Клуб одиноких и находчивых

— Кэйа-а, когда мы уже пойдём? — Золотко моё, потерпи ещё немного…       Время летело неумолимо. Настолько, что миновала середина декабря, и до Рождества оставалось каких-то жалких пять дней. Предновогодняя суета усиливалась с каждым новым восходом Солнца. Уже с начала декабря повсюду развешивались украшения, тематические рекламные баннеры, выставлялись фигурки, искусственные ёлки. Всё пестрило разноцветными гирляндами различной формы, начиная с классической и заканчивая какими-нибудь мордочками эльфов или саней Санты. Идти по темноте почти не представлялось возможным, ведь искусственный свет рождал искусственный день. Взгляд то и дело цеплялся за яркие ёлочные игрушки, сладкие подарки в пёстрых упаковках, новогодние принты на всём, чём можно и нельзя, на в полтора раза выросших ценниках. Атмосфера в домах царила особая, ведь так или иначе каждая семья, каждый человек готовился к новому году, новому этапу своей жизни. Детки выпрашивали поскорее поставить им живую ёлку, а некоторые уже давно украсили искусственную. Кто-то закупился подарками ещё месяц назад, а кто-то судорожно бегал по магазинам в поисках самого подходящего. Но самым лучшим в этом всём было, конечно, другое.       Каникулы. То время, которое можно было потратить на себя, свою семью и развлечения. У ребят они должны были начаться послезавтра, ведь на субботу занятий не стояло, а государственная дата начала выпадала на воскресенье. Таким образом, завтрашний день — пятница, — был последним учебным в этом календарном году.       Однако несмотря на всю радость и предвкушение самого массового праздника, настроения, на крайней мере у Кэйи, особого не было. А всё потому, что перед каникулами следовала череда промежуточных экзаменов, которые держали ребят в тисках последние две недели. Лоботрясам приходилось в спартанском режиме учить и молиться, чтобы сдать и не иметь необходимости таскаться в школу в законные выходные. С третьегодок и вовсе спускали по восьмой шкуре, из-за чего Кавех, в частности, спать перестал окончательно. Тем не менее, сдал он все предметы вполне хорошо, сам для себя удивившись, что с лучшим результатом оказалась математика. Аль-Хайтаму, кажется, вовсе было безразлично, хотя он тоже больше обычного уделял учёбе, на которую и так никогда не жаловался. Альбедо сдал всё без особых проблем, Тигнари пришлось немного больше обычного поднапрячься. Венти жаловался, что не успевает совмещать работу с экзаменами, но всё смог сдать на средние баллы, а вот Кэйа и Аякс на некоторых предметах кое-как взяли порог. Тем не менее, задерживать их никто не смел, а потому последние два дня ребята ходили в школу чисто символически.       Как только их отпустила одна проблема, тут же накрыла вторая — подарки. Это был просто адский путч каждый год, а в этом и того хуже, ведь друзей у каждого прибавилось. Кэйе и Альбедо и без того приходилось несладко, имея в близких маленькую сестрёнку, а про Аякса с его тремя младшими и вовсе заикаться не стоило. К слову, завтра же был последний день его работы в магазинчике. Подумать только, он отработал там два месяца… Тигнари морально готовился к наплыву покупателей в Рождество, ведь в этот день он любезно вызвался выйти на смену. Кавех старательно выбирал небольшие подарки всем на отложенные заранее деньги. Венти с остальными членами Анемо телепортировались от съемок к съемкам, неизвестно когда находя время думать о подарках.       Но был и ещё один момент — день рождения Тигнари. Так уж сложилось, что выпадал он лишь спустя пару дней после Рождества, а потому всем нужно было позаботиться и об этом.       Собственно, Кэйа заботился об этом прямо сейчас, стоя у полки научной литературы в популярном книжном магазине. Он давно уже придумал, что такого можно подарить Тигнари: парень увлекался наукой, значит, подходящая книга лишней не будет. Альбедо подтвердил его догадки, дав несколько дельных советов по выбору. Ну и для души Кэйа решил подарить какую-нибудь необычную, с фэнтезийной историей. Только вот на выбор он потратил столько времени, что маленькая Кли, которая отправилась в торговый центр с ним, истратила два запаса своего детского терпения. — Брати-ик! — Золотко, я всё, всё. Может, хочешь выбрать себе что-нибудь? Например, наклейки?       Глазки малышки загорелись. — Хочу! — Тогда выбери, только не бегай по магазину. Вон в том ряду есть наклейки, выбирай там, — Кэйа указал на следующий от него проход между двумя стеллажами, который ему было хорошо видно. — Хорошо!       Кли заулыбалась и поспешила к заветным полочкам, свистя своим болоньевым комбинезоном при каждом шаге. Кэйа умилился и вернул внимание к полке с книгами. Не прошло ещё пяти минут, и скрепя сердце он наконец определился. Выбор пал на довольно короткую дилогию, но обещано интересную критиками из сети. Всё ещё чуточку сомневаясь в глубине души, Кэйа отложил назад ненужную книгу, которую тоже рассматривал. В руках у него остались две книги в жёсткой и очень живописной обложке. — Прошу прощения, — послышался приветливый голос около него.       Кэйа сперва даже испугался, ведь он был так поглощён размышлениями, что не заметил приближение незнакомца. Вместо ожидаемого сотрудника магазина в синей футболке Кэйа увидел повседневно одетого парня. Кожаные ботинки, серые прямые джинсы, заправленный в них тёплый чёрный лонгслив с высоким горлом, крупные часы — всё это выдавало в молодом человеке обычного покупателя, оставившего верхнюю одежду в гардеробе на первом этаже, как и сам Альберих. Взгляд только приковывали красные кудрявые волосы, забранные в низкий хвост на бок. Они были столь яркими и живыми, словно разукрашенная не тем цветом грива льва в детской раскраске. Особо короткие пряди чёлки спадали на лицо, подвиваясь. Но ещё более заметными были глаза. Вроде, серьёзные, но слегка прищуренные и блестящие, горящие огнём закатного неба. Острые брови, чёткие углы лица — Кэйа не верил своим глазам. Такие красавчики вообще существуют?! — А, да?       Незнакомец был выше минимум на полголовы и раза в полтора крупнее. Осмотр друг друга происходил взаимно, и Кэйа отметил, что парень этот в довольно хорошей форме. На груди, поверх одежды, у него висел кулон с каким-то камешком на цепочке, через плечо — небольшая кожаная сумка. А ещё он выглядел очень молодо.       Незнакомец растянул губы в улыбке: — Извините за беспокойство, просто я не местный, — его лицо приняло выражение святой невинности, — можете подсказать дорогу? — Конечно, куда вам нужно? — Кэйа расслабился и приветливо улыбнулся в ответ. — В ваше сердце.       Кэйа просто застыл. Он ожидал чего угодно, но только не наитупейшего подката времён динозавров, который так легко и мягко слетит с чужих губ. Незнакомец пытливо выжидал, но всё, на что Альбериха хватило, это выдавить тихий смешок. — Ладно, я знал, что это не сработает, — тут же продолжил красноволосый, не допуская, чтобы от него отвернулись. — На самом деле я хотел спросить не это.       Кэйа видел, как настойчиво этот парень сталкивает их взгляды, не отводя свой дольше чем на три секунды. До носа едва-едва донёсся приятный аромат парфюма. — А что же? — ради интереса поддержал он. — Я смогу сперва узнать ваше имя или номер?       Красноволосый был просто на одиннадцать из десяти по альбериховской шкале — красивый, высокий, подкаченный и хорошо одетый. К нему пару раз подходили с желанием познакомиться, но такого живописного красавца Кэйа видел впервые. И именно это его напрягало.       По своему опыту Кэйа мог судить, что люди, легко знакомящиеся в общественных местах, не так просты. Мало среди них попадается бескорыстных экстравертов. А этот так и вовсе какая-то закопанная мина! Если он в первые минуты несёт всякую ахинею, то поди угадай, что дальше скрывает за собой это смазливое личико, которое сильно подкупало. Спасибо, что он хотя бы на вид был молод, потому что Кэйа хоть и жаждал сердечных приключений, но точно не с теми, кто его в два раза старше.       Кэйа хмыкнул. Спокойный и уверенный тон этого красавчика был просто безупречным, словно никогда в жизни ему никто не отказывал. К сожалению, Кэйа пару раз на такое попадал, а потому даже если хотел, относился к подобным выпадам скептически. Нет, правда, на этот раз придраться стоило к тому, что придраться не к чему! Слишком уж гладко стелет.       Помощь пришла, кажется, с самих небес. Парни услышали свистящие звуки, и Кэйа почувствовал, как его ногу обнимают. Маленькая Кли, наполовину прячась за ним, разглядывала красноволосого красавца, который, в полнейшем шоке округлив глаза, метал взгляд от одной к другому. Кэйа решил, что такова судьба. — Золотко, ты выбрала? — нежнейшим тоном обратился он к девочке, поворачиваясь к остолбеневшему рядом парню боком. — Да, — всё ещё недоумевая, Кли показала ему листок с разными наклейками в фиолетовой гамме. Когда она в очередной раз перевела взгляд полностью на Кэйю, тот ей незаметно подмигнул и глазки её загорелись. — Простите… — подал голос красноволосый. — Папа!       Звонкое восклицание Кли разрезало воздух между ними на две части, отсекая незнакомца от их мира. Кэйа увидел, как вздрагивают его брови, пока он мысленно хвалил свою девочку. — Я кушать уже хочу! — Правда? Сейчас мы пойдём, золотко, — мягко согласился он.       Кли взяла Кэйю за руку, а тот напоследок окинул взглядом красноволосого красавчика. — Имя, номер, давайте уж сразу к делу, — заискивающе промурлыкал он. — Не хотите перекусить где-нибудь?       Парень всё никак не мог отойти от удивления, но продолжать не был готов. Он прикрыл рот рукой, скрыв улыбку поражения, и отшагнул назад. — Хах!       Кэйа остался доволен проделанной работой. — Как жаль.       Счастливое семейство проследовало к кассе. После оплаты покупок Кэйа продолжал осматриваться, но нигде больше не видел яркую красную шевелюру. — Ты просто умница, золотко! — он поднял Кли на руки и поцеловал попеременно в щечки. Девочка засмеялась. — Кэйа, кто это был? Он такой красивый! — Чш-ш. Не знаю. Нам с тобой надо быть осторожнее со всякими красавчиками. — И мне? — А тебе о-со-бен-но!       Кэйа снова расцеловал девочку и поставил обратно на пол, держа за руку. Он достал из кармана телефон и проверил новые сообщения от Альбедо, которого с ними не было не просто так. Сегодня на него была возложена очень важная задача, которая в том числе подразумевала дожидаться их дома. К удивлению, Голд сказал задержать Кли на прогулке чуть дольше, чем планировалось.       Кли вскоре призналась, что есть она хотела не на словах, а потому семейство направилось в небольшое, но очень уютное кафе на втором этаже торгового центра. Девочка выбрала набор из детского меню со сливочным грибным супом, яблочным штруделем и какао, а Кэйа — салат и морс. До их возвращения домой было ещё около двух часов, так что переживать о перебивании аппетита не предстояло. Заботливая официантка предложила Кли пройти к оборудованному детскому уголку, где можно было порисовать, пока ждёшь заказ. Кэйа отпустил девочку, а сам задумался.       Красноволосый красавец никак не выходил из головы. Он был словно Аполлон, сошедший с небес на Землю бренную. Его улыбка, прямой искрящийся взгляд, уверенная поза — всё было таким безупречным, что врезалось в сознание ножами. Кэйа начал жалеть, что отказал ему, ведь был уверен — второго такого он вряд ли повстречает. С другой стороны, идеалов ведь не существует. Если парня так одарили внешностью, то просто невозможно, чтобы и подноготная его была чиста. Он встречал, конечно, красавчиков и раньше, и все они оказывались не самыми лучшими личностями. Значит, велика была вероятность, что с этим было бы то же самое: бабник, псих, сталкер или ещё что-нибудь из той же серии. Нет, всё же, он поступил правильно. Глубокое уважение за смелость подойти и попытаться познакомиться, но Кэйа не хотел в очередной раз рисковать. Слишком уж это подозрительно.       Кли вернулась быстрее, чем он ожидал, да ещё и с парой фломастеров. Она залезла к парню на колени и непродолжительно просила разрешения что-нибудь нарисовать на нём. Кэйа не собирался отказывать, но одет он был довольно закрыто для подобных развлечений, ведь сегодня решил выгулять потрясающий подарок Аякса. Он отодвинул рукава на семь-восемь сантиметров от запястий и предоставил девочке полный карт-бланш на этих местах. К сожалению, больше он сделать ничего не мог, разве что позволить разрисовать лицо.       Еду принесли довольно быстро. К тому моменту у Кэйи на руках красовалось несколько аккуратнейшим образом выведенных цветочков и звёздочек. Он сводил Кли вернуть фломастеры на место и помыть руки, после чего девочка с охотой принялась есть. Кэйа тоже не спеша поглощал свой салат.       После перекуса Кэйа и Кли снова пошли по магазинам. Нужно было докупить некоторые вещи для дома и подарков, девочка напросилась в магазины игрушек и одежды. Было решено прикупить ей новогодний свитерок, так сказать, для атмосферы. Для атмосферы ужаса её одежного шкафа, который ломился от обилия нарядов, аксессуаров и обуви, но этим двум шопоголикам всё было ни по чём, чего не всегда скажешь о кошельках их родителей. После покупок они немного прогулялись, но у Кэйи не хватило сил долго таскать пакеты со всем добром, а потому близко к нужному времени такси везло их домой, где ждал Альбедо. Он помог донести пакеты до дома, ловко не давая зайти в дом вперёд него. — Сейчас руки отвалятся, — проскулил Кэйа, потряхивая уставшими конечностями.       Альбедо хмыкнул, помогая Кли раздеваться. — Всё купили? — из гостиной выплыла белокурая женщина, с забранным низким хвостом и тонкими очками на носу. Она нежно, но в своей строгой манере улыбнулась. — Вроде того, — кивнул Кэйа любимой тёте. Он приятно удивился, ведь Рэйндоттир нечасто встречала кого-либо в коридоре. — Переодевайтесь скорее и мойте руки, я жду вас на кухне.       Женщина скрылась за стеной, а Альбедо взял за руки обоих прибывших. Он повёл их за собой, словно Кэйе тоже было шесть лет, но больше удивило не это. С последнего инцидента их отношения, ожидаемо, ухудшились: несколько дней Альбедо с Кэйей не разговаривал вовсе, затем расщедривался на короткие фразы и лишь недавно стал общаться более или менее привычно, но по-прежнему отстранённо. Сам Альберих же упорно отыгрывал роль простачка и делал вид, словно той ситуации и вовсе не было, но на деле и сам дистанцировался. Поэтому было удивительно, что Альбедо сам взял его за руку.       Так как Кэйа практически жил в доме Голд, разумеется, здесь имелись и отдельные места с конкретно его вещами и одеждой. Ситуация с расселением людей в их доме была похожа на круговорот комнат в природе. На первом этаже располагалась гостиная, кухня, первая совмещённая ванная, спальня Рэйндоттир — тут всё не менялось с самого начала. На втором же этаже непоколебима лишь комната Альбедо и раздельная вторая ванная, потому что до появления Кэйи в их жизни оставшиеся две комнаты-мансарды использовались как спальня для Алисы и гардеробная-кладовая, куда сваливались абсолютно все ненужные вещи, начиная с упакованных в герметичные пакеты шуб, комплектов сменных покрышек и заканчивая погремушками Альбедо. Когда же возникла необходимость практически поселить маленького синевласого мальчика в их доме, комната Алисы была отдана Кэйе, кладовка перенесена вниз путём отделения небольшого закутка гипсокартонной стеной от гостиной, а сама Алиса в бывшую кладовку и переехала. После рождения Кли уже бывшая комната её матери была полностью переделана в полноценную детскую для малышки. — Жду вас здесь.       Альбедо развёл Кли и Кэйю по их комнатам и остался дожидаться в коридоре второго этажа. Под его надзором они помыли руки после переодевания и спустились обратно на первый этаж. Кэйа чувствовал, будто что-то не так, но сообразил, что Альбедо опекает их больше обычного из-за того, что было заготовлено на вечер. Нельзя было дать Кли увидеть сюрприз раньше времени.       Голд остановил их перед входом в кухню. Он сказал несколько нейтральных слов о том, что на кухне их ожидает кое-что удивительное, а затем вдруг пристально посмотрел Кэйе в глаза. Альберих воспринял это как знак быть готовым к реакции Кли, однако он ошибся. — Мама!!! — Дядя! Алиса!       Зашедшие в кухню Кли и Кэйа на мгновение замерли, как вкопанные, при виде Алисы и Дайнслейфа. Они так давно не видели свою любимую маму, тётю и подругу, что просто не могли сдержать шквал эмоций, обрушившийся на них в те секунды. Кли тут же подбежала к матери и мертвой хваткой вцепилась в неё, плача от радости и продолжая кричать «Мама!», словно не веря, что всё это правда. Кэйа так же крепко обнимался с любимым дядей, который сильно больше обычного расщедрился на нежности. Конечно, Альберихи не плакали, но у Кэйи приятно ныло сердце от ощущения родного запаха и тяжёлых рук на спине. Дайн и сам не спешил отпускать своего дорогого ребёнка. Голд же стояли поодаль и с улыбками наблюдали, гордые, что их работа дала хорошие плоды.       Когда эмоции немного поутихли, Кэйа обнялся и с Алисой, пока Рэйндоттир умывала Кли. Только тогда он заметил, что стол ломился от еды куда больше, чем ожидалось, а на ручки кухонного гарнитура были привязаны небольшие разноцветные шарики. Как ни старался, Альбедо не мог оторвать взгляда от счастливых младших. — Ты же должна была приехать где-то через неделю, — не веря своим глазам, прошептал Кэйа, держа руки Алисы. — Сюрпри-из! — пропела та, так шутливо и искренне улыбаясь, по чему все успели соскучиться. Словно к ним вернулась не тётя, а лучшая подруга. — Дядя! — обернулся парень к Дайнслейфу. — А ты вообще сказал не ждать тебя на Новый год! — Сюрпри-из, — хохотнул мужчина.       Кэйа был так сильно смущён, что не проронил ни слова, лишь тихо засмеялся. — Ну вот, теперь все в сборе, — заявила Рэйндоттир, вернувшись на кухню с Кли. Все стали рассаживаться за стол. — Ты знал? — тихо спросил у Альбедо Кэйа. — Поэтому попросил задержаться?       Альбедо кивнул и ответил так же тихо: — Я был в таком же шоке, когда вернулся с клиники. Похоже, они втроём всё это спланировали.       То, что Алиса могла выкинуть что-нибудь подобное, на самом деле не было столь удивительным, но вот причастность к плану Дайнслейфа заставляла задумываться о реальности происходящего. Старший Альберих раньше не отличался спонтанностью и любовью к сюрпризам. Рэйндоттир, в целом, тоже, но поддержать идею Алисы ради детей она вполне спокойно могла. — Давайте скорее есть, я такая голодная!       Алиса первая взяла кусок пиццы, что была ближе к ней, и откусила добрую четверть. Пока остальные определялись между двумя пиццами, двумя салатами и горячим запечённым мясом, она по просьбе Кли вытащила с другого куска все маслины и подала его дочери. Рэйндоттир взяла ту же пиццу, что Алиса: с большим количеством сыра, томатным соусом, овощами и кусочками бекона, — а оставшаяся мужская половина единогласно начала со второй: с остреньким соусом и морепродуктами. Правда, съев первый кусок в пару укусов, Дайнслейф отдал предпочтение запеченному мясу.       Жуя прекраснейшее мягкое тесто, Кэйа вдруг начал вспоминать такие же праздные вечера из его детства. Как постепенно и осторожно его сердечко окутывали любовью, вниманием и заботой. Как он привыкал к такой большой и шумной компании. Как его стеснение просить добавки перерастало в соревнование с Альбедо за последний кусок. Как он был счастлив впервые увидеть перед глазами большой торт с семью разноцветными свечками. Он смотрел на Кли, которая ела быстро и ёрзала, болтая с мамой, и был горд за неё.       Как выяснилось из разговоров, Алиса успела закончить все свои дела ещё два дня назад, но билетов на самолёт тогда не было, поэтому пришлось ждать. Она сдала материалы для вторичной редакции, однако до выхода финального результата было всё равно больше месяца, так что все Рождественские и Новогодние праздники она сможет действительно отдохнуть. А ситуацию Дайнслейфа они до конца не поняли: то ли он тоже всё закончил пораньше, то ли просто уехал, взяв часть работы, чтобы доделать дома, то ли ещё что. — На самом деле, очень вовремя, что мы приехали именно сегодня, да?       Хитрый тон Алисы уловили все, кроме Кли. Пришло время для того, что планировалось изначально, без учёта приезда Алисы и Дайнслейфа. На самом деле «праздник» должен был быть не таким масштабным, и посвящался полностью Кли. — И правда, — хмыкнул Альбедо. — Что? Почему? — спросила наконец девочка.       Рэйндоттир плавно встала со стула и достала из одного кухонного шкафчика белый запечатанный конверт с печатями. — Золотко, помнишь, мы недавно ходили сдавать кровь?       Кэйа мягко положил ладонь на спину Кли. Девочка закивала. — Да, было больно… Вы сказали, что это поможет узнать, кто я! — Сегодня Альбедо забрал результаты, — гордо сказала Рэйн, положив конверт на заранее расчищенный центр стола. — Ага, какой ценой, — вздохнул Альбедо.       Глазки девочки загорелись, она вперилась взглядом в белый конверт.       Медицинский тест на определение вторичного пола. По маленьким детям редко бывает понятно, каков их вторичный пол, поэтому в таких случаях в возрасте от шести лет можно сдать анализы на специальный тест, который покажет вероятность развития вторичного пола в ребёнке. Именно на такой тест около недели назад сдавала кровь Кли. Загвоздка заключалась в том, чтобы забрать результаты, ведь из-за врачебной тайны отдать их могут только законному представителю ребёнка — родителю или опекуну. Опекунов у Кли по бумагам не было, а родитель забрать не мог, поэтому Алисе пришлось высылать официальное разрешение на получение этих результатов, а Альбедо — заверять его. Это заняло некоторое время, хотя тест был почти сразу же готов. Хотя, конечно, чем старше проверяемый, тем меньше проблем. Кроме того, тест для детей не давал гарантий, скорее, служил прогнозом на основе имеющихся в организме проверяемого количества определенных гормонов. Иногда случалось, что через несколько лет результаты значительно изменялись. — Кто должен прочитать нам результаты, Кли? — спросила Рэйн.       Девочка окинула взглядом братьев и маму. Алиса смотрела в ответ очень заинтересованно, а Кэйа судорожно сделал пару глотков сока, чувствуя, что его полный желудок подрагивает от волнения. Альбедо казался самым спокойным ровно до тех пор, пока дважды не прослушал своё имя. — Это было жестоко, — обратился к Рэйндоттир Дайнслейф, что женщина оставила почти без внимания.       Когда она села на место, Альбедо взял в руки конверт. Кэйа облегчённо выдохнул, что жребий выпал не ему, но теперь волнение имело причину другого рода, а именно результата теста.       Голд встал и аккуратно вскрыл конверт сбоку. Кли тревожно собрала руки в замочек, и Кэйа подсел к ней поближе. Альбедо отложил сам конверт и развернул лист с медицинским заключением, бегло осматривая его. Общие сведения, таблицы с содержанием каких-то веществ и наконец заключение. Вот оно. По выражению его лица было мало что понятно, но все немного напряглись, заметив, как у парня резко поднялись брови, а затем медленно вернулись в обычное положение. Он увидел букву греческого алфавита с большой петлёй и маленькими хвостиками. — Здесь рекомендуют пройти тест повторно через год, но содержание гормонов весьма однозначное… — начал Альбедо, пытаясь унять улыбку и лёгкую дрожь. — Вероятность проявления вторичного пола на данный момент составляет восемьдесят семь с половиной процентов. Будут предположения? — Ох, сил моих нет, — вздохнула Рэйндоттир. — Ха-ха! Ладно, ладно, но я всё же не смогу сказать, так что смотрите сами.       Альбедо развернул листок результатами к остальным и положил на середину стола, а затем поставил палец рядом с одной графой. В левой колонке стояло цифрами упомянутое число, а в правой — греческая буква с расшифровкой в скобках. В расшифровке было написано: «Альфа».