, опустившись на колени, осторожно попыталась его разбудить. Аадит не реагировал на её прикосновения. Он был слишком пьян, чтобы осознавать, где находится и что происходит вокруг. Белла обхватила его за плечи, стараясь привести в сознание, но он лишь что-то невнятно пробормотал и снова замолк, погрузившись в беспокойный сон. Почувствовав, насколько тяжёл её отец, попыталась его поднять, но быстро поняла, что это выше её сил. Снова уложив его на холодную землю у могилы Норы, она отошла в сторону, пытаясь собраться с мыслями. На её лице мелькнула тень паники — она осознала, что телефон оставила дома, в пакете с продуктами. Без телефона она не могла позвонить за помощью или хотя бы сообщить кому-то о том, что происходит. Белла повернулась к могиле Норы и, заметив её фотографию на надгробии. — Я бы тебе усики нарисовала, — пробормотала она, обращаясь к изображению Норы. Её взгляд медленно скользнул в сторону, к другой могиле, которая стояла рядом. Это была могила Чанбина. Но, в отличие от других, она знала, что тело Чанбина здесь не покоится. Внутри был лишь пустой гроб, символический памятник, воздвигнутый в его честь, хотя его останки никогда не были найдены. Белла резко подняла голову, услышав приглушённые голоса, доносившиеся откуда-то вдали. Оставив отца у могилы, она поспешила к выходу с кладбища. Выйдя за ворота, она увидела двух знакомых — Хёнджина и Феликса, сидящих на старой деревянной скамейке. Лёгкий дымок от сигареты Хёнджина медленно поднимался в прохладном воздухе. Белла, немного запыхавшись от быстрой ходьбы, подошла к ним. — Привет, — произнесла она, стараясь придать голосу бодрость, несмотря на тревогу, которая всё ещё владела её мыслями. Её взгляд на мгновение задержался на сигарете в руке Хёнджина, но она решила не придавать этому значения. Сейчас это было неважно. Хёнджин повернулся, заметив её присутствие, и слегка улыбнулся. — Что вы делаете? — спросила Белла, стараясь скрыть нервозность в голосе. — Кота ищем, — ответил Хёнджин, стряхнув пепел с сигареты и взглянув на Феликса. Тот лишь кивнул, подтверждая его слова. Белла на мгновение задумалась, пытаясь уловить смысл сказанного. Она ожидала услышать что угодно, но не это. Однако в сложившейся ситуации, ей нужно было срочно что-то предпринять. — Вы мне поможете? — с надеждой спросила она, её глаза блестели от волнения. Хёнджин и Феликс обменялись коротким взглядом, как будто обсуждая что-то без слов. Несмотря на усталость от собственных поисков, они понимали, что Белла нуждается в помощи. — Конечно, — ответил Феликс, поднявшись со скамейки. Хёнджин затушил сигарету и тоже встал, явно готовый поддержать её. Парни, аккуратно поддерживая Аадита, медленно дошли до машины. Его тело всё ещё было тяжёлым и неподатливым, и каждый шаг давался с трудом. Белла поспешила открыть заднюю дверь машины, чтобы помочь им усадить отца на сиденье. Аадит был почти без сознания, его голова безвольно склонилась на грудь, но он всё же слабо пробормотал: — Нора... Феликс осторожно сел рядом с Аадитом на заднее сиденье, стараясь расположить его так, чтобы ему было удобно и безопасно. Хёнджин, немного устало вздохнув, занял место спереди, рядом с Беллой, но она настояла, чтобы сама села за руль. — Всё в порядке, я поведу, — сказала она, стараясь удержать контроль над ситуацией. Как только они тронулись с места, старая машина, которой уже не раз приходилось вытаскивать их из разных передряг, громко загудела, напоминая о своих годах. Белла с напряжением держала руки на руле, стараясь сосредоточиться на дороге и на том, чтобы не сбавлять темп. Внезапно Аадит начал шевелиться на заднем сиденье, его дыхание стало рваным, и он неожиданно прижал руку к рту. Феликс, заметив это, сразу запаниковал. — Останови машину, — велел он, поняв, что сейчас произойдёт. Но Белла не успела среагировать. Прежде чем машина могла замедлиться, Аадит, не удержавшись, с силой вырвал прямо на Феликса. Воздух в машине моментально наполнился кислым запахом, и Феликс отшатнулся назад, стараясь избежать дальнейших последствий. Его лицо исказилось от отвращения и неожиданности. Белла резко нажала на тормоз, остановив машину посреди дороги.  Хёнджин, повернувшись к заднему сиденью, не знал, смеяться ему или сочувствовать. — Чёрт... — выдохнул Феликс. Машина медленно подъехала к дому, издавая приглушённый гул мотора, который нарушал тишину. АйЕн стоял у крыльца, только что вернувшийся с берега. Его одежда была немного влажной, а волосы растрепаны, словно он недавно выбрался из воды. На лице АйЕна читалась не просто усталость, а явное раздражение, что-то, связанное с необычной встречей, которую ему пришлось пережить. Пока он стоял, погружённый в свои мысли, дедушка вышел во двор, заметив машину, остановившуюся перед домом. Он увидел, как парни с трудом вытаскивали Аадита из машины, его тело было вялым и почти неподвижным. Не теряя времени, дедушка поспешил к ним, чтобы помочь. Он взял на себя основную тяжесть, уверенно поддерживая Аадита под рукой, и начал вести его в дом. Когда они вошли внутрь, дедушка вместе с парнями аккуратно уложил Аадита на кровать в одной из комнат. АйЕн поспешил к своей сестре Белле, которая пыталась немного отдохнуть после долгого дня. — Я русалку встретил! — выпалил он, его голос был полон волнения и серьёзности. Белла, будучи уставшей и напряжённой, сначала не смогла сдержать смешок, который чуть было не вырвался наружу. Ей было трудно поверить, что после всего, что произошло, АйЕн мог принести такую странную историю. — Это правда! — продолжал настаивать АйЕн, его глаза горели от возбуждения и правдоподобия его слов. Но Белла, всё ещё улыбаясь, покачала головой, не веря брату. Ей казалось, что это была просто шутка или плод воображения АйЕна, вызванный переутомлением после долгого дня на берегу. Она не смогла серьёзно воспринять его рассказ, хотя видела, насколько он был в этом уверен. АйЕн, поняв, что сестра ему не верит, разочарованно замолчал, но в его взгляде всё ещё сохранялась тень пережитого, которая не давала ему покоя. Дава, видя замешательство на лице АйЕна, дружески пошлепал его по плечу. — Ты весь мокрый, — заметил он. — Иди переодевайся, а то простудишься. АйЕн кивнул и послушно направился в свою комнату, чтобы сменить мокрую одежду. Тем временем Феликс и Хёнджин, чувствуя, что их работа здесь завершена, начали подходить к выходу. Они переглянулись, удовлетворённые тем, что смогли помочь, и, казалось, готовы были попрощаться. — Спасибо вам, ребята, — поблагодарила Белла, её голос был полон искренней признательности. Она помахала им рукой, наблюдая, как они открывают дверь и выходят на улицу. Феликс и Хёнджин кивнули в ответ, коротко улыбнувшись, прежде чем исчезнуть за дверью. — Что у тебя с Беллой? — спросил Феликс, стараясь сделать голос спокойным, хотя внутри ощущал лёгкое беспокойство. Хёнджин нахмурился и задумался, словно пытался найти подходящие слова. — Сам не знаю, — ответил он, наконец, слегка вздохнув. — Запал на неё? — продолжил Феликс, стараясь скрыть своё напряжение за шутливым тоном. Хёнджин смутился, его лицо покраснело, и он начал чесать затылок, что всегда делал, когда был в замешательстве. — Ну, в ней есть что-то особенное, — признался он, глядя куда-то в сторону, избегая взгляда Феликса. Феликсу было больно это слышать. Он почувствовал, как внутри что-то сжалось, и решил сменить тему, чтобы не углубляться в неприятные для него эмоции. — АйЕн говорит, что встретил русалку, — неожиданно произнёс он. Хёнджин, услышав это, засмеялся. — Русалку? — переспросил он, продолжая смеяться. — АйЕн и его фантазии! Интересно, что он ещё придумает. Белла тихо и осторожно начала искать нужные документы, стараясь не издавать ни звука. Её цель была ясна: найти подпись Аадита и подделать её. Руки немного дрожали от волнения, но она продолжала рыться в ящиках, перебирая бумаги одну за другой. Её внимание привлек документ, который явно принадлежал ей самой. Это вызвало у неё удивление и любопытство. Она разложила его на столе, но не успела даже начать читать, как внезапно в комнату вошёл Дава. — Что ты здесь ищешь? — его голос был настороженным, и в нём чувствовалось подозрение. Белла быстро спрятала документ обратно, стараясь не выдать своего волнения. — Ну... — начала она, стараясь удержать спокойствие. Она направила взгляд на бумаги, лежавшие на столе, среди которых было и согласие на вступление в гражданский корпус. Дава проследил за её взглядом и заметил бумаги, к которым она обращала своё внимание. Он медленно подошёл к столу, взял документ в руки и внимательно его рассмотрел. — Нужна подпись родителя? — спросил он, не сводя с неё глаз. Белла, опустив голову, тяжело вздохнула. Её мысли путались, и она понимала, что шансов получить нужную подпись практически нет. Она тихо произнесла, с грустью в голосе: — Дедушка, ты ведь знаешь, что папа не подпишет… Дава внимательно посмотрел на неё, его глаза выражали сочувствие и понимание. Он знал, насколько это важно для Беллы, и не желал видеть её расстроенной. Без лишних слов он протянул руку, взял ручку и, не раздумывая, поставил свою подпись на документе. Белла была ошеломлена. Она не ожидала такого решительного шага от деда. Её глаза расширились от удивления, и она чуть не потеряла дар речи. — Я поддерживаю тебя, — сказал Дава, его голос был твёрдым и уверенным. — Если он узнает, я поговорю с ним. Слова деда наполнили Беллу радостью, бросилась к нему и крепко обняла. Хёнджин остановился на пороге своего дома, обернувшись к Феликсу, который стоял рядом, и тепло попрощался с ним. Войдя в дом, он уже готов был погрузиться в привычный уют, но внезапно ощутил что-то необычное в кармане. Слегка нахмурившись, он опустил руку в карман и достал оттуда зажигалку Феликса. — Как она здесь оказалась? — подумал Хёнджин, чувствуя лёгкую тревогу. Он сразу же понял, что должен вернуть её. Не раздумывая, Хёнджин поспешил обратно к двери, даже не успев снять обувь. Выйдя на улицу, он быстро огляделся. — Феликс? — позвал он, ожидая увидеть друга неподалеку. Однако Феликса не было нигде видно. Хёнджин стоял в растерянности, не понимая, как Феликс мог исчезнуть так быстро. Он ведь только что зашёл внутрь на считанные секунды, а Феликс уже исчез. Перед сном Хёнджин долго сидел в тишине, держа в руках зажигалку, которую так неожиданно обнаружил в своём кармане. Она была небольшая, изящная, с изображением крыльев, выгравированных на её поверхности. Хёнджин не мог избавиться от чувства, что где-то уже видел этот символ. Его мысли путались, но он не мог точно вспомнить, откуда ему это знакомо. Наконец, пожав плечами и решив, что это просто случайное совпадение, он осторожно положил зажигалку на столик рядом с кроватью и погрузился в сон. Однако ночь не принесла ему покоя. В его сновидении всё было слишком ярко и реалистично. Он оказался на природе, под огромным раскидистым деревом, где сидел с каким-то брюнетом. Их тела переплетались в нежности, они ласкали друг друга, целовались, и звуки их страсти заполнили пространство вокруг. Всё происходящее было окутано неким таинственным ореолом. Хёнджин пытался разглядеть лицо своего спутника, но оно оставалось расплывчатым, как в тумане. Единственное, что он смог отчётливо услышать, — это имя «Ёнбок», которое он сам произнёс с нежностью, словно оно было ему близко и дорого. Затем, внезапно, сцена изменилась. Теперь они бежали, не зная, куда, по какой-то пустынной местности, их дыхание было тяжёлым, а на лицах застыл страх. Хёнджин чувствовал, как его сердце сжимается от тревоги. Неожиданно Ёнбок закричал, полным отчаяния голосом: «Джозеф, нет!» — словно Хёнджину постигла страшная опасность. Хёнджин проснулся резко, как будто его вырвали из объятий этого странного сна. Он ощутил резкую боль в груди, как будто кто-то пронзил его сердце чем-то острым и холодным. Тяжело дыша, он попытался понять, что произошло, но сон оставил в его душе лишь смутное ощущение потери и тревоги, которое долгое время не отпускало его. За завтраком семья сидела за круглым столом, погружённая в свои мысли. Хёнджин, едва притрагиваясь к еде, сосредоточенно смотрел на булочку в своих руках. Он был здесь физически, но его мысли бродили где-то далеко. Последние ночи выдались для него тяжелыми — кошмары не давали покоя, оставляя за собой тревогу и беспокойство. Наконец, собравшись с духом, он решил поделиться своими переживаниями. Его голос был тихим, почти неслышным, когда он, отодвигая в сторону стакан молока, произнёс: — В последнее время мне снятся кошмары. Слова сына сразу привлекли внимание его родителей. Сю, обычно спокойный и уравновешенный, заметил, что Хёнджин выглядел особенно уставшим сегодня. Тени под глазами выделялись на фоне его бледного лица. Его слова заставили Сю насторожиться, хотя он старался не показывать своего беспокойства. — Что именно тебе снится? — спросил он, мягко, но с явным интересом, стараясь, чтобы его голос звучал как можно спокойнее. Хёнджин замолчал на мгновение, подбирая слова. Ему было трудно говорить о том, что творилось у него в душе. После короткой паузы он тихо продолжил: — Будто я умер в прошлой жизни. Эти слова повисли в воздухе, словно замораживая всё вокруг. Сю и Джинджер переглянулись, чувствуя, как тревога нарастает внутри. Сю уже хотел что-то сказать, как Джинджер задала свой вопрос: — Часто умираешь во сне? — её голос был полон заботы и беспокойства. Хёнджин покачал головой, слегка подавленный этими разговорами. — Нет, просто кошмары, — ответил он, отводя взгляд от родителей, словно не желая развивать эту тему дальше. Сю, стараясь успокоить ситуацию, попытался внести рациональное объяснение в происходящее: — Тогда это просто сны, — сказал он, стараясь придать своим словам успокаивающий тон. — Не играй слишком много на гаджеты. Однако его слова прозвучали не совсем так, как он того хотел. Хёнджин сразу поднял взгляд на отца, в его глазах мелькнула легкая обида. — Пап, я не играю на гаджетах, — ответил он твёрдо, но без агрессии, давая понять, что это не причина его кошмаров. Йеджи, сидя за столом, почти не притрагивалась к еде, её внимание было полностью сосредоточено на экране телефона. Она листала страницы с модной одеждой, пока её взгляд не остановился на одном из платьев. С внезапным воодушевлением она протянула телефон маме. — Это платье хочу! — воскликнула Йеджи, её глаза блестели от радости и предвкушения. Джинджер отвлеклась от своих мыслей и посмотрела на экран. Её взгляд стал слегка подозрительным, когда она прищурилась, чтобы рассмотреть выбранное дочерью платье. — Чёрное? — переспросила она, не скрывая своей сомнительной интонации. Йеджи, не теряя энтузиазма, ещё раз посмотрела на изображение. Платье действительно выглядело стильно и изящно, подчёркивая её вкус к моде. — Оно красивое, — твёрдо заявила она, как будто пытаясь заранее отстоять своё решение. Джинджер внимательно наблюдала за дочерью. Она понимала, что для Йеджи важно чувствовать себя уверенной и стильной, но всё же у неё возникли сомнения по поводу цвета. — Это платье ты хочешь носить на юбилее отца? — спросила Джинджер, слегка подняв бровь. Её тон был спокойным, но в нём явно читалось желание переубедить дочь. — Может, лучше выбрать что-то кроме чёрного? Йеджи на мгновение задумалась, её энтузиазм слегка поугас. Ей всегда нравился чёрный цвет за его элегантность и универсальность, но она также понимала, что мама могла быть права. Юбилей отца — особое событие, и, возможно, стоило выбрать что-то более праздничное. — Но оно такое красивое... — пробормотала она, всё ещё смотря на экран, но её уверенность в выборе уже немного пошатнулась. Хёнджин пришёл в класс одним из первых, задолго до начала занятий. Сегодня была его очередь дежурить, и он знал, что нужно подготовить класс до прихода других учеников. Комната была тихой и пустой, ещё не тронутой утренней суетой. Но стоило ему подойти к доске, как он заметил, что она была грязной — кто-то из учеников накануне забыл её вытереть. С минутным раздражением он схватил тряпку, но та оказалась сухой. Придётся немного потрудиться, чтобы стереть оставшиеся следы мела. Как только он начал тереть доску, от неё поднялась пыль. Хёнджин невольно закашлялся, пытаясь стряхнуть с себя оседающий мел. В этот момент дверь приоткрылась, и в класс вошёл Феликс. Хёнджин был так поглощён своей задачей, что заметил его присутствие только тогда, когда Феликс подошёл ближе. — О, привет, — Хёнджин наконец поднял взгляд и увидел друга рядом с собой. — Привет, — ответил Феликс, его голос был тихим, но доброжелательным. Неожиданно для Хёнджина, Феликс протянул руку и коснулся его губ своим пальцем. Этот жест застал Хёнджина врасплох, и он замер, не зная, как реагировать. Но что-то внутри него словно треснуло, и он не смог удержаться. Без лишних слов и размышлений, они оба подались друг к другу, их губы встретились в поцелуе, который был одновременно и мягким, и настойчивым. Это казалось таким естественным, словно они уже делали это не раз. Поцелуй длился всего несколько секунд, но для Хёнджина время будто остановилось. Его разум смутился, чувства перепутались, но было что-то глубокое и настоящее в этом моменте. Однако внезапно всё оборвалось. Хёнджин резко вздрогнул и открыл глаза. Его голова лежала на парте, а в классе царила тишина. Он поднял голову, осматриваясь вокруг. Это был сон. Сон, который казался слишком реальным. — Что за сны, чёрт! — выдохнул он, всё ещё держа в руках тряпку. Он поднял глаза на доску и заметил, что она всё ещё была покрыта белыми следами мела. Странное чувство охватило его, когда осознание того, что он "вытирал" доску во сне, пронеслось у него в голове. — Я же во сне её вытирал... — пробормотал он, ощущая, как по его спине пробежали мурашки. Хёнджин оглянулся по сторонам, ожидая, что кто-то может быть рядом, но класс был пуст. Никаких следов Феликса, никого вообще — лишь тишина, разрываемая только его собственным дыханием. В этот момент дверь класса приоткрылась, и в комнату вошла Белла. Её появление было неожиданным, но на её лице играла добрая улыбка, которая сразу разрядила напряжённую атмосферу. Они встретились взглядом, и Хёнджин невольно ответил ей тем же. — Я пришла доску вытирать, — сказала она с лёгким смущением. — Позавчера забыла о своём дежурстве. Хёнджин посмотрел на неё, затем вновь перевёл взгляд на доску и, наконец, улыбнулся. — Да нет, ничего страшного, — ответил он, стараясь скрыть оставшийся осадок от сна.