Няня для сердца и души

Чонин тихо усмехается, прячась от Ёнми за стенкой, наблюдает за ней и специально тарабанит кончиками пальцев по косяку, привлекая внимание и помогая девчонке в поисках, которая с радостью бежит к нему и крепко обнимает за ноги, озвучивая и без того неоспоримый факт, что она поймала парня. Она хихикает и тянет ручки вверх, просясь на руки, и Чонин конечно же поднимает её, крепко держа за спинку и под попой, чтобы не уронить. Вторая рабочая неделя началась и проходит очень хорошо. Чонин прекрасно проводит время с девочкой, они много гуляют, развлекаются и конечно же, по просьбе Минхо, он сегодня поведет её на кружок танцев, благо, недалеко, и они спокойно смогут прогуляться от дома. Рабочее время омеги начинается в 8 часов утра, когда Минхо сбегает на работу. Конечно, поскольку он совсем не ранняя пташка, просыпаться в 7 часов довольно сложно, тем более после долгого ничего не делания, но он старается, хотя это только второй день. Изъявив желание выпить чаю, Ёнми просит Чонина пойти на кухню, по секрету рассказывает, где находится пиалочка с конфетами, которую отец постоянно прячет, хотя уже несколько раз палил её местонахождение, и радостно взвизгивает, начав болтать ножками, когда парень небыстро ступает в сторону кухни. Чонин улыбается, умиляясь такому поведению, и тихо вздыхает, надеясь, что Минхо не станет сильно злиться из-за того, что ребёнок съест сегодня на пару конфеток больше, чем раньше. Ну как можно отказать этим милым глазкам и хитрой улыбке, растянувшей пухлые губки? Вот и Чонин не знает. На самом деле, Ян думал, что с девочкой-альфой справиться будет сложно, всё же характер у неё есть, хотя пока что не особо сложный. Впрочем, ему есть о чём судить, – поскольку младший брат является альфой. Когда они были помладше, то постоянно ссорились, хотя всё равно помогали друг другу, забыв о ссорах, если того требовала ситуация. Несмотря на кровную связь и на то, что Чонвон, в общем-то, альфа, он никогда не питал желания защищать старшего братца, предпочитая дать ему возможность самому разрулить ситуацию. Только ближе к семнадцати годам он понял, что омегам в этом ужасном мире на самом деле живётся не так сладко, как он представлял. Чонин расцвёл окончательно и к двадцати годам превратился в истинного лебедя, за которым начали охотиться хищники в лице альф. Чонвон знает, какого это, когда сладкие феромоны окружают тебя с ног до головы, а мысли плывут совершенно в ненужном направлении. Именно поэтому на все вечеринки в клубы и прочие сомнительные места он старался сопровождать брата, пока тот корчил недовольные рожицы и фыркал, уверяя, что баночка с блокаторами запаха и пилюли, если вдруг начнётся течка, что маловероятно, а также презервативы у него с собой и бояться нечего. Но, как оказалось, случайные перепихоны не для Чонина. Да, было один раз, чтобы снять напряжение, но как омега выразился после, – это не то. Страсть есть, желание, похоть и остальное присутствуют, но нет любви, поэтому он решил отложить это до лучших времен. На минуточку, из-за практически полного отсутствия половой связи и альфы рядом в целом, его течки проходят просто ужасно, болезненно и кажется, что проще умереть, чем это всё переживать, но, впрочем, он сам виноват. — Чем хочешь заняться позже? — Чонин ставит на стол чашки с чаем и пиалочку с конфетами, слегка грозится пальцем, молча напоминая девочке не переусердствовать, и садится за стол, также стаскивая из ёмкости сладость. — Только давай немного сбавим темп и отдохнём, а лучше устроим тихий час. Скоро ведь на танцы идти, — омега улыбается дружелюбно, пытаясь расположить и без того тянущегося ребёнка к себе, и треплет Ёнми по волосам, вызывая её чуть недовольное сопение. Удивительно, но девочка с первых секунд к нему потянулась. Оставшись наедине с парнем, она вмиг нашла им развлечения и даже позволила поиграть в её игрушки, практически не заикаясь об отце, только вечером, когда уже подходило время к его возвращению. А Чонин, насмотревшись глупых фильмов и сериалов, уже готов был ковром стелиться, лишь бы угодить маленькой принцессе, но всё оказалось лучше, чем он предполагал. — Хочу порисовать! — с громким стуком маленьких ножек девочка под нервный вздох и резкое движение Чонина спрыгивает со стула, отчего тот опасно пошатывается, но слава господу не падает, заставляя омегу выдохнуть и чуть с укором и недовольством взглянуть на ребёнка. Яна совсем не удивляет отзеркаленное выражение лица, но немного злит, заставляя хмыкнуть и настоятельно попросить Ёнми быть осторожнее. — Папа говорит, что я сильная, и если вдруг упаду, то должна подняться и идти дальше, — малышка тянет ручки к столу, нащупывает кружку и довольно-таки резко стаскивает её со стола, отчего остатки чая разбрызгиваются, но её это веселит, а улыбка растягивает губы в стороны. — Я с ним, конечно, согласен, Ёнми, — омега поднимается из-за стола опускается на корточки, чтобы быть на одном уровне с ребёнком, кладёт руку на голову девочки, мягко поглаживает и улыбается, заставляя её сделать то же самое и похлопать красивыми длинными ресницами, обрамляющими глаза цвета молочного шоколада. — Но осторожность не бывает лишней. Ты же такая красивая девочка, и на твоём личике не должны красоваться синяки и царапинки, — Чонин заправляет прядь тёмных волос за ушко альфы, пальцами оглаживает брови, игриво и мягко щипает за щёку, заставляя её недовольно фыркнуть и сморщиться. После он поднимается, отходит к столешнице и отрывает парочку бумажных полотенец, возвращается к Ёнми, забирает у неё кружку и быстро вытирает брызги, не успевая удивиться резвости и резкости ребёнка. — А вот папа говорил, что синяки украшают лицо альфы. А я альфа, — Чонин, если честно, чуть ли кружку из рук не выпускает, пока его глаза округляются до состояния блюдец, а рот приоткрывается от удивления. Как быстро она всё схватывает, боже. Если Минхо что-то такое говорит в её присутствии, то пусть научится уточнять, что именно альфу-мужчину украшают шрамы и синяки на лице, но никак не милых девушек, девочек и женщин. Несмотря на свой вторичный пол, они тоже, как кажется самому Чонину, довольно хрупкие существа, поэтому синяки им точно не к лицу. — Ох.. Ну, ты же девочка. А они всегда должны быть красивыми, — Чонин удрученно вздыхает и отходит к раковине, принимается мыть посуду, пока девочка совсем замолкает, и лишь крутится рядышком, подвинув стул к столешнице, чтобы видеть, чем он занимается. Покончив с посудой, Чонин и Ёнми идут в комнату девочки, чтобы достать альбом и карандаши и начать творить искусство.

***

Сложив руки на груди и откинувшись на спинку кресла, Минхо разворачивается лицом к большому окну, смотрит на яркое солнце, слегка хмурясь и щуря глаза, улыбается слегка и тихо вздыхает, уже предвкушая скорый отдых. Через полчаса начнётся очередная конференция, на которой будут обсуждаться последние итоги и новости, связанные с поставками, конкуренцией и сотрудничеством. В последнее время идёт всё даже слишком хорошо, особенно разработка новых моделей мебели, логотипа сети магазина, которую Минхо в скором времени собирается запустить в городе и за его пределами, предлагая людям исключительно хорошую и качественную мебель. Он уверен в себе, своих разработках и в своих людях, которые безропотно ему подчиняются и с которыми он поддерживает хорошие отношения и общение. Стук в дверь прерывает тишину и размышления, заставляет развернуться к двери лицом и позволить войти, кем бы этот человек ни был. Брови Минхо ползут вверх, пока губы приоткрываются в удивлении, а ресницы часто двигаются, словно бабочки машут крылышками. Джисон и Хёнджин, выглядя ну слишком уж довольными, проходят в кабинет; альфа закрывает дверь и стремительно проходит к столу друга и начальника, чтобы поздороваться. Минхо же сидит в лёгком недоумении, протягивая руку в ответ, и слегка дёргает бровью, задавая молчаливый вопрос. И что они тут делают? У них как минимум ещё четыре дня отпуска, на который Джисон строил огромные планы, хотя и не думал, что друзья подарят ему и его омеге путёвку на Мальдивы в свадебное путешествие. — Какими судьбами, женатики? Разве вы не должны отдыхать под лучами солнца? — Минхо поднимается из-за стола, предлагает парням присесть на диванчик неподалёку и плюхается рядом, удобно располагаясь. — Хёнджин, прекрасно выглядишь. Загар тебе очень к лицу, — он окидывает взглядом омегу, который просто светится от счастья, прижимаясь к любимому мужу. И как они вообще смогли сойтись? Возможно, закон о том, что противоположности притягиваются, действительно работает, ведь Джисон и Хёнджин просто небо и земля. Пока первый довольно закрыт от мира и людей, предпочитая сидеть в своём внутреннем мире, погрузившись в очередную книгу, второй любит развлечения, внимание людей и является главным заводилой в компаниях, хотя является слишком уж эмоциональным и хитрым, отчего иногда непонятно, действительно ли он скорбит по чему-то или опять строит из себя эдакую королеву драмы, заставляя всех кругом смеяться или несколько укоризненно закатывать глаза. Хёнджин неплохой парень, и как омега тоже неплох, но его излишняя эмоциональность несколько раздражает вечно спокойного Минхо, впрочем, теперь ему не приходится его видеть так часто, как раньше из-за родителей, поэтому всё лучше, чем могло бы быть. — Ты знаешь, в стенах дома как-то спокойнее, чем в пентхаусе. К тому же, погода там совсем не айс, что странно, поэтому мы шустро купили билеты и улетели обратно, чтобы насладиться друг другом дома, — Джисон мягко целует заластившегося к нему омегу в лоб, гладит по спине и позволяет уложить его голову на своё плечо. На самом деле, помимо радости, на лице Хёнджина красуется усталость, и насколько Минхо знает, перелёты и в принципе полёты его не особо прельщают и даже немного пугают. — А я уж думал, ты решил вернуться к работе, — Минхо шутливо и наигранно недовольно цокает языком, но тут же тихо смеётся, когда губы молодожёнов растягиваются в улыбках. На самом деле, у него действительно всё в порядке, пока он справляется, а Хан спокойно может провести время с новоиспеченным мужем, не спеша возвращаться к работе. Тем более, решилась проблема с Ёнми, а Чонину доверять можно на все сто процентов, только Ли сам не понимает, почему вдруг хочет и делает это. Они знакомы от силы пару дней, но почему-то он знает, что Чонин не подведёт и обязательно найдёт с его дочерью общий язык. Удивительный факт: омеги могут с лёгкостью найти общий язык с любым человеком вне зависимости от пола – первичного и вторичного. Наверное, поэтому Минхо уверен в этом омеге. — Не желаете выпить кофе? Я был бы рад выползти из этого кабинета и проветриться перед очередной конференцией, — Ли слегка улыбается, немного разминая плечи, смотрит на часы и поднимается с диванчика, ожидая ответа. Джисон и Хёнджин особо долго не раздумывают, соглашаются, и троица идёт в кафе на первом этаже, чтобы выпить бодрящий напиток, а пока идут, Хан много-много расспрашивает Ли о том, как проходят поиски няни для Ёнми и нашлась ли подходящая кандидатура и искренне радуется, когда получает положительный ответ. Минхо также вкратце рассказывает о Чонине, в конце добавляя, что уверен в этом парне даже больше, чем в себе и улыбается слегка, тихо хмыкнув. — Вот и правильно. Твоим родителям давно пора отдохнуть, хотя сомневаюсь, что они устали. Они малышку Ёнми любят как свою дочь, — встревает в разговор альф Хёнджин, первым протискиваясь в помещение кафе, улыбается и с удовольствием втягивает аромат еды и напитков, витающий в воздухе. — Кстати, говоришь, парень молоденький? — Хван хитро ухмыляется, сверкая своими большими прекрасными глазами и вытягивая трубочкой алые губы, играет бровями и присаживается за столик, заставляя альф переглянуться и в недоумении выгнуть брови. Эта его манера иногда раздражает. Он будто издевается, хитро ухмыляясь и словно разрабатывая какой-то план в голове. Впрочем, в данный момент не нужно быть особенно умным человеком, чтобы понять его намёк, хотя не понятно, почему он вдруг первым делом подумал о том, что у Минхо и Чонина что-то да может получиться. Да и вообще, Ли и Ян завели чисто деловые отношения, в которых (пока что) нет места для каких-либо других. — А что такого в конце концов? Малышке нужен второй родитель, — омега дуется, когда альфы чуть недовольно закатывают глаза и угрюмо переглядываются между собой, и фыркает, негромко бубня что-то о том, что тема закрыта и они больше не станут её поднимать. — Ну, не дуйся, зайка. Мы же не в дешёвом фильме находимся, тут всё не так просто, — Джисон подсаживается к Хёнджину поближе обнимает его и целует в макушку, игнорируя лёгкое сопротивление, улыбается мягко и кладёт голову на его плечо, сильнее сжимая в объятиях. Минхо смеётся в ладонь, наблюдая за ними, и вздыхает, качнув головой. Джисон и Хёнджин прекрасная пара, хотя Ли всё же больше рад за себя и за то, что родители не женили его на Хване, – неважно насколько сильно эгоистично это звучит, – ведь он бы не выдержал его повышенную эмоциональсть, вернее, он и так не может её выдержать, невольно злится и недовольно хмурится или уходит куда-то, если есть возможность. — Кстати, хён, если ты не против, мы наведаемся к тебе в гости на недельке, — с лёгкой вопросительной интонацией тянет Хан, улыбнувшись обезоруживающе, и Минхо ну никак не может отказать ему в этом, хотя даже мысли об этом не было, потому что этих парней он всегда рад видеть. — Ёнми будет рада вас видеть. Если сильно не увлечется Чонином, — смешок срывается с губ Ли, пока в голове роются мысли и предположения, чем младшие занимаются. Наверняка малышка клянчит конфеты, ведь помимо отца и бабушки её никто не осекает за повышенную любовь и тягу к сладкому. Хотя, нельзя сказать, что Чонин простой парень. Наверняка в нём есть хоть какой-то стержень, помимо большой любви к детям. Омега сам обмолвился, что очень любит детей и даже хотел бы работать с ними, просто судьба не на его стороне, но он также поделился, что рад быть хотя бы няней, что уж говорить о ком-то большем. — Ну, что же, выпьем кофе? Хёнджин, у тебя вкусы не поменялись? А то мало ли, — Минхо ухмыляется, видя округлившиеся глаза парней, роняет смешок и играет бровями, пока омега отрицательно качает головой. Усмехнувшись снова, он идёт к стойке, где заказывает три чашки американо и совсем скоро возвращается, бегло отмечает, что состояние лёгкого шока парней отпустило, но всё равно уголком губ улыбается. Между ними завязывается непринужденный разговор, пока они наслаждаются компанией друг друга и вкусным кофе. После приятного времяпровождения Хёнджин и Джисон уезжают домой, чтобы отдохнуть с дороги и понежиться друг с другом ещё некоторое время, ведь совсем скоро их ожидает работа, а соответственно и меньше свободного времени. Минхо же нехотя идёт в конференцзал, где готовится к предстоящим обсуждениям и спора, которые будут длиться долгие два часа, если не больше, хотя он мог бы спокойно разбираться с документами, попивая кофе, и думать о дочери, которая уже скоро должна будет заснуть крепким сном на час-полтора. На самом деле, Ёнми терпеть не может дневной сон, и совсем не факт, что Чонин с ней справится, но Минхо в него верит, потому что видит, что стержень в этом парне есть. Ли искренне не понимает, почему Чонину везде отказывают, поступая откровенно глупо и неправильно. Миру нужны молодые педагоги, а людям в годах пора отдыхать на пенсии, сажая цветочки и овощи-фрукты в огороде. Но это его субъективное мнение, которое никому не уперлось, поэтому он продолжает работу, мечтая о скором возвращении домой.

***

Чонин крепко держит Ёнми за ручку, не позволяя ей убежать далеко, ведь рядом проезжая часть, поэтому нужно быть осторожным. Они возвращаются с танцевального кружка, решив прогуляться пешком, хотя была ещё идея проехать на автобусе, но девочка категорически отказалась, изъявив желание прогуляться, несмотря на то, что заметно подустала из-за танцев. Но раз ей хочется, Чонин не вправе отказывать, ведь до дома на самом деле не так уж долго идти, как кажется, к тому же, очень весело, ведь девочка напевает какую-то песенку. Тёплый ветерок обдувает их, теребит волосы и забирается под одежду, лаская кожу. Чонин втягивает приятный воздух через нос, улыбается во все тридцать два зуба, откинув голову чуть назад. Приходит он в себя, когда девочка останавливается и настойчиво дёргает его за руку, нетерпеливо перебирая ножками, на которых прекрасно сидят белые туфельки, которые подходят ей также, как хрустальная туфелька Золушке. Обратив внимание на девочку, омега присаживается на корточки, заправляет тёмную прядь волос за ушко и в ожидании смотрит на милое личико. Ёнми тихо вздыхает, слегка улыбается, переминаясь с ноги на ногу, и прячет ручки за спиной, украдкой поглядывая на магазин сладостей рядом. Чонин улыбается. Она такая робкая, оказывается. Мило. А ещё жуткая сладкоежка, но в хорошем смысле, конечно же, ведь она ещё ребёнок, и ей позволено чуточку больше, чем должно быть. — Оппа, можно мне купить, пожалуйста, мармеладки? — Ёнми нетерпеливо переминается с ноги на ногу, улыбаясь робко, и прижимает ладошки к груди, ожидая одобрения омеги. — Папа ругаться не станет. Я же обедала, значит, можно, — она даже не даёт Чонину ответить, принимаясь сразу же давить на чувствительные точки, чтобы склонить его на свою сторону и получить то, что так хочет. Конечно же, все дети манипуляторы, они всегда найдут лазейку, чтобы получить желаемое. Чонин усмехается, поднимаясь, и слегка качает головой. — Ну.. Хорошо, — он сдаётся, треплет девочку по волосам, улыбаясь радостному визгу, и берёт её за руку, поворачиваясь в направлении к магазину. — Только давай договоримся, что ты не скушаешь всё за раз. Мне бы не хотелось узнать, что у тебя заболели зубки, — предлагает он, тут же меняя своё расположение на более строгое, и чуть сильнее сжимает маленькую ручонку своей, останавливая и обращая внимание альфы на себя. Недолго думая, Ёнми соглашается, пускай и выглядит насупившейся, но всё равно, преисполненная радостью, идёт в магазин, где выбирает свои любимые мармеладки, после чего не забывает поблагодарить Чонина. По приходе домой Чонин смотрит на время, которое медленно течёт и подбирается к пяти часам вечера. Он думает о том, как скоро Минхо покончит с работой и приедет домой. Нет-нет, он совсем не хочет закончить свою работу и уйти! Наоборот, он хочет побыть с Ёнми подольше, если, конечно, она сама этого хочет. Усмехнувшись, омега проходит вглубь действительно большого дома, в котором, как ему кажется, можно легко затеряться, а от тишины сойти с ума. И как Минхо и Ёнми живут здесь вдвоём? Это же с ума сойти можно, правда. Наверное, Чонин просто привык к своей каморке, поэтому и чувствует себя слегка неуютно в этом доме, больше похожим на дворец. У Минхо явно хорошие корни, раз ему досталось такое богатство, да и компания. Хотя, о каких богатствах может идти речь, когда у него есть такая прекрасная дочка, которую он очень сильно любит? Чонин хмыкает, когда замечает одного из трёх котов, – которые, как оказалось, тут обитают, – который с удовольствием потягивается, выползая из гостиной, и подходит к омеге, дабы потереться о его ноги и попросить еды. Чонин улыбается, опускается на корточки, гладит Суни по животику, и поднимается, когда Ёнми спешит к нему со второго этажа, переодетая в домашние вещи. Для своих пяти лет она довольно самостоятельная, что несомненно радует, поэтому Чонин улыбается и треплет её по волосам, когда чувствует крепкие объятия и вжавшееся в ноги тельце. Не смотря на то, что девочка крупненькая и довольно-таки тяжёлая, он не чувствует тяжести, взяв её на руки. Ёнми выглядит ещё более довольной и крепко обнимает его за шею, прижавшись головой к своей ручке и тихо вздохнув. — Не хочешь покушать? Ты обедала довольно давно, — омега проходит с ношей на руках в кухню, где сажает девочку на стул, после отходит к плите и столешнице, чтобы поставить чайник. — Или ты уже наелась мармеладок? — без какого-либо упрёка в голосе спрашивает он, слегка улыбнувшись, и достаёт две тарелки, чтобы наложить еду. Ёнми же негромко ойкает, хлопая себя по ножкам, и хихикает, приговаривая, что забыла пачку в детской, но на удивление не спешит бежать за ней, принимая предложение Чонина покушать. Ян улыбается положительному ответу, раскладывает рис по тарелкам, который успел сварить, пока девочка спала, и сверху кладёт мясо, не забыв налить немного подливы. Ёнми слишком усердно занималась на танцах, поэтому было бы странно услышать, что она не хочет кушать. — Приятного аппетита, кушай аккуратно, не испачкайся, — Чонин присаживается за стол рядышком с девочкой и под довольное «спасибо» принимается есть, с удовольствием набивая желудок. Готовит он хорошо, и он не боится заявлять об этом, если представляется возможность. Наверное, некоторые думают, что он слишком высокого самомнения, то они глубоко ошибаются, ведь Чонин не кричит о том, что умеет делать как шеф-повар, а просто констатирует факт своих базовых умений. — А когда папа приедет? — лениво ковыряя вилкой остатки риса, Ёнми подпирает голову рукой, тихо вздыхает и продолжает кушать, чтобы ничего не оставить, ведь знает, как к этому относится отец, даже несмотря на то, что его тут нет. Чонин тихо вздыхает, пожимая плечами, и смотрит на часы в телефоне, скривив губы и слегка нахмурившись. Недолго висит тишина, прерываемая лишь стуком приборов о фарфор, которую в итоге нарушает омега, предложив позвонить Минхо после того, как они покушают. Ёнми конечно же соглашается и даже преисполняется энтузиазмом, в считанные секунды доедая всё, что находится в тарелке. Чонин улыбается, явно довольный, и продолжает кушать, пока Ёнми в ожидании смотрит на него, не спеша настаивать, как обычно делает это. — Чонин-оппа, — девочка окликает парня, уперевшись локтями в стол и вытянув ножки, упирается ими в спинку стула, пока взглядом светлых глаз сканирует его, улыбаясь. Ян с улыбкой кивает ей, давая понять, что слушает, и устанавливает зрительный контакт, ожидая продолжения. — а можно мы с тобой завтра поедем на речку? Папа занят, как всегда, — Ёнми дует губы, выглядит не наигранно обиженной, и слезает со стула, подходит к Чонину, кладёт голову на его ноги, опускаясь на пол коленями, вздыхает. — Давай до завтра подождём, хорошо? Не хочу обещать, а потом не выполнить, — припоминая прогноз погоды на ближайшие несколько дней, отвечает Чонин и поднимает девочку с пола, сажает на свои колени, приобнимая рукой, и продолжает кушать, получив лишь вздох и кивок. Сегодня утром были довольно хорошие новости по поводу погоды на ближайшие дни, поэтому, наверное, можно будет искупаться недолго. — Ну что? Идём звонить папе? — Ян спускает девочку на пол, поднимается со стула и отходит к раковине, делая пометочку в голове, чтобы не забыть потом вымыть посуду, и треплет её по волосам, получая горячее и радостное «да» в ответ. Они идут в детскую, где Ёнми забирается на свою кровать и начинает прыгать по ней, беситься, пока Чонин присаживается на край и вытягивает свободную руку, боясь, что девочка упадёт, пока другой набирает номер Ли и ставит звонок на громкую связь. Девочка скоро успокаивается и садится рядышком с ним, нетерпеливо заглядывая в экран телефона и протягивая ручки, чтобы взять его, когда на звонок отвечают, а тишину разрезает знакомый и родной голос. — Папа! — радостно восклицает маленькая альфа, чем заставляет Чонина прыснуть со смеху, и в нетерпении дёргает ножками, радостно улыбаясь. — А мы с оппой рисовали и ходили на танцы, а ещё кушали мармеладки! — с огромным воодушевлением рассказывает она отцу, пока у Чонина теплится что-то в груди. Омега протягивает руку, заправляет прядку волос за ушко девочки, приобнимает её, прижимая поближе к себе, и она с удовольствием поддаётся, прижимаясь головой к его груди. — Очень хорошо, малышка, — в голосе Минхо сквозит радость, счастье и удовольствие от того, что дочь ему рассказывает всё, ничего не утаивая. Он очень любит девочку и готов подарить ей весь мир, если она того захочет. Оно и понятно, ведь она у него единственная и самая дорогая, конечно, он сделает всё, что она захочет, но не станет растить эгоистку, которая будет думать только о себе, всего лишь покажет и подарит свою любовь, заботу и ласку. — Я приеду уже минут через двадцать и обязательно послушаю всё в подробностях, а теперь передай трубочку Чонину, пожалуйста, — со вздохом Ёнми отдаёт телефон Чонину и поднимается с кровати, отходит к коробке с игрушками, вытаскивает любимых кукол и принимается играть с ними, совсем не обращая внимания на него. — Всё в порядке? Она много хлопот Вам доставляет, Чонин? — Минхо, слишком хорошо зная свою дочь, волнуется о том, что она могла бы загонять Чонина или заставить его переживать о ней, поэтому спрашивает, чем вызывает у омеги удивление и лёгкую усмешку. — Всё в порядке, Минхо-хён. Ёнми прекрасная девочка, и мы с ней ладим, поэтому особых хлопот она не доставляет, и Вам не о чем волноваться, правда, — Чонин не врёт и не лукавит совсем, ведь отношения с Ёнми у него действительно хорошие. Эта малышка вселяет в него такую яркую энергию, что кажется, будто она льётся нескончаемым потоком. Чонин не думал, что сможет так быстро найти общий язык с Ёнми, хотя и не понимал, почему сомневается в себе. За неделю они довольно хорошо спелись, и это так прекрасно. — Хорошо, я рад этому, — Минхо шуршит чем-то на фоне, после хлопает чем-то и куда-то идёт, как думает Чонин, и быстро прощается с коллегами. Омега кидает взгляд на девочку, которая подозрительно притихла, но улыбается, заметив, что она расставляет мебель для кукол. — Я тогда быстро загляну в магазин и приеду. Скоро буду, — Чонин слышит, как на фоне пиликает брелок от машины, а вскоре хлопает дверь автомобиля, слышится звук мотора, поэтому он спешит завершить звонок, чтобы не отвлекать альфу от дороги, и решает вклиниться в игру Ёнми, чтобы скрасить их общее ожидание. Когда приезжает Минхо, ни Чонин, ни Ёнми не слышат и не знают. Они замечают его лишь когда дверь в детскую открывается, а тихая поступь шагов до летает до их слуха. Девочка с радостным воплем спешит к отцу, крепко его обнимает и забирается на руки, целует в щёчку, выглядит довольной. Чонин поднимается с пола следом за ней, кивает приветственно Минхо и усмехается тому, как маленькая альфа принимается быстро-быстро рассказывать рассказывать отцу о том, как прошёл её день, и на пару с мужчиной смеётся. — Как всегда твой день был насыщенным, малышка. Чонин тебе очень нравится, да? — Минхо кивает Чонину в сторону выхода, безмолвно прося пойти за ним, пока слушает ответ девочки, в котором она открыто восхищается Чонином и, как всегда, спрашивает придёт ли он завтра, и радостно взвизгивает, получая положительный ответ. Они спускаются вниз, идут на кухню, где Минхо принимается разбирать пакет с продуктами, пока Ёнми просит налить ей чая. Чонин выполняет просьбу, но вопрос о сладостях игнорирует, лишь покосившись на Минхо, который даёт явно положительный ответ, судя по тому, как улыбка растягивает губы девочки. — Чем завтра планируете заниматься? — Ли высыпает на стол немного конфет, остальное пряча в полке, и переводит взгляд с Чонина на Ёнми и обратно. — Ёнми хочет на речку, вот, думаю… — Чонин неуверенно пожимает плечами, оглядываясь на девочку, которая кивает радостно и практически прыгает на стуле, ожидая одобрения отца, хотя кажется, что оно ей в общем-то не нужно, ведь она всё уже сама решила. — Если погода будет хорошей, как говорят, то, наверное, мы можем съездить, — с лёгкой вопросительной интонацией говорит он и пожимает плечом, ставя перед Ёнми кружку с чаем. Минхо же молчит, обдумывая его слова, кивает слегка и кидает взгляд на дочь, вздыхая. — Хорошо, но будьте осторожны. Ёнми, слушайся Чонина, когда пойдёте купаться, — наказывает Ли и улыбается слегка, когда девочка положительно кивает, а Чонин заверяет его о том, что всё будет хорошо. После такого короткого обсуждения планов на будущий день, Ян решает, что ему пора бы уйти домой, дабы не нарушать семейную идиллию, что вызывает у альф лёгкое недовольство, а у маленькой ещё и обиду. Ёнми, словно ураган, спрыгивает со стула, в который раз заставляя сердце Чонина остановиться из-за страха, и подбегает к омеге, обнимает его за ноги, не позволяя никуда уйти, и просит его остаться, предлагая переночевать, что вводит взрослых в ступор. Минхо и Чонин переглядываются, у последнего вообще отчего-то щёки покраснели, стали похожи на спелые помидорки. Что за глупости? С какой стати Чонин должен оставаться здесь? У него свой дом есть, так что это даже не обсуждается. — Ёнми, ну ты чего? Я же завтра опять приду, и мы будем снова играть и гулять, поедем на речку, как ты хочешь, — омега опускается на корточки, чтобы быть с девочкой на одном уровне, убирает тёмные пряди волос от её личика, тычет кончиком пальца в щёчку и носик, улыбается. Ёнми дует губы и вздыхает, крепко обнимает его, не собираясь отпускать, и укладывает голову на плечо, тихо мыча. — Ох.. Ёнми, папа по тебе очень скучал, поэтому предлагаю тебе провести с ним время, пока оно есть до сна, — Чонин поднимает девочку на руки, улыбается отрицательному мычанию и подходит к столу сажает её на колени к Минхо, треплет по волосам. — Слушайся папу, будь умницей, — наказывает он и отходит в сторону, достаёт телефон, с удивлением отмечает, что звук почему-то отключён, и улыбается сообщению Сынмина, в котором тот просит о встрече, быстро печатает ответ и переводит взгляд на Минхо. — До завтра, хён, Ёнми, — омега кланяется и в сопровождении семейства Ли уходит в коридор, где забирает свою ветровку с вешалки и обувается. Он улыбается, получив пожелание хорошего вечера от Минхо, желает ему того же и покидает дом, попутно набирая номер Сынмина. Им есть что обсудить, а Чонину есть чем поделиться, ведь он, как и всегда, преисполнен радостью после очередного рабочего дня.