Достать легенду

Собачий нос является практически универсальным средством для того чтобы понять, находишься ты в мире живых или же нет. По крайней мере, Клэр считала, что если загробное существование возможно, то в нём пасть фурфоу явно не пахнет рыбной лавкой, а ароматом цветов, например. – Девочка… – Клэр протянула руку, встретив восторженный визг, – Ого, да ты встала? Поразительно. Ну, значит, и мне тоже пора. – Не торопись, – под её тело поднырнули трёхпалые лапы, и девушка дёрнулась: – Необязательно было меня лапать. – Прости, я как-то не привык, – буркнул он, но руки всё же переместил, – Так лучше? – Да, – присев, девушка растёрла лоб, дабы согнать остатки сонливости, – Что случилось? Я какая-то ватная. У меня на спине... О, – нащупав рваные края ткани, журналистка на некоторое время замерла, а затем пересеклась взглядом с виноградными глазами, – А как... – Это всё мой брат, – признался Мьюту, хотя взгляд его оставался серьёзен, – Что называется, в нужное время в нужном месте. Иначе бы мне пришлось тебя зашивать, рана была глубокая. – В таком случае, я должна его поблагодарить! – Клэр было вскочила, но сто пятидесятый прижал её к насиженному месту: – Ещё не хватало тебе снова в обморок рухнуть. И он уже улетел по делам, сказал, не хочет мешать. – Или не захотел, чтобы я его видела, – рассудила журналистка, а затем, чуть подумав, похлопала Мьюту по плечу, – Ты переживала, да? Даже несмотря на то, что я человек. – Быть может, я порой злюсь на людей, но у меня нет никакого желания убивать, а тем более, быть свидетелем чьей-то смерти, – отвёл взгляд сто пятидесятый. – Прости пожалуйста, я тебя напугала, – повернувшись к нему в пол-оборота, Клэр вдруг предложила, – Могу обнять? – Ты прямо как мой брат, с чего вы решили, что мне это нужно? – Обнимашки помогают успокоиться, – она раскрыла руки, призывно шевеля пальцами, – Ну же, двигайся сюда. – Да спокоен я. – Ну-ну, не бузи, – Клэр уговаривала его, словно маленького ребёнка, и наконец положила голову себе на плечо, – Вот так, всё хорошо, уже всё хорошо. – Быть может, – смущённо буркнул сто пятидесятый, – Но чтобы я больше не видел, как ты подставляешься под стекло! – Едва ли такое повторится, хотя случайности бывают. Но правда, неужели ты думал, что я не прикрою тех двух малышей? – Но зачем, если есть риск того, что ты умрёшь в процессе? – Я не могу на это ответить, это был чистый порыв, я даже не обдумала. Просто понимала, что так нужно сделать – и всё. – Но в следующий раз, – трёхпалые лапы вдруг мимолётно коснулись её лица, – Пожалуйста, будь осторожнее. – Волнуешься? – улыбнулась Клэр, и Мьюту тут же напустил на себя привычный суровый облик: – Вот ещё. Как и сказал, не хочу, чтобы у меня на глазах кто-то откинулся. Помогу тебе встать, поедим, а затем уже пострижём это выпендрёжницу, если ты не против. – Ну зачем ты её так, она ведь такая красавица, – Клэр поманила к себе бывшую домашнюю любимицу, зарываясь пальцами в тёплый мех, – Мью, значит, и её вылечил? Поразительно. – Да, он владеет навыком исцеления, А мне почему-то такое не досталось. – Ну как же, – Клэр поводила скрюченными пальцами в воздухе, – Ты же живое оружие, а что это за оружие, если оно будет всех исцелять? – Прозвучало немного обидно. – Я не хотела, просто пытаюсь пошутить, – неловко улыбнулась журналистка, – Так что, поможешь мне встать? А то я что-то руку не чувствую. – ЧТО? – Прости, прости, я пошутила! – замахала ладонью Клэр. – Пошутила она, – подставил ей плечо Мьюту, – Вставай давай, юмористка. Пару шагов спустя гостья ощутила, что вполне себе восстановилась, и лишь вздёрнула брови, увидев мешок с испачканными ватными шариками: – Это я тут спецэффекты создавала, да? – А кто ещё, – Мьюту не мог спокойно смотреть на этот набор, а потому отвёл глаза, – Кровило довольно сильно. Почему и спрашиваю, как ты себя чувствуешь. – Если я не ошибаюсь, представители моего пола могут потерять до литра крови, – неловко улыбнулась Клэр, – У нас ведь такие большие детёныши рождаются. Всё что угодно может пойти не так. – Обещай здесь не рожать, – Мьюту произнёс это раньше, чем обдумал, и предложение было встречено заливистым смехом: – Обещаю, не буду. Пойдём лучше вкусненького приготовим, хватит с нас переживаний... Кстати, а что с девочкой и ямпером? С ними всё хорошо? – Да, были целы и невредимы, когда я утаскивал тебя оттуда, – кивнул Мьюту, глядя, что гостья останавливаются у пакета, – Мы же вроде есть собирались. – Да я там десерт захватила, – Клэр потрясла в воздухе пачкой вкусняшек, – Хочу угостить остальных. Ты не против? – Да уже поздно как-то спрашивать, – сто пятидесятый покосился в сторону прохода, где уже поблескивали глаза его подопечных, – Мм только дай, тебе ещё лакомки. – Я хотела и тебе выбрать, но так и не определилась, – произнесла Клэр и тут запнулась, – Я не в том плане, но быть может, ты и правда что-то такое любишь, просто не пробовал. – Я пробовал крокеты для покемонов, но они кажутся мне несколько безвкусными. – И про пиво ты говорил, что оно для тебя горчит, – журналистка задумалась, – А сладкое ты ощущаешь? – Ощущаю. Ты опять за свои исследования? – покосились на неё фиолетовые глаза, на что девушка лишь плечами пожала: – В каком-то смысле. Если подумать, с точки зрения вкуса ты воспринимаешь мир совсем как мы, люди. А ещё у тебя есть истинно людская страсть к накопительству. – Многие покемоны накапливают еду и ресурсы: тревулы, гриденты, мяуты, – поскольку пальцев у него было ограниченное количество, на левой ладони были загнуты все, пока Мьюту занялся костром для готовки. – Пусть так, но я что-то не припомню, чтобы они собирали вещи, не объединённые по какому-то одному признаку. У тебя, например, вдоволь предметов чисто людского быта, и ты не только любуешься или пользуешься ими, я уже не говорю о том, что они не особо съедобны. – Вот надо было попросить брата тебя не исцелять, сейчас восстанавливалась бы тихонечко, а не болтала. – Обойдёшься, – Клэр пихнула его бедром в плечо, тоже садясь рядом и задорно улыбаясь. – Это было грубая шутка с моей стороны, – фиолетовые глаза были устремлены на занимающийся костёр, – Я рад, что с тобой всё в порядке. – Ещё раз обниму? Сто пятидесятый опять ощетинился, но не то чтобы слишком решительно: – Ты же вроде готовить собиралась. – Да-да, сейчас всё будет, – пообещала журналистка, сверяясь с оставшимися продуктами. После обеда они действительно занялись шерстью фурфоу, выведя её за пределы пещеры. Та в который раз показала, насколько она умница, встав совершенно неподвижно на расстеленном полотенце. Сказывалась выучка, полученная в детстве. Даже не вздрогнула, когда заработал триммер, любезно заряженный небольшим разрядом от райчу. – Милая, прости, если что будет не так, я постараюсь поровнее, – искренне пообещала Клэр, для начала пробуя насадку с самыми редкими зубьями, – Уж не обессудь. Решив, что ради такого неподвижностью можно и пренебречь, фурфоу повернулась, лизнув локоть девушки. – Она знает, что ты хочешь как лучше, – с улыбкой перевёл Мьюту, тоже заканчивающий с мехом на хвосте. Больше всего возни вышло с лапами, поскольку выбривать мех у самых пальцев, чтобы шерсть не слишком пачкалась, нужно было еще приноровиться. Благо, обошлось без порезов, хотя кое-где Клэр подровняла пучки меха ножницами. Пару раз журналистка вскакивала, делая два шага назад, чтобы оценить результат, ещё и Мьюту порой одалживал у неё триммер, чтобы обеспечить какую-никакую, но симметрию. По итогу утомились оба, хотя фурфоу, казалось, готова было простоять ещё часа три, в своих мечтах уносясь в сценарий, где она получает золотую медаль престижной собачьей выставки. Горка вычесанного и выбритого меха по итогу оказалась едва ли не выше колена Клэр. – Хоть новых фурфоу из этого лепи, – оценила журналистка, садясь прямо на траву и выдыхая, – Вроде, всё. Можешь спросит, нравится ли ей? – Да она прекрасно понимает, что ты имеешь в виду, – Мьюту сидел рядом, покачивая хвостом, но всё же повернул в воздухе пальцем, – Покрутись, оцени, а то с нас семь потов сошло. Фурфоу подошла к этому заданию со всей ответственностью и действительно потопталась вокруг своей оси, но под конец не выдержала, подпрыгнув и завеляв хвостом с оставшейся пышной кисточкой. Это была самая обычная стрижка составленным на груди и бёдрах мехом, а также пышной шапочкой на голове и ушках, но животное, которого не стригли уже очень давно, искренне радовалось такой обновке. – Там ещё баллончики с красками были, но я решила не брать, это уже баловство, – поделилась Клэр, разминая уставшие пальцы. Несмотря на кажущуюся мягкость, вычёсывать колтуны было той ещё задачкой, и девушка искренне удивилась, что у неё, какой её подруги по универу, от такой нагрузки не появились волдыри. – Я слышал, что если мех вычесан хорошо, скорость атаки фурфоу увеличивается, – Мьюту поднялся с пятачка травы, – Пушистая, хочешь потренироваться? Реакция модницы была моментальной: она прижала уши и закрыла промежность хвостом, жалко поскуливая. – Она не для этого, – мягко произнесла Клэр, вставая следом за ним, – Она рождена быть красавицей. – В этом-то и проблема, – Мьюту пожал плечами, а затем вздохнул, – Люди предали её, но не жить рядом с людьми она не может. Ей нужны красивые ошейники, одёжки по непогоде, всякие лакомства... Здесь, как мне кажется, она скучает. А теперь, когда она здорова... Я не знаю. – Малышка, – присев на корточки, Клэр поманила фурфоу к себе, – А ты сама бы хотела найти нового хозяина? Увенчанный кисточкой хвост пусть и нерешительно, но завилял. – Это как-то недальновидно, – только и мог что произнести Мьюту, – Её же уже предали однажды. – Но не все люди одинаковые, – резонно заметила Клэр, – Здесь как и в отношениях, зачем же ставить крест на всём, если не повезло один раз? Или два… или три раза, неважно! Надо просто принять это и двигаться дальше. – Я не хочу, чтобы она снова попала в ситуацию, подобную этой. – Наверняка мы, конечно, не знаем, но можем надеяться на лучшее, – погладив причёсанную шейку, поднялась с корточек журналистка, – Вот что я думаю. Я могу отвезти её в приют, да, там не номера «люкс», зато такую красотку быстро пристроят. Типа я её нашла, отмыла, вылечила, и пусть работники проследят, чтобы она попала в хорошие руки. Морда Мьюту выразила скепсис, а потому журналистка поспешила добавить: – Ты не сталкивался с приютами, верно? Работники многих отслеживают, что происходит с покемоном после того, как он обрёл хозяина. Регулярно связываются по телефону, а перед этим уточняют, достаточно ли хорошие созданные условия содержания. Как правило, у новых историй хороший конец. – Ты рассказываешь мне байки и рассчитываешь, что я в это поверю? – Но это правда, – совершенно серьёзно произнесла Клэр, – Например, чтобы взять мяута, требует поставить надёжные сетки на окна, чтобы он, если соблазнится на птичку, не вылетел прочь. А в случае с кем-то вроде фурфоу узнают финансовые возможности владельца, чтобы он мог оплачивать регулярные стрижки и ветеринарные осмотры, не говоря уже о корме. С покупкой малышей правда возникают проблемы, но вот приюты, особенно хорошие, это нечто другое. Поэтому, если ты правда желаешь ей счастья, то... Отпусти. – Давай так, – сто пятидесятый перевёл глаза на продолжавшую вилять хвостом пациентку, – Ты с этой мыслью поспишь, а завтра с утра мы определимся окончательно, остаёшься ли ты или согласна на условия, которые предлагает Клэр. С плеча не руби. Согласна? Подойдя ближе, фурфоу лизнула внешнюю часть его кисти, признавая абсолютное господство и полное принятие правил. – Только давай, если она решится, мы не будем её как-то красочно подкидывать в коробке или вроде того, я в состоянии сама отдать её в приют, – попросила Клэр. – Да, ты права, так будет гораздо удобнее и адекватнее. – Это что, – уже направляясь к собственной палатке, с недоумением повернулась к сто пятидесятому журналистка, – Ты перестал параноить на мой счёт? – Так сама же сказала, неважно, что было в прошлом, – Мьюту хмыкнул, и взгляд его потеплел, – Люди разные, и не нужно ставить на них крест. – О, какие прекрасные речи! – к своему изумлению, Клэр даже растрогалась и начала обмахиваться ладошкой, – Я так рада, что ты к этому пришёл! Может, обнять тебя ещё раз? – Вот уж нет уж, – на всякий случай сделал пару шагов назад сто пятидесятый, а затем прислушался. – Что такое? Брат вернулся? – такому слуху Клэр могла лишь завидовать, а потому тупо повернулась в его сторону. – Очень далеко, – наконец убедившись, что всё в порядке, кивнул сто пятидесятый, – Возле заповедника пройдёт грозовой фронт. Просто удостоверился, что не над нами, и не придётся забаррикадироваться. Не люблю, когда пещеру затапливает. И разгонять облака не люблю, на снимках со спутников это выглядит подозрительно, плавали, знаем. – А, вот оно что, – кивнула Клэр, – Ну что ж, тогда хорошо, что мимо. Некоторое время сто пятидесятый постоял на выходе, сверяясь с собственными ощущениями. Абсолютно шальная мысль посетила его голову и отказывалась уходить куда бы то ни было. Постарался отмахнуться – так она постучалась в голову ещё назойливее. – Клэр, – наконец прекратив борьбу с внутренними демонами, окликнул девушку он. – А? – высунулась из палатки белокурая голова, а вскоре и гостья целиком. Сто пятидесятый заметил, что она сменила футболку, – Насчёт приюта хотел спросить? – Да... Нет, – он помялся, помахивая хвостом в воздухе, – Я это... Мы с братом так и не прогулялись, а развеяться хочется. Поскольку здесь всё хорошо, быть может, составишь мне компанию? – А... О, – она вдруг даже смутилась, – Ты имеешь в виду, по заповеднику? – Не совсем, я просто подумал, что тебе может быть такое интересно, – он указал в сторону горизонта, где проходит грозовой фронт. Я уверен, что ты, как журналистка, оценишь то, что я тебе покажу. – А что? – действительно заинтересовавшись, она подалась вперёд, и Мьюту не смог сдержать улыбки, окончательно уверившись, что решение позвать гостью было правильным: – Я покажу тебе место, где рождаются молнии.