Полина

Повествование ведётся от лица Эммы Вальтер. Вот уже стабильно две недели, как я перестала употреблять алкоголь. Совсем. Целиком и полностью.  Однако я сама отнюдь не имею права со стопроцентной гарантией гордо заявить о том, заявить во всеуслышание, что начала хоть на каплю, но чувствовать себя лучше. Хоть на малейшую толику. Хоть на чёртов грамм.  В то же время я прекраснейшим образом осознаю тот пугающий факт, что так более продолжаться не может. Умом-то я это давно осознала, а вот глупейший агрегат под названием Сердце этого понять было ну никак не в силах. Более того — оно и не прилагало совершенно никаких усилий, чтобы как следует, полноценно вникнуть в саму суть происходящего.  Но, нет. Лично я так больше жить не намерена. И самое главное — я не имею абсолютно ни малейшего желания так больше жить. Нет. Нет, нет и нет! Слабому Духом человеку гораздо-гораздо легче целиком и полностью «потонуть» в реках алкоголя и собственных проблемах, большая часть которых — совершенно надумана и абсолютно иллюзорна. Таким людям и вправду легче на корню загубить себя, чем морально выплыть из океана дерьма и начать лепить из собственной Жизни хоть что-то мало-мальски достойное и стоящее.  Но Я ведь не такая?.. Я — не слабый Духом человек. Или, всё-таки — жалкий и слабый и моя Жизнь действительно ничегошеньки не стоит?..  Ну вот. Сызнова солёные слёзы обжигают мои пылающие бархатистые щёки, покуда я курю безумно дорогую сигару, мысленно пребывая в мрачной и весьма неутешительной для меня действительности.  Нет, это и вправду больше невозможно…  Рывком встаю со своего любимого кресла, сплошь обитого алым бархатом. Также рывком, одним грубым и молниеносным движением распахиваю плотные и крайне тяжёлые занавески на окнах.  Затем — неспешным, даже в какой-то степени — чопорным шагом выхожу на балкон собственной не очень-то и большой квартирки, зато — крайне удачно расположенной: практически в самом сердце Берлина.  Свежий и довольно прохладный вечерний воздух тотчас же ударяет мне прямо в слегка заплаканное лицо. Где-то там, вдалеке, раздаются гул и гудки проезжающих мимо автомобилей…  Да. Город определённо живёт своей жизнью, и ему и вправду наплевать на Душевные терзания какой-то там Эммы Вальтер — всего лишь среднестатистической его жительницы…  Да и в принципе: всё так и должно быть. Именно так, а не иначе.  Всем на всех наплевать. По большому счёту, так оно и есть. Каждый человек, случайно или, всё же, запланировано пришедший на эту грешную Землю, изначально нацелен думать только о Себе. Лишь о Себе. И это в какой-то мере даже… грустно?..  Против изначально Эгоистичной природы человека, к сожалению, или же — к большому счастью, ничего не попишешь. И я должна… Нет, я ведь просто обязана начать думать исключительно и лишь о Себе. Научиться о Себе заботиться, для начала. Научиться понимать и прощать Себя. Научиться раз и навсегда отпускать из собственной Жизни события, повлиять на которые я, увы, не в силах. И, наконец — научить Себя любить и принимать эту Жизнь. До сердцевины и основания. Принимать Жизнь такой, какая она и есть. Радостна ли, горестна ли — всё одно. Да. Отныне, я и вправду позволю Себе просто ЖИТЬ. Я прерывисто вздохнула, намеренно задерживая до боли прохладный и немного тягучий воздух в лёгких. Бездумно плакать более отнюдь не хотелось. А вот курить — да. Курить отчего-то хотелось безмерно много… Беспечно я подожгла третью по счёту сигару. Крепко затянулась. После этого — медленно-медленно выдохнула тяжёлый и густой дым в холодное пространство вокруг и вдруг — очень и очень серьёзно задумалась. Люблю ли я Ричарда по-настоящему?.. Люблю ли я этого несчастного мужчину всеми фибрами Своей Души или же мы просто мучаем друг друга понапрасну?.. Ответ в мою затуманенную дымом от сигар голову пришёл попросту незамедлительно.  Да. Да, да, да и ещё раз да!.. И ещё миллион раз да!  Более того, именно Ричард — тот самый мужчина, от которого в самом недалёком Будущем я и вправду хотела бы здоровых детей и полноценную семью. Нашу семью. Нашу с Ричардом семью. И абсолютно ни с кем я не хочу более этой семьи. Лишь с ним. Лишь с моим драгоценнейшим Ричардом… Совершенно удивительно, однако как только я поняла именно это, с моей души будто свалился огромный камень… Будто все эти события, которые имели место быть до этого, совершенно простецкого осознания, обнулились, канули в небытие. А слёзы на моём божественно-прекрасном лице словно высохли сами собой. Однако, курить, всё же, хотелось. Мертвецки хотелось. До сих пор хотелось. И это было… странно?..  Да. Это было весьма и весьма странно, особенно, учитывая моё теперешнее состояние.  Абсолютно внезапно, ни с того ни с сего, громко хлопнула входная дверь, заставив меня полноценным образом вздрогнуть… После этого, я медленно и статно развернулась, торопливо потушив бычок сигары о балконные перила. И тотчас же перед моим смутным взором предстал мой любимый Ричард. Самолично.  Я подалась корпусом немного вперёд, преследуя всего лишь одну-единственную цель: крепко обнять моего ненаглядного, совершенно не заметив, как сама, собственной персоной, оказалась в его донельзя нежных и таких привычных моей Душе объятьях…  Мы стояли так, стояли обнявшись, довольно продолжительный отрезок времени: уж минуты четыре прошло точно, согласно моим мнимым подсчётам.  Я открыла было рот, чтобы сказать хоть что-то мало-мальски вразумительное, как Ричард просто-напросто со скоростью Света моментально опередил меня: — Чшш… Абсолютно не нужно сейчас никаких громких слов. Ни одного, милая. Я всё знаю…  — Что именно ты знаешь, дорогой мой? — прошептала я не менее нежно и трепетно.  — Что ты любишь меня. Что ты по-настоящему любишь меня. Можешь и не верить мне прямо сейчас, однако, я, всё же, озвучу данное своё умозаключение вслух: я не только знаю про всё это, я это чувствую. Ощущаю где-то на уровне Души и, поверь мне на слово, это никак невозможно объяснить. Никоим образом. Я это чувствую. И всё.  — Да, ты абсолютно прав. Я действительно люблю тебя. Более того, это осознание пришло ко мне совершенно неожиданно…  — А как же Ганс? — с явным смешком в голосе перебил меня Ричард и уставился на меня в упор своими огромными красивыми, но в то же время — лукавыми глазами.  — Ты знаешь… Я всерьёз убеждена в том, что Ганс всего лишь являлся неким связующим звеном между мной и тобой. Вот и всё. И если хочешь знать, я действительно так считаю… — Вот даже как?.. — прищурился Ричард кокетливо и, обхватив меня за талию, увлёк в глубочайший страстный поцелуй… Та ночь являлась для меня, да и для него одной из самых жгучих и незабываемых