Глава 9
21 июня 2024 г., 11:44
На следующее утро час пик был в самом разгаре. Улицы были забиты останавливающимися и отправляющимися автобусами, настолько переполненными, что казалось, они готовы взорваться. Пожилые женщины с корзинами с продуктами, уставшие на вид рабочие и студенты, сжимающие рюкзаки и приклеенные к мобильным телефонам, раскачивались взад и вперед вместе с машинами. У Юй столпился у окна, держа в одной руке вегетарианскую булочку, а в другой — перила. Его красивое лицо закрывала маска, веки мягко опустились.
«Вы слышали, что на следующей неделе в средней школе реки Сили не будет вечерних занятий, и ученики будут уходить из школы каждый день в три часа…»
«Ух ты, здорово!»
«Интересно, правда ли, что призраки выходят из реки в их районе и убивают людей, а тела настолько прогнили, что представляют собой просто скелеты?»
У Юй слегка отвернулся краем глаза.
Несколько старшеклассников сгрудились у двери машины, возбужденно обсуждая и крича со смесью зависти, волнения и страха. Взволнованный маленький мальчик со скошенным рюкзаком сказал: «Я знаю, знаю, это повсюду на Weibo. Убитая девочка училась в той же средней школе, что и мой двоюродный брат».
Новости распространились так быстро?
Молодая женщина перед ней была сосредоточена на чтении веб-комиксов на своем смартфоне. Когда во всплывающем окне было написано «Зарегистрируйтесь для раннего доступа», она без колебаний вошла в систему, используя свой адрес электронной почты.Позади нее сгрудилась группа студенток, с энтузиазмом регистрирующих аккаунты, чтобы голосовать за своих любимых кумиров в WeChat, Weibo и QQ. Рядом с рекламой, на которой было написано: «Блокчейн — новая экономика! Поделитесь доходом от рекламы и заработайте зарплату в миллион юаней!», мужчина средних лет поднял телефон и подозрительно отсканировал QR-код, следуя пошаговым инструкциям по вводу номера своей идентификационной карты и номера мобильного телефона.
Щупальца Интернета были вездесущи и росли, словно бесчисленные любопытные глаза, погруженные в прилив…
У Юй доел свою вегетарианскую булочку возле коридора, поспешно свернул полиэтиленовый пакет и выбросил его. Собираясь вернуться на свое место, он внезапно услышал шум, доносившийся из ближайшего конференц-зала: «…люди, обладающие властью, ведут себя так, будто они выше всех остальных, черт возьми…»
«?»
У Юй видел только семьи жертв, устраивающих сцены в судебно-медицинском бюро, но он никогда не видел, чтобы кто-то осмелился ругаться у ворот отдела уголовного розыска. Прежде чем он успел это осознать, дверь распахнулась, и послышались крики и проклятия.
«Не заводи со мной эти бесполезные разговоры! Ах, позвольте мне сказать вам! Здесь бесполезно!» — Мужчина средних лет с большим животом и сильным алкогольным дыханием заставил Мэн Чжао покинуть приемную. «Моя дочь не вернулась домой с последней смены на работе, так что вам придется пойти за ее начальником! Заставь его заплатить за это!»
«О Пинпин, мой бедный Пинпин!» — Растрепанная женщина опустилась на колени и закричала высоким голосом. Две женщины-офицера рядом с ней выглядели встревоженными, но не смогли помочь ей подняться.
Мэн Чжао была немного смущена, но она не была ни покорной, ни агрессивной: «Господин. Нянь Дасин, пожалуйста, успокойся. Полиция не пропустит никаких улик, но мы также должны соблюдать процедуры…»
Родители Нянь Сяопина, Нянь Дасин и Фань Лин.
В информации говорилось только, что Нянь Дасин был временным работником склада, но оказалось, что он был таким бандитом.
«Какие улики? Никаких чертовых подсказок! Я рассказал тебе все, что знаю. Владелец этого сборочного завода богат!» Нянь Дасин, пьяный и плюющийся, указал на нос Мэн Чжао и сказал: «Богатые люди — плохие люди. Иначе зачем бы они заставили мою девушку работать сверхурочно до 10:30 вечера? Это не просто сверхурочная работа! Ее убили и выбросили, я все знаю!»
Мэн Чжао стиснул зубы и сказал: «Но результаты вскрытия показали, что девственная плева умершего была цела и на теле не было никаких признаков растления…»
«Не говори мне об этом! Вы, полицейские, можете писать в отчете о вскрытии все, что хотите! Чиновники защищают богатых!»
Фань Лин, охваченный стыдом, наконец перестал плакать и, шатаясь, поднялся с земли. Она схватила Нянь Дасина за ногу и потащила его назад: «О чем ты говоришь? Пингпинг не такая девушка! …»
«Будь спокоен!» — Нянь Дасин пнул ее ногой, чуть не врезавшись в У Юя.
Мэн Чжао был в ярости: «Что ты делаешь? Прекрати!»
Привыкший избивать свою жену, Нянь Дасин не сдерживался даже в Бюро общественной безопасности. Когда Мэн Чжао кричал на него, он стал еще более агрессивным. Он толкнул двух женщин-офицеров и схватил Фань Лин, готовый ударить ее, сказав: «Ты плачешь! Все, что ты знаешь, это плач! Ты, бесполезная старая ведьма, ничем не можешь помочь!»
Мэн Чжао крикнул: «Остановите его!»
Нянь Дасин почувствовал железную хватку на своем локте. Его кулак размером с чашу невозможно было опустить. Он увидел красивого, худощавого молодого человека, стоящего на коленях рядом с плачущим Фань Линем и нахмурившегося, глядя на него.
«Как смеет полиция избивать людей?» — сердито сказал Нянь Дасин.
При весе более 100 кг Нянь Дасин толкнул изо всех сил. У Юй отшатнулся на несколько шагов назад к стене под крики удивления!
Мэн Чжао подумал, что присутствие У Юя было незначительным, и, побежав наверх, позвал следователей. Но Нянь Дасина это не волновало. Он даже потянул за волосы офисную девушку, которая помогала Фань Лин, в результате чего с нее соскользнула одежда. Шеф Ван быстро подбежал… «Что здесь происходит?»
Мэн Чжао бросился защищать девушку, видя, что вокруг в основном женщины и персонал. Она решила: «Позвоните Ляо Гану!»
Нянь Дасин пнул Фань Линя на землю и выругался: «Не твое дело, что я избил свою жену! Берегись, иначе я… Кто-то толкнул его локтем сзади, от чего его лицо покраснело, а шея выпятилась.
Мэн Чжао удивленно воскликнул: «Сяо Ву?»
Лицо У Юя было ледяным. Быстрым крюком он с громким грохотом с силой сбил Нянь Дасина на землю. Все были ошеломлены, даже Фань Лин забыла закричать с открытым ртом.
«Ты… ты…» — Нянь Дасин тоже был потрясен падением, но затем взорвался от ярости, подпрыгнув, чтобы схватить У Юя за воротник, готовый убить его. «Я убью тебя, сукин ты сын!»
С громким грохотом тяжелое тело Нянь Дасин покатилось и упало на землю, издав болезненный крик.
Во время драки У Юй отвел плечо назад, обнажив половину светлой чернильной татуировки — птицы.
Нянь Дасин остановился, но У Юй схватил его за руку и безжалостно вывернул ее с резким треском. «Ах!» — Крик Нянь Дасина едва вырвался из его рта, как У Юй яростно ударил его ногой в грудь, отправив его в полет!
Все смотрели молча. Тогда Мэн Чжао крикнул: «У Юй! Здесь есть камеры!»
Фань Лин задрожала и рухнула на землю: «Кого-то убили! Полиция кого-то убила!»
«По Вашему поручению отделение водной полиции начало поиск орудия убийства и пути побега подозреваемого по делу реки Сили. Однако проливной дождь в тот день едва не стал причиной наводнения в южном городе. Река Сили впадает прямо в Бохайское море с очень быстрым течением, из-за чего водной полиции очень трудно найти орудие убийства недалеко от места преступления. Кроме того, не обнаружено никаких следов восхождения подозреваемого по берегам ниже по течению.Даже если бы там были следы, сильный дождь смыл бы их…»
Ляо Ган последовал за Бу Чунхуа из лифта, но доклад внезапно был прерван шумом, доносившимся спереди. Они оба одновременно подняли глаза, и Бу Чунхуа внезапно издал строгий крик: «Стой!»
Фань Лин, ползшая вперед, была ошеломлена, и вой Нянь Дасина резко прекратился. Мэн Чжао подтолкнула У Юя поторопиться и подпрыгнула от удивления, когда услышала команду.
«Капитан?»
Зрачки У Юя внезапно сузились.
Сцена замерла. Бу Чунхуа шагнул вперед, чтобы расчистить путь: «Что происходит?»
«Он это начал!» — Несколько дежурных полицейских отреагировали быстро: «Семья потерпевшего хотела арестовать владельца сборочного завода с требованием компенсации, а этот мужчина пытался избить его жену…».
«Он разбил гостиную! Он также ударил Сяо Ву!».
«Да-да, он это начал!»
Нянь Дасин смотрел на У Юя с явным недоверием, намекающим на страх. Однако теперь он хватался за живот, катался по земле и кричал: «Полицейские избивают людей! Неужели в этом мире нет закона и справедливости? Они запугивают нас, простых людей, без денег и власти…»
Плача, крича и катаясь в ярости, начальник технической группы Ван, наблюдавший поблизости, не мог не воскликнуть: «Что не так с этой семьей? Они устраивают такую сцену, что в дело вовлечен даже отдел уголовного розыска. Почему никто не позвонил в Бюро общественной безопасности и не забрал их?»
Аналитик по следам рядом с ним быстро оттащил его назад и сказал: «Шеф Ван, успокойтесь! Разве вы не часто критикуете лично капитана Бу?»
Шеф Ван сердито ответил: «Если я кого-то критикую, это мое дело. Но посторонние не должны этого делать!»
Как бы то ни было, полицейские, которые дрались с семьей жертвы у входа в полицейский участок, сразу же оказались в невыгодном положении. Как будет решена ситуация, полностью зависело от того, готовы ли лидеры вмешаться – Бу Чунхуа нахмурился и посмотрел на У Юя. Их взгляды встретились на расстоянии между ними.
Лицо У Юя было слегка опущено в его обычной неловкой и сдержанной позе, но его пальцы слегка дрожали. Его глаза были подняты вверх, нервно проверяя реакцию Бу Чунхуа. Из-за этого угла его брови казались особенно глубокими, челюсти плотно сжаты, а нос и скулы имели твердую нефритовую текстуру.
Бу Чунхуа было незнакомо с таким выражением его лица, но, как ни странно, он чувствовал его эмоции — этот человек внезапно ощетинился острыми шипами.
Он даже не мог скрыть свою обычно хорошо скрываемую враждебность.
Фань Лин нащупала Нянь Дасин, а затем рухнула на землю, вернувшись к своему привычному способу обращения с вещами – громко плача и избивая себя ногами: «Моя бедная Пинпин! Что мы собираемся делать сейчас! Моя жизнь несчастна!..»
Все боялись говорить. Мэн Чжао умолял У Юя, но не решался говорить. Бу Чунхуа спокойно посмотрел на лежащего на земле Нянь Дасина и спросил: «Ты все еще можешь встать?»
Нянь Дасин тут же перевернулся, схватившись за живот и закричав от боли.
«Хорошо», — холодно произнес Бу Чунхуа одно слово.
Затем он обернулся и на глазах у всех приказал Ляо Гану: «Он нарушает общественный порядок возле полицейского участка. Снимите его и поместите в одиночную камеру, чтобы он успокоился».
У Юй был поражен.
Мэн Чжао тоже на мгновение удивился, но затем обрадовался. Несколько дежурных полицейских тут же бросились вперед, не нуждаясь в дополнительном приказе от своего руководителя. Однако Фань Лин запаниковала и слабо попыталась заблокировать их, говоря: «Что? Что?!»
Но эта хрупкая женщина совершенно не смогла остановить полицию. Некоторые из них подхватили Нянь Дасина и двинулись вперед, сказав:
«Пойдем с нами!»
«Пойдем!»
Нянь Дасин неожиданно оказался слишком напуган, чтобы говорить. Он что-то пробормотал и продолжал смотреть на У Юя, его глаза были полны безошибочного сомнения и страха.
«Не теряйте времени! Идти!»
Нянь Дасин отпрянул, как будто он увидел привидение, и несколько полицейских строго отругали его, прежде чем его, спотыкаясь, вывели наружу.
«Капитан Бу, — Мэн Чжао потерла руки и улыбнулась, — Сяо Ву сделала это не нарочно. Он пытался помешать Нянь Дасину жестоко обращаться с женщинами…»
Бу Чунхуа не ответил, его лицо оставалось бесстрастным, пока он внимательно изучал У Юя прищуренными глазами. Люди вокруг него были на взводе, и только через некоторое время он спросил: «Вас ударили?»
Мэн Чжао настойчиво толкнул У Юя и прошептал: «Почему бы тебе не извиниться?»
У Юй опустил глаза и сказал: «Мне очень жаль, сэр. В следующий раз…»
«Тебя ударили?»
После минуты молчания У Юй пробормотал единственное слово: «Нет».
Бу Чунхуа кивнул и сказал: «В следующий раз не делай этого в коридоре. Есть камеры».
Все вздохнули с облегчением, и атмосфера снова оживилась.
«Нянь Дасин уже был алкоголиком, который оскорблял свою семью, воровал и занимался всевозможными пороками. Он даже не спросил о смерти дочери; он просто потребовал деньги! Тск...»
«Позвольте мне сказать вам, наш Сяо Ву занимался боевыми искусствами? Как только Нянь Дасин приблизился, он с треском ударил его ногой в грудь!»
«Молодец, У Юй! Почему мы обычно не видим тебя таким впечатляющим? В следующий раз ты должен быть крутым!»
Ляо Ган пошутил: «Вы не понимаете. Во всем отделе уголовного розыска работает только одна женщина, Мэн-цзе. Сяо Ву защищает наш полицейский цветок…»
Прежде чем он успел закончить говорить, он обернулся и встретил холодный взгляд Бу Чунхуа, заставив его вздрогнуть и мгновенно замолчать.
«Ладно, все возвращайтесь в офис. Брифинг по делу через пять минут, — беспечно сказал Бу Чунхуа. — Мы обсудим это позже».
В деле об убийстве 502 потерпевший, Нянь Сяопин, 15 лет, умер от острой тампонады перикарда, вызванной травматическим повреждением сердца. Орудие убийства представляло собой обоюдоострое острое оружие шириной около трех с половиной сантиметров. Никаких следов убийцы на теле обнаружено не было.
Предварительное обследование места преступления завершено. Мы тщательно обыскали местность, но не обнаружили никаких следов, пятен крови, отпечатков пальцев или волос.
«Группа, опросившая одноклассников Сяопина в средней школе Сяоган, не сообщила о каких-либо проблемах или фактах насилия с участием Сяопина. На данный момент мы можем исключить насилие в школе. Мы также взяли интервью у владелицы и начальника цеха сборочного завода в Хунсине, где она работала. Подробности интервью приведены здесь, и в ходе перекрестной проверки не было обнаружено никакой противоречивой информации».
...
«Не вините судебно-медицинскую команду. Они сделали все возможное. Знаешь, как усердно они работали?» Ван Цзюлин в отчаянии поднял руки и посмотрел в напряженные глаза сотрудников офиса. «Водная полиция и водолазы обыскали реку Сили, но не нашли ни единого волоска от орудия убийства, не говоря уже о убийце. Что мы можем сделать? Сфабриковать для тебя кровавый отпечаток пальца?
Все следователи в кабинете уставились на него умоляющими глазами.
«Другого варианта нет. Пусть Сяо Гуй сделает еще один рентген тела, чтобы посмотреть, сможем ли мы найти скрытую кровь», — без сочувствия сказал шеф Ван. «Посмотрите на свои лица: вы ведете себя невинно, когда есть проблемы, и беззаботны, когда их нет. Если кто-нибудь из вас осмелится снова послать команде криминалистов шампунь против выпадения волос во время нашего следующего мероприятия по построению команды, я буду в ярости».
Следователи тут же заткнули рты и сделали вид, что не заметили. Бу Чунхуа спросил: «А как насчет записей наблюдения по дороге?»
Все взгляды обратились на честного и прямолинейного руководителя группы видеорасследований, который внезапно оказался в центре внимания. Он нервно покачал головой.
«В тот день шел сильный дождь, видимость была плохой, территория плохо управляется, поэтому зона наблюдения и досмотра обширна», — вздохнул Ляо Ган и перевел ему. «Если мы просто будем полагаться на записи наблюдения, мы не сможем найти никаких улик. Мы не знаем, где оказался убийца, прыгнув в реку».
Никаких вещественных доказательств на месте происшествия, никаких признаков личной неприязни. С момента преступления прошло три дня, а расследование продвинулось незначительно.
Шторм смыл все улики, а убийца выбрал правильное место, время и людей, что еще больше усложнило и без того запутанное дело.
«Есть ли у Нянь Дасина враги?» Цай Линь откинулся на спинку стула и поднял руку, чтобы спросить. «Кажется, этот парень слишком много пьет и спровоцирует кого угодно. Может ли быть с ним прорыв?»
У Юй, которого только что спровоцировали, молча сел за свой стол. В огромной футболке он выглядел совершенно иначе, чем раньше.
Бу Чунхуа смотрел на него полсекунды.
Мэн Чжао вздохнул: «Нянь Дасин утверждает, что он законопослушен, и отрицает свою причастность. Он указывает пальцем на сборочный завод Хунсин, где работает Нянь Сяопин, и отказывается сотрудничать. Что нам делать? Он член семьи жертвы, поэтому мы можем только допросить его, но не допрашивать!»
Этого и следовало ожидать. Нянь Дасин — нарушитель спокойствия, имеющий историю стычек с местной полицией. Заставить его добровольно признаться в своих преступлениях? Это невозможно.
«Я отправил офицеров в деревню Сяоган, чтобы собрать дополнительную информацию. Нам нужны ответы до конца дня», — объявил Бу Чунхуа, вставая. «15-летняя девочка была убита, а свидетель не пострадал. Если есть мотив, то, вероятно, в этом замешаны ее родители. Нам нужно копать глубже».
Цай Линь тут же встал и сказал: «Да, сэр!»
Единственная отличительная черта убийцы — черепной мускус. Усилить обыск в больницах, кладбищах, крематориях, похоронных бюро и других соответствующих местах. Нам также следует обыскать сельские районы недалеко от Цзиньхая, особенно те, где не практикуется кремация. Если есть какие-либо доказательства покупки или кражи трупов, мы должны провести тщательное расследование.
Бу Чунхуа, опытный следователь, попал в точку с этим планом. Команда ответила в унисон: «Да!»
Полевая группа быстро вооружилась необходимым оборудованием и приготовилась к вылету. Среди шума Ляо Ган тревожно спросил тихим голосом: «Что, если мы не сможем найти никаких улик на этой маске, сэр?»
Немедленного ответа не последовало.
«Мы никогда не сталкивались с делом с таким чистым местом преступления, без записей камер наблюдения, отказом членов семьи и нехваткой времени… Если мы не сможем проследить происхождение этой странной маски-черепа, не останется ли дело 502 нераскрытым?»
Нераскрытые дела без улик, доказательств, мотивов и подозреваемых. Каждый капитан уголовного розыска в той или иной степени сталкивается с такими случаями, как с хронической болезнью, которая неизлечима и неизлечима, становясь бременем на всю жизнь.
«…В этом мире есть только плохо проводимые уголовные расследования, и не бывает абсолютно чистого места преступления». Бу Чунхуа сделал паузу и сказал: «Но это не самая большая моя забота. Есть что-то еще».
Ляо Ган был ошеломлен. Брови Бу Чунхуа глубоко нахмурились, и после долгой паузы он сказал: «Приближается сезон дождей. Как вы думаете, убийца нанесет новый удар?»
Ляо Ган был потрясен.
Отделу уголовного розыска не повезло в поисках улик. Несмотря на тщательный осмотр места преступления, техническая группа не обнаружила в раскопанном слое земли никаких следов убийцы. Судмедэксперты провели тщательное вскрытие и электронную фотографию тела жертвы, но не смогли обнаружить никакой дополнительной информации об орудии убийства. Им также не удалось обнаружить никаких скрытых отпечатков пальцев крови или ДНК, принадлежащих убийце.
Местные полицейские участки не сообщали о каких-либо случаях серьезного беспокойства, а записи похоронных бюро и крематориев подтвердили, что ни одно тело не подвергалось вмешательству. Были проведены интервью с крупными больницами и производителями манекенов, но полученная информация не была многообещающей. Происхождение маски-черепа оставалось загадкой, и никаких указаний на это не было.
Дело об убийстве 502 Черепа, произошедшее в бурную ночь, оказалось запутанным сценарием. Казалось, преступник вышел из глубин подземного мира, нацелился на случайно проходившую мимо невинную девушку, а затем исчез обратно в тень, не оставив после себя никаких следов.
Оставался вопрос: с чего начать расследование этого загадочного дела?
