Метка Дьявола. Хёнликсы.

Хёнджин, медленно подойдя к регистратуре, внимательно осмотрелся, стараясь найти взглядом медсестру, за которой следил ранее. Его глаза быстро перебегали с одного человека на другого, но, не обнаружив её, он остановился у стойки напротив другой медсестры. Немного нервничая, он наклонился ближе и спросил, слегка понизив голос: — Что мне нужно оформить? Медсестра, не поднимая глаз от экрана компьютера, машинально начала отвечать: — На кого? — Гейл, палата 21. — уверенно произнес Хёнджин, пытаясь придать голосу решительности. Медсестра на секунду замерла, как будто проверяя что-то в системе, и, небрежно пожав плечами, спокойно ответила: — Нет. — Но... мне говорили, — удивление и растерянность проскользнули в голосе Хёнджина. Он явно не ожидал такого ответа. — Не нужно ничего, — коротко и спокойно закончила она, снова погружаясь в работу. Хёнджин на секунду замер, осознавая услышанное, затем тихо кивнул в знак согласия и, не проронив больше ни слова, медленно развернулся, направляясь назад к дедушке и Феликсу. Хёнджин вошёл в комнату, где Феликс уже сидел с дедушкой, и они оживлённо беседовали. В этот момент Хёнджин почувствовал лёгкое облегчение: атмосфера была тёплой и непринуждённой. Когда он приблизился, дедушка и Феликс дружелюбно улыбнулись ему, как будто ждали этого возвращения. Хёнджин, всё ещё переваривая произошедшее в регистратуре, сдержанно усмехнулся и произнёс: — Кажется, они что-то напутали... В общем, не нужно ничего оформлять. Феликс кивнул, а дедушка лишь тихо усмехнулся, явно радуясь, что не придётся разбираться с лишними формальностями. Несколько минут они ещё вместе проводили время: обсуждали мелкие бытовые вещи, смеялись над воспоминаниями, которыми поделился дедушка. Для Хёнджина было важно провести эти драгоценные минуты с ним. Когда настало время уходить, Хёнджин немного грустно, но с уверенностью сказал: — Мы заберём тебя к ближайшему юбилею отца, не волнуйся. Дедушка с благодарной улыбкой и лёгкой грустью в глазах кивнул. Его старческие руки дрожали, но в них всё ещё было достаточно силы для этого жеста согласия. Они уже давно покинули больницу и ехали обратно по знакомой дороге. Феликс, задумчиво глядя в окно, решил прервать молчание: — У твоего отца исполняется сорок? — спросил он, пытаясь поддержать разговор. Хёнджин немного улыбнулся и покачал головой: — Пятьдесят, — ответил он с лёгкой ухмылкой. — О, — коротко отозвался Феликс, на мгновение замолчав, как будто обдумывая услышанное. Хёнджин добавил, без особой спешки, словно речь шла о чём-то обыденном: — У родителей разница в возрасте десять лет. Папа был женат до встречи с мамой. Феликс кивнул, хотя всё это он уже знал, но решил притвориться, как будто услышал это впервые, с лёгким интересом в голосе: — Понятно... — его ответ прозвучал скорее нейтрально, но в глазах можно было уловить тень того, что он был в курсе семейной истории Хёнджина. Прошло несколько секунд тишины, после чего Хёнджин, продолжая смотреть на дорогу, бросил: — Я поговорю с мамой насчёт того, чтобы тебя пригласить на праздник. Феликс с удивлением посмотрел на него: — Это обязательно? Хёнджин посмотрел на друга краем глаза и слегка усмехнулся: — Конечно, твои приёмные родители придут. Это важное событие, они будут рады тебя увидеть. АйЕн шагал по песчаному берегу, чувствуя, как мягкий песок осыпается под его босыми ногами. Море впереди было тихим и спокойным, только лёгкий ветерок шевелил его поверхность, создавая небольшие волны. Он остановился, когда вода наконец коснулась его ног — прохладная и солёная, она обвила его лодыжки. Он стоял, глядя вдаль, пытаясь сосредоточиться, но мысли упорно возвращались к тому дню, когда он увидел русалку. Её образ не выходил у него из головы — загадочная, неуловимая. Сердце АйЕна билось чуть быстрее, когда он вспомнил её глаза, мерцающие, словно само море. Сделав глубокий вдох, он решился заговорить, хотя это казалось странным. — Ариэль? — тихо произнёс он, словно спрашивая у волн. Он знал, что это имя принадлежит русалке из мультфильма, но не мог удержаться. Ответа не было. И конечно,  чего ожидать то? Он нахмурился, разочарованный и озадаченный, и в глубине души решил, что вернётся сюда позже. С этим обещанием он отвернулся от побережья и медленно пошёл обратно в город. Гуляя по улицам, АйЕн был погружён в свои мысли. Его разум всё ещё был занят русалкой, которую он видел у моря. Он не мог избавиться от ощущения, что между ними существует какая-то связь. Проходя через небольшой городской рынок, он бездумно оглядывался вокруг, пока что-то не привлекло его внимание. Там, среди шумных торговцев и покупателей, стояла девушка. Её длинные волосы мягко спадали на плечи, и её фигура напомнила ему ту загадочную встречу у моря. Его сердце сжалось. — Ариэль! — воскликнул он, сам не веря в то, что произнёс это имя. Девушка слегка обернулась, но не сразу поняла, что это обращение было к ней. Конечно, это не было её именем. АйЕн быстро поправился: — Русалка! — в голосе было больше уверенности. На этот раз она резко остановилась. Джису, как оказалось её звали, на мгновение застыла на месте, её глаза расширились от шока. Она инстинктивно подняла руку и прикрыла лицо, словно боялась быть узнанной. В следующую секунду, не дождавшись реакции АйЕна, она повернулась и начала убегать, с лёгкостью лавируя между людьми и прилавками. АйЕн, не теряя ни секунды, рванул за ней. Толпа на рынке словно не существовала, его единственная цель — догнать эту загадочную девушку, которая, казалось, знала больше, чем она показывала. АйЕн, запыхавшись, остановился в небольшом лесном уголке, где ни одного человека не было видно. Тишина царила вокруг, лишь шуршали листья на ветру. Он успел оглядеться на мгновение, прежде чем почувствовал, как кто-то резко схватил его за плечи и прижал к ближайшему дереву. Джису, с неожиданной силой для её хрупкой фигуры, удерживала его, её глаза сверкали тревогой и раздражением. — Что ты хочешь от меня? — прошипела она, её голос был полон напряжения. АйЕн, ошеломлённый её реакцией, попытался собраться с мыслями, но всё, что он смог вымолвить, это: — Ээ... я думал, ты немая... Джису, словно на мгновение рассмеявшись от абсурдности ситуации, прищурилась. — Ага, я не Ариэль! И не русалка, тебе просто показалось в прошлый раз, — её голос был твёрд, но в нём слышалась усталость. Она ослабила хватку и отступила на шаг. — Не ищи меня. Джису резко повернулась и, не сказав больше ни слова, быстрыми шагами начала уходить. Её фигура растворялась среди деревьев, словно её никогда здесь и не было. АйЕн осознал, что она уходит, и, поддавшись порыву, крикнул ей вслед: — Меня зовут АйЕн! Его голос эхом отозвался в пустом лесу, но Джису не остановилась. Она даже не оглянулась, её лёгкая походка скрылась в тенях, и через несколько мгновений она исчезла, оставив АйЕна одного среди деревьев. Он стоял неподвижно, словно ещё не осознавал, что произошло и улыбнулся. Джису убегала, сердце колотилось от страха. В голове мелькали тысячи мыслей. Кто этот парень? Его имя — АйЕн? Или она расслышала неправильно? Она не могла доверять ему. Люди были опасны. Джису знала это с самого детства, её учили, что среди людей она всегда должна быть начеку. Она замедлила шаг, но страх не отпускал её. Она слышала истории о том, что люди делали с русалками, если им удавалось поймать одну. Их кровь была на вес золота. Говорили, что она обладает магическими свойствами — исцеляет любые раны и болезни, даже те, которые считались неизлечимыми. Но для этого им нужно было держать русалку в плену, изнурять её, пока не получат всё, что нужно. "Что если он охотится за этим? Что если это всё ловушка?" — думала она, пытаясь не поддаваться панике. Она должна быть осторожной. Даже если он просто случайный парень, она не могла рисковать. Хан и Черён получили сообщение от мамы: Хан должен был после школы зайти в ресторан, а Черён попросили остаться ещё на сутки. Хан недоумевал, почему мама захотела встретиться именно в ресторане. Было какое-то странное предчувствие. Он провёл весь день в размышлениях, но так и не смог найти объяснение. Когда они подошли к ресторану, Хан почувствовал лёгкое напряжение. Они вошли внутрь, и официант, словно ожидая их, проводил к забронированному столику. Вдалеке Хан заметил фигуры, сидящие за столом. Когда они подошли ближе, Хан замедлил шаги. За столом сидели его мама, Эмили, и Гаст — человек, с которым Хан не хотел сталкиваться. Рядом с ним был Лино, его сын. Мама, увидев его, повернулась и встала, ожидая его реакции. Хан застыл на месте. В голове пронеслось множество мыслей, и паника захлестнула его. Он встретился взглядом с Лино, и в этот момент что-то внутри него сломалось. Он не мог оставаться здесь. — Что это значит? — подумал Хан, но не нашёл ответа. Всё тело напряглось, и инстинкт сказал ему одно — бежать. Не раздумывая, он резко развернулся и бросился к выходу. Его дыхание сбилось, сердце колотилось как сумасшедшее. Он слышал, как Лино вскочил и побежал за ним, зовя его по имени, но Хан не мог остановиться. Лино догнал его и, тяжело дыша, встал перед ним, преграждая путь. Хан остановился, его взгляд был полон гнева и отчаяния. Лино тоже был напряжён, но старался сохранять спокойствие. — Чего тебе? — Хан старался не кричать, но голос всё равно выдавал эмоции, которые он не мог сдержать. — Ты позоришь себя перед мамой... — сказал Лино, не сводя с него взгляда, словно надеясь на здравый ответ. Хан скривился от этих слов, его раздражение усилилось. — Ты так спокойно это воспринимаешь? — он с вызовом смотрел на Лино. — Ты не видишь, что происходит? Лино вздохнул, пытаясь найти правильные слова. — Не пора ли им наконец сойтись? — сказал он, словно утверждая очевидное. — Сойтись? А как же мой папа? — Хан поднял голос, в его словах была боль. — Ты не понимаешь, как я пережил их развод. Ты думаешь, всё так просто? Лино посмотрел на него серьёзно, но без враждебности. Он знал, что Хан уже много лет носит в себе этот груз. — Может, уже хватит себя так вести? — Лино посмотрел на него с искренней заботой. — Прошло несколько лет, а ты всё ещё цепляешься за это. Они приняли свои решения. Тебе нужно перестать жить в прошлом. — Не лезь, — Хан развернулся и сделал шаг назад, сжав кулаки. — Терпеть не могу, когда ты рядом. Его слова были колкими, но Лино стоял неподвижно, не отводя взгляда. Хан поспешно отошёл, стараясь держаться как можно дальше, его шаги были быстрыми, но неуверенными. Он чувствовал, как злость и что-то ещё закипает в груди.  Он сказал, что не может его терпеть. Но внутри Хан знал, что это не вся правда. Он не мог показать свои настоящие чувства. Но ещё больше Хан не хотел быть его сводным братом. Если Эмили и Гаст поженятся, их семьи сольются, и они станут одной семьёй. Это всё, что ему невыносимо. Лино стоял на месте, глядя в спину удаляющемуся Хану, и тяжело вздыхал. Он скучал по тем временам, когда они были детьми, когда их дружба была простой и искренней. Да, Лино носил маску. Он шутил, издевался, иногда смеялся над Ханом, но это была всего лишь защита. За этой маской скрывался совсем другой Лино — тот, кто всё ещё ценил их дружбу, тот, кто скучал по тому, что они потеряли. Иногда Лино ругал себя за своё поведение. Он понимал, что делает всё только хуже, но не знал, как по-другому. С каждым словом или поступком Хан отталкивал его. Хёнджин снова пригласил Феликса к себе домой, и они вместе зашли в дом. В коридоре их встретил Сю. — Как дедушка? — спросил Сю, взглядом проверяя настроение Хёнджина. — С ним всё хорошо, — коротко ответил Хёнджин, его голос был спокойным, но немного уставшим. Сю, поворачиваясь к Феликсу, протянул руку для приветствия. — Ты должно быть, Феликс? — с интересом спросил он. Феликс ответил лёгким кивком, приняв рукопожатие. — Где мама? — спросил Хёнджин, оглядываясь по сторонам, как будто искал кого-то. — У себя в кабинете. Хёнджин кивнул и затем повернулся к Феликсу. — А ты подожди в комнате. — «В комнате?» — мысленно повторил Феликс, не совсем понимая, почему ему надо ждать там, но он не стал задавать лишних вопросов. — Ладно, — тихо пробормотал он, соглашаясь. Феликс направился в комнату Хёнджина, чувствуя легкое напряжение. Комната была ему знакома — простой, но уютный интерьер, на стенах постеры, на столе аккуратно лежали книги. Феликс сел на край кровати, пытаясь успокоиться, оглядывая пространство вокруг. Через некоторое время дверь приоткрылась, и Хёнджин вошёл в комнату, тихо закрыв её за собой. Он остановился на мгновение, оглядев Феликса, который сидел на кровати. — Ты здесь побывал раньше? — осторожно спросил Хёнджин, чуть прищурившись. Феликс с трудом подавил всплывающие воспоминания. Он действительно бывал здесь и не раз. Бывали моменты, когда он наблюдал за Хёнджином, когда тот спал, просто потому что скучал по нему. Но он не мог этого признаться, поэтому солгал. — Нет, впервые, — ответил Феликс, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно. Хёнджин скептически посмотрел на него. — Тогда как ты угадал, где моя комната? Я ведь забыл тебе сказать, — с лёгким недоумением спросил он. Феликс на секунду замешкался. Он осознал, что действовал на автомате, по привычке, и не должен был идти сюда так легко. — О, эээ... — пробормотал он, стараясь быстро придумать объяснение. — Я просто видел, как ты шёл сюда... Запомнил... Хёнджин посмотрел на него внимательно, но ничего не сказал. Вместо этого он лишь улыбнулся, подходя ближе к столу. — Поиграем? — предложил он, указывая на джойстики, лежащие на столе, будто бы разрядив напряжённую атмосферу. Феликс с облегчением кивнул. Они играли довольно долго, экран мелькал яркими вспышками, звуки выстрелов разносились по комнате. Хёнджин резко вскрикнул, когда его персонаж был уничтожен. — Да, блин! Меня в спину выстрелили! — раздражённо выкрикнул Хёнджин, бросив джойстик на кровать. Феликс не смог сдержать смеха. Хёнджин на секунду задумался, глядя в сторону, а потом неожиданно сказал: — Кстати, мне однажды снилось, что я получил выстрел в спину. — Он остановил взгляд на Феликсе, как будто ждал реакции. — И было больно по-настоящему, как будто это произошло в реальности! Феликс слушал его, но не отрывал глаз от игры, погружённый в процесс. Однако, слова Хёнджина прозвучали странно, и это заставило его на секунду задуматься. — Думаешь, это могла быть память о прошлой жизни? — небрежно продолжил Хёнджин, словно это была обычная мысль. — Ага, — коротко ответил Феликс, не придавая значения вопросу. — Ага? — с усмешкой переспросил Хёнджин, обернувшись к нему. — Думаешь, мы могли быть знакомы в прошлой жизни? Феликс автоматически согласился, не особо задумываясь о значении своих слов: — Да, так и есть. Тебя звали Джозефом тогда. Тишина повисла в воздухе. Хёнджин удивлённо посмотрел на него: — Что? Джозеф? Феликс вдруг замер, осознав, что сказал. Он резко вздрогнул и уставился на Хёнджина, пытаясь быстро что-то придумать. — А? — его сердце ускорилось, и после короткой паузы он добавил с неуверенной улыбкой: — Ну... думаю, если бы это было правдой, было бы здорово. А Джозеф... тебе бы подошло это имя. Хёнджин некоторое время смотрел на него, будто пытаясь прочитать его мысли, но потом только улыбнулся. — Да, было бы интересно, и что за дурацкое имя?— согласился он, снова беря джойстик и предлагая продолжить игру. Аадит сидел в своём кабинете, когда его телефон завибрировал, вырывая его из мыслей. Открыв сообщение, он увидел вопрос от Арло: — "Хочешь ли быть судьей на испытаниях абитуриентов?" Он нахмурился, чувствуя смутное недоумение. Обычно судьёй на таких испытаниях был Эйвери, бывший капитан Альянса, известный за свои боевые заслуги. Сейчас Эйвери работал тренером, готовя студентов к их будущим миссиям. Почему вдруг эту роль предложили ему? Пока Аадит обдумывал это, на телефоне пришло ещё одно сообщение от Арло: — "А я буду тренировать наших. И твою дочь." Эти слова заставили его кровь стынуть в жилах. Аадит мгновенно побледнел. Его пальцы дрожали, когда он набрал ответ: — "Беллу?" Арло почти сразу ответил: — "Да, она в списке. Не знал?" Аадит уставился на экран, его разум лихорадочно пытался осмыслить ситуацию. Белла? Его дочь? Он даже не знал, что она подавала заявку на участие в испытаниях абитуриентов, и теперь её тренировать будет Арло, а он сам должен стать судьёй? Аадит сидел в гостиной, в полной тишине, ожидая возвращения Беллы. Его мысли были переполнены беспокойством и гневом. Он не мог понять, как его дочь могла решиться на такое — вступить в гражданский корпус, который был не только опасным, но и требовал полной самоотдачи. Он всегда мечтал о том, чтобы она избрала более спокойную и безопасную жизнь. Наконец, дверь открылась, и Белла вошла в дом. Увидев его лицо — напряжённое и сердитое, она сразу поняла, что отец обо всём узнал. Её ноги замерли на пороге, словно она не могла решиться сделать шаг вперёд. — Ты что, решила вступить в гражданский корпус? — его голос был холодным и резким, полный сдержанного гнева. — Пап... — начала она, её голос был тихим и напряжённым. Но он не дал ей договорить. — Я же просил бросить эту опасную мечту! — выкрикнул Аадит, его голос эхом отразился от стен. Он вскочил с места, его ярость выплеснулась наружу. В этот момент в комнату вбежал дедушка Дава, услышав крик из другой комнаты. — Не кричи на неё! — его голос был твёрдым, но спокойным. Он встал между ними, словно защищая Беллу от гнева её отца. Но Аадит, едва взглянув на Дава, снова устремил взгляд на дочь, его глаза горели негодованием. — Я подписал! — твёрдо произнёс Дава, стараясь не терять самообладания. Он знал, что Аадит взбешён, но не мог позволить внучке страдать из-за этого решения. Аадит замер, его лицо исказилось от недоверия. — Без моего разрешения? — его голос стал тихим, почти шёпотом, но в нём слышалась угроза. Белла выскочила из дома, слёзы застилали ей глаза. Она не знала, куда бежать, просто шла вперёд, пытаясь убежать от боли, которая обрушилась на неё после разговора с отцом. Её сердце разрывалось, а в голове звучали его гневные слова. Внезапно её смартфон издал сигнал — пришло сообщение. Она открыла его и увидела короткий текст: — "Жду тебя у себя. Рюджин." Белла глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. "Да, нужно к Рюджин," — подумала она. Возможно, подруга сможет её поддержать, помочь отвлечься от того, что произошло дома. Она двинулась к её дому, почти не глядя по сторонам.